Перескочить к меню

Божьи пляски (fb2)

- Божьи пляски 1250K, 378с. (скачать fb2) - Катерина Полянская

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Катя Фиалкина Божьи пляски

Аннотация: Что обычно бывает, когда двум молодым богам становится скучно? Правильно, ничего хорошего. Природные катаклизмы и бессмысленные войны – всего лишь малая часть божественных развлечений. Эти двое пошли дальше и создали меня. Но видно не зря в народе про яблочко и яблоньку говорят... результат-то бракованный оказался!

Пролог

Божественные Пенаты сотрясались от грозного рева. – Шалопаи! – кричал Хисаэрт, размахивая одним из своих традиционных посохов. – Лоботрясы малолетние! Перед беснующимся богом, на безопасном расстоянии от увесистого родительского посоха, старательно раскаивались двое относительно юных (только недавно первое тысячелетие разменяли) божеств. Худосочный парнишка с темными волосами и белокурая, упитанная девушка. Двойняшки и самые известные раздолбаи божьего обиталища. – Просто невероятная безответственность! – рыкнул вечный бог. Посох со свистом пронесся у самого носа юноши, заставив того немного отпрянуть. – Я еще готов стерпеть то, что у Вайхалиса мертвые туда-обратно шастают. Не Божественные Пенаты, а проходной двор какой-то! Ладно, у них там свои дела. Про твою сестрицу вообще молчу. Прохиндейка, что с нее возьмешь! И подопечные у нее такие же. Но ты-то! Ты!!! Молодое божество смущенно потупилось и насмешливо стрельнуло взглядом в сторону сестры. Хисаэрт только за голову взялся. Ничего не меняется! И когда они уже повзрослеют?! – Я выиграл! – гордо объявил бог удачи Гэльсиан. – А значит, следующий выбор за мной... – Подумаешь! – надула подкрашенные губки покровительница плутовства. – Видимо, никогда, – печально вздохнул бог-отец. – И это – вершители человеческих судеб! Да помилуем мы эти несчастные земли! Двойняшки лишь демонстративно усмехнулись в ответ. Лично они никого миловать уж точно не собирались. Хисаэрт подхватил оброненный в припадке ярости посох и изволил удалиться. Дети, что с них возьмешь! Бестолковые и не в меру пакостливые, но по-своему дорогие. Ну поиграли чуток... Так чем бы дитя не тешилось! А то, что их игрушками давно уже стали людские судьбы... Боги они, или нет, в конце концов?! Ничего ведь страшного не случилось. Избавившись от надоедливого родительского внимания, проказники наконец смогли вздохнуть свободнее. – Итак... – в предвкушении потер руки Везунчик. – Сиан!.. – взмолилась его сестра, прикидывая, как бы смыться от чересчур удачливого брата. И ведь не подкопаешься – ему по статусу положено. – Аля!!! – возмутился победитель. – Ты проиграла. Теперь изволь заплатить. И кстати, условия тоже будут мои. Можно подумать, когда-то было по-другому. Альбрехтина поморщилась и сотворила себе стул. Знал бы кто, как ей надоело ходить в проигравших! Гэльсиан последовал примеру своей вечной соперницы. – Итак, – снова начал он, – шахматы. – Опять?! – практически взвыла Прохиндейка. Здесь у нее точно никаких шансов. Как, впрочем, и в любой другой игре. Мухлюй, не мухлюй, а абсолютную удачу не проведешь. Тем более в лице собственного брата. Он же как свои пять пальцев ее знает! – Что может быть интереснее, чем играть судьбами смертных? Если бы этот вопрос не был риторическим, Аля могла бы назвать с десяток других развлечений. Но промолчала. Не время спорить, надо срочно что-то придумывать. – Выиграю я, и храм в Старинске мой, – огласил условия Сиан. Лицо богини слилось по цвету с ее белоснежными волосами. – Но это же мой последний оплот... Ты так не поступишь! Вредный братишка только рассмеялся в ответ. – Знаю-знаю, тогда ты распылишься. Так что в твоих же интересах поднапрячься. А то, право слово, мне уже становится скучно... Прохиндейка злобно зыркнула на не в меру удачливого брата. – Ладно, – все равно ведь выбора нет. – Побеждаю я, и ты отдаешь мне пять храмов. Один, так уж и быть, можешь оставить себе. Что поделать, если люди по непонятным причинам больше любят бога-Везунчика. – Идет! Между ними возник шахматный столик. Аля задумчиво оглядела клетчатую поверхность и плутовато улыбнулась. “Погоди, братишка... Я так легко не сдамся”. – Хочешь играть судьбами смертных? Хорошо же, будет тебе смертная!

Глава 1. По образу и подобию

– Ты первая, – скомандовал Гэльсиан. – Ну же, я жду... Альбрехтина легонько щелкнула пальцами, и в центре одного из черных квадратов возникла белоснежная кошка. Встряхнулась, с любопытством огляделась и в следующий миг обернулась хрупкой девушкой. Проказливый солнечный лучик пробился из-за мохнатого облака и нахально щелкнул меня по носу. Я смачно чихнула, фыркнула, кое-как разлепила глаза. И только после этого проснулась. Пестреющую всеми цветами радуги поляну оглашал беззаботный щебет птиц. Прозрачное озеро в свете утреннего солнца отливало серебром. Свежий воздух был пропитан весенними ароматами. Я блаженно потянулась, разминая затекшие за ночь конечности. М-р-р-р-р... Странный звук вырвался помимо воли, но тогда я не придала этому значения. А зря... Мокрая от росы трава неприятно холодила кожу. Тело начало покрываться пупырышками. Так, постойте-ка... Одежда-то где?! Только сейчас я заметила ее полное отсутствие. Это что, сейчас такая мода – спать голышом? Просто замечательно! Нет, мне-то ничего, очень даже удобно, но мало ли кто из леса вынырнет? Объясняй потом, чего это я тут загорать надумала с утра пораньше. Ладно, вот сейчас умоюсь, и пойду искать утерянные вещички. Где-то же они валяются... С этими самоуспокаивающими мыслями я склонилась над водой. Следующий сюрприз мне преподнесло мое же собственное отражение. У-у, коварное! Хрустальная гладь озера бесстрастно отразила немного бледное и слегка удивленное девичье лицо. Впрочем, ни первое, ни тем более второе его совсем не портило. Я медленно выдохнула и повнимательнее вгляделась в себя любимую. А что, очень даже симпатичная мордашка! Правда, загореть не мешало бы. А так... Высокие скулы, правильные черты, огромные голубые глаза, пухлые губки. Кончики белых, словно молоко, волос обмакнулись в воду. Из импровизированного зеркала на меня с любопытством взирало по-настоящему красивое лицо. Жаль только, совершенно чужое. Самое удивительное, что страшно мне не было. Любопытно – да, весело и удивительно легко. Так, будто я только что родилась. Что ж, раз уж память отправилась в прекрасное далеко (надеюсь, все-таки не навсегда) вслед за одеждой, надо провести полную ревизию своей блондинистой персоны. Я перетекла в вертикальное положение и сверкнула любопытными глазками в сторону озерной глади. На губы выползла довольная улыбка. – Что ж, будем знакомы, – кивнула я своему отражению. – Ты мне определенно нравишься. Ага, знакомы... Как же! Имени-то у меня до сих пор нет. Или есть, просто я его не помню (в это хотелось верить чуточку больше). Некоторое время я усердно морщила лоб, но ни одно полезное воспоминание в голове появиться так и не пожелало. Вместо этого на ум то и дело приходили обрывки совершенно ненужной информации: дни недели, названия месяцев, государств, правила этикета, какой-то замысловатый танец и сочинение новомодного барда. По мне, так сплошной визг, но многим нравится. Фырканьем разогнав все эти странные мысли, я обреченно махнула рукой. Ладно. Имя я себе и придумать могу. Но воплотить это намерение в действие мне самым наглым образом помешали. – Вижу, ты уже проснулась, – подозрительно веселый голос, раздавшийся откуда-то из-за спины, заставил меня вздрогнуть и резко обернуться. – Ну, как настроение? У кромки леса стояла пухленькая девушка в длинном сиреневом платье с разрезами по бокам. Фи! Да разве ж с твоей фигурой подобное носят?! Но тут я заметила, что незваная гостья тоже светловолосая, и глаза такие же голубые. Да и вообще есть в нас что-то... родственное? Так... это уже обнадеживает. – Ты кто? – а что еще я могла спросить?! Дамочка улыбнулась немного нервно и принялась безжалостно ощипывать зажатый в пухлой ладошке букетик белесых цветочков с тонкими продолговатыми лепестками. Ой, чего это с ней?.. – И, кстати, кто я? – надо успеть задать все вопросы, пока эта странная особа не сбежала. – И где моя одежда? И... Измочаленный букет полетел в траву. – Погоди, не все сразу, – замахала руками предполагаемая родственница. – Начнем с одежды. Это я недоглядела, сейчас поправлю. Щелчок пальцами – и я ощутила, как к телу прикасается прохладная ткань. Ого! Удержаться и не поглядеть в “зеркало” моя любопытная натура оказалась просто не в силах. Небесно-голубой костюмчик сидел как влитой, подчеркивая достоинства и... А что “и”? Особых недостатков я в себе и до этого не замечала. Уж не знаю, то ли их попросту не было, то ли я о них благополучно забыла. Может зря я так распереживалась из-за потери памяти? – Вот так-то лучше, – удовлетворенно кивнула моя благодетельница, но проскользнувшей на самом донышке глаз зависти скрыть все равно не смогла. – Осталось только последний штрих добавить... В тот же миг мою шею обвила тонкая серебряная цепочка, увенчанная крошечным кулоном – черным котом, хитро сверкающим на мир единственным бриллиантовым глазом. – Спасибо... – ошарашенно выдала я. – Альбрехтина, – не обращая совершенно никакого внимания на мои благодарности, представилась странная девушка и выжидательно уставилась на меня. Так... и что, интересно, я должна сейчас сделать? Странный инстинкт (тот самый, что заставлял меня смешно фыркать) не давал спокойно стоять на месте, и я принялась нарезать круги по поляне. Бр-р-р... так и сбрендить недолго. Но стоило телу прийти в движение, как в голове прояснилось, и спящий доселе мозг разом выдал всю необходимую информацию. Альбрехтина. Она же Прохиндейка. И вообще, по слухам, крайне скользкая личность. – Богиня. Покровительница разных проходимцев. Вроде бы где-то поблизости должен быть храм. Мне показалось, или обитательница Пенат действительно вздохнула с облегчением?.. – Именно, – благосклонно склонила голову богиня. И тут же сбросила с себя всю неземную важность и со счастливым визгом принялась кружиться по поляне. – Получилось! О, Божественные Пенаты, у меня получилось!!! Э-э-э... Ну просто какой-то Божественный Дурдом на прогулке. – Что – получилось? – на всякий случай уточнила я. Подушечки пальцев противно засвербели, и я крепко сжала кулаки. Не до того сейчас! – Ты! – огорошила меня Аля. Может я что перепутала? Кто там у нас покровительствует блаженным? – У меня получилась ты, – уже спокойнее принялась объяснять богиня. – Шата со всеми необходимыми данными. И мордашка смазливая. Хотя, на этот счет можно было и не беспокоиться – с себя лепила. Из горла снова вырвался странный фырк, но я предпочла его проигнорировать. Разберусь с этим позже. Сказанное богиней с трудом умещалось в голове. Получается, что она меня создала. Разве такое возможно? Наверное, да... Но как? Стоп, дорогая моя. Не о том думаешь. Сейчас гораздо важнее не “как?”, а “зачем?”. – Я – кто? – надо бы выяснить поподробнее свою видовую принадлежность. Ну, за исключением того, что я чей-то сомнительный эксперимент. – Шата, – терпеливо повторила она. Богиня явно была довольна делом рук своих, а потому пребывала в самом благостном расположении духа. – Девушка-кошка. Ну-ка обернись! Какая-такая кошка?! Я подумала-подумала, и повернулась к ней спиной. – Да не в этом смысле! – хихикнула Прохиндейка. – Ипостась смени. Фр-р-р-р... Никакие внутренние самоуговоры уже не помогали держать себя в руках. Легко ей говорить! – Может, расскажешь, как, раз такая умная? – У-у-у, как все запущено... Она еще и издевается! Р-р... Ой, что это я опять творю?! Сжатые ладони чем-то болезненно кольнуло. На еще не обсохшую от росы траву упало несколько красных капель. – Ладно, если сильно прижмет, сама разберешься. Но я уже не слушала, с изумлением взирая на свои растопыренные пальцы. Кажется, сумасшествие нынче заразным стало. Вон и я уже от своей божественной создательницы набралась. Иначе с чего бы возникнуть галлюцинациям? Вроде никаких подозрительных цветочков не нюхала... Из чуть покрасневших подушечек моих бедных пальчиков торчали аккуратные коготки. Только на вид такие маленькие и безобидные – руку-то довольно глубоко оцарапали. Ухватившись за отчаянную надежду, что меня все-таки посетили глюки, я крепко закусила щеки изнутри. Когти даже не подумали исчезнуть. Да-а, кажется, все еще хуже, чем я думала... – Ну и что это? – голос предательски дрогнул. Ну вот, только показательной истерики мне сейчас и не хватало! Спокойно, спокойно... Откуда я знаю, может у этих шат такие вот выверты тела в порядке вещей? По крайней мере, очень хочется на это надеяться. – Производственный брак, – равнодушно пожала плечами Прохиндейка. – Да ты не волнуйся, всякое ведь бывает... – принялась заговаривать мне зубы богиня, пятясь обратно к лесу. – Всякое бывает?! – возмущенно зашипела я, наступая. – Брак?! Я тебе покажу, как на беззащитных шатах свои эксперименты проводить! Сейчас так физиономию разукрашу, родные Пенаты не узнают! Что уставилась, как упырь на жреца? Сама ж сказала – я бракованная! И сверкнув для убедительности коготками, я бросилась на вконец офигевшую богиню. Что поделаешь – инстинкт. Видно, характер у этих шат тот еще. Конечно же, плутовка успела смыться. Испарилась перед самым моим носом. Потом появилась шагах в десяти от места действия и с мстительным выражением на лице наблюдала, как я шмякаюсь на траву. Еще и пальчиком назидательно погрозила. Ну не зараза ли?! На этом воспитательный процесс не закончился. Не успела я сообразить, что произошло, и хоть немного отдышаться, как вдруг почувствовала сжимающий горло холод. Р-р-р... Могла бы догадаться, что боги просто так ничего не делают. Ага, кулончик она на меня навесила! Ошейник одела! Меня объял животный ужас. От недостатка воздуха я закашлялась. Руки, до сих пор вооруженные когтями, потянулись к шее. Цепочка не поддавалась. Пытаясь добыть желанный глоток воздуха, когти больно впивались в шею. От страха и недостатка воздуха в глазах зарябило. Все закончилось так же быстро, как началось. – Только посмей еще раз на меня напасть, – прошипела Альбрехтина, наблюдая, как я жадно глотаю воздух. – В следующий раз придушу. Поняла? Не в силах произнести ни слова, я кивнула. От пережитого шока меня трясло, к глазам подступали слезы. Вот еще! Не дождется. Пришлось брать себя в руки и вставать. Правда, для того, чтобы совершить такой подвиг, пришлось опереться на ствол ближайшего дерева, но в моем состоянии и это большое достижение. – Что тебе надо? – Правильный вопрос, – усмехнулась моя благодетельница. – Видишь ли, в обиталище богов та-а-ак скучно! Хоть в голос вой. Вот мы с братом и развлекаемся, как умеем. – Ну и на здоровье! Я-то здесь каким боком? Аля вздохнула и задумчиво поправила и без того сидящее идеально платье. – Лично ты – здесь действительно ни при чем. Но не забывай, что смертные для нас всего лишь пешки. Тебе повезло, ты фигура более значительная. Продержишься дольше, чем игрушка Сиана, и победа у меня в кармане. Я снова начала злиться, но на этот раз до махания когтями дело не дошло. – А мне с того что за радость? Богиня противно захихикала. – Я тебя распылю. – Что-о?! – голос предательски сорвался на визг. – Я должна участвовать в ваших увеселениях всего лишь для того, чтобы ты меня убила?! Еще чего! Ради такой сомнительной награды я и лапой не пошевелю. Ну, вот, уже и говорю как шата... Быстро же я сжилась со своей кошачьей сущностью. – Маленькая поправка, – Альбрехтина приблизилась ко мне почти вплотную, – для того, чтобы я распылила тебя. Это, в отличие от того, что произойдет, если я разозлюсь, безболезненно... – Постой, – окликнула я уже собравшуюся исчезнуть богиню. – Зовут-то меня как? Аля замерла на мгновение после чего удивленно обернулась. – Я почем знаю? – фыркнула моя нерадивая создательница. – Обзовись как-нибудь. С этими словами Альбрехтина растворилась. Я снова зашипела. Действительно, какое имя? Жить-то мне не долго. Всего лишь пока двое божественных раздолбаев не наиграются. От этой мысли воздух показался особенно сладким, пение птиц – звонким, и... в животе заурчало. Пора подумать о пропитании. Я помедлила немного, определяясь с направлением, и потопала в сторону города. У ворот скучающе переговаривались стражники. Я насчитала четверых. Вот когда пришло время жалеть, что вторая ипостась мне пока не доступна. Кошку бы они даже не заметили. А тут... денег-то на пошлину у меня нет. Хвостом чувствую, новая встреча с дражайшей создательницей, будь она трижды неладна, не за горами! Некоторое время я топталась в тени деревьев, набираясь смелости. Не помогло. Видно, таковой поблизости не водилось. А, ладно! Шата я, в конце концов, или как? Вот именно! Я затолкала поглубже инстинкт самосохранения вместе со здравым смыслом и, положившись на свою кошачью натуру, шагнула вперед. Авось пронесет! При виде вышедшей из леса девы красоты неописуемой (то бишь меня) мужики расплылись в глупых улыбках. Здравый смысл позволил себе робко усомниться в успехе сей авантюры, но был грубо задавлен нарастающим чувством голода. – Ты откуда здесь? – заступил мне дорогу самый бойкий – совсем еще молоденький паренек с рыжими волосенками и россыпью веснушек. – Что-то я тебя не припомню... Кажется, меня приняли за местную жительницу, или за чью-нибудь гостью. В общем-то, оно и не удивительно. Ни вещей, ни лошади, впечатление складывается такое, будто я погулять вышла. Что ж, не будем их разубеждать... – Я новая жрица при храме богини Альбрехтины, – главное улыбаться как можно очаровательнее. Судя по их осоловелым взглядам, о пошлинах блюстители порядка сейчас не вспомнят и под пытками. – Только вчера в город прибыла. А тут с утра вышла по лесу прогуляться, а никаких бумаг, удостоверяющих мою личность, не взяла. И вы, как назло, успели смениться... Так, успокаивающе мурлыча объяснения, я потихоньку проскользнула мимо одурманенных представителей власти. – Ничего, так проходи, – запоздало разрешил рыжий. Я одарила его еще одной улыбкой, игриво похлопала по щеке и была такова. Ой, что будет, когда они очухаются!.. Знания, заботливо вложенные Альбрехтиной в мою голову, пришлись очень даже кстати. Так я хоть немного ориентировалась в пространстве. До города смогла добраться без приключений, да и в извилистых улочках Старинска не путалась. Наверняка, свою роль сыграло то, что где-то поблизости должен быть храм Прохиндейки. Повезло еще, что она сотворила меня именно здесь. Не привлекать лишнего внимания не получится, этот печальный вывод я сделала уже за третьим поворотом. И в очередной раз пожалела, что не могу обернуться. Вернее, просто не представляю, как это сделать. Все взгляды были прикованы ко мне. В глазах проходящих мимо женщин плескалась странная смесь отвращения и зависти. Их лица кривились от злости, и иногда мне даже начинало казаться, что в меня сейчас полетят камни. Ощущение не из приятных, но, если подумать, сущая мелочь в сравнении с жадными взглядами мужчин. Под ними мои бледные щеки сделались пунцовыми. Наряд, в который меня облачила богиня, вмиг разонравился. Тонкие брючки слишком плотно обтягивали бедра, да и декольте казалось чересчур откровенным. В душе медленно поднималась паника. Желая уйти с многолюдных улиц, я углубилась в городские окраины. Здесь было потише. Я прислонилась спиной к стене и стала лихорадочно придумывать план дальнейших действий. Для начала надо разжиться чем-нибудь съестным, а то пустой желудок урчит так вдохновенно, что сосредоточиться на чем-то другом я не способна. Вот только где его взять, это съестное? Денег у меня нет, и в обозримом будущем не предвидится. Стащить незаметно пирожок у торговки тоже не вариант. Шата и “незаметно” понятия плохо совместимые. Может, действительно в храм податься? Но что я скажу жрецам? Что их покровительница от нечего делать начала шат ваять? Так и за блаженную сойти не долго. Так и не надумав ничего дельного, я заметно заскучала. – Точно шата, я тебе говорю, – свистящим шепотом уверял грязный нищий такого же чумазого паренька. – Я их знаешь сколько в Файдморе перевидал! У моря таких красоток полно. – Да откуда ж этим вертихвосткам в наших краях взяться? И тут достали! Я возмущенно зашипела. Пора делать ноги. До наступления темноты пришлось хорониться по укромным углам от беды подальше. Пока вроде бы народ никаких активных действий против моей явно неугодной персоны принимать не пытался. Но это только пока. На душе все равно было неспокойно. Когда город погрузился во мрак, я решилась еще раз попытать счастья. От голода уже начинала кружиться голова. К тому же, надо было решать, как быть дальше. За неимением лучшего, я решила отправиться в храм своей криворукой создательницы. Если очень повезет, найду там саму богиню и выскажу все, что за день накипело. Если без “очень”, то меня хотя бы накормят. О менее благоприятном исходе событий я старалась не думать. Чтобы добраться до оплота Прохиндейки, пришлось топать через весь город. Далеко же я забралась! Вскоре ноги противно заныли, а потом и вовсе каждый шаг стал отдаваться болью. Изящные белые туфельки на высоченных тонюсеньких каблуках, которыми меня облагодетельствовала Альбрехтина, определенно не располагали к длительным прогулкам. В надежде хоть немного отвлечься от неприятных ощущений я начала глазеть по сторонам. Что интересного можно увидеть в замшелом провинциальном городишке ночью? Правильно, ничего. Грязные, местами слишком узкие улочки тщательно укутала темнота. Как жаль, что она не способна отбивать запахи! Вполне сносная для обычного человека, меня вонь, источаемая сгнившими за день отбросами, сводила с ума. К горлу подкатился противный ком. Только этого еще не хватало... Волей-неволей порадуешься вынужденной голодовке. Правда, заботливая память тут же услужливо напомнила, что под утро должны активироваться очистительные заклинания, но меня это почему-то не утешило. Старинск мне уже разонравился. Слух тоже обострился. Именно это несколько раз спасло меня от подозрительного вида личностей, почти (почти!) бесшумно сновавших по ночному городу. Уж что-что, а прятаться я за прошедший день наловчилась. Бродячие животные тоже добавили “приятных” ощущений. Если коты еще реагировали на меня вполне адекватно, чувствовали “родственницу” и даже пытались завести знакомство, то собаки... Собаки тоже улавливали кошачий дух, обгавкивали, а самые смелые даже пытались тяпнуть. В общем, набегалась я лет на десять вперед. Когда городские окраины остались позади, на сердце стало спокойнее. Ближе к центру горели фонари, да и окошки уютно светились. Здесь было не так страшно. Нет, дело вовсе не в темноте. Мое зрение к ней неплохо адаптировалось. А вот кошачья половина (человеческая и так в хроническом шоке пребывала, еще с разговора с богиней) нервничала и тянулась к людям. Домики здесь были пускай и не шикарные, но вполне приличные. Изредка даже двухэтажные попадались. И под ногами ничего противно не хлюпало. Я невольно заглядывалась на залитые светом окошки. Внутри что-то неуловимо сжималось. Ну, Аля! Могла бы уж и пристроить меня куда-нибудь. Что ей стоило? А то брожу тут неприкаянная и даже не знаю, каких таких подвигов от меня ждут. От прогрессирующей жалости к себе меня отвлек тихий, чуть хрипловатый голос. На тускло освещенном крыльце сидел благообразного вида старик и ласково наглаживал большую белоснежную кошку. – Бэллес, – приговаривал он, проводя морщинистой рукой по блестящей шерстке. – Бэллес... Упитанная мурлыка реагировала на ласку хозяина полным пофигизмом. Вот не ценят некоторые своего счастья... Я тихонько прошмыгнула мимо и поспешила свернуть в ближайший переулок. Придется сделать круг, но так оно безопаснее. Как назло здесь оказалась харчевня. Более того, она была еще открыта. Значит, не такое уж и позднее время. Распахнутые настежь окошки, одетые в светлые занавески, гостеприимно светились. Из приоткрытых дверей доносились приглушенные разговоры и одуряющие запахи. Сдвинуться с места я уже не смогла. Страждущий желудок громогласно заявил о своем праве быть накормленным. Сейчас же. Шаг... другой... Новенькое крыльцо даже не скрипнуло под моими легкими шагами. От близости еды голова пошла кругом, пришлось ухватиться за дверной косяк, дабы избежать падения. – Что желает госпожа? – передо мной словно из-под земли вырос пухленький гном с симпатичной остренькой бородкой и блестящей в свете магических светильников лысиной. Но стоило ему разглядеть “госпожу” получше, как вежливая улыбка сменилась удивлением. – Э-э-э... Шата?! От того, чтобы привычно броситься наутек, меня удержал его взгляд. Удивленный, ошарашенный, но адекватный. – Шата, – подтвердила я, отпуская многострадальный косяк. Меня тут же повело. – Голодная и без денег. И если вы мне сейчас же не дадите что-нибудь съедобное, будет еще и дохлая. Гном весело сверкнул маленькими глазками. – Поесть-то я тебе дам, конечно, – кивнул он. – Проходи на кухню. Только имей в виду, что способ оплаты, которым вы, хвостатые, привыкли пользоваться, меня не устроит. Гэльсиан раздраженно заскрипел зубами. – В этот раз я легко не сдамся, – предупредила Альбрехтина с удовольствием оглядывая недовольного брата.

Глава 2. Долг платежом прекрасен

– Теперь мой ход, – на лице Везунчика нарисовалась загадочная улыбка. Прохиндейка напряженно кивнула и нервно забарабанила ноготками по краю столешницы. Опыт общения с братцем подсказывал, что удачливый паршивец наверняка тоже придумал нечто особенное. И правда, стоило молодому богу щелкнуть пальцами, как в одной из клеток с его стороны материализовалась фигура, плотно закутанная в черное. Ни лица, ни фигуры не разглядеть. В просторном белоснежном зале два ангела никак не могли найти общего языка. Не иначе как различие в цвете крыльев мешало им договориться. – Ты хочешь спасти своих человеческих друзей? – настойчиво вопрошал белоснежный. – Вижу, что хочешь, иначе ни за что не явился бы ко мне. Темнокрылый прошелся по залу, нервно взмахнул крыльями, снеся какую-то жутко древнюю статую. Ни он, ни его собеседник никак не отреагировали на звук бьющегося фарфора. Беломраморный пол украсила россыпь осколков. – Называй цену, – выбора-то все равно нет. Габриэль замер и окинул Владыку оценивающим взглядом. Потом, видно сделав для себя какие-то выводы, брезгливо сплюнул на пол. Старый хрыч! И ведь к Оракулу не ходи, сейчас такое запросит!.. Проще было бы самому на Небесные дороги отправиться. – Услуга, – совершенно бесцветным голосом, даже намека на внутреннее торжество не проскользнуло в нем, сообщил правитель небесного народа. Черные брови вопросительно взметнулись вверх. – Любая услуга на мое усмотрение. Сейчас ты свяжешь себя клятвой света, и когда я тебя призову, явишься и сделаешь все, чего бы я не потребовал. Ну что, купец, устраивает тебя моя цена? Черный ангел презрительно хмыкнул. Клятва света? К горлу подступил смех. И как, интересно, это пресветлое ископаемое себе представляет ритуал? – Вполне, – тягучий голос прозвучал равнодушно. – Вот и замечательно, – Пресветлый же не сдержал облегченного вздоха. Видно, с годами самообладание Владыки изрядно поизносилось. Клятва вышла так себе. Мало того, что только с третьего раза тьма, которой было насквозь пропитано существо рэй’тхи, наконец позволила тонкой змейке золотистого света обвить запястье хозяина, так это еще и выглядело как бо-ольшое одолжение. Не как клятва, ни в коем разе. Даже у надменного правителя Воздушного Града осталось подозрение, что бывший подданный дал ему честное слово. И не более того. Когда с формальностями было покончено, одинаково недовольные друг другом мужчины обменялись холодными взглядами. Словно мечи скрестили. – Тебе наверняка известно, что сами боги у нашего народа в должниках ходят, – медленно проговорил белоснежный. – Можешь спокойно возвращаться к своим смертным, я найду способ исполнить свою часть договора. – Не сомневаюсь, – чернокрылый направился к выходу. – Знаешь, – уже в дверях его остановил голос Владыки, – раз уж ты все равно здесь, я мог бы позволить тебе повидаться с семьей. Габриэль остановился. Неспешно повернулся. В багровых глазах разгоралось пламя. – Моя семья – там, – тонкий длинный палец указывал куда-то вниз. Изображать из себя Властелина оказалось не так уж плохо. При всем желании крылатый пока не находил, к чему можно придраться в своем нынешнем существовании. Ардрада приняла его с радостью. Помнили люди, кому обязаны своим спасением. Правильно, такое не забывают. И хотя сам ангел поначалу все больше ворчал, от неожиданно свалившейся на его крылатую персону народной любви открещиваться не спешил. Неужто он с одной долиной не справится? Первый же обряд доказал, что из ангела вполне может выйти Властелин. Пусть у него нет дара делить свою душу, да и долиной нормально управлять он не может. Не важно! Зато чернокрылому доступна особая магия ангелов. То, чего не увидит в душе, прочтет по ауре, вместо кусочков этой самой души можно использовать внушение. Так вот почему Совет так настаивал именно на его кандидатуре! Первый год выдался довольно тяжелый, зато от действий прежних Властелинов остались разве что воспоминания. Да и те старались быстрей изжить. Кому захочется вспоминать рабство? С чувством выполненного долга Габриэль притворил за спиной дверь и неспешно зашагал по извилистой тропинке. Ходить по Ардраде в темноте – то еще удовольствие. Скалистая местность – это, конечно, красиво, но ведь и опасно. Ладно он, у него крылья. А вот жителям долины приходилось несладко. Только за последнюю неделю четверо к лекарю обращались. Чем не повод обзавестись магическими светильниками? Никуда не денешься, придется позаимствовать у соседей мага. Они и так едва ли не каждый месяц в гости являются. Не иначе, как проверить, не разбежались ли еще подданные от его дурного характера. Ну и выяснить, не обзавелся ли он еще будущей Хранительницей. С последним дела вообще обстояли туго. Особый флер, окружающий ангела, всегда притягивал к нему женщин. Вот только кому нужна одурманенная кукла? То есть, может кому-то и нужна, но сам чернокрылый, видя, как очередная барышня пожирает его затуманенным взором, испытывал разве что чувство гадливости. К тому же, одна крылатая стерва навсегда отбила у него желания связываться с прекрасной половиной... кхм... не только человечества. Холодный лунный свет серебрил тропинку и окружающие ее деревья. Неведомая пташка, явно страдающая бессонницей, выводила замысловатые рулады. Ангел глубоко вдохнул воздух, напоенный ароматами поздней весны. На его лице появилось некое подобие улыбки. В такие моменты невольно порадуешься отсутствию дара. Будь Габриэль настоящим Властелином, сейчас ему бы было не до вечерних прогулок. Возвышающийся над спящей долиной замок выглядел по меньшей мере внушительно. Изящное здание из темного камня с четырьмя аккуратными башенками так и притягивало взгляд. Казалось, оно тянется к небу. Этот дом, вместе с приличной суммой золотом и изрядным количеством израненных душ, достался крылатому в наследство от прошлых хозяев долины, и Габриэль не стал ничего в нем менять. Почти ничего. Выдолбленная в скале узкая каменная лестница без малейшего намека на перила являлась прекрасным способом свернуть себе шею даже в дневное время. Что уж говорить, когда кругом темно, и тебе под ноги с радостным визгом несется нечто, весьма отдаленно напоминающее женщину. Габриэль расправил крылья на миг раньше, чем вопящее ночное явление успело сбить его с ног. Коротко ругнулся, глядя на растрепанную девицу сверху вниз, потом и ее подхватил. За шкирку, чтоб жизнь медом не казалась. – Рени. Его головная боль. Единственная обитательница долины, которую никакими заклинаниями не удалось защитить от ангельского обаяния. И теперь эта дуреха искренне верит, что влюблена в своего Властелина. – Я вас нашла! Какая радость! Гм... В последнем чернокрылый сильно сомневался. – И зачем же тебе понадобился среди ночи Властелин? – раздраженный ангел прожег девушку багряным взглядом. Но противник оказался не робкого десятка. В этом за прошедший год Габриэль убедился не раз. Чем сильнее он пытался запугать ее, тем настырнее эта любительница острых ощущений пыталась залезть к нему в постель. Дошло до того, что крылатому пришлось пинками выгонять нахалку из святая святых. А той хоть бы хны. Вот и сейчас, в ответ на его злобный взгляд девушка только умиленную рожицу скорчила. – Не мне, – призналась Рени и разочарованно вздохнула, когда ее ноги коснулись земли. – В замке вас дожидается гость. Чернокрылый позволил себе немного расслабиться. Сегодня докучливая поклонница избрала роль добровольной помощницы. Вот и славно. Значит, можно и самому приземлиться. И крылья убрать подальше не помешает. В Ардраде Габриэль их расправлял только в случае крайней необходимости. – Кому там дома не сидится? – ворчливо поинтересовался ангел. Хотя, и так понятно, кому. И ворчал он скорее для вида, тихо радуясь в душе предстоящей встрече... – Я его не знаю, – очень тихо произнесла все еще плетущаяся сзади Рени. Та-ак... а вот это уже интересно. – Но он... – Что он? – поторопил девушку Габриэль. Принесла ж кого-то нелегкая! – Хватит тянуть беса за хвост! – Кажется, он ангел... – наконец выдала она и поспешно сделала шаг назад. О трепетном отношении темнокрылого к своим светлым сородичам знали все. – Вот упырь!!! Рэй’тхи поспешил к замку. Все демоны подземелий, как же не вовремя! Но по счетам надо платить. Интересно, что придумал Владыка? Тяжеленная дверь отворилась совершенно беззвучно, впуская хозяина в дом. Но стоящий к ней спиной изящный светловолосый юноша тут же почувствовал бывшего сородича. Обернулся. Габриэль коротко кивнул и смерил мальчишку безразличным взглядом. Посыльный ангел. А ведь это великая честь – состоять при Владыке. Тонкокостный, голубоглазый, весь белоснежный. Крылья он, конечно же, спрятал. “Когда-то я был таким же”, – пронеслось в голове низверженного, но он поспешил прогнать непрошеную мысль. Что-то во всей этой ситуации неуловимо царапало, но что именно, Габриэль пока определить не мог. Гость окинул темного прохладным взглядом, изо всех сил стараясь скрыть затаившийся в лазурной глубине интерес, и торжественно изрек: – Пресветлый Владыка желает видеть тебя. Темнокрылый насмешливо скривился, но от комментариев воздержался. Чем быстрее он отдаст все необходимые распоряжения, тем быстрее можно будет лететь. И тем быстрее он отделается от этой, с позволения сказать, клятвы. Наказав посыльному ждать, Габриэль вышел на крыльцо, плотно притворил за собой дверь и негромко позвал: – Рени... В том, что ему ответят, крылатый даже не сомневался. Она всегда ошивалась где-то рядом. Словно чего-то ждала. Или лучше сказать выжидала? – Да, мой Властелин, – девушка словно из-под земли выросла всего в нескольких шагах от него. Даже не почувствовал. Может, просто не успел? Как же! В такие чудеса рэй’тхи давно не верил. – Приведи ко мне Эхтора, – велел ангел, ни на миг не прекращая задумчиво разглядывать свою загадочную поклонницу. Впервые ей удалось заинтересовать его. Вот только это был совсем не тот интерес, которого она так жаждала. Оборотень явился быстро. Видать не зря про них говорят, что с возрастом представители этой расы учатся чуять не только запахи, но и неприятности. Габриэль самолично не раз в этом убеждался. Когда все необходимые указания были розданы, ангелы взмыли в небо. Издали Воздушный Град казался видением. Белоснежный ореол границы пронзительно мерцал в темноте, до рези в глазах. Серебристые шпили и башенки светлыми пятнами выделялись на фоне темно-синего, почти черного, ночного неба. Даже звезды померкли от их сияния. Казалось, это место не изменится никогда. Время давно уже потеряло свою власть над Градом. Так же, как боги лишились влияния на судьбы его обитателей. Габриэль болезненно поморщился и неожиданно для себя отвел взгляд. Этот холодный, бездушный свет раздражал. Нестерпимо захотелось наплевать на клятву и улететь в Ардраду. Но гордость удержала. В этот раз все было “по правилам”. Стоило чернокрылому в сопровождении Посыльного показаться вблизи границы, как навстречу им вылетели Стражи. Трое вместо положенных двоих. Мало того, третья оказалась ангелицей. О как! Кажется, кое-что здесь все-таки изменилось... Под чутким надзором блюстители Границы эскортировали чернокрылого гостя едва ли не до самого дворца, и только сдав его подозрительную персону с рук на руки рэй’йерам, охраняющим дворец Пресветлого, позволили себе удалиться. Среди дворцовой стражи, гордо именовавшей себя рэй’йерами, то есть Воинами Света, тоже оказались женщины. Габриэль был, мягко говоря, в шоке. Чтобы ангелы позволили своим женщинам взять в руки оружие?! Просто непостижимо. Не иначе, Владыка спятил... В голове роем кружились вопросы один другого заковыристей. Жаль, этим ледышкам крылатым запрещено говорить во время дозора. А ментально много не выяснишь. Владыка чинно восседал на троне. Все такой же белоснежный, и еще более надменный. Только костлявые пальцы, мелко постукивающие по серебряным подлокотникам, выдавали его нетерпение. Габриэль наградил Пресветлого мрачным взглядом и решил не утруждать себя лишними церемониями. Просто приблизился к рассевшемуся на троне правителю и чуть приподнял брови, предлагая тому начать разговор первым. Поединок взглядов сопровождало напряженное молчание. Рэй’тхи кожей чувствовал, как задохнулись от возмущения застывшие в дверях рэй’йеры. Войти в зал без разрешения они не решались, равно как и оставить Пресветлого наедине с изгнанником. Правитель заерзал на своем насесте, моргнул, а потом и вовсе отвел взгляд. Габриэль одобрительно склонил голову. Мелочь, а приятно. Теперь надо бы закрепить успех... – Николаус, – Пресветлый вздрогнул от звука собственного имени и поспешил отослать стражников. Впервые на его памяти кто-то из ангелов позволил себе такую вольность. – Ты играешь с огнем, – осуждающе заметил правитель Града. На что нахальный гость лишь плечами повел. – Если это все, что вы хотели мне сказать, то давайте простимся до худших времен, – и, круто развернувшись, черный ангел неспешно направился к выходу. Шаг, другой, третий... – Прекрати паясничать! – взревел Пресветлый. Легко же его вывести из себя! Но остановиться все же пришлось. – Это и есть моя часть клятвы? – Ничему-то тебя жизнь не учит, – устало вздохнул белокрылый и откинулся на спинку трона. – Как был наглым мальчишкой, так и остался. В глубоких багряных глазах промелькнула тень. При желании Габриэль мог бы поспорить с последним утверждением. Достаточно только вспомнить светловолосого мальчика со сломанными крыльями, робко просящего позвать Оракула... Но он не стал. Это было слишком давно. В другой жизни. И не с ним. – Так чего же вы хотите? – и без того далеко не радужное настроение испортилось окончательно. – Обещанную услугу, – туманно изрек властитель и принялся задумчиво блуждать взглядом по белоснежному залу. – Сущий пустяк. Тебе это не будет стоить ровным счетом ничего. Низверженный недоверчиво покосился на собеседника. Грядущие перспективы, пускай о них еще толком ничего и не известно, нравились рэй’тхи все меньше и меньше. – В последнее время у нас произошли некоторые перемены. – Я заметил, – манера Владыки ходить вокруг да около сильно раздражала. К тому же, никаких сидячих мест для посетителей здесь предусмотрено не было, и Габриэль, стоя перед правителем, чувствовал себя так, будто перенесся далеко в прошлое. И ладно бы он издевался! Так нет, почти как с равным разговаривает. Почти. – Одни только ангелицы с оружием чего стоят. Неужели все настолько плохо? Владыка недовольно взмахнул крыльями. Вот не может же слушать, не перебивая! Совсем невоспитанная молодежь пошла. – Все настолько хорошо, – впервые на памяти Габриэля властитель улыбался совершенно искренне. – Это личная гвардия моего сына. Пытаясь справиться с удивлением, темнокрылый начал вышагивать по залу. Не помогло. – Я думал, Дамиен мертв, разве нет? – рэй’тхи с трудом удалось проглотить несколько не совсем уместных слов, отчаянно рвущихся наружу. Умеют же его сородичи удивлять! – Не будем о прошлом. Наследного принца зовут Диан. – Но как?.. – происходящее не укладывалось в голове. Древний закон гласил, что у крылатой четы может быть лишь один ребенок. И до сих пор это правило никому обойти не удавалось. – Говорю же, у нас многое переменилось. Пройдись по городу – сам увидишь. Все равно ведь ждать придется. Ах, да, что-то мы отошли от темы... Твоей частью уговора будет мой сын. Его нужно доставить в Академию и убедить директора сего славного учебного заведения зачислить парня на первый курс. Всего-то? Впервые в жизни крылатый не находил слов. Вернее, кое-что на языке все же вертелось, вот только вряд ли подобное стоит здесь произносить. – Он что, полукровка? – подозрительно осведомился темный. Вот просто всю жизнь мечтал поступить в няньки к сыночку Пресветлого! Хотя, нельзя не признать, могло быть и хуже. – Как ты мог обо мне такое подумать!!! – вознегодовал Владыка. Даже с трона вскочил и крыльями замахал. А что еще было думать, когда слышишь про ангела, собравшегося обучаться магии?! Ответить чернокрылый не успел. Аудиенцию самым наглым образом прервали. Дверь распахнулась, и появившийся в зале ангел громко объявил: – Его высочество, принц Диан Полуночный. Какой-какой? Полуночный? О-очень интересно... А главное, необычно. Как правило, члены семьи ангельских правителей выбирают прозвища связанные со светом. Дань роду, так сказать. А этот, значит, решил выделиться. Неужели венценосный папаша не возражал? Ангел тактично отступил в сторону, пропуская возжелавшее родительского общества Высочество. И тут Габриэля ждало новое удивление. В зал стремительно влетел высокий, по-ангельски худощавый юноша. Быстро пересек помещение, замер напротив трона и церемонно поклонился отцу. Чернокрылому пришлось призвать на помощь всю свою гордость, чтобы не показать, насколько он изумлен. И было чему! Меньше всего принц походил на ангела. Высокий и стройный – это да, но зато смуглый, кареглазый, а волосы... Волосы заслуживают отдельного описания. Наплевав еще на одну традицию, чадо Пресветлого щеголяло короткой стрижкой. Аккуратно уложенные блестящие пряди едва касались ушей. А их цвет... цвет разделялся пробором. С левой стороны волосы Диана были белыми, словно снег, с правой – не светлее, чем у самого Габриэля. Не сдержав любопытства, рэй’тхи напряг зрение, дабы увидеть ауру будущего подопечного. Так и есть – двухцветная. Небось, и крылья такие же. – Полуночный, говорите? – изгнанник насмешливо воззрился на мальчишку. Проблемы Диан начал создавать сразу же. Не успел Владыка представить друг другу будущих спутников, как Высочество, выразив крайнюю степень недовольства презрительным взглядом, затребовало семь дней на сборы. Не иначе, как мелкий паршивец весь Град в Академию перетащить собрался! Но прежде, чем рэй’тхи успел озвучить все, что думает о клятвах, избалованных наследниках и попустительствующих им венценосных папашах, жутко довольный принц изволил отбыть в свои покои. – Отлично, – коротко рыкнул изгнанник. – Буду через неделю, – и уже расправил крылья, но был остановлен Владыкой. – Эти дни ты проведешь здесь. Габриэль подавился возмущенной тирадой. Правда, придя в себя, все же выдал большую ее часть, но на Пресветлого недовольство бывшего подданного особого впечатление не произвело. – Вы издеваетесь?! – шипяще вопросил чернокрылый, когда наконец смог выражаться цензурно. И весомо добавил: – Прах вас побери! – М-да... кажется, свое самообладание он все же переоценил. – Ничуть, – спокойно возразил Владыка. – Ты можешь понадобиться. Предпочтешь остановиться во дворце или... Конечно же, Габриэль выбрал первый вариант. Не хватало еще!.. Оказавшись в просторной комнате, выдержанной в светлых тонах, он бросил сумку в угол и завалился на кровать. Внутри все клокотало. Подумать только, целая неделя! И все это время придется провести рядом с напыщенными крылатыми, ловить на себе их презрительные взгляды и делать вид, что ему все равно. Гм... А разве ему не все равно? Нет, вообще-то можно смыться прямо сейчас. Что значит клятва света для владеющего тьмой? Даже если бы она удалась, вряд ли черному ангелу могло что-либо грозить в случае нарушения данных обязательств. Габриэль брезгливо скривился и потер лицо ладонями, будто стремился таким образом избавиться от ненужных мыслей. Ну сбежит он, и что? Чем он тогда отличается от этих кусков мрамора летучих? Он останется и сдержит слово. Только тогда можно будет спокойно вернуться в Ардраду. Принятое решение подействовало лучше любых успокаивающих отваров. Куда проще двигаться вперед, когда видна хоть какая-то цель. Теперь неплохо бы придумать, чем занять себя в предстоящее семидневье. А если при этом каким-то чудом удастся избежать встречи с кем-либо из бывших родственников, будет вообще хорошо. Но вернуться в Ардраду все же пришлось. За конем, потому что ни одна из имеющихся у крылатых белоснежных лошадей ни в какую не согласилась подпустить к себе чужака. Чувствуют тьму. Боятся. – Разве мы не можем полететь? – принц капризно наморщил нос. Габриэль смерил Высочество тяжелым взором, отчего юноша непроизвольно сник. Даже несмотря на свою темную половину, Диан побаивался изгнанника. Рэй’тхи. Не так он его представлял. В понимании молодого ангела этим унизительным словом должен был называться изгой, отверженный и сломленный. Но уж никак не самоуверенное и гордое существо (назвать чернокрылого ангелом наследник Града не решался даже в мыслях), от одного взгляда на которое пробирает крупная дрожь. Дожили! Он, будущий Владыка Воздушного Града, трепещет перед каким-то жалким низверженным! От этой мысли принцу стало смешно. Еще чего! Его высочество Диан Полуночный не позволит какому-то темному обращаться с собой, как с нашкодившим мальчишкой. Наследник соскреб остатки гордости в жалкую кучку и прямо заглянул в глаза своему неразговорчивому спутнику, требуя ответа. – Нет, – коротко бросил тот и отвернулся. И так с самого отъезда из Града. Где, спрашивается, благоговение перед его венценосной особой? Где положенное уважение или хотя бы восхищение его необычной расцветкой? Желание во всем угодить, наконец? Диан отчетливо заскрипел зубами. – Почему? – Привыкай, – сквозь зубы процедил чернокрылый. – В Академии о твоей расовой принадлежности будет известно только директору. Так что о полетах придется забыть лет на семь. Как минимум. Принц заметно заскучал и примолк. Но ненадолго. – А ты неплохо устроился, – не скрывая восторга, белокрылый указал на еще виднеющиеся пики Ардрады. – Красиво, почти как в Граде. Габриэль неопределенно хмыкнул и снова промолчал. Кто бы знал, как ему надоела эта нескончаемая трескотня! В предоставленном его заботам наследнике поразительным образом привитое с пеленок высокомерие мешалось с детской непосредственностью. К тому же, все вокруг было для него ново. Принц с любопытством глазел по сторонам и тут же спешил поделиться своими наблюдениями или вывалить на спутника очередную порцию вопросов. – А... – снова открыл было рот Полуночный, но был грубо оборван: – Если ты сейчас же не замолчишь, я заткну тебе рот. У оскорбленного Высочества разве что пар из ушей не пошел. Да что этот изгой себе позволяет? – Не посмеешь! – заносчиво заявил Диан. А что голос звучал совсем не уверенно, так это от возмущения, ага-ага. – Ты папе обещал. Рэй’тхи прожег мальчишку взглядом, мрачно усмехнулся и тягуче согласился: – Верно, обещал. Что доставлю тебя в Академию и обеспечу поступление. Про твою неприкосновенность речи не шло. – Так не честно! – взвилась Прохиндейка, вскакивая со своего места. Клетчатый столик устоял только чудом. – Ты мухлевал! Везунчик широко ухмыльнулся в ответ на испепеляющий взгляд сестры и безразлично пожал плечами. – А я думал, что плутовать – это больше по твоей части...

Глава 3. Рокировка, или Третий игрок

От ссоры богов отвлекли неожиданно пришедшие в движение фигурки. Кошка выгнула спину и испуганно зашипела. Фигура Сиана попыталась соступить на соседнюю клетку, но маневр не удался. Брат и сестра с интересом наблюдали за этим безобразием. Появление нового действующего лица стало неожиданностью для обоих. Черный ангел нагло расправил огромные крылья и плутовато подмигнул зардевшейся Альбрехтине. – Твои штучки? – в один голос выдохнули боги, устремляя друг на друга полные негодования взгляды. На кухне мне выдали миску каши, ломоть хлеба и кружку молока. Уж не знаю, чем положено питаться нормальным шатам, но я, взирая на дымящуюся миску и полную кружку, чуть не прослезилась от умиления. Голодная смерть откладывается на неопределенный срок! Первая же отправленная в рот порция каши нещадно обожгла язык, но я упрямо отправила вожделенный продукт на встречу с отчаянно урчащим желудком. Посуда быстро опустела. Я блаженно потянулась, благодарно мурлыкнула, за что удостоилась крайне неодобрительного взгляда от пухленькой гномихи, и перебралась поближе к пышущей жаром печке. Кошачья половина требовала уложить ее поудобнее и на неопределенный срок оставить в покое. Да и человеческая, в общем-то, была не против. И пусть весь мир подождет! Ага, как минимум, пока я не высплюсь. Из груди вырвалось бархатистое урчание. Это еще как понимать?! Я подскочила, как ужаленная. Точно, так и есть! Ну, Альбрехтина, попадешься ты мне!.. Сделала из бедной шаты недоразумение ходячее. Вон, даже суровая жена давешнего гнома разулыбалась, глядя на вконец ошалевшую меня. Можно подумать, им тут мурлыкающие девицы каждый день встречаются. – Звать-то тебя как? – вполне миролюбиво поинтересовалась тетка, убирая со стола. Хороший вопрос. Ладно, сейчас придумаю. Где наша не пропадала! Хотя, чувствую, с такой покровительницей, скоро обязательно пропадет, и не раз. – Бэллес, – брякнула я первое, что в голову пришло. А что, по-моему, красиво. – Бэлка значит, – одобрительно кивнула она. – Вот и славно. А я – Панка, а мужа моего Ларстом звать. – Очень приятно, – пробормотала я, из последних сил борясь с подступающей сонливостью. – Что ж ты бродишь одна в потемках? – принялась выговаривать мне сердобольная гномиха. – У нас, конечно, городок маленький, спокойный, но мало ли что? Девка ты красивая, шата к тому же, так зачем богов искушаешь? Не каждый способен противиться вашим чарам. Да еще разоделась... Где это видано, чтоб приличная баба в штанах щеголяла? А вырез! У-у, срам один! Ежели не хочешь нажить неприятностей, нечего шастать ночами... – Мне идти некуда, – прервала я разворчавшуюся Панку. Легко ей говорить! Женщина непонимающе уставилась на меня. Все, чувствую, спокойная ночь под боком у горячей печки обошла меня стороной... При мысли о темной, враждебной улице внутри похолодело. Сердце гулко забилось где-то на подступах к горлу, сведя на нет ласковое урчание. Ну вот что я ей скажу? Что меня создала полоумная богиня с кривыми руками и даже имени дать не удосужилась? Или что двум обитателям Пенат стало скучно, а мне быть им развлечением? Знать бы еще, чего им надобно! Или, может быть, рассказать, что срок действия данной конкретной шаты ограничен? И сильно ограничен. Вот наиграются бессовестные божества, и поминай, как звали. От последней мысли совсем тоскливо стало, и я сморгнула набежавшую слезу. Прозрачная капелька соскользнула по щеке, оставив за собой блестящую дорожку. Фи, мокро! – Ладно, ладно, не реви, – запричитала гномиха. – Здесь останешься. Нам как раз подавальщица нужна. Стара я уже подносы таскать. Я радостно всхлипнула и утерла мокрое лицо тыльной стороной ладони. Не выгнали! Приютили!!! – Только запомни, – всунулась в кухню бородатая голова Ларста, – разврата в своем заведении не потерплю. Заподозрю что такое – мигом вылетишь. Значит, еще и в обиду не дадут? Я согласно затрясла головой. Кажется, жизнь налаживается. – И с одеждой твоей мы что-нибудь придумаем, – поддержала его жена. – Нечего тут мужиков совращать. Эта новость порадовала куда меньше. Подаренный Алей костюмчик мне нравился и, надо признать, смотрелся действительно неплохо. Словно вторая кожа льнул. Наверное, и правда, выглядит соблазнительно, но зато и удобно. Жалко будет с ним расстаться. Но делать нечего, пришлось и на это соглашаться. Спать меня уложили здесь же, на широкой лавке у печи. Даже одеяло выдали. Ничего, что старенькое. Зато целое и на ощупь приятное, совсем не колючее. Свернувшись уютным клубком, я тихонько заурчала. Кажется, завтра будет новый день. Так прошла неделя. Днем я таскала подносы и помогала Панке на кухне, а ближе к ночи, когда харчевня пустела, устраивалась на излюбленном месте возле печи и тихо радовалась еще одному дню. Прошедшему, и тому, который наступит утром. Меня все-таки переодели. Но и это не помогло! Уж не знаю, что мужики находили в согнувшейся под тяжестью подноса девице, облаченной в длинное бесформенное платье противного коричневого цвета, но факт оставался фактом. Иначе, как пресловутым обаянием шат, это не объяснишь при всем желании. Я шипела, выслушивая сальные шуточки в свой адрес, и выпускала когти, когда какой-нибудь смельчак распускал руки. Бедная Альбрехтина уже, наверное, обыкалась, так часто я ее “благодарила” за свою расовую принадлежность. В редких случаях вмешивался Ларст и выпроваживал особо назойливых любителей развлечений. Правда, мне потом влетало за отпугивание клиентов и нанесение невосполнимого финансового ущерба заведению, ну да ничего, жить можно. Богиня так больше и не появлялась. Не сказать, чтобы меня это сильно огорчало, но нервозности добавляло. Интуиция подсказывала, что все самое интересное (для богов, не для меня) еще впереди. И вряд ли далеко. В одно утро, пока мы еще не открылись, я все же решилась отправиться в храм. Чем бес не шутит, глядишь, и моя безответственная создательница снизойдет до разговора. Не век же мне в неведении ходить. Хозяева к такому решению отнеслись настороженно (не пристало приличной девке Прохиндейку почитать), но препятствовать не стали. Спрятавшись за печью, я сбросила опостылевшее коричневое платье и облачилась в милый сердцу наряд. М-м-м... Для кожи, натертой грубой тканью, прикосновение прохладной материи было настоящим блаженством. Оказывается, для счастья надо совсем не много... Я беззаботно хихикнула и, воровато оглядываясь, дабы не попасться на глаза гномам, выскользнула за дверь. Начало лета выдалось жарким. Не успела я и двух десятков шагов сделать, как кожа стала липкой, а на голых плечах еще и зачесалась. Вот только обгореть мне не хватало! Тогда рабочий наряд вообще пыткой покажется. Все же мы, шаты, существа нежные! Весть о моей кошачьей персоне в считанные дни облетела Старинск, и едва ли не каждый его житель, независимо от пола, счел своей прямой обязанностью хотя бы раз посетить харчевню, чтобы поглядеть на шипящую разносчицу. Зато косых взглядов стало куда меньше, и по улице я шла без внутреннего содрогания. Ну, почти. – Эй, котеночек, – раздалось из-за спины, – куда путь держишь? Голос рыжего стражника я узнала, не оборачиваясь. Наглый щенок целых три раза приходил в “Лисью нору”, так Ларст додумался свое заведение обозвать. Дважды зарвавшийся страж порядка получил когтями, на третий его выставил гном. Переборщила я тогда с чарами, до сих пор бедный отойти не может. Я презрительно фыркнула и прибавила шагу. Может, поленится за мной до самого храма топать. Я бы точно поленилась. Храм Прохиндейки поражал своим изяществом. Высокое здание из светлого камня с черепичной крышей, увенчанной одиноким шпилем (приглядевшись, я заметила, что его обвивает змея – символ коварства), витыми колоннами и статуей богини у входа. Я изо всех сил попыталась представить какого-нибудь мелкого мошенника, просящего милости у Али, и не смогла. Фантазия оказалась бессильна, картинки выходили одна другой смешнее. Огромный зал пустовал. Для ежедневного ритуала прославления богини было еще рано. Да и жрецы, судя по вчерашним и даже позавчерашним цветам у статуи, трудовым энтузиазмом не пылали. Может, ну их, эти подносы? Податься в жрицы, что ли? Аля являться не торопилась. Интересно, она вообще в курсе, где ее храм находится? Что-то я уже начинаю сомневаться... Послонявшись по залу, я попыталась позвать богиню – безрезультатно. Даже на ее трон уселась и статую от души пнула. Тишина. И на что я надеялась? – Ну, как знаешь, – обиженно буркнула я, обращаясь к одной из мраморных статуй, и мстительно добавила, – мамочка. Неплохо бы поторопиться, а то влетит мне от Ларста. Лень он ненавидит едва ли не больше, чем распущенность. – Как ты меня назвала?! – я чуть было не налетела на удивленную донельзя Алю. Но притормозила вовремя, что не может не радовать. Оказывается, у этих шат еще и реакция хорошая. – О! – я разве что в ладоши не захлопала. – Явилась наконец! – Чего тебе? – недовольно зевнула моя создательница и попыталась ретироваться, но была безжалостно схвачена мной за рукав. Для надежности пришлось еще и когти в ткань запустить. От этой богини ж всякого ожидать можно! – Не мне, – спокойно возразила я. Знал бы кто, чего мне стоило не сорваться на шипение! Даже копчик яростно зачесался. Еще одна кошачья привычка – в минуты злости вертеть хвостом. Боюсь и представить, как это смотрится в человеческом обличье! – Это тебе во что бы то ни стало надо выиграть. А без меня это будет, мягко говоря, проблематично. – Опять ты нарываешься? – немного удивленно вопросила Аля и попыталась испепелить меня взглядом. Правда, быстро забросила это неблагодарное занятие. Ей было лень. – Ага, – я кивнула и нагло заглянула богине прямо в глаза. – А что мне терять? Ты же не убьешь собственную марионетку. В последнем уверенности не было. Просто интуиция настойчиво подсказывала, что сейчас следует вести себя именно так. Распылит – ну и бес с ней! Какая разница, сейчас или через несколько дней? А нет, так еще лучше. Тогда у меня появляется хотя бы призрачный шанс выжить. – Кстати, меня Бэллес зовут... Можно Бэлла. Бэлку я ей позволить пока не готова. Альбрехтина задумчиво поджала губы, но возражать не стала. На округлом лице богини явственно отражался мыслительный процесс. – Твоя задача – остаться в живых. Не волнуйся, я буду помогать по мере сил. Только имей в виду, что возможностей у меня не много. Как видишь, Прохиндейка – не самая популярная из божеств... Ничего подобного я пока что не видела, поэтому пришлось поверить ей на слово. – Тот, кем играет твой брат, будет пытаться меня убить? – липкий холодок пробежался вдоль спины. Зуд все нарастал, и я, не в силах больше терпеть, уступила инстинкту. – Возможно. Когти больно впились в ладони. – И кто же он? Не удивлюсь, если какая-нибудь нечисть. О последней я знала только то, что она есть, но коль уж лентяйка Альбрехтина создала меня, страшно даже подумать, кого породило больное воображение ее братца. – Чтоб я знала! – голубые глаза обиженно заблестели. – Этот обманщик его скрыл. До сих пор не понимаю, как ему такое удалось. Так что ты на всякий случай не доверяй никому. И учись уже оборачиваться. Думаю, вторая ипостась тебе скоро понадобится. Ага, проще сказать, чем сделать. Где, спрашивается, я ей найду другую шату, чтобы проконсультироваться? Сотворить такое чудо самостоятельно я уже и не мечтаю. – А если ты... мы выиграем, – я осторожно коснулась самого главного, – ты оставишь меня в живых? Сердце подпрыгнуло и замерло в ожидании ответа. Пожалуйста... Что тебе стоит? – Исключено, – категорично заявила Прохиндейка и уже мягче добавила: – Боюсь подумать, что со мной сделают, если в Пенатах прознают о твоем существовании. Ну, вот... А счастье было совсем близко! – Так не честно! – заканючила я. В глазах неприятно защипало, и только природная нелюбовь к сырости помешала мне разреветься. Я ей тут помогаю, хвостом своим рисковать собираюсь, а она!.. – Ладно, я что-нибудь придумаю, – неопределенно пообещала богиня, высвобождая то, что осталось от многострадального рукава. А что, я старалась! – Но сейчас мне пора. По определенным причинам мне тяжело долго находиться среди смертных. Даже в своем собственном храме. Вот она была, а вот ее уже нет. Я несколько мгновений бездумно пялилась на место, с которого только что исчезла Альбрехтина. Что ж, для начала очень даже неплохо. Только теперь лучше поторопиться, иначе придется до самого вечера слушать недовольное брюзжание Ларста. Из храма я почти выбегала. – Долго же ты! Неужто впрямь в жрицы собралась? Ф-фр-р-р-р... Опять этот рыжий! Приворожила я его, что ли?! Попытка проскользнуть мимо надоедливого поклонника по-тихому провалилась с треском. С оглушительным таким треском! Меня довольно грубо схватили за руку и потянули куда-то в сторону. Точно синяк останется, – мрачно подумала я, глядя, как шершавые пальцы с не очень чистыми ногтями впиваются в кожу. В душе обжигающей волной поднималась обида. – Пусти! – срываясь на шипение, потребовала я. Он упрямо мотнул головой. – Неужели тебе не говорили, что приставать к беззащитной девушке нехорошо? – Так то к девушке, – отмахнулся стражник, – а ты – шата. И что, что шата? Не человек я, что ли?! От накатившей злости я даже испугаться толком не успела. А стоило бы. Мгновение, и я оказалась в темной подворотне, да еще прижатая к не особенно чистой стене. Чуткое обоняние уловило стойкий запах застарелого пота. К горлу подкатила тошнота. Стражник потянулся ко мне с вполне определенными намерениями. Скотина! Погоди ж ты у меня! Навек запомнишь, как руки распускать! Я уже успела примериться для спасительного удара, как вдруг почувствовала, что его хватка ослабла. Рыжий отскочил, как ошпаренный. Неужели передумал?! – успела изумиться я, прежде чем приземлиться на четыре лапы. Получилось!!! – радостно стучало в висках, пока я неслась, не разбирая дороги. – Я обернулась! И ведь даже не почувствовала ничего! Права была Аля, кошачья ипостась – это очень даже удобно. В ней я выносливее, да и бегаю куда быстрее, чем на своих каблучищах. Инстинкты обострились, и ориентироваться стало куда проще. К тому же, мелкая животинка с легкостью просачивалась там, где человеку уж точно хода не было. Плюс никакой боли при обороте... Последнее, наверняка, заслуга криворукой богини, но я почему-то не против. Полностью уступив кошачьей сущности, я совершенно не задумывалась, куда бегу. Поэтому немало удивилась, обнаружив себя вцепившейся в толстую дубовую ветку. С ходу сообразить, куда это меня занесло, не удалось. И как перекинуться обратно, представлялось с трудом, так что я устроилась поудобнее и позволила кошачьему тельцу погрузиться в дрему под аккомпанемент самодовольного урчания. Пробуждение оказалось не из приятных. Сначала появились голоса. Они-то меня и выдернули из сна. Бесцеремонно вклинились в уши, разгоняя блаженную дрему. – Издеваешься?! – гнусавил один. Судя по всему, принадлежащий подростку. Тонкий и удивительно мелодичный голос еще даже не начал ломаться. – Или правда думаешь, что я, принц, стану ночевать под открытым небом? Даже не мечтай! Немедленно верни мне мой мейс, и я, так и быть, выделю тебе в нем покои! Хотя, ты даже жалкого угла не заслуживаешь. В ответ на истеричные реплики раздался приглушенный смех – словно ножом по стеклу резанули. Жалкие крохи сна испарились без следа. По телу прогулялась липкая дрожь, руки изо всех сил обвили ветку. – Заботливая мамочка всучила тебе замок карманных размеров? – издевательски протянул неприятный голос. – Не приведи демоны, дитятко простудится. – Дай сюда!!! Снова смех. На всякий случай я обняла ветку еще и ногами. – Попробуй, забери... Снизу послышалась возня, быстро закончившаяся шлепком, точно мешок зерна с телеги сбросили, и обиженным скулежом. – Запомни, – равнодушно произнес страшный голос, – на ближайшие несколько лет ты не принц. И вообще к Граду отношения не имеешь. Думаю, образ купеческого сына как раз то, что нужно. Лишних вопросов не вызовет и с тебя спесь собьет. Впрочем, можешь назваться полукровкой. Так даже интереснее. Слух поймал обиженный всхлип. – Паршивый рэй’тхи! Тебе просто нравится меня унижать! Отчего-то мне стало жаль мальчишку. Ну и спутник ему достался! – Ваше Высочество путает унижение с воспитанием, – спокойно возразили ему. Как-как он сказал?.. Высочество?! От удивления я даже руки разжала. Мамочки... А-а-а-а-а... Почему мне никто не сказал, что эти шаты на редкость безголовые особы? Да и чувство самосохранения явно погулять вышло. Плюх. Земля встретила меня стальными объятьями. Кожу обдало холодком. Только тут я решилась открыть глаза. Ох, лучше б мне провалиться!.. Под деревом, на котором задремала кошка, остановились два всадника. Правда, сейчас в седле оставался только один из них. Второй сидел на земле и яростно буравил обидчика взглядом. Рядом пощипывал травку освобожденный от ноши белоснежный жеребец. Почему бы мне не шмякнуться на него? Или, на худой конец, на землю. Так нет же, везучесть мне тоже, наверное, от Альбрехтины досталась! Огромный черный зверь злобно всхрапнул и повернул ко мне зубастую морду. Свалившаяся незнамо откуда шата его явно не обрадовала. Если не считать чисто гастрономического интереса... Вон, какие зубищи у этой зверюги! У меня аж душа в пятки ушла. – Ой, да они уже с неба на тебя валятся! – восхищенно протянул пацаненок, сверкая глазами. Все обиды мгновенно были забыты. Медленно-медленно я повернула голову, дабы наконец взглянуть на этого гения воспитания и любимца женщин. Э-э-э... Ну, что сказать?.. В тот момент я уже была не против и распылиться. Только бы не глядеть в эти черные с багровыми проблесками глаза. – Какого упыря?! – протяжно поинтересовался отошедший от удивления брюнет. На его щеках заиграли желваки. Ой, что сейчас будет... Алечка... – Я тебя спрашиваю! – рыкнул он и хорошенько встряхнул безвольно обмякшую меня. Колючий взгляд только еще раз доказывал: этот церемониться не станет. Из приоткрытого для объяснений рта не вырвалось и звука. Кажется, в этот раз я попала! – Смотри, она хочет тебя поцеловать! – пакостно хихикнул мальчишка. У-у-у, и я его еще жалела? Самой бы кто посочувствовал! Глаза напротив яростно полыхнули. По загорелому лицу стала расползаться ухмылка. Я с удивлением перевела помутившийся взор на свои руки, крепко вцепившиеся в ворот черной рубахи. Руки?! А вот это уже совсем плохо! Одно дело – свалившаяся с дерева кошка, и совсем другой – девица смазливой наружности. Неужели во сне обернуться успела? Чернявый окинул меня насмешливым взглядом (видно, окончательно очухался) и чуть склонился вперед. Я в ужасе отшатнулась. Поцеловать? Это?!!! Ни за что!!! Липкий страх затопил сознание, лишая возможности соображать связно. Лапы... когти... оборот... Бежать! Как можно быстрее, еще и попетлять, чтоб уж точно не поймали. – Шата!.. – выдохнули за спиной два ошарашенных голоса. Выдохлась я уже на другом конце города. Обернулась и привалилась к кирпичной стене ближайшего дома, жадно хватая ртом воздух. По-летнему знойный, он не мог остудить разгоряченного бегом тела. А топать к колодцу было лень. Хоть какая-то польза от шатьего обаяния – сама бы я еще долго осваивалась с кошачьей ипостасью. Приободренная этой мыслью, я отлепилась от стены и зашагала к “Норе”. Без особого, впрочем, рвения. Чувствую, Ларст мне хвост оторвет за такие прогулки! Причем с особой жестокостью. Небо на горизонте уже успело окраситься в розовый, пока дойду – так и вовсе стемнеет. Можно не спешить. И тут проснулась моя вредность. Потянулась, хищно огляделась по сторонам... В конце концов, это просто несправедливо! Почему одна я огребаю? Хм... хороший вопрос. Неужели ж я справедливость не восстановлю? На губы легла хитрая улыбка. Сейчас будет весело! Итак, с кого начнем? Так, смотрим по списку. Кто достал сильнее других? Альбрехтина? Нет, пожалуй, с создательницей ссориться пока не стоит. Пугающего брюнета лучше вообще забыть, аки ночной кошмар. Ладно, в моем случае дневной. Какая разница? Чего только спросонья не примерещится! Ларст... он, конечно, поворчит, но сиротинушку не обидит. Вот и мы его трогать не станем. Остается рыжий. Я круто развернулась, возвращаясь к уже облюбованной стеночке. Теперь главное остаться незамеченной. Кто живет в этом доме, я знала от городских кумушек, частенько забегающих к Панке на кухню, посплетничать. Михлай – лучший башмачник в городе. И вовсе не потому, что другого здесь просто нет. Но самым главным его достоинством, на мой мстительный взгляд, являлась единственная дочь – Стасья. Девица на выданье, между прочим. Ну, о том, что уже лет десять, как на выданье, так и быть, промолчим. Не долго Стаське в девках сидеть осталось. А что, одному уважаемому стражнику самое время обзавестись красавицей (тут я, конечно, загнула) женой и парой-тройкой таких же веснушчатых ребятишек. А я что? Я ради этого шатоугодного дела и свахой поработать могу. Даже денег за услуги просить не стану. Довольно мурлыкнув, я обернулась и шмыгнула в распахнутое настежь окно. Правильно, кто ж в такую жару их закрывает! Лежащее на кровати платье оказалось очень кстати. Нарядное, наверняка самое лучшее, что есть в Стаськином гардеробе. Только бы она не вздумала его стирать! А то такой план пропадет впустую. Но чуткое обоняние не уловило никаких лишних запахов, разве что травяного мыла. Победа будет за нами! – поздравила я себя, тихонько муркнула в усы и принялась самозабвенно кататься по зеленой ткани, оставляя многочисленные белые волоски. От них будущая невеста легко избавится, а вот с шатьим духом придется походить пару деньков. – Ах ты ж поганка! – заорала дурным голосом будущая теща и от души огрела обнаглевшую мурлыку грязным полотенцем. Оскорбленная в лучших чувствах я (благое ведь дело делала!), обиженно взмяукнула и кубарем сиганула в окно. Хорошо еще, что кошки всегда на четыре лапы приземляются! Бежала я быстро, но совсем не долго. Первый же темный закоулок скрыл белоснежную живность от сторонних глаз, если таковые вдруг имелись. Еще один оборот. На этот раз все прошло не так гладко, пришлось опереться на ближайшую стену, чтобы не упасть. От частой смены ипостаси кружилась голова. Ну да ничего, планируемый результат стоил этих незначительных жертв. – Алька! – свистящим шепотом позвала я, от всей души надеясь, что богиня откликнется. Со второй частью плана мне без нее не справиться. – Алечка!.. Ну, наконец! Альбрехтина с интересом оглядела грязный закоулок. Судя по улыбке, проскользнувшей по ее пухлым губам, здесь Прохиндейка чувствовала себя куда свободнее, нежели в сверкающем храме. Пусть даже и имени себя. – Что на этот раз? – лениво вопросила моя создательница. Но в голубых глазах играл неподдельный интерес. Такой она мне куда больше нравится. Я торопливо рассказала Але о попавшем под действие моего убийственного обаяния рыжике и посвятила ее в план по избавлению от надоедливого поклонничка. А что, она ж расу для будущей игрушки выбирала. Пускай теперь помогает справляться с последствиями. – Конечно, я участвую! – воодушевилась Прохиндейка. – Даже не сомневалась. Чтобы такая авантюра, да без тебя? Богиня польщенно покраснела, а вслух поинтересовалась: – Так что от меня требуется? – впрочем, тут же опомнилась: – То есть, я хотела спросить, что мне за это будет? Нет, она точно неисправима! – Тебе будет весело. Во всяком случае, уж точно веселей, чем с этим... как его... ну, который за везучесть отвечает. Видела я статую того божка! Тощий, мелкий, облезлый, то ли дело Аля! Она хоть живая, а у Везунчика даже в виде статуи глаза сухие. Бесчувственные. Не приведи боги иметь такого родственничка! – И ты больше не станешь обзывать меня мамочкой, – потребовала богиня, опасливо косясь на вконец отбившееся от рук творение. Я так и прыснула. Вот уж не ожидала, что невинная шутка так ее заденет! – Хорошо, – старательно борясь со смехом, закивала я, – мамочка. Алька обиженно надулась, но отвечать на мою шпильку не стала. – Так ты можешь сделать, чтобы эти двое встретились? – правильно, пора уже и к делу переходить. А то пока мы тут препираемся, я рискую остаться без работы. Само по себе это не так уж и страшно, но вот ночевать на улице что-то не хочется. – Вот еще! – фыркнула Альбрехтина. – Они и без моей помощи встретятся. Утром на площади была ярмарка, значит, вечером устроят танцы. Так вот для чего Стасья платье приготовила! – А где гарантия, что на мои чары поведется именно тот, кто надо? – все же опыта у меня маловато, лучше лишний раз подстраховаться. А то мало ли. Еще обзаведусь, не дай Альбрехтина, новым буйнопомешанным на моей хвостатой персоне, и что тогда? Несколько мгновений Прохиндейка задумчиво накручивала на палец светлую прядь. – Ты когда платье шерстила, о чем думала? – Ну... так сразу и не вспомнишь... – я принялась расхаживать вокруг богини. – О нашем разговоре в храме, о том, что Ларст ругаться будет... Да мало ли о чем еще! – А рыжего своего хоть раз вспомнила? Еще бы! Если от этого прилипалы вовремя не избавиться, он еще долго не даст себя забыть. – Вот и чудно, – довольно потянулась Алька. – Нам с тобой остается только затихариться подальше от посторонних глаз и наблюдать. Идем! Я послушно вложила ладонь в руку богини и... Все завертелось, закружилось, разлетаясь на мириады осколков, а уже в следующий миг я обнаружила себя на нарядно украшенной площади. Яркие лоскутки трепал легкий вечерний ветерок. В центре развели большой костер, вокруг него тут же сгрудилась молодежь. Чуть в стороне установили помост для трубадуров, сказочников и заезжих фокусников. В общем, для всех, кто мог и не боялся рискнуть позабавить народ. Тут и там сновали торговцы, наперебой предлагая сладости, горячительное или еще какие мелочи. Глаз выхватил пестро разодетую девицу с колодой карт. Мы стояли почти в самом центре празднества, но люди, казалось, глядели сквозь. Проходили мимо, словно и не сама Прохиндейка стоит сейчас посреди площади с лукавой улыбкой на губах. – Я мастер маскировки, – похвасталась Аля в ответ на мой недоумевающий взгляд. Тогда понятно. Нас действительно не видят. Взгляд выцепил из толпы рыжего. Стражник стоял в окружении изрядно подвыпивших дружков и, гордо выпятив грудь, что-то вещал. Те с интересом внимали, изредка посмеиваясь. – Протрезвить его? – с сомнением спросила Альбрехтина. Я смерила парня оценивающим взглядом. – И так сойдет. На ногах он держаться еще может, а в остальном... Пускай счастливая невеста сразу видит, какое добро плывет ей в руки. Будет знать, над чем работать. Стасья пришла одна. Ничего удивительного, девушки в наших краях обзаводятся мужьями довольно рано, и все ее ровесницы уже успели не только замуж выскочить, но и детишек нарожать. Я только поморщилась, представив себя на месте какой-нибудь из них. Фи! Видно, шаты в неволе не живут. Привычно пристроившись чуть поодаль, девушка тихонько наблюдала за веселящимися. И тут ее заметил ОН. Вид у рыжего был донельзя комичный. Словно его пыльным мешком по голове стукнули. Стражник удивленно похлопал глазами, повел носом и, оборвав свой рассказ буквально на полслове, рванулся к смущенно краснеющей Стаське. Раздираемая любопытством, я тоже принюхалась. К себе. Но ничего выдающегося не обнаружила. Обидно! Мне, между прочим, тоже интересно, чем пахнет шата! Воркование счастливой парочки закончилось тем, что жутко довольная Стасья подхватила суженого под тощий локоток и уволокла в неизвестном направлении. Раскрасневшаяся Альбрехтина (оказывается, моя создательница – романтичная натура) проводила парочку долгим взглядом, пробормотала что-то насчет свадьбы через неделю и перенесла меня к “Лисьей норе”. – Бэллес, – впервые богиня назвала меня по имени. К чему бы это? – Интересная ты девушка. Своей судьбы не имеешь, а чужие строишь. – О чем это ты? – с опаской уточнила я. Не нравится мне ее настроение. Хвостом чую, сейчас скажет гадость. – Да так... – Аля в задумчивости поцокала язычком. Словно решая, а стоит ли отвечать. – Этой девушке, Стасье, суждено было остаться старой девой. А мальчишка твой рыжий в Книге Судеб был записан жертвой к богу войны. Я изумленно вытаращилась на разоткровенничавшуюся богиню. Ничего себе! Это во что ж я вляпалась? Только бога войны мне сейчас и не хватает. Для полного комплекта, так сказать. – Ладно, иди уже, – повинуясь тычку, я послушно зашагала к двери. – Так и быть, с гномом я разберусь. Обещание богиня исполнила. Ларст был полностью поглощен беседой с незнакомым гномом и на возвращение блудной меня не обратил ровным счетом никакого внимания. Даже укоряющего взгляда не удостоил. Так что влетало мне от Панки. – Тебя где носило, лентяйка хвостатая? – требовательно вопрошала гномиха, размахивая у меня перед носом грязной тряпкой. Тоже мне, нашли средство борьбы с шатами! Чувствительный к запахам нос быстро высказал свое “фи”, и я тихо порадовалась, что так и не успела позавтракать. А уже, между прочим, ужин на подходе! – В храме. Мой бледный и крайне несчастный вид с легкостью сошел за приличествующее ситуации раскаяние, и хозяйка постепенно начала остывать. – Придумала тоже, к Прохиндейке ходить, – проворчала она, поворачиваясь к печи. – Другого здесь все равно нет. – Твоя правда, – со вздохом согласилась хозяйка и принялась выставлять на поднос миски да плошки. Наспех переодевшись, я подхватила это тяжеленное добро и шагнула в зал. Вернее, попыталась, но налетела на возникшего в проходе Ларста и была безжалостно впихнута обратно. – Там... там... – на гноме лица не было. Весь бледный, трясется, глаз дергается, – не иначе упырь с ближайшего погоста зашел пивка пропустить перед грядущей ночью. – Кто там? – без особого интереса спросила Панка, подсовывая мужу кружку с мутной жидкостью. Для успокоения. – Неужто Арук явился и долг месячной давности отдал? Или еще одна шата пожаловала? Гном залпом осушил целую кружку, заставив меня скривиться от пропитавшего кухню резкого запаха, и глухо выдохнул: – Бес. Или демон. Или еще кто, похуже. Панка подозрительно глянула на мужа, но явных признаков надвигающегося безумия не обнаружила и тоже озаботилась. – И что он там делает? Ларст только плечами пожал. Видно, от сердца у него уже отлегло, по крайней мере, дальнейшие объяснения были вполне связными. – Сидит. Ждет, пока заказ принесут. Еще и выродка своего с собой притащил. Меня полоснуло нехорошее предчувствие. Демон или кто-то еще более жуткий... Что же мне это напоминает? Но окончательно собраться с мыслями помешал грозный окрик гномов. Просто поразительное единодушие! – А ты чего встала? Остыло уже все небось, пока ты тут прохлаждаешься. Дабы удрать от надвигающегося нагоняя, я с подносом наперевес рванула в зал. Да так и застыла на пороге с открытым ртом. Чудо еще, что поднос не выронила с перепугу! За самым дальним столиком сидела давешняя парочка, темноволосый мужчина и двухцветный подросток, и о чем-то негромко переговаривались. Внутри все похолодело. Алечка, лучше бы это был упырь! С огромным трудом мне удалось призвать себя к порядку и, вместо того, чтобы с истошным визгом удрать куда глаза глядят, я шагнула в глубь зала. Вдруг еще пронесет? Жуткая коричневая тряпка, в которой я расхаживала среди столов, основательно портила красоту. Может не узнает? Дрожащие руки и нетвердая походка стали причиной нескольких недвусмысленных замечаний от подвыпившей публики. Я пошипела-пошипела и, видя, что по-хорошему они не понимают, показала внушительные коготки. Любителей острых ощущений вмиг поубавилось. Я уже почти успокоилась, почти добралась до спасительной кухни, когда почувствовала его взгляд. Он словно удар плетью лег мне на спину. Почти осязаемый, почти болезненный. Холодный, липкий страх невидимой пленкой окутал тело. Не стоило оборачиваться. Надо было драпать со всех лап, пока была такая возможность. Но какая-то неведомая сила остановила меня, заставила повернуться. Он смотрел прямо на меня. В свете горящего очага черные глаза отливали багрянцем. И взгляд такой... слегка удивленный, но довольный до ужаса. Как у сытого хищника, которому нежданно-негаданно попалась подходящая жертва. И теперь он неспешно раздумывает, отпустить ее или поиграть. Узнал! В этом сомнений быть не могло. И что теперь делать? Странный взгляд завораживал. Даже мое подернутое дымкой сознание не могло не отметить, насколько он отличается от тех, которыми меня ежедневно награждали всю прошедшую неделю. Ни презрения, ни плохо скрываемой похоти. Что же тогда заставляет меня трепетать? – Чего застыла, аки статуя? – грозно прошипел Ларст, вталкивая меня в кухню. – Ты его знаешь? – Откуда? – я возмущенно округлила глаза. Вот еще! Не знаю, и век бы не знала. Почувствовав себя в относительной безопасности, я стряхнула оцепенение и втихаря умыкнула с огромного блюда куриную ножку. Конечно же, Панка заметила, но бранить не стала. – Эта страхолюдина мне весь народ распугала, – принялся сокрушаться Ларст. – Все торопятся быстрей съесть свой ужин и убраться подальше. Как я их понимаю! Я неспешно прихлебывала молоко, заедая ароматной булкой, и потихоньку прикидывала, как бы отвертеться от предстоящего похода к дальнему столу. Одно дело, когда он издалека смотрит, но подойти... Прямо оторопь берет! Больной что ли прикинуться? – Так прогони его, – а что, по-моему, хорошая идея. Я с надеждой уставилась на гнома. – Сама прогони, коль такая смелая, – вяло буркнул тот. Ага, хитренький! Кто здесь мужчина, в конце-то концов? – Хватит болтать, – осадила нас деловитая Панка, нагружая новый поднос. – Никого выгонять не надо. Пускай лучше за ущерб платит. А что, распугал нам всех клиентов... Дослушивать я не стала, опасаясь, как бы мне не пришлось сообщать “упырю” сию “радостную” весть. Нет уж, пускай сами разбираются! Я подхватила поднос и, с видом идущей на заклание, побрела в зал. Харчевня опустела. На столах остались почти полные тарелки, рядом с каждой поблескивало несколько монет. Ух ты, сами расплатились! Обычно Ларсту приходилось битый час объяснять резко обнищавшим завсегдатаям, что в долг мы не кормим и уж тем более не наливаем. А тут... Я бы на месте хозяев этой парочке еще и приплатила. Тяжелый взгляд поймал меня на пороге. Я вздрогнула, замерла на мгновение и словно под гипнозом двинулась вперед. Губы незнакомца сложились в холодную улыбку. Чувствует, зараза, свою власть! – Так вот ты куда сбежала, – лениво протянул он, наблюдая, как я дрожащими руками составляю посуду с подноса на стол. – А я-то весь город перерыл в поисках шаты. Рука дрогнула, кувшин с вином накренился, зеленовато-золотистая жидкость растеклась по столу, но этого никто даже не заметил. Разве что двухцветный гадливо поморщился. – Ты меня искал? – тупо переспросила я, про себя умоляя Альбрехтину распылить меня прямо сейчас. Прохиндейка осталась глуха к мольбам своего создания. Может, он и есть игрок Сиана? – Да. Я торопливо опустошила поднос, вздохнула с облегчением и уже собралась удалиться, но тягучий голос не дал. Видно, у его хозяина на мой счет были свои планы. – Садись, – он взглядом указал на свободный стул. Ишь чего захотел! Я разве что не подпрыгнула от возмущения. Шипение вырвалось само собой, вот только прозвучало как-то совсем жалко. И снова нестерпимо зачесалось внизу спины, заставляя меня сделать несколько довольно комичных на вид движений. – Чт-то?.. – жалобно пискнула я. Да Ларст мне за такие выкрутасы не то, что хвост, голову оторвет! – Я сказал, сядь, – уже с большим нажимом повторил мужчина и, видя, что я начинаю пятиться в сторону кухни, опустил руку мне на спину. Брр! Холодная. Даже через грубую ткань платья чувствуется. Ни дать, ни взять умертвие! Сейчас как схватит... Окончательно перепугавшись, я со всей дури огрела его подносом по темноволосой голове. Звон стоял такой, что просто заслушаешься! Чугунная она у него, что ли?! Черноглазый озадаченно моргнул, потом еще раз, и тут до меня со всей очевидностью дошло, в каком плачевном положении я оказалась по вине собственного дурного характера. Стоп! Почему это собственного? Им меня тоже Аля облагодетельствовала. Поверженный враг вовсе не собирался валиться под стол без чувств. Напротив, выглядел до противного живым и жутко злым. Даже его спутник не рискнул прокомментировать ситуацию и сжал и без того тонкие губы в нитку, дабы ни одного смешка не проскочило. Дело худо, пора уносить хвост подальше от намечающихся боевых действий. Нежно прижав к груди вдруг ставший таким родным поднос, я попятилась в сторону кухни. – Далеко собралась? – вкрадчиво поинтересовался темноглазый, поднимаясь во весь рост. Шаг, и на моем запястье сомкнулись ледяные пальцы. Сердце подпрыгнуло и отчаянно забилось где-то в горле. Что сейчас будет... Увесистое средство самообороны со звоном отлетело к противоположной стене. А я мрачно решила, что в следующий раз стукну два раза. А лучше три, так оно надежнее. – Что здесь происходит? – строго осведомился Ларст, выплывая из кухни. Уверена, от странного гостя не укрылся нервный блеск в глазах хозяина. Тоже мне, защитник нашелся! – Ничего особенного, – отмахнулся черноглазый, но мою руку все же отпустил. – Просто эта леди больше здесь не работает. Надеюсь, звон отвалившейся челюсти слышала одна я. Несколько драгоценных мгновений ушло на то, чтобы осмыслить услышанное. – Что-о?.. – наконец в один голос промычали все, за исключением черноволосого нахала. Раскомандовался, упырь несчастный! А когтями? – Я ее забираю. Раскатал губу. Кто ж тебе отдаст? Я перевела полный надежды взгляд на гнома. – Так и знал, что все этим кончится, – принялся пыхтеть, аки вскипевший котелок, тот. – Мало того, что шлялась весь день незнамо где, так еще и хахаля своего привела! Забирай, конечно, мне эта вертихвостка здесь не нужна. – Ах ты предатель бородатый!!! – взвыла я, отрастила когти и попыталась приложить их к одной бородатой физиономии, но была перехвачена на полпути сильной рукой. Трепыхнулась пару раз для порядка, но оценив всю бесполезность усилий, кулем повисла на удерживающей меня конечности и тоненько заскулила. – Угомонилась? – участливо осведомился чернявый и, не дождавшись ответа, велел: – Иди собирайся. И сними уже наконец это тряпье, оно тебе не идет. Пришлось подавить вертевшуюся на языке гневную тираду вместе с жалобным всхлипом и топать в указанном направлении. Ну, я вам устрою!.. – А ты, – продолжал меж тем этот бессовестный похититель, – принеси еще одну тарелку – девушка будет ужинать с нами. Кстати, все давным-давно остыло. Распорядись подогреть. На губах невольно проклюнулась мстительная ухмылка. Слова надменного гостя жидким медком пролились на пылающую обидой душу. Получил, морда трусливая? Ничего, и с другим разберемся. Не думает же он, что я и в самом деле собралась с ним куда-то ехать? Особых вещей у меня отродясь не водилось, а значит – собирать было нечего. Так что, быстренько переодевшись в любимый костюмчик, я призадумалась. Здорово было бы сейчас вернуться за стол и понаблюдать, как Ларст хлопочет вокруг. Уж я бы ему устроила прощание! Навек бы запомнил. Вот только тогда от опасного незнакомца уже не отделаешься. Придется поехать с ним, и одним демонам известно, куда он вознамерился увезти меня. Нет уж, не бывать такому! Не позволю решать за меня. Не желаю быть ничьей игрушкой! Хватит мне двух бессовестных боженят. Скучно им, ты ж понимаешь! А то, что судьбу исковеркать – не яблочко скушать, это им все равно... У-у-у, вот так бы и покусала... Ладно, с этими потом разберемся, а сейчас надо спасать свою пушистую шкурку, пока она вместе со всем прилагающимся не перешла в собственность одного черноволосого упыря. Доказывай потом, что один владелец божественной наружности у этого добра уже имеется! Здесь без вариантов: сматываться надо, и все тут. Договорившись наконец с собой любимой, я облегченно выдохнула и обернулась. Кошка – она ж юркая, хоть под печь забьется, хоть в подпол пролезет. Да, пожалуй, второй вариант мне больше нравится. А оттуда и до свободы лапой подать... В идеале, следовало отыскать укромный уголок в погребе и переночевать там. Но страх сдобренный здоровым возмущением мешал мыслить трезво. И ладно бы боялась только человеческая часть меня... С ней управиться легче. Так нет же, кошка тоже сходила с ума от ужаса. А это уже хуже. Но может, так оно даже лучше? Наверняка тот, от кого я бегу, не простой человек. Есть в нем нечто эдакое... Такой бы точно нашел, если бы захотел. На неприкаянную животинку, одиноко бредущую по ночной улице, внимания не обращали. Редкие прохожие подозрительного вида скользили равнодушными взглядами и торопились по своим не менее подозрительным делам. Что ж, неплохо для начала. Может, теперь всегда так ходить? Ближе к утру я пришла к неутешительному выводу, что всегда не получится. От долгого пребывания в теле кошки голова кружилась, и к горлу подкатывала тошнота. Видно, человеческая моя половина все же сильнее. Пришлось срочно бежать в ближайший закоулок и очеловечиваться. А как все хорошо начиналось! Интересно, меня ищут? Еще скажи, с собаками, – одернула я себя. Размечталась! После оборота я обнаружила себя едва ли не на четвереньках. И когда так вымотаться успела? Еще и желудок напомнил о своем существовании деликатным урчанием. Как некстати! Все, в следующий раз сначала поужинаю, а потом сбегать буду! Первой подобралась кошка. Послушная ее инстинктам, я попыталась зашипеть. Не вышло, звук так и застрял в горле. А у самого носа я вдруг обнаружила блестящий черный сапог. Ой, не к добру... Да как он только умудрился так быстро найти меня? Поднималась я медленно. Очень медленно. Вслед за сапогами появились заправленные в них штаны, черная рубаха и тяжелый плащ, на который в художественном беспорядке спадали длинные рыжие волосы. Рыжие?! Я сдавленно фыркнула и резко выпрямилась, заглядывая в совершенно незнакомое лицо. Надо признать, мужчина был очень даже ничего. Высокий, статный, с резкими чертами лица и глубокими карими глазами. Я бы даже назвала его симпатичным, если бы не пара аккуратненьких рожек, украшающих его лоб. Рога... Не удивлюсь, если где-то под плащом еще и хвост найдется. – Демон!!! – вскрикнула я и шарахнулась в сторону. Что ж за день-то такой?! Ловить меня никто даже не подумал. – Заметь, высший, – слегка обиженно уточнило рогатое явление. – И с чего тут хай поднимать? Я ж не ору на всю улицу, что поймал шату. Постойте-ка... Что значит – поймал? – Ну, я что ли пойду... – тихо пискнула я и бочком стала пробираться мимо демона. Кошка внутри просто билась в истерике. – Не так быстро, – он шагнул вперед, заступая мне путь к желанной свободе. – Не думаешь же ты, что я вот так просто возьму и отпущу тебя? До последнего момента, признаться, надеялась. – Мне в Подземном царстве все обзавидуются, – расплылся в мечтательной улыбке рыжий гад. – Настоящей шаты никогда не было даже у моего брата. А он, между прочим, первый фаворит ее Темнейшества. Вот это называется влипла! Не хочу я в Подземное царство! Алечка, спасай!.. Шорох за спиной я не услышала – кожей почувствовала. И тут же отозвалась яростным шипением. – И у тебя не будет, – тягуче обломали демона. – Разве что другую поймаешь. Эта – моя. Фррррр... Развели тут клуб собственников. Куда только Альбрехтина смотрит? – Эй, постойте, – возмущенно вклинилась я. – А меня спросить не надо? Может, у меня вообще другие планы? – Заткнись! – в один голос рявкнули эти шатовладельцы и принялись сверлить друг друга злобными взглядами. Я обиженно прикусила язык. Может, пока они тут делят шкурку не пойманной шаты, мне удастся незаметно улизнуть? Перспектива близкого общения с любым из этих двоих меня абсолютно не вдохновляет. Но не успела я и двух шагов сделать, как на плечи легли холодные руки. Кажется, побег отменяется. – Счастливо оставаться, – насмешливо бросил темноглазый, обхватил меня за талию, и я почувствовала, как ноги отрываются от земли. – И привет Темнейшей. – Да разве ж я... – оскорбился Сиан, искоса поглядывая на сестру. – Как ты вообще мог обо мне такое подумать?! – Альбрехтина обиженно отвернулась.

Глава 4. Договор

– Твой ход, – напомнил Гэльсиан, возвращаясь на свое место. В отличие от эмоциональной сестры, он на удивление быстро справился с собой и теперь излучал холодное безразличие. На мгновение Аля прикрыла глаза, словно вглядываясь в глубь себя. Жалко будет потратить ход на какую-нибудь ерунду. Но придется... Клетка полыхнула голубоватым светом, являя взору Сиана фигурку мага. Аккурат между ангелом и кошкой. – Летать они все-таки не умеют, – довольно отметил темноглазый, перехватывая меня поудобнее и разворачивая лицом к себе. Боясь встретиться с ним взглядом, я опустила глаза и... Это была роковая ошибка. Земля быстро отдалялась, и я с небывалой ясностью поняла: Я БОЮСЬ ВЫСОТЫ!!! Причем, намного сильнее, чем крылатого, демона и Альбрехтину вместе взятых. – Не смотри вниз, – запоздало предупредил тягучий голос. И как я его еще расслышала через гулкий звон в ушах? Я поспешно зажмурилась, но было уже поздно. В горле встал противный ком, а давным-давно забытая куриная ножка жалобно попросилась наружу. Нет, такого безобразия мне точно не простят! Глотнув прохладного ночного воздуха, мне кое-как удалось сдержаться и не сделать грязное дело. – Прекрати об меня тереться! – прорычал мой летучий транспорт. Что?! Я робко приоткрыла один глаз и чуть было не завизжала с перепугу. Хотя, по-моему, дальше пугаться уже просто некуда. Заледеневшие пальцы намертво вцепились в ворот черной рубахи. Кажется, вот-вот и она затрещит! А одеревеневшее тело крепко прижалось к единственному живому существу, которое нашлось поблизости. – Не могу, – прохрипела я, прижимаясь к нему еще теснее. Не съест же он меня в конце концов? Разве что бросит... Впечатлившись последней мыслью, я на всякий случай еще и когти выпустила. – Какого упыря ты творишь?! – судя по голосу, крылатый никак не мог определиться: злиться ему или беспокоиться. Тягучий голос доносился будто издалека. В ушах свистел ветер, размашистые движения крыльев наталкивали на мысли о морских волнах. Боги, я же кошка! Воды, такой воды, я тоже боюсь. Снова зажмурившись, я инстинктивно сжалась в комок. Тело прошила крупная дрожь. Теперь каждый вдох давался с огромным трудом. – Поставь меня на землю, не то хуже будет, – шевельнула я губами, без особой уверенности, что с них сорвется хотя бы звук. Но крылатый все прекрасно расслышал. Спустя всего несколько мгновений я почувствовала, что мы приземлились. Твердая почва под ногами немного отогнала панику, но меня до сих пор колотило. И глаза упорно не желали открываться. – Эй, ты чего? – чернокрылый все-таки решил, что беспокоиться стоит. – Неужели я такой страшный? Вообще-то, да. Но сейчас не до этого. – Я высоты боюсь, – глухо созналась я, еще и зубами клацнула. Такого ответа от меня явно не ожидали. – А сразу сказать не могла?! – Я сама только что узнала! Вот чего, спрашивается, злится? Можно подумать, он ожидал, что я буду пищать от восторга и рассыпаться в благодарностях за подаренные впечатления. Вот уж вряд ли! Окончательно погрязнуть в тех самых “впечатлениях” мне помешали самым наглым образом. Об макушку потерся шершавый подбородок, вышибая из головы все связные мысли подчистую. По спине скользнула прохладная ладонь. Самое забавное, что только тут я перестала трястись. Даже глаза приоткрыть осмелилась. Мой испуганный взгляд тут же поймали глаза-вишни, и я поняла, что спрятаться за опущенными веками уже не получится. Не поможет. Но снова испугаться просто не успела. – Может, уже пора отпустить меня? – ласково прошептал он мне на ушко, предварительно чуть приподняв. Что?! Боги! Я ведь до сих пор буквально вишу на нем. И самое обидное, что одеревеневшие пальцы никак не хотят разжиматься. – Н-не могу... – жалобно пискнула я, но, поймав насмешливый взгляд, поспешила перейти в наступление: – А что, так противно? Крылатый чуть дрогнул, осторожно поставил меня на ноги и с усмешкой ответил: – Наоборот. Вот только сбрендившего... эм... кто он там?.. мне сейчас и не хватает. Это ведь не тщедушный стражник, от него так легко не отделаешься. Да и захочу ли? Я с удивлением поймала себя на мысли, что обниматься с ним не так уж и неприятно. Щеки тут же заалели, выдавая меня с потрохами. Предательницы! Уже даже себе самой доверять нельзя. Вдоволь насладившись моим смущением, крылатый принялся осторожно, по одному, разжимать мои пальцы. Надо признать, с самоконтролем у него полный порядок, – не без облегчения отметила я. Поучиться, что ли? Оглядевшись по сторонам, я худо-бедно прикинула, где бы мы могли находиться. По всему выходило, что совсем недалеко от злосчастного дерева, с которого я так неудачно рухнула на этого прилипалу. И зачем мы здесь? Нет, я так больше не могу! Ситуация требует прояснения. И сейчас же! – Ты кто? – вопросила я, снизу вверх поглядывая на это чудо темноглазое. Так с ходу причислить его к какой-нибудь расе не получалось. Разве что, к демонам, но интуиция сопротивлялась. – Габриэль, – представился чернокрылый. Измусоленный ворот наконец получил долгожданную свободу и повис лохмотьями. Острые у меня коготочки! Жаль, радость была не долгой. Лишившись опоры, коей служил мужчина, я с визгом плюхнулась в траву, не удержавшись на ватных ногах. – И я не демон, – на всякий случай уточнил Габриэль. Крыльев у него уже не было (и как я только проглядела момент их исчезновения?!), но даже так с человеком его ни за что не спутаешь. – Гномы решили, что ты бес, – сдала я бывшее начальство. Чернявый презрительно скривился и гордо заявил: – Я – ангел! Хм... Если б я и так не сидела на пятой точке, непременно уселась бы на нее сейчас. Может у меня глюки с перепугу начались? – И нечего так на меня смотреть, – ангел снова начал злиться. – Шата – куда большая диковинка, чем я. – Так вот зачем я тебе понадобилась! Тоже мне, коллекционер нашелся!!! Мое возмущение было щедро сдобрено шипением. – Не фырчи, – отмахнулся от справедливого негодования этот нахал. – Со мной ты в куда большей безопасности, чем с тем рыжим демоненком. Или стражником. Везет тебе на рыжих. Я независимо вздернула нос, всем своим видом показывая, что его черноволосая персона тоже особой симпатии в моей кошачьей душе не вызывает. – И вообще, хватит уже рассиживаться, – меня бесцеремонно сцапали за руку и вздернули на ноги. – Нам еще этого паршивца малолетнего искать. Особого смысла сопротивляться я не видела (ну, потащат меня силком, и что?), поэтому покорно побрела вслед за Габриэлем. Вот если бы сейчас обернуться – был бы реальный шанс сделать ноги, но силенок на подобные подвиги уже не было. Хотелось спать, есть и расцарапать кому-нибудь рожу. Причем, именно в такой последовательности. Долго идти не пришлось. Двухцветный спутник чернокрылого расположился как раз под памятным дубом и в данный момент мирно дрых. На смуглой мордашке застыло до того обиженное выражение, что я не сдержала улыбки. Кажется, кого-то все же заставили заночевать под открытым небом... И этот кто-то ослушаться не посмел. – Это твой сын? – высунуло нос мое любопытство. А что, очень даже похож. По крайней мере, сейчас, когда видна только темная половина. Габриэль слегка поменялся в лице, и я поняла: не угадала. Интересно, по дурной голове он мне сейчас настучит, или утра дождется, чтобы казнь была образцово-показательной? Но мой похититель уже в который раз проявил просто невиданные чудеса самоконтроля. – Нет, с чего ты взяла? – почти спокойно открестился крылатый. – Диан – наследный принц Воздушного града. Точно! Мальчишка говорил об этом как раз перед тем, как я с ветки свалилась. – А я всего лишь сопровождаю его Высочество в дороге. Черноглазый разжал пальцы и выжидательно уставился на меня. Нашел дуру! Все равно ж поймает. – Так ты слуга принца? – спросила я, проглатывая зевок, и опустилась на мягкую траву. Фи! Мокро... Терпение ангела закончилось в самый неподходящий момент. – Хватит болтать глупости, – прошипел он, нависая надо мной и пронзая острым взглядом, от которого мороз по коже продрал. И что я такого сказала? Посвящать разобиженную шату в тонкости своих взаимоотношений с ангельским наследником никто (в виде одной злобной морды) не стал. Ну и ладно! Не сильно и хотелось... На ночлег мы устраивались под тем же деревом. Габриэль разостлал на мокрой от росы траве походное одеяло, бросил в предполагаемое изголовье сумку и призывно махнул мне рукой. Э-э-э... Он это что, серьезно? Я подозрительно сверкнула глазами в сторону ангела и на всякий случай попятилась. – Не глупи, – воззвал к шатьему благоразумию (хе-хе, наивный!) крылатый. – Другого одеяла у меня все равно нет. И, видя, что словами делу не поможешь, шагнул ко мне. Кошка внутри ощетинилась, заставляя меня сделать то же самое. Когти опасно блеснули в свете круглой луны. – Напугала, – фыркнул темнокрылый, сцапал меня за запястье и потащил к импровизированному ложу. У-у, зараза! Я шипела, брыкалась, но в благородном деле освобождения себя от наглого захватчика предсказуемо не преуспела. А оказавшись на сухом одеяле так и вовсе притихла. Утро вечера мудренее. В крайнем случае, использую когти. Как выяснилось, расслабляться было рано. Не иначе, как этот гад с крыльями вознамерился мне отомстить за оба побега разом. Еще и про моральный вред не забыл! О-о-о, месть его была страшна! Не успела я отойти от первого шока, как меня ждал второй. Оставив меня в покое, Габриэль легонько потер ладони одна о другую, развел их в стороны, и моему ошарашенному взору предстала темная лента. Она переливалась и чуть подрагивала, словно живая. Ничего себе! – Выбирай: за руку или за ногу, – милостиво предложил черноглазый. Алечка... Меня окатило волной паники. – Ты шутишь... – омертвевшие губы шевелились с трудом. – Нет, – довольно оскалился крылатый. Весело ему! И куда только Альбрехтина смотрит! – Не посмеешь!!! – голос предательски сорвался на визг. Потревоженный нашей возней мальчишка сонно закопошился в одеяле. – За ногу будет удобнее, – решил за меня чернокрылый и тоже опустился на одеяло. Сотканная из тьмы лента скользнула вслед за хозяином и обвилась вокруг наших лодыжек. – До рассвета осталось всего ничего, и я собираюсь спать, а не караулить тебя. К тому же, не хотелось бы утром снова вырывать тебя из чьих-нибудь объятий. Фр-р-р... – Сволочь! – прошипела я. Как же хочется вцепиться в его наглую физиономию! Но странное оцепенение, вызванное накопившейся за день усталостью и связывающей меня тьмой, помешало. Я обессиленно закрыла глаза и даже руку, по-хозяйски обнявшую меня за талию, оставила без внимания. – Спокойной ночи, Бэллес, – неожиданно горячее дыхание обожгло ухо. Он знает мое имя? Ни за что не смогу уснуть с этой гадостью! Две эти мысли одновременно пронеслись в затухающем сознании, и я погрузилась в крепкий сон. Утро началось со звуков. – Отловил все-таки свою девку, – без особого довольства в голосе заметил мелкий. Надо же... Оказывается, не все здесь рады моему присутствию. Ревнует, что ли? Габриэль никак не прореагировал. – Надеюсь, оно того стоило? – с легким оттенком брезгливости осведомилось Высочество. – Не забудь, ты здесь для того, чтобы обеспечить мое поступление, а не... Окончание фразы потонуло в яростном шипении взбешенной шаты. Вот ведь паршивец малолетний!!! Думает, можно меня безнаказанно оскорблять? Размечтался! Холеную физиономию ангельского принца пересекли три кровоточащих рубца. Да-а, прыткости Габриэля ему определенно недостает... На мое счастье. – Ах ты дрянь!!! – завопило Высочество и попыталось броситься на меня, но кошачья ловкость сделала свое дело. Я легко ускользнула в сторону за какую-то долю мгновения до того, как руки Двухцветного успели вцепиться мне в волосы. Дерется как девчонка, – злорадно отметила про себя. – Угомонитесь оба, – негромко рыкнул Габриэль, оказываясь между нами. Я испуганно попятилась, но тут же гордо вздернула нос и обиженно заявила, указывая на черно-белое недоразумение: – Он меня оскорбил. – Правду сказал! – Да за кого ты меня принимаешь?! – За шату, коей ты и являешься!!! – Молчать! – рявкнул чернокрылый, по очереди награждая нас с принцем испепеляющими взглядами. И уже спокойнее добавил: – Диан, извинись. – Извиниться?! – принц весь раздулся от возмущения, а мне пришлось прикусить язык, чтобы не хихикнуть. – Перед шатой?! – Да. Честно говоря, учитывая статус провинившегося, я не думала, что дождусь подобного чуда. Но, видно, чернявый обладал непререкаемым авторитетом, потому что Двухцветный смиренно шагнул ко мне и пробормотал извинения. Пришлось кивать в знак примирения и считать инцидент исчерпанным. Когда в нашей небольшой компании воцарилось относительное спокойствие, Габриэль принялся седлать коней, Диан с самым разнесчастным видом стенал над расцарапанным лицом, а я, чтобы не чувствовать себя совсем бесполезной, стала складывать одеяло. И только сейчас осознала, что свободна. Ничто мои ноги больше не связывало. Наверное, Габриэль освободил меня сразу, как только проснулся. А судя по тому, что поверх одеяла был раскинут его плащ, еще и накрыл. Заботливый какой! Вскоре крылатые оказались в седлах. Одна я неприкаянно облокотилась о шершавый ствол и поглядывала на них снизу вверх. – Бэлка, не дури, – пока еще мягко увещевал меня чернявый. Не так быстро. Я воинственно скрестила руки на груди. – С чего ты решил, что я с вами куда-то поеду? – можно подумать, меня кто-то спросит. Но попробовать-то можно! – Потому что я так хочу. Вот это самомнение! Я прямо обзавидовалась. – Первая причина меня не вдохновляет. Придумаешь другую? Знаю, что рискую. Но должна же я почувствовать границы дозволенного. Границы своей будущей свободы. Черные глаза нехорошо сузились, но голос прозвучал ровно: – Завтрак. Ты же хочешь есть? Искуситель! Желудок голодным урчанием выдал мое согласие. – К тому же, тебе будет интересно послушать, что я скажу, – продолжил темнокрылый, усаживая меня перед собой. Надежда посетить “Нору” в качестве клиентки все еще теплилась где-то на дне сердца. Уж я бы тогда оторвалась на этом лысом предателе! Это ж надо было – выставить меня на улицу ни за что, ни про что! Погоди ж, побегаешь ты у меня! Но, как оказалось, когти точила я зря. Габриэль самым невероятным образом просек мои мстительные планы, поэтому завтракали мы совсем в другом месте. Ясновидящий он, что ли? Обшарпанная вывеска гласила: “Золотой ястребок”. А внутри – дыра, не лучше и не хуже “Лисьей норы”. Самое то для нашего захолустья. Первый поднос с завтраком темнокрылый тут же отослал назад и так рыкнул на молоденькую разносчицу, что та еле не скончалась на месте от испуга. Бедняжка! – без особой жалости подумала я. Нашла кому глазки строить. Второй вариант предложенного нам завтрака оказался куда более съедобным. По крайней мере, на вид. Каша не была покрыта подозрительной коркой и аппетитно дымилась, хлеб казался свежим и даже мой чувствительный нос не уловил никаких лишних запахов от молока. И принес все это сам хозяин. Его морщинистое личико с хитрыми глазками-бусинками было последним, что я заметила, прежде чем окончательно отдала свое внимание еде. Кажется, черно-белое Высочество еще что-то ворчало по поводу своей тяжкой доли, Габриэль шипяще угрожал сделать ее еще тяжелее, если кое-кто сейчас же не прекратит ныть, но никакие внешние факторы не смогли меня отвлечь от ароматной каши, пока миска не опустела. – Почему оно не заживает? – обиженно протянул Диан, поглядывая в крохотное серебряное зеркальце. Нет, ну точно девчонка! Еще и зеркало с собой таскает. Я спрятала ухмылку в кружке с молоком и честно постаралась урчать как можно тише. – Потому что царапины от ее когтей не поддаются ускоренной регенерации, – просветил его Габриэль. – И заживать будут долго. Ух ты! А вот это уже хорошая новость. Надо запомнить, пригодится. – Что ж мне теперь, так и ходить расцарапанному? – готова поклясться, в карих глазах на мгновение блеснули слезы. – В следующий раз будешь следить за языком. Кто бы говорил, конечно, но в целом ход мыслей темнокрылого мне нравится. – Да не расстраивайся ты так, – мурлыкнула я, хитро сверкая глазами, – шрамы мужчину только украшают. И тут же чуть не схлопотала от чернявого подзатыльник. Все-таки верткая зверюшка получилась! – А ты вообще держись от него подальше! – опасно сузив глаза, предупредил наш надзиратель. – Все, что вам, шатам, нравится, в его возрасте еще нельзя. От обиды я подавилась молоком и надолго закашлялась. Хоть бы по спинке кто постучал, изверги! – Да что я вам всем сделала? – разреветься, что ли? По мне прошлись две пары удивленных глаз. – Ты – шата, – отозвался ангеленыш так, будто этим все сказано. Опять двадцать пять! – И что из этого? Вот вы, если верить вашим словам, ангелы, но я же молчу про вашу расцветку. Так чего на меня все кидаются, будто я им золотой задолжала, а отдавать отказываюсь? – Да про вас такие слухи ходят – закачаешься... – взгляд принца вдруг стал многозначительным. – А что, представительницы вашей расы – все как на подбор красавицы, да еще наделенные особыми чарами. Мало какой мужчина может устоять. Да что там мужчина, от особо талантливых кошечек даже у женщин крышу сносит! Прибавь сюда отсутствие моральных принципов как таковых... Я слушала, приоткрыв рот, не забывая мысленно возносить “хвалу” одной обитательнице Пенат. Неужели трудно было сделать меня кем-нибудь нормальным?! – Какие обширные познания для твоего возраста! – “восхитился” Габриэль. Мальчишка невольно съежился под его тяжелым взглядом. – Я взрослый мужчина! – тоненько пискнуло его Высочество. Но мне было не до их разборок. Надо срочно спасать свое доброе имя! – Вот ты, – палец, увенчанный чуть заостренным ноготком, бесцеремонно ткнулся Диану в грудь, – хоть одну шату в жизни видел? Почему-то в ответе я не сомневалась. – Где? – качнул головой мальчишка. – Я впервые покинул Град. – А ты? – я перевела взгляд на темнокрылого. Тот, к моему удивлению, тоже отрицательно мотнул головой. Надо же, какая я редкость! – В наших краях вы не водитесь, – чуть насмешливо отозвался мужчина. – Так что не удивляйся. Люди с непривычки особенно падки на твои... кхм... чары. Вот почему тебе лучше держаться поближе ко мне. О, кажется, мы наконец добрались до сути! – А у тебя, значит, иммунитет? – настороженно уточнила я. Судя по тому, что он на меня уже второй день как кот на сливки смотрит – вряд ли. – Я себя контролирую, – самоуверенно заявил крылатый. Ну-ну. Хочется верить. – И именно поэтому хочу предложить тебе сделку, – осторожно выговорил ангел и испытующе уставился на меня. Я ответила полным недоумения и здорового негодования взглядом. – Ничего такого! Ты сопровождаешь нас до Академии, а взамен получаешь оговоренную сумму и мое покровительство на время пути. – Э-э-э... – глубокомысленно выдала я. Ничего более членораздельного на ум не приходило. – Соглашайся! Все равно тебе идти некуда. В общем-то, он прав. Вот только... – Откуда мне знать, что ты не обманешь? – А мы заключим договор. Вот прямо сейчас пойдем к магу, и он скрепит наш деловой союз. Идет? Это полное безумие. Ох, и взбесится же Альбрехтина! – Идет! На столе прямо передо мной тут де появилось несколько серебряных монет. – Это что, задаток? – со странной смесью смущения и недоумения вопросила я. И что мне теперь с ними делать? – Нет, – хихикнул принц. – Это он с того гнома стребовал. Не зря ж ты у него целую неделю работала! Теперь уже смеялась и я. Послушать, с каким ужасом он это произнес, так можно подумать, что я год на гномьих рудниках батрачила! Габриэль расплатился, и мы двинулись в сторону ратуши – союз крепить. Но далеко не ушли. Всего в нескольких шагах от харчевни нас поджидали демоны. Одного – вчерашнего демоненка, размечтавшегося заполучить шату в личное пользование – я узнала сразу. Его трудно с кем-нибудь перепутать. М-да, действительно везет мне на рыжих... За его спиной маячили еще двое. Первый, с шевелюрой цвета ржавчины, напряженно помахивал шипастыми крыльями. Второй на вид ничем не отличался от человека. Ну, это если не нюхать... Кошачья половина меня попыталась ощетиниться, но быстро махнула на это дело лапой и отправилась в глубокий обморок. Человеческая тоже была близка к этому. Удерживало только острое желание оставаться в курсе событий. И вовсе не любопытства ради! Просто я прекрасно понимаю, зачем (вернее, за кем) явились эти трое. И распоряжаться собой, словно я вещь какая, не позволю. Чернявый не удостоил демонов даже беглого взгляда. Разве что крылья выпустил и широко развел в стороны, прикрывая нас с принцем. Я благодарно вцепилась в его рукав и меленько засеменила сзади. Может, удастся проскочить? Раздосадованные таким вопиющим невниманием к своим персонам демоны заступили нам дорогу. – Какого упыря, прах бы вас побрал? – тягуче осведомился Габриэль, раздраженно приподняв брови. Демоны напряженно переглянулись. – У тебя есть то, что мне нужно, – нагло заявил рыжий и рогатый. – Отдай, и разойдемся по-хорошему. Послышался треск. Эдак он никакой одежды не напасется... – О, великий Свет! – с придыханием заскулило Высочество. – Это заговор! Меня хотят похитить!!! Кажется, у кого-то разыгралась мания величия... Я насмешливо фыркнула и наконец оставила растерзанный рукав в покое. – Не надо себе льстить, – обломал подопечного Габриэль. – Не тебя, – подтвердил демон. – Ее. Габриэль со свистом втянул воздух сквозь сжатые зубы. А я поспешила спрятаться за Диана – такая волна угрозы прилетела от черного ангела. – Жить надоело? – свистяще осведомился он, смерив демонят презрительным взглядом. – Возвращайтесь внутрь и не высовывайтесь, пока не позову. Это уже нам. Принц схватил меня за руку и стал протискиваться сквозь тугое кольцо любителей поглазеть на чужие разборки. Прекословить такому Габриэлю он не решился. – Сейчас он их по стенке размажет! – азартно воскликнул ангеленыш и прильнул к не шибко чистому окну в надежде хоть что-то разглядеть. – Главное, чтобы не наоборот. Я последовала примеру мальчишки. – Не смеши, – Диан посмотрел на меня, как на сумасшедшую. – Габриэль – не простой ангел. Рэй’тхи запросто с самим Владыкой разделается. А эти, – он красноречиво махнул рукой в сторону оскалившихся демонов, – не многим старше меня. Чего ж они тогда так глупо нарываются? – возник вполне резонный вопрос. Но задать его я не успела, полностью поглощенная происходящим за окном. Уж не знаю, что сделал чернокрылый, но уже через мгновение площадь опустела. Зевак словно ветром сдуло. Даже хозяин харчевни и немногочисленные посетители, прилипшие к соседнему окну, испарились в неизвестном направлении. Что ж, так оно даже лучше. Обзор никто не загораживает. Между тем Габриэль и рогатый демоненок перекинулись еще парой слов, и рыжий обнажил внушительного вида меч. В ответ в руках ангела материализовалось нечто, дать название чему я затруднялась. На вид – черная палка. Не слишком длинная, не слишком толстая. Она казалась естественным продолжением ладони крылатого. Я невольно залюбовалась. Рэй’тхи неторопливо повел своим загадочным оружием, разминая мышцы, и оскалился в призывной улыбке. Рыжий тоже принял исходную позицию. Двое других с радостью его поддержали. Боги, неужели причина этой свары – бедная маленькая я? От этой мысли сделалось как-то не по себе. Начинать бой не спешил ни ангел, ни демоны. Кружили на месте, выжидали, не отрывая друг от друга цепких взглядов. От напряженного нетерпения я уже начала нервно постукивать каблучком, когда рогатый наконец не выдержал. Подняв меч в широком замахе, демон рыжей молнией метнулся к рэй’тхи. Последним, что мне удалось разглядеть, была удлинившаяся и заострившаяся палка в руках ангела. И как он ее только держать умудряется? Движения мужчин стали какими-то смазанными. Даже обостренное кошачье зрение не успевало разглядеть, что к чему. Да и тьма, легкой дымкой клубившаяся вокруг Габриэля, видимости не прибавляла. – Что там? Что там? – принялась я тормошить Диана. Судя по возбужденной физиономии и азартным выкрикам, у него подобных проблем не возникало. – Он ушел от удара рыжего, – принялся “переводить” мне принц, – увернулся от удара крылатого и, кажется, зацепил третьего... В доказательство на каменную мостовую брызнула темная, почти черная, кровь. От ужаса и всей гаммы запахов, долетающих даже сквозь плотно закрытые окна, меня замутило. Пришлось схватиться за принца, чтобы не упасть. – Ай! – пискнуло его Высочество и попыталось стряхнуть мою когтистую ладошку. Поверженный демон, скуля и подвывая, катался по мостовой. – Не отвлекайся! – прикрикнула я. – Шипастого окутала тьма. Ну, так даже не интересно... Ой, твой рыжий поклонник снова напал! Ха! – дальнейших объяснений не потребовалось. Рыжее недоразумение красиво пролетело через всю площадь, впечаталось в стену ратуши и съехало на землю. Радости мелкого не было предела. Габриэль взлетел. Когда не висишь в воздухе и не дрожишь от страха, полет, надо признать, выглядит впечатляюще. Огромные черные крылья со свистом рассекают воздух. Длинные волосы ангела треплет ветер, плащ развевается, – ни дать, ни взять коршун. Рэй’тхи завис над демоном и принялся что-то втолковывать ему. Слов я слышать, конечно же, не могла, но почти чувствовала, как тянется его голос. И глаза наверняка горят багряным пламенем. Бр-р!.. Демоненок покивал-покивал, затем отскреб себя от стенки, собрал постанывающих и хватающихся за различные части тела дружков и поспешно ретировался. Ангел проводил их долгим взглядом, сложил крылья и направился к нам. – Как ты их! – радостно бросился к чернокрылому Диан. – Особенно того рогатого! А... Я же наоборот отодвинулась подальше и постаралась дышать как можно реже. – Испугалась? – Габриэль истолковал мое оцепенение по-своему и, отодвинув восторженно скачущего вокруг него мальчишку, шагнул ко мне. – Не приближайся!!! – крик вышел до того пронзительным, что стекла в окнах тоненько звякнули. Я прижалась спиной к подоконнику и затравленно глядела на ангела. Интересно, от грохота собственного сердца можно оглохнуть? – Так ты благодаришь своего героя? – кажется, он обиделся. Кое-как переведя дух, я все-таки пояснила: – От тебя кровью разит, – и это еще мягко сказано. Мне стоило поистине нечеловеческих усилий заставить себя просто оставаться на месте. Пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы не сбрендить от бьющего по нервам запаха и не броситься бежать со всех лап. Не важно куда. – И металлом. И убери уже наконец эту гадость!!! Только наткнувшись на мой полубезумный от ужаса взгляд рэй’тхи соизволил заметить, что клочья тьмы до сих пор вьются вокруг него. Хмыкнул – почти беззвучно, но я все равно услышала – и с выражением крайней степени брезгливости на лице принялся разглядывать то, что осталось от его рукава после тесного общения с одной нервной шатой (не будем указывать пальцем, ладно?). Меня отпустило. Как странно... Что-то с этим крылатым не чисто. Надо будет поразнюхать при случае. – Вот бы мне с демоном в бою встретиться! – все не унимался наш воинственный принц. – Настоящим, а не той швалью – результатами неудачных экспериментов Темнейшей. Я б им задал! – Ты? – рэй’тхи (не забыть бы выяснить, что это за слово такое загадочное) оценивающе оглядел раскрасневшееся Высочество. И, судя по мрачной складке на лбу, результаты осмотра его мало удовлетворили. – Вряд ли. Скорее это они от тебя одни крылья оставят. Полутемный приоткрыл рот, но так и не нашелся с ответом и от возмущения пошел красными пятнами. Ну я же говорила – мания величия! Притом прогрессирующая. Надеюсь, это не заразно? – Эти паршивцы оказались еще совсем сопляками, – задумчиво продолжил Габриэль, но у меня возникло стойкое чувство, что обращается ангел больше к себе самому. – Не обученными и без способности к трансформации. Удивляюсь, как этот детский сад еще из Подземелья выпустили. А вот встреться нам взрослая, сформировавшаяся особь и... кхм... было бы о-очень интересно. Так вот в чем дело! А я-то, наивная, решила, что он меня защищал. Как же, размечталась! Этот герой всего лишь проверял боевые качества предполагаемого противника. Так, на всякий случай. На будущее. Отчего-то стало обидно. – Идем уже, пока стража не набежала, – и, не дожидаясь согласия мужчин, я, провокационно виляя бедрами (отчасти из вредности, отчасти из-за отсутствия в человеческой ипостаси хвоста), прошествовала к выходу. Между лопаток противно засвербело, но я только гордо задрала нос. Не надо оборачиваться, чтобы понять, кому принадлежит этот пронизывающий взгляд. Один-один. За спиной раздались тяжелые шаги. – Разве что спасибо скажут. К тому же я, как правитель Долины, неприкосновенен. Интересно, у всех ангелов совести нет, или это только мне так “повезло” с компанией? Это ж надо было такой выход испоганить! Прибалдев от услышанного, я пропустила ступеньку и чуть было кубарем не слетела с крыльца. Сильные руки подхватили меня в самый последний момент. Удержали, помогли вернуться в вертикальное положения и тут же заставили повернуться, чтобы багряные глаза насмешливо поведали мне, что их хозяин проигрывать не привык. И ничья его тоже вряд ли устроит. К ратуше я шла в изрядно подпорченном настроении. Помимо парочки заскучавших божеств к списку проблем добавился еще и ангел, у которого вообще не поймешь, что на уме. И ведь не отделаешься уже! Альке, что ли, пожаловаться? А то воплотила, и умыла руки. А ты, Бэлка, разбирайся со своими поклонниками как хочешь. Нет, дорогуша, так не пойдет! Субтильный юноша на главного мага, пускай даже в таком захолустье, не тянул. Но больше никого в кабинете не нашлось, и я, невзирая на все протесты рассудка, вынуждена была признать сей абсурдный факт. – Привет, – нахально осклабился Габриэль. Это я еще забыла упомянуть о том, что ангел вломился в ратушу, как к себе домой. Стражники у входа затравленно переглянулись и рыпаться не рискнули. И я их, в общем-то, понимаю. Даже при том, что слабаками они совсем не выглядели. – Помнишь меня? Судя по сникшему виду, он помнил. И вряд ли эти воспоминания были очень приятными. – Ч-чего желает господин? – проблеял Уриус Победоносный. Нет, он не представился. Я это на двери прочитала. Заодно и сделала для себя приятное открытие – я умею читать. Мелочь, конечно, но в местной глухомани большинство женщин этим скромным навыком не обладали. А если еще учесть природную косорукость моей создательницы, приправленную хроническим раздолбайством, то можно считать, что мне крупно повезло. – В идеале – чтобы Гильдия наконец опомнилась и прислала сюда кого-нибудь поопытнее, – невозмутимо сообщил крылатый и без приглашения опустился на хлипкого вида стул. И как он еще выдержал такую тушу?! – Но идеал, как известно, недостижим, поэтому будем работать с тем, что есть. Мы же с Дианом до сих пор скромненько топтались на пороге. Не потому, что войти не решались, просто внутри было до того пыльно, что я и дышать-то боялась. А принц, памятуя о своем ангельском происхождении, видно, решил, что ему по статусу не положено находиться в таком клоповнике. Одного Габриэля, кажется, ничего не смущало. – Ты хоть знаешь, что у тебя город в площадку для выгула демонят превратился? – обманчиво лениво осведомился темнокрылый. – Как – демонят? – сбледнул с лица главный маг. – Что ж я с ними делать-то буду? Вот еще с прошлого раза понял, что вы несчастья приносите. Тогда – людоеды, теперь – демоны. Дальше что? Давным-давно вымершие драконы вдруг объявятся? Я тихо хихикнула и спешно уткнулась носом в принца. Кажется, чья-то лень уже не помещается в этой каморе, гордо именуемой кабинетом. – Язык прикуси, – багряные глаза опасно сверкнули. – Иначе я тебе прямо сейчас наглядно продемонстрирую, что может быть страшнее людоедов и демонов вместе взятых. Победоносный маг придушенно икнул и с размаху плюхнулся на стул. Вокруг него тут же поднялось облако пыли. М-да, кому-то давно пора сделать генеральную уборку... – Ладно, я тебя предупредил. Теперь к главному – надеюсь, твоего скудного дара хватит, чтобы магически скрепить договор между мной и этой леди? – здесь последовал кивок в мою сторону. Главный захолустный маг подобострастно закивал. Правильно, эту заразу крылатую лучше не злить, по себе знаю. До сих пор с содроганием вспоминаю ленту из тьмы. Покопавшись в пыльных закромах своего стола, его магичество извлекло кусок пергамента с ободранными краями и, смахнув со стола все лишнее, гордо водрузило его на оный. Блеклые глазенки неопределенного цвета выжидательно уставились на меня. – Апчхи! – пришлось отлепиться от принца и топать вглубь кабинета. – Апчхи-апчхи-апчхи!!! На глазах выступили слезы. Видя такое дело, Уриус смилостивился и распахнул окно. Толку – чуть. Все же обостренное обоняние – это не всегда так уж хорошо. Дальше мы обговаривали условия договора. Мне в обязанности вменялось сопровождать крылатую парочку до самой Академии и всячески способствовать поддержанию легенды о купеческом происхождении нашего ангеленыша. Я невольно прыснула при виде смешно вытянувшейся мордашки Диана. Привыкай, тебе еще ой как долго сыном торговца прикидываться! Ничего, может хоть лишнюю спесь за это время подрастеряешь... Габриэль должен выплатить мне определенную сумму золотом по истечении срока действия договора. Вот здесь-то и начались проблемы. – Сколько ты хочешь? – спросил чернокрылый, поблескивая глазами-вишнями. Его взгляд так и говорил: “Сейчас проверим, насколько ты корыстная!”. А что сразу я?! – Не знаю... – что еще мне было сказать, когда про деньги я знаю только, что они бывают трех видов – золотые, серебряные и медные. Оплаченные первыми просьбы Аля старалась исполнять, вторыми – если у богини вдруг случалось хорошее настроение, а вот за медяк Прохиндейка и пальцем не шевельнет. – Вы что же, заранее договориться не могли? – удивился маг. Ха, знал бы ты всю историю, еще бы не так удивлялся! – Чтобы шата, и не знала, сколько она денег хочет?! – недоверчиво вскинул брови Габриэль. – В жизни не поверю. Это ж ваша вторая страсть после мужиков! – Ты опять?! – и без того скудное желание связывать себя договором с этим... нет слов уже на него, начало потихоньку таять. – Называй любую сумму, в пределах разумного, разумеется, – потребовал ангел. Я продолжала молчать. В итоге он сам назначил плату в пятнадцать золотых. Плюс защита меня от нежелательных ухажеров и, на этом пункте я особенно настаивала, неприкосновенность со стороны самого рэй’тхи. На том и порешили. – Итак, леди Бэллес, вы со всем согласны? – деловито вопросил Победоносный. Я его аж зауважала. Не за договор, за то, что смотрит на меня, как на человека. Хотя, может он просто шату не признал?.. – Договор, – понятия не имею, почему я ответила именно так. – Договор! – вторил мне Габриэль. По смуглому лицу черного ангела расползлась самодовольная улыбка. Во мне шелохнулось подозрение... – Договор, – подытожило его магичество и шлепнуло на пергамент увесистую печать. Лист осветился золотистым светом, подтверждая, что боги (куда ж без них!) засвидетельствовали соглашение. – Признаться, я ожидал большего... – в голосе бога сквозило разочарование. Даже страх распылиться ее не берет! А впрочем... ему-то какая разница? – Что ж, свой ход я уже сделал. На одной из клеток с его стороны обнаружилась фигурка рыжеволосого демона. Морда наглая, небольшие рожки – вот только возраст не определить. Ну и ладно! Вот же... слов на него приличных не хватает! А неприличными Альбрехтина не пользовалась. Она девушка воспитанная, хоть и богиня. Но предупредить-то мог?!

Глава 5. Правила существуют для того, чтобы искать способы их обойти

Прохиндейка в задумчивости разглядывала клетчатую поверхность стола. По всему выходило, что сейчас снова ее ход. И братец выжидающе так поглядывает... Сиан уже не раз доказал, что шутить не намерен. Так отчего же она снова и снова пытается облегчить “жизнь” своей марионетке вместо того, чтобы думать, как выиграть? Выжить... Ангел лениво взмахнул крыльями и послал богине самоуверенную улыбку. Вот паршивец, а? Совсем страх потерял! Но решение было принято. Заключенный договор самым чудесным образом смог поднять мне настроение. От сердца немного отлегло. Нет, ну посудите сами: себя в надежные руки я пристроила, от излишнего внимания их черноволосого хозяина обезопасила, Альке нос утерла, да еще и несколько золотых монет заработала. Что еще надо для счастья? Хм... ну, вообще-то, много чего, но надо ведь и меру знать, так? – Что это ты такая довольная? – тягучий голос раздался над самым ухом. Вкрадчивый такой голос... – Надеюсь, это потому, что ближайшие дни ты проведешь в моем обществе? Ну не зараза ли, а? Вот не может он жить спокойно, когда ближнему хорошо. Обязательно все испоганить надо! – Скорее оттого, что слишком тесного общения с тобой я буду лишена, – ласково пропела я и лучезарно улыбнулась. А чего бы не улыбаться? Солнышко светит, птички поют, в кармане весело звенят серебрушки, и я уже представляю, как вытянется лицо Прохиндейки, когда я расскажу ей про договор. А то что же, думает, ошейник надела – и полноценной хозяйкой стала? Ха! Как бы не так! – Какая же ты наивная, – умилился Габриэль. – Неужели думаешь, что меня удержит какая-то бумажка? Стал бы я связывать себя обязательствами, которые идут вразрез с моими желаниями? Ратуша осталась позади. Вместе со стражниками, проводившими меня плотоядными взглядами. – То есть как это? – я обернулась, чтобы заглянуть ему в глаза. Диан, демонстративно возившийся с поводьями, притих – к нам прислушивается. Внутри противно закопошились подозрения. Ведь как чувствовала, что нельзя с ним связываться! – Соглашение подтверждено самими богами. Оно не может быть нарушено! Вернее, может, но лучше не рисковать. В багряных глазах, словно в пламени очага, заплясали искры. Рэй’тхи улыбнулся – если можно назвать улыбкой чуть приподнятые уголки губ. – Верно, котик, – кивнул он. – Только я забыл тебе сказать, что боги давным-давно не властны над ангелами. Даже над низвергнулыми. Меня словно молнией ударило. Каков подлец! Неужели все это означает, что... – Влипла ты, Бэлка, – противно хихикнуло двухцветное Высочество. – С твоей-то стороны договор действителен. Нарушишь его – познаешь гнев богов. Поедешь с нами... думаю, сама догадываешься. Ага. Имею все шансы близко познакомиться с черным ангелом. От этой мысли внутри похолодело. – Гад! Гад!! Какой же ты гад!!! – не обращая внимания на оборачивающихся прохожих, заверещала я и принялась изо всех сил колотить сжатыми кулачками по груди рэй’тхи. Сам виноват! Нечего было меня обманывать. Жаль Диан уже успел забраться в седло, а то бы и ему досталось. У-у, как же я зла!.. Габриэль стоически терпел мою истерику. И вид у него был такой... непробиваемый, что аж противно стало. Инстинкт самосохранения окончательно помахал ручкой. Да еще и рассудок с собой прихватил, наверное. Иначе я бы ни за что не решилась выпустить когти. А тут даже на чернокрылого когтистой лапкой замахнулась. На этом, собственно, мою истерику и прервали. Вот никакого чувства такта у некоторых! Лапку мою поймали где-то на подступах к смуглой щеке. Эх, жаль, не удалось дотянуться! Уж я бы ему устроила полный набор незаживающих царапин на морде! На миг запястье сжали ледяные тиски. Это отрезвило. Я моргнула, разгоняя туман ярости, застилавший мозг. – Еще раз так сделаешь, – почти промурлыкал крылатый, потом перевернул пойманную руку ладошкой вверх и осторожно коснулся острого коготка, – и я решу, что когти тебе не нужны. Прохладные пальцы соскользнули к запястью, легонько погладили кожу. От мрачной решимости, сверкавшей в багряных глазах, мне поплохело. Даже не сомневаюсь, он выполнит свое обещание и глазом не моргнет. Онемевшую от испуга меня закинули в седло, и мы двинулись к городским воротам. Где-то вдалеке проплыла мысль о том, что надо бы перед отъездом переговорить с Альбрехтиной, да и с чернокрылым все выяснить неплохо бы, но сил не было. Его близость, постоянное ощущение опасности, исходящее от тьмы, и нещадно бьющий в нос запах металла действовали угнетающе. – Не трусь, котик, – темнокрылый почувствовал мое напряжение. – Я не кусаюсь. Почти. Можешь вон у принца спросить! Мы как раз проезжали мимо “Лисьей норы”. Я окинула харчевню прощальным взглядом и не смогла скрыть тяжкого вздоха. Если бы не эта парочка крылатых проходимцев, грелась бы сейчас у печки, разносила заказы под уютное ворчание гномов и чувствовала себя почти счастливой. Так нет же, свалились на мою бедную голову! Тащись теперь неизвестно куда! А я, между прочим, живность домашняя... – Ему-то что! – еще сильнее насупилась я. – На него ты так не пялишься. Диан снова противно захихикал. Принц пребывал в самом прекрасном настроении и даже не пытался скрыть сей прискорбный факт. Никакой солидарности! – Так вот оно что! – вполне искренне рассмеялся Габриэль. Я даже удивилась – смех у него оказался приятный. Бархатистый, немного тягучий, и даже проскальзывающий холодок не портил впечатления. – Зря боишься, не собираюсь я к тебе приставать. Если, конечно, сама не захочешь. – Мечтай! – Уверена? – скептически вздернул брови мужчина. Я утвердительно кивнула. Вот еще! Нашел извращенку! – Вот и славно. Могу даже честное слово дать, если тебе так будет спокойнее. Пришлось соглашаться на это “щедрое” предложение. Пускай так, раз уж с богами не вышло. Но можно ли верить его слову – вот это вопрос. – А отдельной лошади для меня не предусмотрено? – сама от себя не ожидала такой наглости. А что, шата я, или кошка дворовая? Мне, вроде как, по определению положено быть наглой и корыстной. – М-м-м?.. Познавательный ответ, ничего не скажешь. С языка уже готово было сорваться что-нибудь в духе “в счет будущего гонорара”, как крылатый все же обрел дар речи: – Разве тебе не удобно? Городские стены остались позади. Рыжий радостно улыбнулся и махнул нам на прощанье. Ай да я, ай да молодчина! Ну вот как ему объяснишь, а? – Нет лошади, я готова обернуться и топать на своих четырех. Но ехать с тобой выше моих сил. Я спиной почувствовала, как он напрягся. – Почему? – голос прозвучал на удивление спокойно, даже равнодушно. Интуиция нашептывала, что лучше что-нибудь соврать, но я ответила честно. – Тьма. Я ее боюсь до паники и ничего не могу с этим поделать. Так же, как ты не можешь скрыть ее. А еще запах. От тебя пахнет металлом и... кровью. Я задыхаюсь, мне страшно. Вдох. И выдох – очень медленный, словно он пытается взять себя в руки. Я зажмурилась в ожидании вспышки гнева. – Ладно, мы что-нибудь придумаем. Обошлось. Вот только что-то я слишком часто слышу вот такие вот неопределенные обещания. Надо с этим срочно что-то делать. – К востоку от города есть конюшни... – “тонко” намекнула я. Вечно приходится самой о себе заботиться. – Знаю, – мы продолжали ехать в противоположном направлении. Фр-р-р-р!.. – Не думаю, что лошади относятся ко мне намного лучше, чем кошка внутри тебя. Животные чувствуют тьму. И боятся. Вот и верь после этого первому встречному ангелу! Но победу, хоть и крошечную, я одержала. Под напором моих стенаний крылатый сдался и, очень выразительно скрипнув зубами, свернул к конюшням. Я ликовала. Правда, не долго. Габриэль не соврал (разнообразия ради, не иначе). Лошади от него шарахались не хуже, чем нечисть от серебра. Так что нападалась я... всю хвостатость себе отбила! Зато гордыню умаслила, ага. Как же, моя взяла! А эти двое только посмеиваются. – Убедилась? – рэй’тхи помог мне вернуться в седло и усмехнулся при виде страдальческой гримасы. Знаю, сама виновата, но сидеть больно. – А может, я лучше побегу? – полные надежды глаза уставились на ангела. Но он остался глух к шатьим страданиям. – Сиди уж! – крылатый тронул поводья. За спиной раздался неприлично громкий смешок. У-у-у, вредина! Клятвенно пообещав себе, что отольются крылатой парочке кошкины слезки, я успокоилась. Если отвлечься от невинно пострадавшей пятой точки, то ехать оказалось интересно. Еще бы, я ведь за всю свою короткую жизнь никуда не выбиралась! Так что теперь с энтузиазмом принялась наверстывать упущенное: запихав поглубже страх, откинулась на Габриэля и любопытно сверкала глазюками по сторонам. А что, надо ведь все успеть разглядеть! Мимо проносились деревья. Громадины-дубы чередовались с гибкими березками, кустистым орешником и много чем еще – названий большинства я не знала, а дергать спутников не хотелось. Порой приходилось пригибаться, чтобы не задеть макушкой низко нависшую ветку. Но зато вся эта раскидистая растительность бросала на дорогу тень, спасая путников от палящего летнего солнца. Порой попадались небольшие полянки, сплошь усеянные яркими цветами, а пару раз мне удалось расслышать журчание ручья. Тело тут же требовательно напомнило о насущной необходимости вымыть его. Я, конечно, кошка, и воду не особо жалую, но и грязнулей ходить не собираюсь. Наконец мне надоело молчать. И я стала задавать вопросы. Первым делом, естественно, затребовала развлекательно-познавательную лекцию на тему “Что такое шата, и с чем меня едят”. Габриэль слегка удивился, но сопротивляться не стал и принялся за рассказ. Повествование тягуче стекало с губ крылатого, и в определенный момент я, расслабленная мерным покачиванием, поймала себя на том, что чем меньше думаю о пугающей тьме, тем меньше ее чувствую. Хм... Так может, все не настолько и запущено? Как выяснилось, манкие девушки с кошачьей сущностью давным-давно стали почти легендой. По крайней мере, в этих краях их (то есть нас) уже несколько столетий не водилось. А все потому, что когда-то соседней Экларией правила одна королева – ну настоящая стерва! Так вот, эта королева страдала манией величия еще сильней, чем наш Дианчик, и страстно мечтала быть самой красивой женщиной в своих владениях. На свою беду шаты в большинстве своем именно в Экларии и жили. Вот и стали хвостатые предметом охоты. В самом буквальном смысле этого слова. Поговаривали, что шаты остались еще где-то на побережье, но сам Габриэль там не был, а чужим россказням верить не спешил. Поэтому-то он так и удивился, когда свалившаяся на него девица кошкой обернулась и со всех лап рванула удирать. Даже вдогонку броситься сразу не сообразил. Потом спрашивать стал Габриэль, и мне пришлось рассказать ему с три короба правды, как я всю свою сознательную жизнь провела в Старинске и ни сном, ни духом не ведала, что являюсь диковинкой. Даже не знаю, поверил или нет. На миг взгляд ангела стал каким-то подозрительно глубоким (я даже забеспокоилась, вдруг он мысли читать умеет?), но потом он спокойно кивнул, и мы продолжили путь, как ни в чем не бывало. А ведь правда, нигде не соврала! Только про богов умолчала. Ехали мы до глубокой темноты. Когда на лес только начали опускаться сумерки, я попыталась привлечь внимание ангелов к какой-нибудь особенно живописной полянке, но рэй’тхи упрямо качал головой, и мы ехали дальше. Я шипела и с трудом сдерживалась, чтобы не попытаться-таки приложить коготок к его мрачной физиономии. Хотелось очень! Наконец мы остановились. Габриэль спешился, окинул взглядом выбранное место и удовлетворенно хмыкнул. Так, кажется, не я одна здесь вижу в темноте! В отличие от всех предыдущих, эта поляна была довольно широкая. Вот и чудно, разместимся с комфортом. Но самой большой радостью для меня стало наличие поблизости даже не ручейка – настоящего озера. Это ж я вымыться наконец смогу! Преисполненная здорового энтузиазма, я соскользнула с седла и... со стоном плюхнулась на попу. После целого дня, проведенного в одном (и не сказать, чтобы уж очень удобном) положении, ноги затекли и слушаться не желали категорически. Две пары темных глаз насмешливо уставились на меня. Ну что за невезение, а? Опять перед ними опозорилась. Пришлось в срочном порядке исправлять положение и, кряхтя и пофыркивая, с трудом перетекать в вертикальное положение. – Ничего, скоро привыкнешь, – утешил меня темнокрылый и принялся освобождать лошадей от упряжи. Уставшие животные не возражали. Они вообще не обращали внимания на крылатого, с видимым удовольствием пощипывая сочную травку. Даже его черная зверюга выглядела довольно миролюбиво, так что я решилась осторожно коснуться блестящей гривы. Пальцы запутались в жестких волосках, и я не сдержала довольного мурлыканья. Жуткий он, конечно, но на ощупь приятный. Ладошка проскользила по массивной шее и переместилась на лоснящийся бок. Увлеченное пощипыванием травы животное не возражало. – Осторожно, – предостерег Габриэль. Я вздрогнула и отдернула руку. Мало ли. – Он ушел из Града вместе со мной и чернел тоже со мной. Разве не чувствуешь? Как интересно... Выходит, лошади у них какие-то особенные. Разумеется, я чувствовала тьму, но враждебности было меньше. Гораздо меньше, чем исходило от хозяина. Разобравшись с лошадями, мы и сами стали устраиваться. Вытащили из сумок все необходимое, выбрали место для будущего костра, Диан с подачи чернокрылого отправился собирать хворост. Я только подхихикивала, когда из-за деревьев доносились его горестные стенания. Мол, не царское это дело, и уж тем более не ангельское. Сама же стребовала со спутников полотенце и отправилась приводить себя в порядок. А то уже все чешется. Даже наличие поблизости двух не внушающих особого доверия крылатых личностей меня не сильно смутило. Чистота требует жертв! Но беспокоилась я зря. Не успела и двух шагов сделать, как за спиной что-то зашуршало – рэй’тхи улетел в неизвестном направлении. Ну и слава богам! Возвращался Габриэль в приподнятом настроении. Полеты ему всегда помогали собраться с мыслями. Мощные крылья размашистыми движениями разрывали темноту. Чтобы хоть немного отложить момент приземления, ангел то и дело закладывал очередной вираж, расслаблялся, почти падал – и снова взмывал в звездное небо. Свежий ночной воздух приятно холодил лицо и выветривал из головы лишние мысли. Будь его воля, летал бы до утра. Так разве ж этих двоих оставишь без присмотра? Ладно, наследник, он не пропадет. Эта ошибка природы (в самом прямом смысле этих слов) владеет не только традиционными силами ангелов, но и тьмой, и даже человеческой магией. И ничем из этого не владеет в полной мере. Ну да ничего, того, что есть, и так более чем достаточно. А вот шата... Это нечто! И откуда она только взялась здесь, у самой границы с Экларией? Неведомый инстинкт в голос вопил, что здесь не все так просто. Но ее аура... кристально чистая, таких не бывает. По крайней мере, рэй’тхи ничего подобного прежде видеть не доводилось. Разве что у годовалых детей, но это же просто смешно! Когда девчонка рассказывала о себе, ни одно пятнышко не исказило ореол яркого света, окружающий ее. По всему выходило, кошка говорит правду. Но он нутром чувствовал – не всю. Далеко не всю! Так не пытать же ее! За годы, проведенные вне Града, чернокрылый привык, что женщины, табунами льнущие к нему, вызывают лишь глухое раздражение. А тут... Единственная, которой удалось привлечь его внимание, и та шатой оказалась. И то, что к ней невыносимо тянет, уже похоже на извращение. Все, надо снижаться. А то, чего доброго, эта вертихвостка и тут себе поклонника найдет. Объясняй потом какому-нибудь лешему, что эта кошка уже не гуляет сама по себе! С разведением костра принц справился отлично и теперь жутко довольный сидел на траве и аккуратно косил глазом в сторону ханатты. Авось удастся потрогать, пока законного владельца носит демоны знают где? – Чего уставился? – рэй’тхи мягко опустился на ноги прямо перед принцем и тут же сложил крылья. – Своей мало, что ли? Лицо наследника медленно стало приобретать багровый оттенок. Ну, вот, сам того не желая, попал пальцем в небо... – У меня нет своей. Габриэль мрачно скривился. Как бы ни было гадко, а в Град вернуться придется. Хотя бы для того, чтобы выяснить, какого упыря у них там происходит. Нет, ну где это слыхано?! Отряд вооруженных девиц у наследничка есть, а собственного оружия – нет. Это при том, что самому Габриэлю вручили ханатту, едва он вылетел из колыбели. О-очень занятно... Тут чернокрылый наткнулся на изучающий, слишком серьезный для его возраста, взгляд Диана, и спешно выпал из раздумий. Пора бы уже привыкнуть, что теперь не один он здесь ангел. Наверняка эта мелочь пузатая может видеть его ауру. И, если не совсем дурак, мальчишка должен был заметить... Та-ак, добавим побольше тьмы... – Только смотри не поранься, – ханатта полетела к принцу. – Смерти второго наследника Владыка мне уж точно не простит. А я пока отловлю нашу мурлыку. Утонула она там, что ли? И с чего это он сегодня такой добрый? Крылатый сам себе удивлялся. Страшно подумать, что с ангелами шаты делают. Одна шата. Далеко же она забралась! Пока искал, Габриэль раз десять успел подумать, что эта хитрюга хвостатая опять удрать умудрилась. С нее станется! Но нет, девчонка и впрямь купалась. Место она специально выбрала самое глухое. Заросли лозняка так плотно обступали берег, оставляя лишь крохотный пятачок, что можно было только удивляться, как она туда просочилась. Исцарапалась, наверное, вся... Зато надежно укрылась от посторонних глаз. Тьфу ты, какие стыдливые шаты нынче пошли! Окруженная лунным светом, девушка вся серебрилась. Плавать она не решалась, так, только у берега плескалась, где совсем мелко. Да и то, только в меру необходимости. Кабы не природная чистоплотность, ее б и ханаттой в озеро не загнал. Наконец шата решила, что уже достаточно чистая, и выбралась на берег. Крылатый забыл дышать. Совесть робко напомнила, что ему бы следовало немедленно прекратить пялиться, а лучше – вообще убраться отсюда подальше, но рэй’тхи в грубой форме посоветовал совести заткнуться. Раньше думать надо было! А сейчас... Глядя на гибкую фигурку с соблазнительными формами, ангел с огромным трудом подавлял желание тоже... кхм... искупаться. На то она и шата, чтобы с ума сводить! – напомнил голос разума. Не помогло. Может, у него просто слишком долго не было женщины? Да, в общем-то, после этой твари лживой и не было. Не считать же тот единственный раз с человеческой девчонкой, от которой он сам сбежал, стоило только делу дойти до дела! Организм громким кашлем напомнил, что обходиться без воздуха пока не научились даже ангелы. Бэлла резко обернулась на звук. Светлые брови в изумлении взметнулись. Вот упырь! Не хватало еще, чтобы она подумала, будто он подглядывал! Озеро оказалось довольно большое и, наверняка, глубокое. Последнее предположение меня не сказать, чтобы уж очень обрадовало – плавать-то не умею. Нет, я не пробовала, конечно (да ни за какие коврижки!!!). Просто откуда-то знаю. Шла я долго. Затекшие ноги наконец перестали трястись, да и спину как следует выпрямить удалось. И это я еще с Габриэлем ехала! Что ж будет, когда сама в седло сяду?.. Это место мне приглянулось сразу. Плотные заросли кустов сплошь покрывали берег, и только сунув в них свой любопытный нос, я смогла разглядеть узкую зеленую полоску. Как раз хватит, чтобы одежду оставить. Каким чудом мне удалось миновать все торчащие ветки и не обзавестись при этом ни единой царапиной – отдельный вопрос. Кошачья гибкость помогла, не иначе. Но зато здесь я чувствовала себя в относительной безопасности. Мало ли кто впотьмах по лесу шастает? А за зеленеющими кустами меня и не заметят скорее всего. Если только этот случайный путник не обладает ночным зрением. Про ангелов я молчу. Эти, если приспичит, везде достанут. К тому же, слову чернокрылого я почему-то поверила. Его ж никто не заставлял обещания раздавать. Значит, все не просто так. Ну, или я просто себя успокоить пытаюсь. – Привет, – протяжный голос заставил меня подпрыгнуть. Что и говорить, накликала!!! – Соскучилась? – Прохиндейка старательно копировала интонации рэй’тхи. Получалось – из рук вон плохо. – Котик... – Что ты, мамочка, даже не думала, – пропела я в тон богине и уже без кривляний добавила: – Пугать-то так зачем? Я ж с таким отношением даже до встречи с предполагаемым противником не доживу. Если эта самая встреча еще не состоялась... – Я смотрю, ты сменила род деятельности? – с ехидцей осведомилась Альбрехтина, втискиваясь ко мне. И тут же болезненно поморщилась, когда острые ветки ткнулись ей в спину. – И как, нравится? – Уж не без твоей ли помощи? – пробурчала я. – Один претендент на роль врага у меня уже есть. Правильно, сначала дело. Ныть и обижаться буду потом. – Да я, собственно, затем и пришла, – Аля нервно закусила губу. – Этот ангел не может быть фигурой Сиана. У нас появился третий игрок. Слов, чтобы выразить всю степень своего возмущения, я не нашла, поэтому просто кивнула. Ну и жизнь... – Вероятно, правила тоже поменялись, – продолжала между тем богиня. – Но это ничего, так даже интереснее. А вот демоны играют на стороне Сиана, так что будь осторожнее. Кстати, за договор можешь меня не благодарить. Ах ты ж!.. – Даже не собиралась, – зашипела я, отвернулась к воде и начала раздеваться. Все, я с этой предательницей больше не разговариваю! Сегодня. – Глупая, – ласково прошептала Аля и легонько погладила мене по волосам. – Для тебя стараюсь! Чем с большим числом смертных ты будешь связана, тем сложнее будет тебя распылить. Так что, если между вами вдруг возникнут близкие отношения, не сопротивляйся. И исчезла, оставив меня шипеть от обиды в одиночестве. Предательница! Нафырчавшись вволю, я сбросила одежду, подозрительно огляделась, прислушалась и осторожно вошла в воду. Нагретая за день жарким солнцем, она пока не успела остыть. Вот и хорошо, не люблю мерзнуть. Не скажу, что получила от купания большое удовольствие. Кошка внутри так и ежилась. Озеро ей определенно не добавляло уверенности в себе. Ладно бы еще лохань или тазик там какой! А так... Но я загнала страх поглубже и стоически плескалась в теплой водичке, пока не осталась полностью довольна своим запахом. Вот так-то, теперь я себя человеком чувствую, а не муркой помойной! Довольная собой, я выбралась на берег. С водой получилось, глядишь, и с тьмой сработает. Надо только взять себя в лапы и очень сильно постараться. Нет, не до такой степени, как советовала Алька, но все же. Оказавшись на берегу, я встряхнулась и довольно выгнулась, подставляя отмытую от дорожной пыли мордашку серебристому лунному свету. Мр-р-р... Хорошо-то как! И надо же было этому проходимцу чернокрылому появиться именно сейчас!!! Я повернулась, чтобы взять полотенце, и тут из-за деревьев раздался сдавленный кашель. Совсем совесть потерял, ничего святого для него нет! Я попятилась, вскинула голову и наткнулась на голодный взгляд багряных глаз. Руки мгновенно украсились когтями. – Извр-р-р-ращенец!!! Самое удивительное, что он, кажется, смутился. С чего бы? Не ожидал, что застукают? Ну-ну. – Фи! – более удачного слова, чтобы выразить всю гамму переполняющих меня эмоций, при всем желании не подберешь. – Я вовсе не... – начал было крылатый, но вовремя поймал себя на том, что оправдывается (да перед кем? Перед шатой!) и прикусил язык. Даже оценивающего взгляда отвести не потрудился. Душившая меня мгновение назад злость неожиданно сменилась смехом. Ну, смотри, смотри, мне, в общем-то, не жалко. Да и стесняться нечего, Алька на славу постаралась. – Тебя долго не было, вот я и... мы забеспокоились, и я пошел тебя искать. С трудом удержав рвущийся наружу смешок, я кивнула и начала одеваться. Ишь какой, беспокоился он! – А ты, в общем-то, ничего, – глубокомысленно изрек темнокрылый, прогулялся напоследок взглядом от макушки до утопающих в траве ступней и наконец отвернулся. Теперь объектом пристального внимания рэй’тхи стала причудливо изогнутая ветка. – Одевайся, я жду. Э... Это что, был комплимент?.. – Ты тоже, – фыркнула я, – когда тьму свою не выпячиваешь. По смуглому лицу проскользнула тень. – Впятить ее я даже при желании не смогу. И то правда, чего это я? Покончив с одеванием, я оперлась на руку ангела, и мы потопали к костру. – Ледышка, – проворчала я. Ладошка соскользнула от локтя к пальцам. Он вздрогнул. – Почему у тебя руки вечно холодные? Любопытство настырно потребовало ответа на животрепещущий вопрос – только ли руки? – но я напомнила ему про тьму, и вездесущее чувство сдалось под напором страха. И ничего мне не жалко эту заразу крылатую! Сказано же, ненавижу мерзнуть!!! – Потому что я рэй’тхи, – и, поймав мой непонимающий взгляд, пояснил: – Это из-за тьмы во мне. И вообще, я же не спрашиваю тебя, почему ты мурлычешь во сне! А я мурлычу? Открытие, однако... Неужто даже страх не помешал?! На щеки выполз предательский румянец. – Извини... – тоненько пискнула я. – Да ничего, мне понравилось. Шли медленно, и я позволила себе насладиться прогулкой. А что, когда он в хорошем настроении, не так уж страшно, да и привыкаю помаленьку. Тут надо ловить момент. Бродить по ночному лесу мне понравилось. Вид несколько иной. Пусть меня не слепит темнота, но предметы приобрели несколько иные очертания, отбросили причудливые тени, окутались флером загадочности. Звуки тоже стали слышаться по-другому – четче, ярче. Шелест листьев, в которых играл легкий ветерок, отдавался в ушах перезвоном серебряных колокольчиков. И запахи... леса, травы, росы, цветов, к ним примешивался легкий пах дыма от нашего костра, и холодный запах металла от моего спутника. Голова шла кругом от этого непередаваемого коктейля. Пока нас не было, Диан успел не только принять водные процедуры, но и достать из сумки будущий ужин. Сыр, хлеб, копченое мясо и пахучие колбаски. И готовить ничего не надо. Вот и славно, сегодня на это уже совсем сил нет. Обнаружив в одной из фляг припасенное специально для меня молоко, я чуть не завизжала от восторга и с огромным трудом удержала себя от того, чтобы не броситься на шею к Габриэлю. Еще окончательно зазнается! Щедро пообещав утром приготовить завтрак, я первая провалилась в сон. Как выяснилось, готовить я не только умею, но и люблю. Спасибо Альбрехтине, что не сделала из меня неумеху. Хотя, если вспомнить пухленькую богиню, можно легко догадаться, что умение стряпать она тоже с собственной личности скопировала. Вряд ли даже задумывалась об этом. Я аккуратно помешивала крупу на дне котелка и следила краем глаза за сонными мужчинами. Судя по влажным волосам, Габриэль уже успел сходить к озеру и сейчас досыпал. Или притворялся. Из груди вырвалось уютное урчание. Мужчины спят, я кашеварю. И не беда, что вместо печки у нас нынче костер. Главное, все тихо, спокойно и как-то по-домашнему, что ли. Идиллия! Жаль, я забыла, что это блаженное состояние не может длиться долго. Соблазнительный запах готовящейся каши (ох, зря я в нее вчерашние колбаски засунула!!!) привлек к костру страшного монстра. Некоторое время я с умным видом изучала серенькую гостью с торчащими усами, тонким хвостом и смешно подергивающимся носом. Мамочки мои, да это ж самая настоящая... Не-ет, на одной поляне нам точно места мало! Определившись с отношением к противной попрошайке, я ка-ак заору!.. Наверное, вопль вышел, что надо. По крайней мере, мои спутники среагировали мгновенно. Правда, несколько по-разному: Диан сел и принялся заполошно вертеть головой в поисках источника противного звука, а Габриэль привычно схватился за ханатту и уже в следующий миг оказался рядом со мной. – Бэлка!!! – цепкий взгляд облетел поляну в поисках невидимого врага и, не найдя оного, требовательно вперился в меня. – Там!!! – пискнула я, ткнула пальцем в нужном направлении и от переизбытка чувств повисла на ангеле. Тот опешил от шатьей бесцеремонности, а я, чтобы уж наверняка, еще и ногами его обхватила. И когти выпустила. – Но это же просто мышь, – наконец разглядел причину переполоха этот чурбан бесчувственный. Никакого сострадания к бедной мне! – Нет, это не просто мышь, – в голосе предательски проскочили панические нотки. Видя, что здесь сочувствия мне не видать, я вцепилась когтями в низко нависшую ветку и перебралась на дерево. Потом глянула вниз, на серую нахалку, и поднялась на несколько веток выше. Ангелы дружно ржали внизу. – Это МЫШЬ!!! Их веселья я не разделяла. – Она маленькая и безобидная, – сквозь приступы смеха выдавил Габриэль. – А ты кошка, если вдруг забыла. – Вот и скажи это ей!!! – Слезай уже, я есть хочу, – заканючил принц. Ага, разбежалась. – Пока там ЭТО, даже не шелохнусь. Да, я прекрасно понимаю, как абсурдно выглядит кошка, испугавшаяся маленькой и такой безвредной на вид мышки, но ничего не могу с собой поделать. Рэй’тхи окинул меня оценивающим взглядом и вдруг согласился: – Ладно, – он убрал ханатту и обнажил меч. Ой... Он же это не серьезно, правда?.. Серый комочек испуганно пискнул. – Не тронь!!! – заверещала я и на всякий случай зажмурилась. Нельзя убивать. Все равно, что гадость. Но ведь живая! Ей тоже страшно. – Тогда спускайся, – тягуче потребовал темный ангел и наградил меня таким взглядом, что я сама, точно хорошо вызревший плод, чуть не плюхнулась ему в руки. Остановил только зажатый в этих самых руках меч. Не для того я так отчаянно пытаюсь выжить, чтобы вот так глупо напороться на какую-то железяку. При взгляде вниз внутри все так и обмерло. Я же высоты боюсь! А до земли далеко... Алечка! И угораздило ж меня забраться!.. Все четыре конечности намертво вцепились в ветку и разжиматься не желали ни в какую. Где-то совсем рядом послышался треск... – Я жду, – напомнил Габриэль, поигрывая мечом. Да разве ж я против?! – Сними меня отсюда, я высоты боюсь, – тоненько проскулила я. Только бы он не начал издеваться! Хрусь... – А что мне за это будет? – на смуглом лице появилось плотоядное выражение. Вот же поганец расчетливый! – Что угодно, только быстрее! Какая-то уж слишком довольная у него улыбка... Но меч Габриэль бросил, расправил крылья и взлетел. Потом осторожно отцепил трясущуюся меня от ветки, которая уже держалась на честном слове, и мы опустились на траву. Вот только отпускать не спешил. Да и я не отстранялась. После пережитого шока мне нужна была хоть какая-нибудь опора. И плевать, что она неприятно пахнет металлом. Потом пофырчу. Сильные руки успокаивающе скользнули по волосам, перебрались на спину. Как же приятно вдруг почувствовать, что ты не одна. – Надеюсь, вы так до вечера стоять не собираетесь? – подало голос Высочество. Мгновение ускользнуло. И ощущение неожиданно возникшей близости растаяло без следа. Я осторожно выбралась из крепких объятий, да крылатый, в общем-то, и не возражал. Одно хорошо, трясти меня перестало. На смену паническому страху пришла апатия. И даже присутствие поблизости серой нахалки меня уже так не нервировало. Подумав немного, я отжалела мышке ложку каши. Поди ж, голодная. Остаток дня прошел спокойно. Мы снова ехали до самой темноты. Сначала молча, потом я соскребла в кучку остатки храбрости и спросила Габриэля, что значит это таинственное “рэй’тхи”. И тут же спиной почувствовала, как дернулся, словно от удара, ангел. Все, пошлют меня сейчас далеко и конкретно... Но ответ прозвучал спокойно, даже чуть флегматично. – Почерневший ангел. Отверженный. Низвергнутый. Изгнанный. Если тебя интересуют детали, то уже и не ангел вовсе. И он говорит об этом так равнодушно?! Сердце дрогнуло от жалости. Невыносимо хотелось спросить, что же он такого натворил, но я не решилась. И без того уже сделала ему больно. Потом... Если сам захочет. Если у нас будет это “потом”. Вместо всяких слов крепко прижалась спиной к его груди и утробно заурчала. Вот не правда, что кошки мурлычут, только когда им хорошо. Лично я сейчас просто пытаюсь передать частичку своего тепла ближнему. Вскоре чернокрылый оттаял, и даже завязал с Дианом ни к чему не обязывающий разговор. Что-то об Академии, ее директоре, которого рэй’тхи тут же не преминул наградить парочкой сочных эпитетов, и о том, что нашему мальчику пора бы уже начинать вживаться в роль купеческого сына. Я слушала их болтовню вполуха и думала о своем. Предположим, чего надо крылатому от шаты, я и сама прекрасно понимаю, не маленькая. Но, чувствую, тут ему ничего не обломится. Не потому, что он мне не нравится, просто терпеть не могу, когда со мной обращаются, как с вещью. Причем, не особенно ценной. Поиграть сгодится, и ладно. А потом можно спокойно выбросить. Или сломать. Никто и не заметит. А тут еще третий бог образовался. Вот только его мне и не хватало для полноты ощущений! И так голова кругом идет от всей этой божественной чехарды. Хотя... может, и не бог? Вроде как Габриэль недавно проговорился, что обитатели Пенат не властны над ангелами. Еще бы выяснить, почему... Ночевать снова предстояло под открытым небом. Полянка являлась едва ли не точной копией вчерашней, с той лишь разницей, что озера поблизости не наблюдалось. Зато всего в нескольких шагах от нашего временного пристанища обнаружился ручей с кристально чистой, но ледяной водой. Невелика радость. Брр!.. Сама бы уже с удовольствием воспользовалась всеми благами замка карманных размеров, но заикнуться об этом Габриэлю я не осмелилась. Пришлось довольствоваться тем, что есть. Поплескавшись в омерзительно холодной водичке, я смыла с себя дорожную пыль и, громко стуча зубами, потрусила к костру. – Чур, не подглядывать! – громко провозгласило Высочество, сменяя меня у ручья. Мы с чернокрылым остались одни. Признаться, меня это слегка нервировало. А ну как вспомнит, что я ему со страху наобещала, и платы потребует? Ага, натурой. От такой перспективы меня аж передернуло. Но время шло, а ничего не происходило. Габриэль освободил коней, подбросил в костер хворосту, снял свой тяжелый плащ. И зачем он ему сдался, летом-то?! На жмущуюся к костру, отчаянно дрожащую меня рэй’тхи не обращал ни малейшего внимания. Даже обидно как-то. Шата я, или не шата?! Вот-вот. Только, кажется, ангелу было не до того. Он быстро расправился с мелкими делами, расправил крылья и... улетел, оставив меня недоумевать в одиночестве. Я успела приготовить ужин, вернулся Диан, мы поели и даже улеглись спать, а рэй’тхи все не появлялся. Нет, это уже совсем ни в какие ворота не лезет! Где ж можно столько летать? Мне сделалось не по себе. Вот вроде и понимаю всю зряшность своего беспокойства (да и кто я такая, чтобы бояться за него? Так, шата приблудная.), а поди ж ты... Не спится. Ручей журчал слишком громко, пылающий огонь обдавал жаром, и вообще хотелось перекинуться в кошку и почесаться. В человеческом виде эффект не тот. Не знаю, сколько я так промаялась, но наконец меня все-таки сморило. И, кто бы сомневался, снились мне боги. Даже ночью от них покою нет! Двойняшки сидели у небольшого столика с клетчатой поверхностью и о чем-то оживленно спорили. И снова я дивилась, какой же неприятный тип этот Гэльсиан. Ничего общего с сестрой. Аля милая и какая-то уютная, хоть и раздолбайка та еще, а он... Только глянешь в эти блеклые глаза, на тонкие, словно ниточки, губы и никакой удачи не захочется. Некоторые из темных клеточек уже занимали фигурки. Кошка, ангел, маг и еще кто-то балахонистый. Так сразу и не различить. Но мое внимание привлекли не боги, и даже не фигуры. В зале находился кто-то еще. Я интуитивно чувствовала постороннее присутствие. И только когда начала целенаправленно выглядывать этого таинственного наблюдателя, глаз зацепился за тощенького субъекта, небрежно привалившегося к стене. Нет, ну точно не Пенаты, а Базарная площадь. Иначе и не назовешь. Куда только боженята глядят? Таинственный некто (так и не смогла определить, мужчина это или женщина) быстро сообразил, что его обнаружили, и шагнул ко мне. Ни Сиан, ни Алька даже не шелохнулись. Полное безобразие! Неужели они нас не видят? А он тем временем подобрался ко мне почти вплотную. И все равно ничего не разглядеть. Мутный какой-то, в самом буквальном смысле этих слов. Хвост даю на отсечение, очередной бог! Только субтильный уж слишком и росточком не вышел – ровно с меня. Да чему тут, собственно, удивляться? Стоит только на Везунчика глянуть, и становится понятно, что божественное происхождение совсем не гарантия неземной красоты. – А ты красавица, – заговорило скрытное божество низким, с приятной хрипотцой, голосом, – у него отличный вкус. Я уже открыла рот, чтобы спросить, у кого именно, но не успела. В сон безжалостно вклинилась реальность. Легкое, почти невесомое прикосновение к волосам... странный холодок на лбу и щеках... раздражающий металлический запах совсем близко... Когда прохладный чуть шершавый палец заскользил по моим губам, я уже окончательно проснулась и даже начала соображать. Совсем обнаглел крылатый! Уже и поспать спокойно нельзя. Его возвращение благополучно прошло мимо меня. Мр-р-р... Приятно-то как!.. Но пора бы уже и остановиться. А то кто знает, что у него на уме? Я дернулась, показывая, что уже не сплю, после чего разлепила глаза и одарила ангела возмущенным взглядом. Еще и зашипела прямо в нависшую надо мной наглую физиономию. Это уже не нарочно – рефлексы, чтоб их! Габриэль досадливо поморщился, но отодвинуться даже не подумал. Прохладные ладони прогулялись вдоль тела и легли на бедра. Я в изумлении распахнула глаза. Он это что, серьезно?.. Пожалуй, даже слишком. Крылатый безжалостно придавил меня своим телом. Тяжелый, зараза! Но вместо бури негодования я ощущала лишь совершенно неуместное любопытство. И еще... что-то незнакомое. По телу побежали мурашки. Дыхание безнадежно сбилось. Мысли сплелись в тугой клубок и категорически не желали проясняться. Багряные глаза завораживали. Я не могла отвести взгляд, тонула, безнадежно проваливалась в их огненную глубину и не испытывала ни малейшего желания сопротивляться. Мр... Ангел дразняще улыбнулся и склонился ко мне. Неожиданно горячие губы коснулись шеи, оставив на ней обжигающий след. Я требовательно мурлыкнула и запустила пальцы в его волосы, длинные, гладкие. Прижала к себе изо всех сил и жадно вдохнула... Металл. Кровь. И еще какая-то дрянь. Туман в голове мгновенно растаял. Это что же я творю, а? Проблем новых захотелось, не иначе. Неужели эти шаты действительно такие распутницы? Вот еще! Остальные – как себе хотят, а я... Я принялась изо всех сил трепыхаться. Не дождется! Ни за что не стану его игрушкой! Придавившее меня к тонкому походному одеялу тяжеленное тело оставляло мало возможностей для маневров. Поэтому я, чтобы хоть как-то донести до чернокрылого свое кошачье мнение, сцапала его за волосы и изо всех сил дернула. Сработало. Ангел резко отпрянул и удивленно уставился на меня. – Ты чего это? Он еще спрашивает?! Я задохнулась от возмущения и метнула в мужчину о-очень красноречивый взгляд. – Это ты чего? Совсем обалдел?! Ох, зря я смотрела ему в глаза. В темной бездне плескалось столько всего – желание, недоумение, капля раздражения и огонь, настоящее алое пламя – что я едва опять не сорвалась. Нет, только не сейчас. Отвернуться, не смотреть, если я хочу сохранить с таким трудом обретенное самообладание. – Разве тебе не понравилось? – по его губам бродила порочная улыбка. Дразнит! Р-р-р-р... – Нет!!! – молодец, Бэлка, почти убедительно. Крылатый насмешливо фыркнул. Его рука (теплая!) скользнула вверх по животу, медленно прогулялось по груди и остановилась у основания шеи. – Вот как? – большой палец лениво поглаживал нежную кожу. – Что же ты тогда мурлычешь?.. Ох ты ж... Это ж надо было так глупо спалиться! Лицо просто пылало от смущения. Но эта игра рэй’тхи уже наскучила. Он отодвинулся, пригладил встрепанные волосы и сделал глубокий вдох, выравнивая дыхание. Мне б так! Какое-то мгновение назад он буквально пожирал меня взглядом, а теперь сидит напротив такой спокойный и слегка надменный. Чудеса самоконтроля, однако. Или ангелу не настолько снесло крышу, как он продемонстрировал. – Помнится, утром ты обещала мне “что угодно”? – медленно протянул Габриэль и смерил меня недоверчивым взглядом. Я осторожно кивнула. В рамках приличий. Надеюсь, этого объяснять не надо. – Так вот, пока летал, я решил, чего бы мне хотелось. – И? – что-то не нравится мне его настроение. Черный ангел еще раз мазнул по мне взглядом и тягуче произнес: – После того, как мы доставим принца в Академию, и срок действия Договора истечет, ты побудешь со мной еще немного. Хочу показать тебе пару мест и кое с кем познакомить. Я неопределенно пожала плечами. Пока мало что понятно из его слов, но, вроде, ничего подозрительного. Почему бы и нет? – Договорились? Вот и ладно, – в протяжном голосе явственно скользнуло облегчение. – А пока возьми, это тебе. И он извлек откуда-то из недр своего широкого плаща небольшую коробочку, обтянутую кожей. Сердце радостно подпрыгнуло и застучало изо всех сил. Ух ты, подарков мне еще не дарили! Так, интересно, что у нас там? Внутри оказался браслет. Небывалая красота! Тонкие пластинки неизвестного мне черного металла причудливо переплетались и складывались в затейливый орнамент. Я вытащила этот шедевр ювелирного искусства из коробочки, чтобы разглядеть поближе. Что за узор, непонятно, но красиво как! Особенно когда на него падает лунный свет и по темному металлу разбегаются серебряные искорки. Даже эльфам не под силу сотворить подобное чудо. Наверняка ангелов работа. – Нравится? – судя по самодовольному выражению лица, в ответе он не сомневался. – Очень! – восхищенно выдохнула я, страстно мечтая поскорей примерить подарок. – Хочешь его надеть? Он еще сомневается! – Да! Темные глаза хищно впились в мое лицо. Как-то даже не по себе от его взгляда. – Точно? Странный он сегодня. То соблазнить пытается, то подарки дарит, да еще и вопросы какие-то подозрительные задает. Но желание надеть на себя браслет задавило на корню все доводы рассудка. – Сказала же: да!!! Габриэль криво усмехнулся и взял у меня украшение. Я протянула руку, чтобы ему было удобнее застегнуть браслет на запястье. Внутри поднималось чисто женское ликование. Вот так, помаленьку, я обзавожусь собственным имуществом. И не абы каким, попрошу заметить! Еще в Старинске кулончик, подаренный Алей, притягивал завистливые взгляды женщин. А теперь у меня еще и браслет появился. Хорошо, что Диан крепко спит, иначе всенепременно бы наградил нас парочкой ехидных замечаний. И что это у ангелов такой не ангельский характер? – Запомни, ты сама согласилась, – кожи коснулся приятный холодок. Я улыбнулась ангелу самой очаровательной из своих улыбок и уже приготовилась сказать что-нибудь благодарственное, но слова так и не слетели с языка. Запястье словно огнем обожгло. Я переводила полный непонимания взгляд с ангела на горящую руку. Рэй’тхи весь подобрался и напряженно вглядывался в меня, словно чего-то ждал. А вот с рукой и вовсе происходило нечто ненормальное. Браслет больше не сверкал и уже не казался таким притягательным. На его месте клубилась полоска тьмы. Уж и не знаю, что было сильнее, боль, которая вдруг вместе с тьмой поползла вверх по руке, или непреодолимый животный ужас, охвативший меня с головы до пят, пробравшийся в самую душу. Алечка, какая же я дура! Вот просто полная идиотка!!! Ну вот как можно было поверить в добрые намерения этого крылатого? Подарок он мне подарил. Ага, как же! Это за какие такие заслуги, спрашивается? В определенный момент мне стало казаться, что моя многострадальная конечность сейчас просто обуглится. Боль стремительно нарастала, разбегалась по телу, тьма жгла и, по ощущениям, стремилась проникнуть под кожу. И вот тут я заорала. Габриэль проворно метнулся ко мне, сгреб в охапку и изо всех сил прижал к своему телу. Это все подсказали ощущения, потому что в глазах уже было темно. Собственный душераздирающий вопль и отчаянные попытки освободиться воспринимались как-то отстраненно. Сознание постепенно заволакивала густая дымка. – Что ты наделал?! – к нам подлетел перепуганный принц и стал суматошно носиться вокруг. Ему хотелось что-то сделать, но ни одной умной мысли в двухцветную голову пока не приходило. Оставалось только причитать. – Исчезни, – рыкнул Габриэль, продолжая удерживать меня в стальных объятиях. – Она сама согласилась. Ложь! Наглая, бессовестная ложь!!! Ни на что подобное я не подписывалась. Вот только донести эту бьющуюся в истерике мысль до окружающих я не могла. Видно, кричала я действительно громко, потому что голос сорвать умудрилась. И как быстро! Теперь из приоткрытого рта вырывались только хрипы. Тело словно в огне горело, и даже бегущие по щекам и стекающие на шею слезы не помогали. Внутренности будто когтями рвало. Я беспомощно извивалась в руках ангела и мечтала только об одном – умереть. Распылиться, раствориться, развеяться, – что угодно, лишь бы не чувствовать. Забыть. Но боль все нарастала, а я даже сознание потерять не могла. – Ей же больно! – вскрикнул Диан и бросился на рэй’тхи. Тот легко отшвырнул принца в сторону. Нашел с кем тягаться. – Ты же убьешь ее! – Она – оборотень. В некотором смысле... А значит, должна быть достаточно выносливой. Ох, что-то я в этом не уверена... Смысл их слов уже с трудом доносился до меня. Спасительная темнота затягивала, я уплывала. Даже боль осталась где-то за гранью сознания. А вот зрение неожиданно прояснилось. Ведомая нехорошим предчувствием, я глянула на место, куда Габриэль надел браслет. Во рту стало горько. Предатель! Я не ошиблась, эту игрушку он решил сломать. И надел еще один ошейник. – А я ведь поверила... – это далось последним выдохом. Вокруг сгущалась темнота. На доске появился конь. Прекрасное, хоть и крошечное, животное, изящное, белоснежное, с длинной блестящей гривой. Везунчик с отвращением глянул на сестру и вознамерился было сказать что-нибудь обидное, но не успел. Зеркало, занимающее целую стену, вдруг пошло рябью, и боги переключили внимание на него, дабы узнать, что же произошло. На темной поляне в руках рэй’тхи отчаянно билась хрупкая, белоснежная девушка. Ее пожирала тьма. Казалось, зеркало сейчас разлетится на тысячу осколков от криков несчастной. – Ух ты! – присвистнул Сиан и даже подался чуть вперед. – Вот это да... Альбрехтина не могла разделить его восторгов.

Глава 6. Ааррита

– Я убью его! – зарычала богиня и, не замечая покатившихся по щекам слез, понеслась к выходу. – Ты что, головой ударилась? – недоверчиво протянул Гэльсиан и одним взмахом руки заставил дверь захлопнуться за миг до того, как сестра переступит порог. Аля изумленно воззрилась на неожиданно возникшую преграду. И почему не додумалась сразу перенестись? – Это же всего лишь игра. – И давным-давно не ваша, – над залом пронесся смешок, – детки. Я осторожно приподняла веки и тут же снова зажмурилась. В глаза словно песка насыпали. А еще сильно болело горло и запястье немного саднило. Все остальное вроде бы цело. Что ж, если вдуматься, то не такой уж большой урон. Если, конечно, не считать исцарапанного сердца. Вторая попытка открыть глаза оказалась куда более успешной. Я моргнула, осторожно шевельнулась и тут же напоролась на глаза-вишни. Гад! Мерзавец!! Подлец!!! Душу обожгла удушающая волна ярости. Когти просто чесались от желания прогуляться по смуглой щеке. – Лежи спокойно, ты мне мешаешь, – меня безжалостно вдавили в мягкий матрас. Только сейчас я почувствовала его руку, лежащую у меня на груди и источающую приятное тепло. Оно с легкостью пробиралось сквозь тонкую ткань костюма, распространялось по телу, проникало в каждую клеточку. Мучительная слабость постепенно проходила. Вот оно как... Сначала истязал, а теперь раны зализывает. У-у, садист несчастный. Ненавижу! Но противиться лечению, так уж и быть, не стану. Не хватало мне еще какую травму себе нажить! Лежать пришлось долго. Я осторожно повела взглядом и окончательно уверилась, что находимся мы не на лесной поляне. Ну, или это просто поляна повышенной комфортности попалась... Я возлежала на огромной кровати. Даже с балдахином. Красный с золотой отделкой полог и точно такие же панели на противоположной стене навевали мысли о замке. Точно, это же мейс!!! Ух ты... Неужели все было настолько плохо, что Габриэль согласился использовать его?! Сознание уже начало заплывать сонной дымкой, когда поток тепла вдруг прервался. Габриэль убрал руку... чтобы в следующий же миг подхватить меня на руки и крепко прижать к себе. – Бэлка... – шею обожгло горячее дыхание, – хвала Свету, ты жива... – Причем здесь какой-то там Свет? – возмутился принц прямо над ухом. – Это все мы. Ты трое суток не могла прийти в себя, и мы по очереди подпитывали тебя. И Габриэль научил меня латать ауру! Да... много же я пропустила... – Хочу напомнить, – я требовательно трепыхнулась. В глазах тут же потемнело, – что перед тем, как спасти, ты меня чуть не убил! Так что благодарностей лучше не жди, – ага, иначе я тебя так отблагодарю, замучаешься царапины лечить. Рэй’тхи осторожно устроил меня среди подушек, отодвинулся и устало потер лицо. И правда, он какой-то замученный. Бледность даже на смуглой коже проступает, глаза красные, руки чуть заметно дрожат... А вот так ему и надо! Нечего над беззащитными шатами измываться. – Диан, спустись на кухню и принеси какой-нибудь еды, – голос ангела звучал глухо, даже обычные тягучие нотки исчезли. – А с тобой нас ждет долгий разговор. Ты как, в состоянии слушать? Принц, не пререкаясь, скрылся за дверью. – Да. Кажется, темнокрылый решил снизойти до объяснений. Что ж, не буду ему мешать. Повисла долгая пауза. Габриэль мучительно подбирал слова, не зная, с чего начать. – Во-первых, мне очень жаль, что пришлось причинить тебе боль, – медленно произнес ангел. По всему видно, извиняться он не привык. – Это была вынужденная мера. Но что-то пошло не так... Выходит, от нормальных оборотней у шат есть только вторая ипостась. И все. Досадно. – Я заметила. Вернее, прочувствовала, – как ни хотела скрыть обиду, все равно не вышло. – Зачем ты это сделал? Чернокрылый глубоко вдохнул, медленно выдохнул и продолжил: – Я сделал тебя своей аарритой. Чисто номинально, разумеется. – Погоди, – я окончательно запуталась в определениях. – Это с ангельского, да? Не понимаю... Бескровные губы тронула неуловимая улыбка. – Да, с алэр’роя. У других разумных нет схожих понятий, поэтому будет сложно объяснить. Видишь ли, ангел может связать себя узами брака только с другим ангелом. Если же так случается, что мы выбираем себе в пару представителя иной расы, то проводится такой вот обряд. Ничего себе! Меня бросило в жар. Да этот крылатый вообще с головой дружит?! – Сделавшись моей аарритой, ты вписалась в Книгу Судеб, – продолжал между тем крылатый. – Понимаешь, что это значит? В мыслях царил полный сумбур. Я отрицательно помотала головой. – Обряд был обоюдный, – Габриэль приподнял рукав, и мои глаза расширились от изумления. Нет, браслета там уже не было. Как и у меня теперь. Зато на коже красовался черный рисунок, сверкая серебристыми искорками. Сердце кольнуло. – А... ощущения тоже были схожие? – догадка бесцеремонно вломилась в сознание и потребовала подтверждения. Ангел утвердительно склонил темноволосую голову. – Вот поэтому-то мне и потребовалась помощь принца. Ты оказалась слишком слабой. Но зато теперь ни один бог не сможет распылить тебя просто потому, что ему так хочется. У тебя есть собственная судьба. И еще один приятный бонус: как моя ааррита ты не подвластна воле обитателей Пенат. Так что имеешь полное право послать свою создательницу в бездну вместе с ее играми. Меня, кстати, тоже. Обязательств, которые накладывал на тебя договор, больше нет. Вот это поворот... Уж и не знаю, чего хотеть больше – морду ему расцарапать или расцеловать этого гадкого ангела. И почему он сразу мне все не объяснил? Ради собственной жизни, тем более что к ней прилагается еще и свобода, я готова вытерпеть в сто раз больше. – Тебе-то это все зачем понадобилось? – скудный жизненный опыт подсказывал мне, что надо бы проверить ситуацию на предмет подвоха. Габриэль склонился ко мне, заглядывая в глаза. В самую душу. – Не доверяешь... Понимаю. Но никакой выгоды лично для себя я не искал. Просто слишком хорошо помню, каково это – быть пешкой в чужой игре. И не желаю подобной участи никому другому. А что касается нашего союза... Я ни на что не претендую. Поедешь с нами – буду рад, решишь уйти – силой удерживать не стану. С ума сойти! Я бессмысленно хлопала глазами, пытаясь уложить в голове новую информацию. Судя по тому, что выглядит крылатый действительно не ахти, он, скорее всего, говорит правду. Я ему кем-то там прихожусь и в связи с этим получаю кучу привилегий. Это хорошо. И с Алей предстоит разговор серьезный. Ишь чего удумала, ошейник на меня одевать! Я тебе покажу ошейник! Вот только что мне делать с черным ангелом? И куда податься, если я все же решусь? – А откуда ты узнал про богов, игру и все остальное? – этот вопрос я просто не могла не задать. Рэй’тхи горько усмехнулся. Смуглое лицо закаменело. – Все это время я был просто идеальным спутником: из неприятностей тебя вытаскивал, вопросов лишних не задавал и виду, что знаю больше, чем ты говоришь, не показывал, – ага, а еще кормил, поил и даже иногда гладил. При воспоминании о последнем по телу разбежалась стайка мурашек. – Теперь твоя очередь. Прости, котик, но это не моя тайна. Хм... Ладно. Вешать лапшу на уши не стал, и на том спасибо. Диан появился сразу же, как только мы замолчали. Под дверью караулил, что ли? На большом подносе громоздились тарелки, испускающие дивные запахи, кувшин с морсом, несколько ароматных булочек и большой кубок с горячим молоком. А неплохо Владычица своего ангеленыша в дорогу собрала! Желудок тут же болезненно сжался, намекая, что трехдневная голодовка – это как-то слишком. – Выяснили отношения? – невинно осведомился принц и водрузил свою ношу на кровать. Я потянулась к кубку. Габриэль тут же наградил его испепеляющим взглядом и состроил зверскую рожу. Не помогло. – Бэлка, ты же поедешь с нами? – не унималось двухцветное Высочество. – Ну пожа-а-алуйста... Ты же не отдашь маленького и относительно безобидного меня на растерзание этому монстру? – принц округлил глаза в притворном ужасе и кивнул в сторону рэй’тхи. Тот чуть не подавился от смеха. Справедливо решив, что все это мясное изобилие – совсем не то, что необходимо моему организму после строгой диеты, я ограничилась булочками и горячим молоком. И теперь, потихоньку пощипывая воздушную сдобу, мучилась сомнениями. Уйти или все-таки остаться? Сложный вопрос. С одной стороны, я все еще дико зла на темнокрылого, хоть и понимаю, что его действия имели смысл. Но предупредить-то мог! С другой, идти мне некуда. Можно, конечно, опять подавальщицей устроиться в какой-нибудь дыре, но такой вариант дальнейшей жизни меня не устраивает. Что меня там ждет, кроме тяжеленных подносов, похотливых взглядов, сальных шуточек да ругани начальства? Но посмотреть, как отреагирует Габриэль на мое решение обходиться в дальнейшем без него, ой как хочется. Знаю, месть – это глупо и низко, но поделать с собой ничего не могу. Стенания Двухцветного остались без ответа. Зато к концу трапезы мне удалось принять единственно верное решение. Чтоб, значит, и свои мстительные порывы удовлетворить, и неприятностей из-за обострившегося вдруг упрямства не нажить. Ай да я! Диан подхватил опустевший поднос и направился к двери. Даже поворчать о том, что он вообще-то принц и ему по статусу не положено, забыл. Прогрессирует, однако. Габриэль зевнул, потянулся и тоже вознамерился встать. – Постой-ка... – промурлыкала я, томно поглядывая на него. – Не уходи. – Э-э-э... – ангел потупился. – Сейчас? Прости, котик, но я совсем без сил. Просто с крыльев валюсь от усталости. Хм. И о чем это, интересно, он подумал?! – Развратник! – прошипела я, молнией бросаясь вперед. Острые коготки впились в загорелую щеку. – Это тебе за аарриту. Будешь знать, как обманывать меня! Рэй’тхи дернулся, черные глаза блеснули. По его лицу пробежались три красные капельки и спрятались за воротом рубахи. Габриэль молча смотрел на меня, даже руку к оцарапанной щеке не поднес. Чувствует, что заслужил. – А это, – я легонько коснулась губами другой щеки, – за все остальное. Спасибо! И да, я еду с вами. Собственно, на этом силы у меня иссякли, и я завалилась спать. Завтра наступит новый день, вот тогда и буду думать, как жить дальше. Ранний солнечный лучик ласково поцеловал меня в щеку. Мр-р-р... я с удовольствием потянулась и села в подушках. Хорошо-то как! Выспалась на несколько дней вперед. Да, это вам не на травке-муравке, покрытой тонюсеньким одеялом спать да плащом укрываться. И если бы не отвлекало все еще саднящее запястье, я, пожалуй, была бы абсолютно счастлива. За окном только-только рассвело. Наверняка ангелы еще досматривают свои сны. А я, в отличие от многих любителей понежиться под одеялом подольше, предпочитаю вставать рано. Очередная привычка Альбрехтины, не иначе. Но вот ничего не могу с собой поделать. Стоит только солнышку выпустить свои лучики, как весь сон словно рукой снимает. Но сегодня я была этому только рада. Полюбовавшись рассветом, я еще раз потянулась и встала. В кои-то веки есть немного времени для себя. Что ж, будем пользоваться. Так, с чего бы начать... Чего мне сейчас хочется больше всего? Первым делом я обернулась. Ведь с тех пор, как Габриэль унес меня от демона, случая сменить ипостась так и не представилось. Да и рэй’тхи, я откуда-то это точно знала, почему-то очень сильно не хотел, чтобы я превращалась в кошку. А я просто жуть как соскучилась по пушистому тельцу, четырем лапам (это ж когтей аж в два раза больше!) и хвосту! Вот сейчас и наверстывала упущенное. Изогнула спинку, помотала хвостом, выражая крайнюю степень возбуждения, выпустила когти. И принялась носиться по комнате. Вот где я душу отвела! Даже за кровать сунулась и под самый потолок по тяжелым бархатным портьерам забралась. Правда, спускалась я оттуда трясущаяся и на негнущихся лапах, но это уже мелочи. Главное, в себя наконец пришла. Следующим этапом утренней программы была ванна. Настоящая ванна, а не пугающее озеро или ледяной ручей. Я осторожно приоткрыла заветную дверь и не сдержала восхищенного возгласа. Вот это да! Ванная комната оказалась совсем немногим меньше спальни и тоже была отделана в бордовом и золотом тонах. И, судя по всему, совмещена с гардеробной, потому что одну из стен полностью занимали вместительные шкафы из красного дерева. Не удержавшись, я и туда сунула нос. Но, к моему огромному разочарованию, внутри было пусто. Ровно в центре разместилась огромная ванна, поддерживаемая позолоченными львиными лапами. Просто мечта! Даже вода горячая есть. Уж не знаю, в чем здесь магия, но просторная комната тут же заполнилась паром. Мр-р-р, восхитительно!.. На этой радостной мысли всякие волшебные заморочки меня перестали интересовать окончательно. Главное – результат. Отчаянно чихая, я сунула любопытный нос в каждую из многочисленных баночек, стройными рядами выстроившихся на полке, и перенюхала их содержимое. Интересно ведь! Чувствую себя так, словно в парфюмерную лавку заглянула. Выбор мой пал на густую субстанцию с самым легким ароматом. Ангелы не обеднеют, а мне давно уже пора как-то избавиться от запаха Габриэля, буквально въевшегося в кожу. В общем, утро определенно удалось. Я долго нежилась в ароматной воде, до красноты надраила себя жесткой щеткой, насухо вытерлась большим махровым полотенцем и, закутавшись в огромный халат, выплыла за дверь. Эх, жаль, переодеться не во что. У меня всего один костюм, и очень сомневаюсь, что у спутников найдется что-нибудь подходящее. Ангелы меня уже ждали. Развалились на кровати и неторопливо завтракали. М-да, жаль, что здесь двери без запоров. – Доброе утро, – мурлыкнула я, тихонько притворяя за собой дверь. И тут же почувствовала, как розовеют щеки под откровенным взглядом черных глаз. Чувство было такое, будто он мысленно снял с меня халат, внимательно оглядел с пяточек до макушки, потом снова одел. Ох... – Доброе, – равнодушно откликнулся Габриэль, вгрызаясь в ароматную сдобу и запивая ее морсом. Диан просто кивнул. – Наконец-то ты вынырнула. Я уж думал, придется разбираться с водяным, раскатавшим губу на мою аарриту. Нет, этот крылатый неисправим. Я презрительно фыркнула и принялась за завтрак. Ненадолго воцарилась тишина, прерываемая только стуком кубков о поднос, а потом я не выдержала и все-таки расхохоталась. Двухцветный скорчил надменную рожицу и украдкой оглядел себя, дабы убедиться, что с его внешним видом все в порядке, и я смеюсь не над ним. Рэй’тхи вопросительно уставился на меня. – Вы вдруг стали та-акие похожие, – протянула я, всхлипывая от смеха. И правда, царапины получились совершенно одинаковые, и у обоих на правой щеке. К тому же, ни за что не скажешь, что отметинам принца уже несколько дней. Ангелы насупились и продолжили жевать молча. Ишь, обидчивые какие! – С сегодняшнего дня у тебя будет своя лошадь, – предупредил меня чернокрылый. Мейс был убран на дно сумки, а мы полностью готовы отправиться в путь. И тут из-за деревьев появился Диан, ведя в поводу трех лошадей. Вернее, двух уже знакомых мне жеребцов он вел, а изящная белоснежная лошадка с длиннющей сверкающей гривой сама следовала за ним. Я задохнулась от восторга. Эта прелесть для меня?! Но откуда? – Нравится? – так, где-то я это уже слышала... Притом, совсем недавно. – Конечно, нравится, – кивнула и отступила на шаг. – Вот только я уже научена горьким опытом, что принимать подарки от тебя чревато. Рэй’тхи заметно помрачнел. И вообще вид у него сделался такой, будто он сейчас зарычит. – Я-то здесь при чем? – фыркнул крылатый и сложил руки на груди. – Она сама к тебе прилетела. Ага-ага, телепортом. Крыльев-то у лошадки нет. – Это дрэйя из табуна, – решил вмешаться Диан, пока мы вконец не разругались. – Ну, это такая порода лошадей. Их ангелы вывели специально для себя. После обряда ты стала женщиной ангела, так что получи и владей. Какие интересные подробности о себе любимой я узнаю! Просто ум за разум заходит. Тут радости этого дня и закончились. Ехать мне пришлось с Габриэлем. Опять. Нет, вредные ангелы, конечно же, предложили мне покататься на моей красавице без седла и прочей амуниции, но я вежливо отказалась. К чему рисковать? Наездница из меня никакая, так зачем искать лишние впечатления на свою... голову. Зато темный расщедрился и пообещал в ближайшем городе задержаться на пару дней, дабы купить все необходимое. Что ни говори, а виноватый мужчина под рукой иногда бывает очень полезным. Надо запомнить на будущее. Пока ехали, я заметила, что что-то неуловимо поменялось. Покрутила головой по сторонам – лес как лес, редкие полянки и еще более редкие деревушки. Прислушалась к себе. О! Вот же оно. Тьма больше не заставляла содрогаться от ужаса. Разумеется, я ее все еще чувствовала, просто не могла не чувствовать, но прежнего страха она, впрочем, как и сам низвергнутый ангел, уже не внушала. Я смогла отвлечься, расслабиться, прижаться спиной к груди крылатого и спокойно разглядывать проезжающих мимо путников. И к вечеру с удивлением отметила, что смотрят на меня теперь иначе. Нет, чуда не произошло, и в глазах встречных мужчин до сих пор плескалось желание обладать смешанное с легким превосходством, но безумия там уже не было. И я позволила себе вздохнуть с облегчением. Одним страхом меньше. – Габриэль, – я осторожно привлекла к себе внимание. В голове родился вопрос, требующий немедленного ответа. – Устала? – он легонько потерся подбородком о мою макушку. – Потерпи немного, скоро въедем в Бериград. Местечко мерзкое, но купить там можно все, что угодно. Надо же, какие мы вдруг внимательные стали. Я нервно хихикнула. – Да я, в общем-то, о другом, – крылатый чуть заметно напрягся. – Пока от твоего ошейника я вижу только плюсы. Где подвох? Лучше спросить прямо и без обиняков. Глядишь, и ответит. – Не называй это так, – в тягучем голосе ангела выделились хриплые нотки. – Я не собираюсь силой привязывать тебя к себе. Если вдруг забыла, ты здесь по своей воле. Фи. Нашел из-за чего обижаться. Неужели боится, что я передумаю? – Так все-таки? – я запрокинула голову и сверкнула на него глазами. Рэй’тхи заметно успокоился, но с ответом не спешил. Каждое слово обдумывал. Спустя довольно длительный отрезок времени победила природная честность. – Браслеты останутся на нас навсегда, – багряные глаза внимательно следили за моей реакцией. – Последствия ритуала необратимы. И... у тебя никогда не будет другого мужчины. Ага, не привязывал. Судя по настороженному виду, чернокрылый ожидал, что после такого сообщения я устрою грандиозный скандал с применением когтей, зубов и всяческих увесистых предметов. Но я только фыркнула. Насколько понимаю, избыток мужского внимания мне больше не грозит. Это ж какое счастье-то!!! Всю свою короткую жизнь об этом мечтала. Правда, есть еще сам Габриэль... Но с ним-то я уж как-нибудь управлюсь. Бегать от одного куда проще, чем от целой толпы. – Бэлл? – подозрительно протянул крылатый. – Не молчи. Скажи хоть что-нибудь! Я искренне улыбнулась. Такого он точно не ожидал. Лицо крылатого забавно вытянулось. Мр... ну разве я могла удержаться?! Конечно же, нет. Так что совесть моя чиста. Приподнялась, чуть потянулась и игриво чмокнула его в нос. Ангел чуть из седла не выпал. В крайнем случае, напомню, что я шата. Нам по определению чудить положено. – Спасибо, – я выпрямилась и поспешно отвернулась, пока он не пришел в себя. В город въезжали в сумерках. Да какой там город?! Ни стен, ни стражи нет. И пошлину за въезд никто не потребовал. Так, разросшееся село. Бериград, Бериград... что-то смутно знакомое. И наверняка связанное с Альбрехтиной. А! Вспомнила. Раньше это и вправду село было, вот только жители его особой добропорядочностью никогда не отличались. Со временем, из-за постоянного наплыва таких же бандюг, Бериград номинально приобрел статус города. Кажется, даже название сменил. Но вот стражи здесь, вроде бы, нет. Или есть, но она особо не утруждается. Городской маг тоже числится в отсутствующих. Видимо, в Гильдии не нашлось подходящего неудачника. Или плута. Второй чувствовал бы себя здесь, как дома. Хм... Кстати, о плутах. И почему было не построить храм Прохиндейки в Бериграде. Уж тут эта богиня куда нужнее, чем в Старинске, где нравы царят довольно строгие. Подать “мамочке” идею, что ли? – Не спать! – рыкнул Габриэль на клюющего носом принца. Тот лихорадочно встрепенулся и с заинтересованным видом принялся глазеть по сторонам. – И не вертись. Лучше за вещами следи. Здесь чуть зазеваешься, и можно остаться без штанов. Двухцветный с сожалением вздохнул, признавая правоту старшего, и отвел глаза от стайки полуголых размалеванных девиц, жавшихся к обшарпанной стене. Это ночные бабочки с наступлением темноты вышли на охоту. – А будешь пялиться на всякую дрянь, и лет через тысячу Воздушный Престол останется без наследника, – взгляд мальчишки не остался незамеченным. – Я лично об этом позабочусь. И когда это наш чернявый успел заделаться борцом за нравственность? Диан обиженно покраснел и заскрипел зубами от досады. – Лучше за шатой своей следи, – не удержался от ответной шпильки ангеленыш. – А то еще сопрут, пока ты на меня отвлекаешься. Или сама сбежит, этим, вон, позавидует. Я издала яростное шипение и уже потянулась когтистой ладошкой к черно-белой шевелюре, но меня опередили. От рэй’тхи прилетела такая волна угрозы, что у меня душа в пятки ушла, а рука безвольно повисла, так и не добравшись до цели. Жуть просто! И это еще при том, что эмоции крылатого предназначались не мне. Мальчишка чуть из седла не выпал, только чудом удержав равновесие, и сейчас судорожно дышал, ошалело вращая глазами. Ставших камнем преткновения девиц как ветром сдуло. Даже торговцу, ухватившему Диана за край плаща в попытке привлечь наше внимание, досталось. Мужик сдавленно крякнул и спешно ретировался. Вот всегда подозревала, что с крылатыми лучше не связываться. Плутали мы совсем недолго. Постоялый двор оказался таким же грязным и обшарпанным, как и все прочие домишки. Вывески над входом не было. Остается только догадываться, как темнокрылый определил, что нам сюда. Лошадей ангелы смело оставили на улице. Я про себя удивилась, но промолчала. Крыльцо протяжно проскрипело под ногами. Дверь оказалась не заперта. Вот только навстречу нам никто не торопился. Прогулявшись усталым взглядом по небольшому залу, заставленному столами, я ощутила, как в горле встает противный ком. Липкие даже на вид столешницы, старые занавески неопределенного цвета, шаткая лестница. Интересно, она выдержит хотя бы Диана? Про Габриэля я, так уж и быть, промолчу. Зато спать будем в кроватях, – я попыталась найти хоть крошечный плюс в создавшемся положении. Ага, и вместе с нами там будут спать какие-нибудь жутко кусачие паразиты, – плюс находиться категорически не пожелал. – Если я простою здесь еще хотя бы миг, – вкрадчиво и очень тихо протянул рэй’тхи, – у меня лопнет терпение, и я разнесу эту дыру к упыревой бабушке. Четверо тощих мужичков вороватого вида, сидящих за самым дальним столом, подозрительно покосились на наглых приезжих и сочли за благо отвернуться. Чужие проблемы никому не нужны. Хозяин едва ли не кубарем скатился с лестницы. Им оказался здоровенный тролль с маленькими хитрыми глазками. Ой, что-то мне как-то не по себе... Я поспешно спряталась между своими спутниками и принялась с опаской наблюдать за дальнейшим развитием событий. Только бы они и правда драться не вздумали! – И зачем так злиться? – залебезил владелец сей дыры. – Я и так спешил к господам, летел со всех ног. Судя по всему, он правильно оценил свалившихся на его зеленую голову постояльцев и решил не нарываться. – Нам нужны две чистые, – чернокрылый особенно выделил это слово, – спальни и горячий ужин. И чем быстрее, тем лучше. Тролль понятливо закивал и, ворча себе под нос, что они-де всем нужны, повел нас наверх. Обернувшись, я успела разглядеть сквозь замусоленное окно, как моя лошадка с брезгливым видом вгрызается в филейную часть какого-то ворюги, протянувшего ручонки к чужому добру. Черный и белый жеребцы громко ржали. У меня тоже настроение улучшилось. К тому же, лестница оказалась куда крепче, чем я сначала подумала, а комната достаточно чистой. Даже запахов почти никаких не было. Габриэль плотно затворил дверь, трижды повернул ключ в замке и бросил сумку на пол. – Неужели нам так обязательно ночевать вместе? – подозрительно уточнила я. Протестовать открыто решимости не хватало, все-таки за комнаты платят ангелы, но присутствие крылатого в непосредственной близости слегка напрягало, и я не считала нужным это скрывать. Да и кровать тут всего одна... – Если ты боишься, я могу спать на полу, – спокойно пожал плечами ангел. Уходить он никуда не собирался. – Думаешь, сбегу? – а что мне было предположить? – Нет, котик, – Габриэль устало вздохнул и с хрустом потянулся, разминая затекшее после целого дня, проведенного в седле, тело. – Боюсь, что мне придется вытаскивать тебя из очередных неприятностей. Это нормальные люди, да и нелюди тоже, от тебя теперь голову терять не будут, а вот те, у кого достаточно тьмы в душе, все еще опасны. Хм... Пожалуй, действительно лучше потесниться. Нашим пристанищем на ближайшие дни я осталась вполне довольна. Комната была просторная. Правда, не сказать, чтобы уж очень светлая. Окно всего одно, да и то совсем небольшое. И ковра на полу не было. Зато кровать широкая, пара крепких стульев, удобный деревянный стол, покрытый бледно-желтой скатертью, и резной шкаф производили вполне сносное впечатление. А большая дубовая лохань, притаившаяся за плотной ширмой, вообще привела меня в восторг. Кажется, жизнь налаживается. После сытного ужина и гигиенических процедур усталость заметно спала. Габриэль отправился проведать Диана и заодно окончательно настроить принца на роль купеческого сына. Завтра Двухцветному предстояло перевоплощение. Я же растянулась на кровати и вяло размышляла. Теперь от меня легко не избавятся. Даже не знаю, радоваться или бояться... Хитрый рэй’тхи самих богов провести умудрился. Умеет он, однако, навязать свои правила игры. Я уже всерьез сомневалась, а не он ли тот третий игрок, о котором предупреждала Аля. На безвольную марионетку крылатый уж точно не походил. А боги? Вряд ли они обрадуются, когда прознают о его маневре. Ладно, Прохиндейка, с ней еще можно договориться, а вот как быть с остальными? Тем же Сианом, например. Я ведь не забыла еще, что его игрок где-то рядом и скоро должен проявить себя. Вывод один: поговорить с Альбрехтиной нужно как можно быстрее. Палец осторожно скользнул по въевшимся в кожу блестящим чешуйкам. При воспоминании о той ночи меня до сих пор оторопь берет. Но как красиво! И не поймешь, украшение или татуировка. Подумать только... Навсегда. Ладно бы еще это кто другой был. Но Габриэль! Вот что я с ним делать буду? Он, конечно, сильно изменился в последнее время, пугать перестал, но все равно как-то странно. А что, если я в другого влюблюсь? Что тогда с браслетом делать? И главное – что браслет сделает со мной? Стоп, Бэлка, не о том беспокоишься. Сначала выжить надо. А вот когда встречу суженого, тогда и думать буду. Но кое-кто по крыльям у меня получит... – Соскучилась? – он появился неожиданно и совершенно бесшумно. Или это я слишком погрузилась в свои мысли? Вот уже где несчастье чернокрылое на мою бедную голову! И ведь не избавишься. Я демонстративно зевнула и отодвинулась на самый край кровати. – Только попробуй распустить руки, я тебе и вторую щеку расцарапаю. В темных глазах притаилось загадочное выражение, рассыпавшееся через мгновение веселыми искорками. – В порыве страсти? – с надеждой осведомился Габриэль. Но рисковать не стал, за что ему большое спасибо. Так мы и спали. А утром пожаловал Диан. Вернее, сначала раздался неприлично громкий стук в дверь, а потом уж появилось его Высочество. И как только ангелам везде просачиваться удается? Точно помню, Габриэль, перед тем, как улечься тщательно запер дверь. – Просыпайтесь! – проорали над самым ухом. – Хватит дрыхнуть! У вас была целая ночь, чтобы сполна насладиться обществом друг друга, пока бедный я маялся в одиночестве. Из-за моей спины вылетела подушка и метко впечаталась в физиономию двухцветного. Послышался сдавленный хрюк, и наконец воцарилась блаженная тишина. Но хрупкий утренний сон уже успел ускользнуть. И комната наполнилась приглушенными голосами ангелов. Пришлось и мне вставать. За завтраком Габриэль еще раз оговорил все нюансы, связанные с новым, более низким статусом нашего принца. Диан мученически вздыхал, закатывал глаза, но послушно кивал. Я тоже кивала и мотала на ус новую информацию. Как бы еще все это запомнить и ненароком не оговориться? Впрочем, возможность потренироваться представилась почти сразу же. Выбравшись из-за стола, мы отправились за покупками. Тогда я и заметила, что здесь не только ворье процветает, но и торговцы. Обшарпанные домишки нищенского вида чередовались с вполне приличными зданиями. Прав был чернокрылый, купить здесь можно многое. Да и просто побродить по многочисленным лавкам интересно. Чего нам только не попадалось! Предлагаемый ассортимент отличался просто невероятным разнообразием, начиная с самых экзотических лакомств и заканчивая изящными драгоценностями, переливающимися всеми цветами радуги. Проходя мимо очередной ювелирной лавки, я вдруг поймала себя на мысли, что тоже была бы не прочь стащить... ну, например, вон тот кулон из белого золота на затейливой витой цепочке. Фи, Бэлка! Что за мысли?! Наверняка это местная атмосфера на меня так влияет. Единственным раздражающим фактором до сих пор оставались мужские взгляды. И пусть страшно уже не было, но вот противно – было. И даже очень. Здесь спасал Габриэль. Уж не знаю, что он делал, но стоило ему только зыркнуть, как очередной любитель поглазеть исчезал в неизвестном направлении. А крылатый только посмеивался. – И что тут веселого? – проворчала я. Его улыбка сделалась еще шире. – Может мне просто нравится, что другие мужчины на мою женщину оборачиваются? – самодовольно ухмыльнулся этот гад крылатый и подхватил меня под руку. Счастливый. Лично меня это просто бесит. Как и встречные девицы, усиленно подмигивающие черному ангелу. И что они в нем нашли? Первым делом мы купили все необходимое для того, чтобы завтра я могла ехать верхом. Ох, чувствую, скоро начнутся мучения... При взгляде на новенькую сбрую я с трудом подавила желание взвыть в голос. А может не надо, а? Потом бессовестный рэй’тхи добрался и до принца. По легенде, отец Диана (тот, который купец), торговал с Воздушным Градом. Этим и объяснялся дорогой гардероб мальчишки и прочие ангельские вещички. А сейчас темнокрылый решил разбавить все это нормальными “земными” вещами. Стоит ли говорить, что Двухцветный был против? Но терпеливо примерил несколько костюмов. Правда, морщился при этом, будто аристократка, которой подсунули под нос дохлую мышь. Потом наступила моя очередь. Все началось с того, что мы проходили мимо очередной лавки с женской одеждой, и я, выцепив взглядом симпатичное белое платьице, принялась с любопытством разглядывать его. Соблазн зайти и рассмотреть его поближе был велик. Тем более, до жути хотелось сменить пыльный костюм на что-нибудь более свежее. Но в ценах я пока не очень ориентировалась, а потому не знала, можно ли купить что-то приличное на мои серебрушки. Задумавшись над финансовым вопросом, я не сразу заметила, что Габриэль сворачивает к той самой лавке. А когда сообразила... – Не надо, – резко остановилась и потянула мужчину за руку. На щеках явственно проступали следы смущения. Рэй’тхи обернулся и с легким удивлением уставился на меня. – Прости, Бэльча, но тебе давно пора переодеться. Румянец на моих щеках сделался еще гуще. Совести у некоторых крылатых нет! – Но я не уверена, что... – Вообще не проблема, – отмахнулся он от моего лепета. И, видя, что я все еще сомневаюсь, сгреб меня в охапку, закинул на плечо и уверенно зашагал в нужном направлении. Ну, нахал!.. Я пискнула от неожиданности, расслышала придушенный смешок ангеленыша и чуть не получила по носу закрывшейся за Габриэлем дверью. Чернокрылый легко сгрузил свою ошарашенную ношу на мягкий диван с подушками и кивнул вышедшему на звон колокольчиков торговцу. – Подберите леди что-нибудь пригодное для дороги. Я вымученно улыбнулась. Леди ведь... И тут началось. От многочисленных нарядов и разноцветных тканей голова шла кругом. Но, надо признать, восторг просто зашкаливал. И не у одной меня! Ангелы принимали активное участие в выборе нарядов и беззлобно посмеивались, наблюдая, как растет мое смущение. Первым делом выбрали дорожный костюм. Элегантный, из тончайшей черной ткани, с серебряной отделкой. Далее последовали легкие ботинки из мягкой кожи – тоже насущная необходимость. Не на каблуках же мне верхом ездить? Радости торговца тоже не было предела. Оказалось, он уже года два не мог сплавить эту пару, размер слишком маленький. А мне вот подошли. Перчатки с серебряными застежками и аккуратная шляпка, призванная защитить метя от палящего солнца, естественным образом завершили костюм. А после предложения примерить понравившееся платье я со счастливым визгом повисла на шее темнокрылого и напрочь забыла обо всех приличиях. Если что, я ничего ни у кого не просила, вот! За платьем последовала еще пара-тройка нарядов и всякие необходимые мелочи, а завершилась вся эта эпопея вместительной сумкой, чтобы сложить новоприобретенное добро. Так что на выходе из лавки я глупо улыбалась и чувствовала себя самой настоящей шатой. Ужин прошел весело. Уставшие, но довольные, мы непринужденно болтали и смеялись, точно давние приятели. Даже Диан перестал задирать нос и, постепенно вживаясь в новую роль, уже куда меньше выпячивал свое ангельское происхождение. От утреннего недовольства не осталось и следа. Принц понемногу втягивался в навязанную чернокрылым игру и даже получал от нее удовольствие. Когда еще доведется побыть человеком? – Габриэль, – я лениво вылавливала из молока кусочки творога и из-под полуопущенных ресниц поглядывала на рэй’тхи, – а за что тебя из Града выгнали? Над столом повисла звенящая тишина. И кто за язык тянул, спрашивается? Стоило только расслабиться и почувствовать себя в относительной безопасности, как сморозила большую глупость. Однажды любопытство меня погубит. – Не выдержали, – хихикнул Диан. – Сама знаешь, какой у него характер поганый. Сжимая побелевшими пальцами край стола и втянув голову в плечи, я ожидала громов и молний. Но время шло, а низвергнутый все молчал. И я решилась поднять на него глаза. – Если мне не изменяет память, – спокойно, и даже слегка улыбнувшись, заговорил крылатый, – причиной изгнания послужило то, что я создал демонов и убил прежнего наследника престола. Я окончательно выпала в прострацию. И зачем только спрашивала? Ну, что, Бэлка, сильно тебе полегчало от этого знания? Теперь опять шарахаться от него и бояться. – И нечего так пугаться, – окончательно развеселился наследничек. – Его давно оправдали, извинились, только назад пустить не могут. Сама видишь, ни одного светлого пера не осталось... Картина мира совсем перестала в голове укладываться. Получается, Габриэля обвинили несправедливо? И выгнали. А он от этого почернел. В висках противно кольнуло, и я крепко сжала голову руками. Это ж с ума сойти можно! Темнокрылый продолжал улыбаться как ни в чем не бывало. Неужели совсем не обиделся? Взгляд скользнул по его смуглому лицу с резкими чертами, задержался на черных глазах с багровыми прожилками... Не верится, что когда-то он был белым. – Вот не надо, – фыркнул рэй’тхи. В тягучем голосе слышалось отвращение. – Никто передо мной не извинялся. Оцепенение понемногу спадало, и я обнаружила себя задумчиво разглядывающей пустую ложку. Диан недоверчиво покосился на отверженного и встал из-за стола. – От имени всего Воздушного Града и Светлого престола я прошу у тебя прощения, – торжественно произнес принц, чуть склонив черно-белую голову. – Мы сожалеем о допущенной ошибке. Вот так всегда, гадости делают одни, а прощения просить приходится другим. Но наш мальчик хорош! Как-то жалко стало отдавать ангеленыша магам. Да и зачем – не понимаю. Пара лет в обществе Габриэля, и из принца такой владыка вырастет, все соседи обзавидуются! Но меня никто не спрашивал, вот я и помалкивала. Отвечал чернокрылый на алэр’рое. Смысла его слов я, конечно же, не поняла, но, судя по кивкам, которыми обменялись мужчины, взаимопонимание было достигнуто. Вот и хорошо. Не хочу, чтобы они грызлись. Оба паршивцы порядочные, но поди ж ты, привыкла. Переживаю. Покончив с трапезой, мы поднялись наверх. Я принялась раскладывать в сумке свои, теперь уже многочисленные, вещи. Щеки тут же раскраснелись от удовольствия. Как же все-таки приятно, когда о тебе заботятся! Уж и не знаю, что вызвало такую невиданную щедрость... Но сейчас меня это особо и не тревожило. Я порхала по комнате, то и дело прикладывая к себе очередную обновку, и была совершенно счастлива. Габриэль тем временем вносил в почти готовый образ купеческого сына последние штрихи. Подправлял ауру. Насколько я поняла из разговора ангелов, Диан почти не владеет силами ни одной из своих половин. И если со светом еще худо-бедно что-то выходит, то с тьмой все совсем печально. Вот и приходится темнокрылому возиться с наследником. Его руки плавно скользили над головой и плечами юноши, а глаза все ярче сверкали багрянцем. И чем дольше тянулось это действо, тем более восхищенный вид делался у принца. Такое чувство, что эти двое видят нечто, чего не вижу я. От обиды я даже принюхалась. Безрезультатно. Вот когда пожалеешь, что шата не может быть магом. Скоро счастливый и слегка пошатывающийся Диан отправился отсыпаться. А я наконец решилась. – Ты бы не мог оставить меня ненадолго? – осторожно начала я и заранее приготовилась выслушать очередную колкость. Но Габриэль неожиданно все понял. Надо же, проницательный какой! Мысли он читает, что ли? – Уверена, что справишься одна? – уточнил он, нависая надо мной и заглядывая в глаза. Ощущение было странное и не сказать, что приятное – будто и правда видит меня насквозь. Я торопливо кивнула. Сама еще не знаю, что именно скажу Альбрехтине, но интуиция подсказывает, что сделать это следует сейчас. Тянуть дальше просто опасно. Рэй’тхи ободряюще щелкнул меня по носу и скрылся за дверью. Ну, вот. Оставшись в одиночестве, я посидела немного, собралась с мыслями и позвала создательницу. Полутемная комната на миг озарилась ярким светом. Разнообразия ради, богиня не стала выпендриваться и явилась сразу. – Наконец-то, – Аля прошлась вдоль комнаты, нервно комкая край сиреневого платья. – Я уже решила, что ты и знаться теперь не захочешь. В груди противно кольнуло. А ведь и правда, у нее были причины так думать. Я получила желанную свободу и до сегодняшнего дня даже не вспоминала о ней. И поделом! Так отчего же я чувствую себя предательницей? Прохиндейка внимательно вглядывалась в мое лицо, словно надеялась прочесть на нем ответ на известный только ей одной вопрос. – Я ведь теперь свободна, да? – я ответила богине прямым взглядом. Заодно и выясню, всю ли правду рассказал крылатый. Мало ли какие камни скрывает под собой бурное течение под названием Габриэль? – Абсолютно, – Аля развела руками и грустно улыбнулась. – И ты не можешь заставить меня играть в вашу дурацкую игру? Кивок. Тогда зачем же она явилась? – Вот сейчас поднимусь к Гэльсиану и скажу, что он может подавиться моим храмом. И за других богов не бойся. Никто из них ничего тебе не сделает. В крайнем случае, темный защитит. Он давно неровно дышит в твою сторону. При упоминании рэй’тхи меня аж передернуло. Только его еще не хватало впутать в божьи игры. Хотя, после недавней выходки крылатого, не удивлюсь, если обитатели Пенат дружно внесли его в список тех, от кого следует избавиться в первую очередь. И меня заодно. В реальность меня вернула Альбрехтина. И хорошо, а то ведь так до чего угодно додуматься можно. Богиня осторожно присела на краешек кровати, оглядела меня блестящими от слез глазами и порывисто притянула к себе, обнимая. Ох... От удивления я не сразу определилась с ответным жестом. Какая же она все-таки уютная, прямо отпускать не хочется. И пахнет приятно... – Счастья вам, – макушку обдало горячим дыханием. – И не отталкивай его, для тебя ведь старался. Я-то так и не смогла придумать, как оставить тебя в живых, чтобы другие боги не заметили... Как у нее все просто! Возьми и не отпускай, ага. Вот ведь романтичная душа! Ну кто еще, кроме шаты, мог получиться у этой богини? – Шиш этому таракану засушенному, а не храм, – я осторожно высвободилась из объятий “мамочки” и решительно сверкнула глазами. – Так ему и передай. Я остаюсь. Альбрехтина неверяще уставилась на меня. Только что за руку себя не ущипнула, дабы убедиться, что это не сон. А вот интересно, боги вообще спят? – Ты правда хочешь продолжить? – от удивления даже слезы высохли. Вот то-то же, а то развела тут сырость. Я, между прочем, шата, а не лягушка. – Не хочу, конечно, – я вскочила и принялась вышагивать по комнате. Давно заметила, нормально подумать удается, только когда тело находится в движении. – Что я, совсем ненормальная по-твоему? Но не отдам же я свою создательницу на растерзание какому-то сухарю бесчувственному! Тем более, после всего, что ты для меня сделала. Повезло тебе с братом, ничего не скажешь. – На самом деле Сиан хороший, – Алька попыталась заступиться за родственника. Сразу видно – двойняшки. – Только временами его заносит. Вот именно. Поэтому, если я не хочу, чтобы меня прикопали где-нибудь по-тихому вместе с воплотившей меня Прохиндейкой, надо срочно думать, как быть дальше. В конце концов, не зря же она мне счастья пожелала. Воля богини – а теперь Альбрехтина не просто богиня, а моя покровительница – закон. А значит, придется исполнять. Габриэль был в бешенстве. – Идиот! – крылатый шумно выдохнул и от души впечатал кулак в стену – хорошо, хоть дыру не пробил. Наиболее агрессивная стадия гнева, во время которой я узнала о себе и богах много интересного, уже миновала, и сейчас он злился больше на себя. – Будь я проклят, если еще раз доверю тебе хоть сколько-нибудь важное решение! Мимо пронесся черный вихрь. На кожу повеяло холодком. С комфортом устроившись в подушках, я терпеливо ждала, пока темнокрылый успокоится настолько, чтобы с ним можно было говорить. Гневная вспышка ангела меня нисколько не испугала. Сама не знаю, в чем тут дело. Может, в том, что я теперь его ааррита? Или просто привыкла к нему? Но сердце подсказывало – не тронет. А так – пусть ругает, сколько душе угодно. Мне не жалко. Правда, поначалу, когда Габриэль не особо стеснялся в выражениях, хотелось одновременно сквозь землю провалиться и остановить его, дабы выяснить, что именно он только что сказал. Скромница Альбрехтина начисто обделила мой словарный запас нецензурной лексикой, так что понимала я далеко не все. Зато любопытства двойную порцию отмерила, и, если бы не природная скромность, заслуженный нагоняй был бы куда более ощутимым. – Для чего, по-твоему, я браслеты на нас надел? – рэй’тхи схватил меня за руку и подсунул под нос узорчатое запястье. – Чтобы ты вот так запросто приняла покровительство Прохиндейки? Ты хоть понимаешь, немочь хвостатая, что одним словом разрушила все мои усилия? Меня сграбастали в охапку и основательно встряхнули. Р-р-р... На кончиках пальцев блеснули коготки. – Если ты думаешь, что я позволю так с собой обращаться... – Радуйся, что я тебя вообще не придушил! – хорошо, что кошки обычно на лапы приземляются, потому что безопасностью моей встречи с полом темный не озаботился. Все, мне надоел этот балаган! Шата я, или погулять вышла? – Мр-р, – я беззвучно подкралась к замершему у стены мужчине и осторожно опустила ладони на широкую спину. Крылатый вздрогнул, но отстраняться не спешил. Еще бы... – Мне приятно, что ты беспокоишься. И голос такой томный, почти мурлыкающий. Чуть подрагивающие руки потихоньку заскользили по прохладной ткани черной рубашки, и вскоре я почувствовала, как он расслабляется. Напряжение спадает. Я невольно прикрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Его близостью. Так, Бэлка, теперь главное – не перегнуть палку. Не то перейдет наш разговор в горизонтальную плоскость. – Кошка, – проворчал чернокрылый и резко обернулся. Я попыталась рыпнуться, но в тот же миг оказалась в крепких объятиях. Это уже опасно... – Но твои методы мне нравятся. Сильные ладони прогулялись по плечам, соскользнули на талию и настойчиво прижали меня к твердому телу. Размечтался! – Шата, – поправила я. – И не такая глупая, как вы все почему-то решили. Ты обезопасил меня от богов, а Аля – от тебя. Я тонко улыбнулась и победно сверкнула глазами, внутренне готовясь к новому приступу ярости у крылатого. Но бури не последовало. Вместо этого Габриэль отпустил меня, завалился на кровать и залился искренним смехом. Э-э-э... У него истерика? – Молодец, котик, быстро учишься, – отсмеявшись, выдал ангел. – Еще немного и я смогу тобой гордиться. Щеки зарделись от удовольствия. Похвала была вполне искренней, а заслужить одобрение этого рэй’тхи – многого стоит. Пожалуй, я могу начинать гордиться собой уже сейчас. – Что дальше делать собираешься? Я опустилась рядом с ним на кровать. – Играть. Более четкого плана действий в голове пока не было. Если б мы еще знали, кто является фигурой Везунчика и моим главным противником, тогда можно было бы попытаться придумать нестандартный выход из положения. Потому что никого убивать я точно не стану. И себя в обиду не дам. Но пока что в цепи не хватает слишком многих звеньев, и мне остается только расслабиться и ждать. И, по возможности, получать удовольствие от процесса. – А если проиграешь? – Габриэль повернулся на бок и внимательно разглядывал меня. – Не проиграю, – на губы легла уверенная улыбка. – У меня же есть ты! – Игра продолжается, – объявила Альбрехтина, материализуясь перед братом, и одарила его торжествующим взглядом. Ответом ей было точно такое же выражение серо-голубых глаз.

Глава 7. Холодно-горячо

Растащить шату и ангела по разным клеткам богам так и не удалось. Вырвать девушку из объятий крылатого – тоже. Пока двойняшки наблюдали за происходящим на земле, она успела сменить ипостась, и теперь чернокрылый весьма откровенно прижимал к себе хорошенькую девушку, вызывая жаркий румянец на упитанных щеках Альбрехтины. – Что ж, продолжим, – тонкие губы Гэльсиана скривились в азартной усмешке. Затемненная фигура сделала один шаг к противнице. – Кто-то из высших богов? – задумчиво переспросила я, наворачивая круги возле богини. Ни один из имеющихся в комнате стульев богиню не устроил, и она сотворила себе мягкое кресло с высокой спинкой, на котором теперь и восседала. – Ты уверена? Что пантеон делится на высших богов, коих всего семь, и подвластных им младших, я знала. Но то, что в почти невинное, по божьим меркам, развлечение решил вмешаться кто-то из Вечных, явилось сюрпризом. Притом, неприятным. Но кто? Повелитель умерших? Нет, ему до нас точно дела быть не должно. Войны? Возможно, если он решил отомстить за мою шутку. Это плохо. Богиня любви? Или жизни? А может, справедливости, добра или зла? Отдельно стоит Хисаэрт. Бр-р! Просто голова кругом. – Еще как! – Аля по привычке принялась терзать подол. – Но не думай об этом. Все равно раскрыть его не удастся, пока он сам не захочет. Это точно. И Габриэль откровенничать не торопится. Хотя, с чего бы рэй’тхи посвящать меня в свои дела? – Успокоила своего мужчину? – ярко-голубые глаза сверкнули лукавством. Вот же сваха! – Более-менее. Но тебе все равно лучше ему под руку не попадаться. И Аля, – тут я сделала небольшую паузу, дабы покровительница успела проникнуться серьезностью моих слов, – он не мой. И я не его. И вообще, откуда в тебе столько наивной романтичности? Вроде, по определению не положено... Прохиндейка смущенно потупила глазки, мечтательно вздохнула и переменила тему: – Скоро жди встречи с игроком Сиана. Хотя бы мимолетной. Не уверена, что он сразу обнаружит себя, но будь осторожна. И когти держи наготове. Так, на всякий случай. Вот это новости! Час от часу не легче. Я понятливо кивнула. Сказано ждать, будем ждать. Тем более, что деваться все равно некуда. – Готова? – в приоткрывшуюся дверь всунулась двухцветная голова. – Пошли уже, не то он тебя живьем съест. Сама знаешь, как Габриэль ждать не любит. Тьфу ты, чуть не попались! Хорошо, что Алька отбыла всего за мгновение до явления принца. Интересно, в Воздушном Граде стучать не принято? Но от колкого вопроса я предпочла удержаться, подхватила сумку и вышла вслед за Дианом. Весь в черном, Габриэль как никогда походил на коршуна. Я даже поежилась, таким хищным выглядел ангел. С этим, пожалуй, поиграешь! Чернокрылый наградил меня раздраженным взглядом, пробормотал что-то не слишком лестное о двух заговорщицах, взял сумку и принялся пристраивать ее к седлу. И как он еще не сварился в своем плаще? Жарко ведь. Даже я в своем практически невесомом костюмчике испариной покрылась. А ему хоть бы хны. Наверное, у крылатых температура тела отличается от человеческой. Да и от моей тоже. Надо будет при случае удостовериться. Я мечтательно улыбнулась и запуталась пальцами в серебристой гриве моей лошадки. Или кто она там? Точно, дрэйя. – Можно узнать, о ком ты думаешь с таким выражением лица? – протянул над самым ухом темный. Я почувствовала на волосах его дыхание. Ох ты ж... – Ее надо как-то назвать, – выдавила я и отодвинулась на безопасное расстояние. – Вот, пытаюсь придумать подходящее имя. Не знаю, на какой ответ рассчитывал Габриэль, но вздох из его груди вырвался разочарованный. – Есть варианты? – в багряных глазах проскользнул интерес. Тут я всерьез задумалась. Была бы сейчас зима, назвала б ее Снежкой. Но в такую жарищу эта кличка только раздражать будет. – Луна. Смотри, какая грива у нее белоснежная. И искрится, словно на нее лунный свет падает, – я восхищенно сверкнула глазами на спутников в ожидании одобрения. Двухцветный уже успел открыть рот, чтобы согласиться с таким выбором, но низверженный его опередил: – Нет, – это прозвучало жестко. Я бы даже сказала, грубо. – Придумай что-нибудь другое. Пожалуйста. Если бы не последнее слово, я б ему глаза выцарапала. Завел моду командовать! Но сейчас некое доселе незнакомое чувство подсказывало: надо уступить. – Ладно, пускай будет Снежкой. Выезжали из города в молчании. Габриэль был мрачнее тучи. И что ему на этот раз не так? Мы с принцем поочередно бросали косые взгляды на рэй’тхи, но приставать с вопросами не решались. Захочет, сам расскажет. Но он не захотел, а у меня вскоре появились новые заботы. Мало того, что поездка верхом уже сама по себе являлась проблемой, так еще и у дрэйи оказался поистине ангельский характер. Стоило мне на миг отвлечься, как эта зараза так и норовила что-нибудь выкинуть. То в сторону резко шарахнется, то вздумает сделать внеплановую остановку, дабы полакомиться сочной травкой, то встречного жеребца обнюхивать начнет, а один раз даже на дыбы встать попыталась. Сама не знаю, каким чудом я осталась в седле. Сердце чуть не выскочило из груди с перепугу. Тут уж и Габриэль не утерпел и сказал строптивому транспортному средству пару слов на алэр’ройе. Снежка мигом стала как шелковая, только глянула на меня так обиженно, будто я плетью ее отходила. Хвостом чувствую, мне это еще припомнят. – Ее уважение надо заслужить, – словно прочитал мои мысли темнокрылый. – Тогда дрэйя будет подчиняться беспрекословно. Я скептически оглядела непослушную лошадку и неопределенно пожала плечами. Кто бы сомневался, даже с ней все не могло пройти гладко. По мере приближения к Академии Диан становился все молчаливее. И вообще на обычного себя совершенно не походил. Смотрел прямо перед собой и беспрекословно подчинялся Габриэлю. Даже когда тот осчастливил нас предстоящей ночевкой под открытым небом, ни слова не проронил. Только кивнул утвердительно. Ну и куда, спрашивается, этот угрюмый мальчишка подевал нашего капризного и сверх меры любопытного наследника? Конечно же, первой это надоело мне. – Может, ну ее, эту Академию? На меня удивленно воззрились две пары темных глаз. – Это еще с какой стати? Вот ведь упрямец! – Зачем тебе туда ехать, если ты не хочешь? Останешься с нами на время обучения, а там что-нибудь придумаем. И мне не будет так страшно наедине с черным ангелом. Но этого я, конечно же, добавлять не стала. – Да я хочу! – возмутился мальчишка и поглядел на меня так, словно я попыталась отнять у него любимую игрушку. – Ты себе даже не представляешь, насколько. Один Свет знает, чего мне стоило уговорить родителей, чтобы они позволили мне провести несколько лет среди людей. – Тогда чего надулся, как мышь на крупу? – это уже Габриэль. Только он умеет так метко сказать гадость. – Я по папе скучаю, – жалобно признался Диан. – И вообще по Граду. Как ты только выдержал столько лет вдали от дома? Нет, кажется, я ошиблась. Двухцветное высочество обладает непревзойденным талантом не просто сказать гадость, но даже этого не заметить. Диан вопросительно смотрел на изгнанника, дожидаясь ответа. По смуглому лицу рэй’тхи проскользнуло горькое выражение. Вот же дурень двухцветный! Когти так и чешутся вторую щеку располосовать. Может, хоть в следующий раз подумает, что говорит! – Мой дом здесь. Фу-х!.. Слова темнокрылого прозвучали искренне. Кажется, он действительно так считает. Но поставить на место мелкого паршивца все равно не помешает. – А с тобой что произошло? – невинно поинтересовалась я. Мужчины снова обратили на меня непонимающие взгляды. – Габриэля низвергли, и от этого он почернел. Тут все понятно. А откуда взялась твоя темная половина? – Бэллес! – попытался одернуть меня крылатый. А я что? Интересно ведь. И вообще, вдруг это последний шанс удовлетворить любопытство? Оставшиеся до места назначения два дня пути пролетят быстро, а там и прощаться пора настанет. Тут уж не до вопросов. – Ничего, – пожал плечами принц. – Я таким родился. – Врешь!!! – По ауре вижу, правду сказал, – остудил мой пыл Габриэль. – Диан, хватит кота за хвост тянуть. Мне уже тоже интересно. Стоило только услышать про хвост, как желание обернуться стало почти нестерпимым. Но, боюсь, такой подлости Снежка мне не простит. Она и в человеческом-то виде с трудом терпит свою новоявленную владелицу, а тут кошка. Эх... придется ждать до вечера. – Я и сам только со слов папы знаю, – принялся за рассказ Диан. – Так вот, он сказал, что по правилам у ангельской пары может быть только один ребенок. Это одно из последствий потери покровительства Пенат. И у Владык был сын, но его демоны убили, и Светлый престол мог остаться без наследника. – Это все я и без тебя знаю, – подогнал его темный. – Давай ближе к делу. Только грызущее любопытство помогло мне сдержать смешок. И где, спрашивается, ангельское терпение? – И папа был вынужден обратиться за помощью в Пенаты. В общем, теперь мы снова налаживаем контакты с богами, и в некоторых семьях появляются так необходимые дети. Редко, но появляются. Кстати, давно хотел спросить: ты хоть знаешь, что у тебя есть сестра? Изгнанник ошарашенно качнул головой. Интуиция мне подсказывает, что пополнению в семействе он не рад. Вон как напрягся. – Но древний закон был нарушен, и это наложило отпечаток на нашу внешность. Я еще ничего, там иногда такие экземпляры попадаются!.. – трещал парнишка, но его уже никто не слушал. – Вы даже представить не можете, как это тяжело, когда ты не похож на других... Болтовню принца прервал шорох раскрывающихся крыльев. Габриэль стрелой взмыл в небо прямо из седла. Я только пискнула испуганно, провожая взглядом темную фигуру. Надеюсь, он не в Град собрался? Почувствовав перемену в моем настроении, Двухцветный замолк. Так мы и ехали: я, Диан и черный дрэй без седока. Временами принц бросал на меня косые взгляды, но не заговаривал. И правильно делал. Вот кто за язык тянул, спрашивается? Темнокрылого не было долго. Когда сумерки окончательно окутали лес, я взяла на себя смелость выбрать место для ночевки. Держаться в седле больше не было сил. Да и здоровый сон еще никто не отменял. Подходящей полянки поблизости не нашлось, поэтому пришлось устраиваться прямо в лесу. Надеюсь, Габриэлю не составит труда нас найти. Диан сразу же отправился собирать хворост. Я же кое-как слезла с лошади и безвольно плюхнулась на мягкий мох. Все тело ломило, хотелось свернуться клубком и не шевелиться как минимум несколько суток. А ведь еще придется ужин готовить! Вот только завыть мне хотелось не от боли. Осознание того, что где-то спокойно живет пара бездушных ледышек, которые безжалостно вышвырнули из своей жизни собственного сына и даже не потрудились попросить прощения, когда выяснилось, что он был ни в чем не виноват, острыми коготками впилось в душу. А все потому, что теперь у него крылья не того цвета. С огромным удовольствием высказала бы им все, что думаю о таких родителях. И почему сам Габриэль этого не сделал? Не понимаю. Гордость удержала? Или нечто, куда более сильное?.. А вот интересно, какого цвета крылья у их дочери? На этой мысли я мстительно хихикнула. Вот бы зеленые в розовый горошек! Ага, и волосы такие же. Чтоб неповадно было нос задирать. Надежда на хотя бы небольшую справедливость подействовала ободряюще, и я нашла в себе силы подняться и заняться насущными делами. Освободила лошадей от сбруи, вытащила из сумки все необходимое и потопала за водой. Воздух был влажный, да и чуткий кошачий слух улавливал мелодичное журчание – значит, поблизости должен быть ручей или источник. Заодно и умоюсь. Идти по ночному лесу было одно удовольствие. Свежий ветерок приятно холодил кожу и наполнял легкие головокружительными ароматами леса. Птичий щебет и стрекот насекомых задавали шагам ритм. И никаких неудобств, видела-то я в темноте не хуже, чем днем. Вскоре и вправду набрела на родник. От него совсем тоненькой змейкой вился ручеек. В таком даже не искупаешься. Только лицо и руки обмыть удастся. Я испустила разочарованный вздох, бросила котелок в траву и опустилась на колени, чтобы зачерпнуть пригоршню воды. И только сейчас заметила, что стою на краю крутого обрыва. Жуть! Нет, вниз я, конечно же, не смотрела, но чует мой хвост – овраг глубокий. Фи! Растягивать гигиенические процедуры отпало всякое желание. И чего было мейсом не воспользоваться? Габриэля поблизости нет, стало быть, и ворчать некому. Так нет, мы же послушные! Костеря себя на все лады, я быстро поплескала студеной водой на лицо и потянулась за валяющимся в траве котелком. Задерживаться здесь не хотелось. Вот сейчас наберу воды, и бегом к Диану. Пускай до Габриэля ему далеко, но с принцем как-то спокойнее. Все не одна. Успокаивающие мысли сделали свое дело. Даже руки дрожали не слишком заметно. Я набрала воды и уже собралась выпрямиться, но не успела. Внезапно накатившее чувство опасности жаркой волной окатило спину. У источника был кто-то еще. Нет, я его не увидела, и даже не унюхала, что само по себе более чем странно. Но спиной почувствовала враждебный взгляд. На миг замерла, решая, обернуться или не стоит. Этого времени оказалось достаточно, чтобы раз и навсегда снять сей глупый вопрос с повестки дня. Резкий тычок в спину, и я, так и не выпустив из рук котелок, отправилась в свободный полет. Алечка... Я же высоты боюсь! Неужели нельзя было найти более гуманный способ избавиться от противницы?! Кажется, мне не повезло наткнуться в темном лесу на игрока Сиана. Ужас меня парализовал, и даже пронзительный крик вырвался из груди далеко не сразу. И ненадолго – голос очень быстро сошел на хрип. Летела я долго. По ощущениям, целую вечность. Одно из двух: либо овраг действительно очень глубокий, либо это я со страху время воспринимаю замедленно. Я зажмурилась и всерьез приготовилась проститься со своей короткой, но очень бурной жизнью, но болезненной встречи с землей (или что там внизу?) не произошло. Почти отключившееся сознание вяло отметило смутно знакомый запах, но воспринять его не успело. Меня обхватили сильные руки, разом вышибив из легких остатки воздуха, и стремительно увлекли вверх. Габриэль!!! Как всегда, вовремя. На радостях я громко засипела и обхватила ангела всеми четырьмя конечностями. Еще и когтями впилась, чтоб уронить не вздумал. Злосчастный котелок с грохотом ударился о камни внизу, предварительно окатив нас остатками ледяной воды. – Какого упыря, я тебя спрашиваю?! – я шмякнулась на траву и тут же была погребена под мокрым и жутко злым Габриэлем. И все еще крылатым. – Он меня сбросил... – едва различимо прошелестела я, чувствуя, как тело сотрясает крупная дрожь, а глаза обжигают слезы. Рэй’тхи отшатнулся, но было уже поздно. Истерика накрыла меня с головой. Сколько можно?! Нет сил больше терпеть! Со мной играют, перетягивают, как вещь какую-то, решают за меня, а теперь вот еще и угробить пытаются. И никому нет дела до чувств какой-то там шаты... Правильно, они же боги, ангелы, а я кто? Так, кошка облезлая. И никто не пожалеет, не попытается понять, даже за ушком не почешет... А мне так одиноко! Дрожь, слезы, редкие всхлипы... Какое-то время чернокрылый недоверчиво взирал на творящееся под его носом безобразие. Потом не выдержал и притянул меня к себе. По спине неловко скользнули прохладные ладони, а ухо обжег шепот. Сначала неразборчивый и явно нецензурный, потом вполне членораздельный и даже почти ласковый: – Бэлка, немедленно прекращай реветь! Я готов круглосуточно спасать тебя от богов и демонов, и даже вылавливать из пропасти, но я понятия не имею, что делать, когда у меня на плече рыдает девушка. Тем более, если эта девушка – ты. Интересно... И чем это я хуже любой другой? От обиды я даже всхлипывать перестала. – Бэллес! Габриэль!! Ну хоть кто-нибудь!!! – послышались за деревьями перепуганные крики. Они-то и спасли темнокрылого от более детального выяснения отношений. – Диан... – о принце мы вспомнили одновременно. Не говоря больше ни слова, Габриэль сгреб меня в охапку и полетел в ту сторону, откуда раздавался голос. Ошеломленная недавним происшествием и резким выбросом эмоций, я безвольно повисла в его руках. Тут уже не до страхов. К счастью, за время нашего отсутствия с наследником ничего не случилось. Собранный хворост весело пылал, отбрасывая на деревья золотистые отблески, на одном из одеял были разложены остатки хлеба и сыр. Видно, Двухцветный решил не дожидаться нас и заняться ужином самостоятельно. А кричал чего? Неужели беспокоился?! – Бэлка! – мальчишка бросился ко мне и порывисто обнял. Лицо рэй’тхи исказила недовольная гримаса. – Хвала Свету, с тобой все в порядке... – А почему ты решил, что с ней должно что-то случиться? – настороженно прошипел темный и прижал меня к себе еще крепче. Даже крыльями прикрыл в стремлении спрятать от принца. М-да... Кажется, не я одна здесь в шоке. – Что еще я мог подумать? – всплеснул руками мальчишка, возмущенный недоверием чернокрылого. – Я прихожу, а ее нет, кричу – она не отзывается. Впору было думать, что вы оба меня бросили. Диан скорчил обиженную рожицу и отвернулся к костру. Насилу выпутавшись из двойных тисков рук и крыльев, я рухнула на одеяло, подтянула колени к груди и уткнулась в них носом. Надо успокоиться и перестать трястись. Но как? От одной мысли, что где-то совсем рядом бродит мой таинственный враг, становилось дурно. Одно радует, со спутниками мне повезло. Двухцветный правильно оценил мое состояние и мгновенно перестал строить из себя обиженного. Напротив, укрыл своим плащом, и уселся рядом. Я же говорила, что с ним спокойнее! Вроде ничего особенного не сделал, а от сердца отлегло. Но самую большую лепту в восстановление всеобщего спокойствия внес Габриэль. Строго наказав Диану глаз с меня не спускать, он взмыл в небо. Мы проводили его полными надежды глазами. Вдруг повезет, и темный сможет выследить мерзавца, подло столкнувшего меня в овраг? Уж я ему тогда покажу, как нападать на беззащитную шату! – Зови свою Альбрехтину, – по его мрачному виду без лишних объяснения стало понятно – не повезло. И я позвала. А что было делать? Раз, другой, третий... Ей бы лентяям покровительствовать. – Бэллочка! – создательница, расталкивая мужчин, рванула ко мне. Оказавшись в уютных объятьях Прохиндейки, я окончательно успокоилась. В мыслях прояснилось. Пока Аля здесь – я в безопасности. Он не посмеет напасть при ней. Да и черного ангела побоится. – Ух ты! Богиня... Настоящая! – восторгу принца не было предела. Алька даже раскраснелась от такого неприкрытого внимания. – Уймись, – рыкнул Габриэль, и мы все мгновенно затихли. Даже богиня испуганно вжала голову в плечи. Потом, правда, вспомнила, что не пристало жительнице Пенат робеть перед каким-то смертным, пускай даже он рэй’тхи, и выпрямилась. Но авторитет пошатнулся. – Я облетел всю округу и не нашел не только никого подозрительного, но даже того оврага, в который ты так красиво падала. Понимаешь, что это значит? Я отрицательно мотнула головой. – Одно из двух: либо мы с тобой оба сошли с ума и страдаем галлюцинациями, либо... – Сиан, – с ужасом прошептала богиня, вскочила и принялась метаться среди деревьев. Самое удивительное, что Аля не только шею не свернула в темноте, но даже ни разу не зацепилась своим роскошным фиолетовым платьем за торчащую ветку, коих здесь было сколько угодно. Вот это, я понимаю, Прохиндейка! Ой, погодите-ка... Роскошное? Фиолетовое?! Теперь понятно, почему она так долго не отзывалась. Интересно, откуда мы ее выдернули? – Хороша идея была – угробить тебя десять раз одним махом. – Что?! – мои глаза округлились и стали похожи на блюдца. – А ты думаешь, она из чисто эстетических побуждений шату создала? – неприятно усмехнулся Габриэль. Ангел привалился спиной к толстому стволу дерева и прожигал взглядом богиню. – Чтобы иметь возможность любоваться на более смазливый вариант себя любимой? Нет, котик, Прохиндейке нужны были твои девять жизней. Потому что одной явно не достаточно, чтобы справиться с ее удачливым братцем. Никому верить нельзя. Я переводила потрясенный взгляд с крылатого на Альбрехтину, раздумывая, кого прибить первым. – Десять, – поправила покровительница, остановилась и виновато посмотрела на меня. – Девять запасных и одна истинная. Прекрасно! Значит, мне предстояло один раз разбиться и девять раз задохнуться, когда Сиан закроет разрыв в поверхности земли. Не напрасно он мне сразу не понравился. – Зато и шансов выжить у тебя куда больше, чем было бы у кого-нибудь другого в подобной ситуации. Я кивнула, признавая ее правоту. Тут не поспоришь. Лишняя возможность рискнуть без оглядки на возможные последствия еще никому не повредила. Но все равно следует быть предельно осторожной. Не имею ни малейшего желания расстаться хотя бы с одной из своих жизней. – У меня мало времени. Младшие боги не могут обходиться достаточно долго без поддержки Пенат. Так что выяснять, кто играет против вас, будете уже без моего участия, – в голосе Али звучало сожаление. Еще бы, все самое интересное пропустить придется! – Но я хочу, чтобы ты была готова к следующей встрече с ним. Поэтому, вот, возьми. На одеяло рядом со мной упало кольцо. Тоненький серебряный ободок с острым, точно обломанным, черным камнем. – Надевай, не бойся. Оно не причинит тебе зла. Прохиндейка вздрогнула и вдруг стала прозрачной. Сквозь нее виднелись темные ветви деревьев и далекие звезды. Я так и ахнула. А ну как сейчас возьмет и распылится? – А ты, – не обращая внимания на свое странное состояние, создательница ткнула уже почти не различимым пальцем в Габриэля, – только попробуй ее обидеть, и будешь иметь дело со мной. Несмотря на все благие намерения, аарриту она ему не простила. – Могу сказать тебе то же самое, – серьезно отозвался низверженный. Сон не шел. Тело ломило от усталости и желания обернуться. Мысли, испуганные всеми тяготами прошедшего дня, трусливо попрятались по углам. Но дрема все не появлялась. Наверное, бог сна сегодня отвернулся от меня. Темнота окончательно окутала лес. Лениво тлеющие угли совсем не разбавляли ее, разве что отбрасывали неверные тени на шершавые стволы деревьев. Потревоженные ночным ветерком листья уютно шелестели, а сквозь нависшие над нами ветви проглядывали яркие звезды. Совсем рядом подрагивал защитный контур, установленный Габриэлем. С некоторых пор я не только чувствую тьму, но и вижу. И совсем не боюсь. Напротив, осязаемая близость чернокрылого, тяжелая рука на моей талии и переливающийся контур внушали чувство безопасности. Так я и лежала, прижавшись к ангелу и бездумно глядя в звездное небо. После ухода Альбрехтины меня заставили подробно пересказать все произошедшее у источника. Вот только понимания это не добавило. Единственное, за что можно было зацепиться, так это за отсутствие запаха. И появился вражина как-то уж слишком бесшумно. Ангелы даже предположили, что Гэльсиан вполне мог выбрать демона. А что, чем не игрок? Появились эти мерзкие существа совсем недавно и до последнего времени с другими расами не контактировали. Следовательно, известно о них не много. Только то, что рэй’тхи удалось выяснить, схлестнувшись с рыжиком и его дружками. А этого мало, слишком мало. Мы даже не знаем, как попасть в Подземное царство. Я вздохнула и теснее прижалась к лежащему рядом мужчине. Он почувствовал мою возню и обнял крепче. Что ж, утро вечера мудренее. В любом случае, искать встречи с таинственным врагом я не собираюсь. Захочет, сам нарисуется. Тогда и думать будем. Губы тронула шкодливая улыбка. И откуда только силы взялись?! Последствия пережитого шока, наверное. А что, сейчас самое подходящее время! Я прислушалась, дабы убедиться, что ангелы спят. Ха, еще как спят! Диан мило посапывал в стороне, закутавшись в плащ так, что только двухцветная макушка торчать осталась. Дыхание Габриэля было почти не слышным. Не прижимайся я к нему так тесно, ни за что бы не различила. Вот и славно. Кажется, мне наконец представился случай безнаказанно удовлетворить свое любопытство. Покрывающий нас плащ соскользнул на мох, я замерла в ожидании реакции. Вдох, выдох. Дыхание крылатого оставалась размеренным. Вот сейчас и проверим, везде ли ты такой ледяной... Пуговка, другая, третья. Дрожащая ладошка неуверенно легла на грудь мужчины. Мр-р... Теплый. Так и хочется прижаться щекой. Кажется, об осторожности я забыла напрочь. – М-м-м... Бэльча, мне, конечно, очень приятно, но не стоит забывать о том, что мы здесь не одни, – в низком тягучем голосе не было даже тени сна. Я отдернула руку, словно обжегшись, чем вызвала у темнокрылого тихий смешок. – Извращенец! – еще и пошипела для пущего эффекта. – Вечно у тебя мысли не в ту сторону повернуты. – А у тебя? – прохладные пальцы запутались в моих растрепанных волосах. Багряные глаза... я снова почувствовала себя пленницей. А этот гад крылатый еще и ухмыляется! – Если кто-то вдруг забыл, я живу на свете меньше месяца. Так что некоторая любознательность мне вполне простительна. Сам же сказал, другого мужчины у меня уже не будет! Правильно, значит, будем изучать того, который достался. Не самый плохой экземпляр, между прочем. Если не обращать внимания на тьму и запах, жить можно. И смущенная собственной наглостью, я спешно отвернулась, всем своим видом показывая, что жутко хочу спать. Даже зевнула вполне натурально. Кажется, меня и в самом деле одолел сон. – Бэльча? – теперь не спалось темному, и он осторожно тронул меня за плечо. Растревожила на свою голову! Вот правильно говорят: не буди лихо, пока оно тихо. Надо бы запомнить. – Не обзывайся, – я нехотя повернулась и приоткрыла один глаз. Габриэль сидел, опершись локтями на согнутые колени, и внимательно смотрел на меня. Судя по серьезному взгляду, игривое настроение сошло на нет, и сейчас мысли крылатого занимает нечто более важное, нежели шуры-муры с шатой. – Я и не обзываюсь. Это твое имя на алэр’рое. Не нравится? С ответом я медлила. Имя как имя, ничего особенного. Звучит, правда, странно, но мое “Бэллес” не многим лучше. Но вот то, что он перевел мое имя на язык ангелов... Внутри отчего-то стало так тепло и уютно, будто бы чернокрылый снова сказал, что гордится мной. Или еще что-нибудь приятное... – Называй как хочешь, – я пожала плечами, изо всех сил стараясь не улыбнуться. – Мне все равно. Багряные глаза неуловимо потемнели, сделавшись почти черными. Темный лег и отвернулся в другую сторону. На какое-то время снова установилась тишина. Ну и ладно! Я тоже закрыла глаза и снова собралась уснуть. Правда, без его руки на талии было уже не так уютно, ну да ничего. Принц же обходится одним плащом, и я как-нибудь обойдусь. – Ты больше не мурлычешь. Из голоса чернокрылого даже тягучие нотки исчезли. Я вздрогнула. Заметил! Неужели это имеет для него значение?! Подходящих слов, чтобы передать свое душевное состояние, я не нашла. Слишком много всего произошло за последнее время. Боги, игры, ааррита... А сегодня вообще чуть жива осталась! Но хуже всего то, что я понятия не имею, что меня ждет завтра. Какое уж тут мурлыкать? Вместо ответа я повернулась к крылатому и крепко обняла его. Конечно же, Габриэль безошибочно уловил мое настроение, перекатился на спину и осторожно обнял в ответ. Понятливый... Вот может же, когда захочет. – Не бойся, мы что-нибудь придумаем. Обещание звучало неопределенно, но я почему-то поверила. Этот придумает. И никакие боги или демоны ему не помешают. Прижавшись щекой к плечу рэй’тхи, я начала проваливаться в сон. – Эй, вы, заткнитесь уже наконец, – проворчал разбуженный нашими перешептываниями Пулуночный. – Я спать хочу! – Алька! – раз эдак в десятый взвыла я, но Пенаты остались глухи к шатьим мольбам. Прохиндейка так и не соизволила появиться. Фи, просто вопиющая безответственность! И что теперь с ним делать? К какому месту прикладывать? Я задумчиво вертела в пальцах подарок богини, так и не решаясь надеть. Знаю я их! Поманят красивой побрякушкой, потом вовек не избавишься. И подкопаться не к чему – сама пожелала. Взгляд тоскливо скользнул по узорчатому запястью. Ну вас всех! Пускай в кармане полежит до поры, до времени. – Что за шум? – из-за деревьев вынырнул Габриэль, с влажными после купания волосами и без рубахи. Я нервно сглотнула и поспешила отвернуться. Ходят тут всякие, смущают только. – Бэл? – вдоволь насладившись моим смятением, ангел все-таки вспомнил о приличиях и принялся одеваться. Я вздохнула свободнее. Красивый, зараза, не отрицаю. Но собственный хвост мне еще дорог. – Да вот... – я красноречиво пожала плечами, взглядом указывая на лежащее в раскрытой ладони кольцо. – И что с ним делать, ума не приложу? Руку тут же ухватили прохладные пальцы, и, едва касаясь, погладили тыльную сторону ладони. Я заметно приуныла. Этот крылатый своего не упустит! Хорошо еще, Диан здесь. А вот что будет, когда принц останется в Академии... – Надеть для начала, – прежде, чем я успела расшипеться, чернокрылый начал давать дельные советы. И, видя, что следовать рекомендации я не спешу, сам взял кольцо и натянул мне на палец. Сердце пропустило удар, но ничего неожиданного не произошло. Хм... я задумчиво покрутила на пальце тонкий ободок, дабы удостовериться, что при желании смогу избавиться от него. – И что теперь? Темный уже успел переключить внимание на сумку, и теперь извлекал из нее остатки вчерашнего ужина, призванные стать нашим завтраком. Фи! Что-то совсем не радостно день начинается. Было бы здесь просторнее, я бы, пожалуй, рискнула напомнить про мейс. А так... Не на верхушках же деревьев замок раскинется! – Нажми на камень. Только осторожно, он острый. Я подчинилась. – Ух ты! – восторженно завопил мокрый и взъерошенный Двухцветный при виде пары черных кинжалов в моих руках. В карих глазах появился фанатичный блеск. Мальчишка рванул ко мне в надежде, что ему дадут побаловаться с оружием. И откуда у ангелов такая любовь ко всяческим колюще-режущим предметам? – И не думай, – рэй’тхи даже не обернулся, чтобы удостовериться, что ему подчинились. Нехилое самомнение, однако. Ослушаться Диан не посмел и замер в нескольких шагах от меня. Правда, мордашка его сделалась донельзя обиженной, да и плотоядно коситься на Алькин подарок принц не перестал. Ну и ладно! Его проблемы. Вот ни за что не поверю, что у мелкого собственного оружия нет. Учитывая, чей он сын, можно смело предположить, что к этому самому оружию (жутко редкому и грозному, ага) еще и собственная армия прилагается. А он моим ножичкам завидует! Тем временем Полуночный сообразил, что о нем уже благополучно забыли, и требовательно уставился на темнокрылого в ожидании хоть каких-нибудь объяснений. Ага, держи карман шире! Спина Габриэля осталась абсолютно равнодушна к капризам оскорбленного в лучших чувствах наследника. А я что? А я увлеченно разглядывала новую игрушку. Черная, прохладная рукоять, инкрустированная такими же камнями, как в кольце, удобно легла в ладонь. Тонкое, удлиненное острие поблескивало на солнце серебристой рунной вязью. Красивые вещицы. И, пожалуй, это единственный их плюс. Ненавижу оружие. И даже понимание того, что использовать я его стану только в крайнем случае, и только для самозащиты, не принесло облегчения. На душе сделалось муторно. – Хорош прохлаждаться, – скомандовал темный ангел. – Сейчас быстро завтракаем и в путь. Если, конечно, вы не хотите и следующую ночь провести в лесу. Мы не хотели, поэтому принялись за еду с удвоенным энтузиазмом. – И нечего дуться, – разнесчастная мордашка принца темного уже начала раздражать. – Боги простых подарков не делают. Скорее всего, кинжалы защищены от чужих рук. А ведь правда! Кто знает, что Прохиндейка в этот раз сотворила? По собственному опыту помню, что у этой богини ничего путного, как правило, не выходит. Двухцветный заметно повеселел и, спешно проглотив большой ломоть хлеба, выклянчил у низверженного разрешение потренироваться с его мечом, пока мы завтракаем. – Габриэль... – многозначительно протянула я и умильно глянула на мужчину. Все равно никого другого, способного научить меня управляться с неожиданным приобретением, поблизости нет. А хоть бы и был, сомневаюсь, что чернокрылый одобрил бы подобный произвол. Так что, придется договариваться с тем, кто есть. В конце концов, глупо носить при себе оружие и даже не научиться с ним обращаться. – Что? – глаза-вишни насмешливо сузились. Хвост даю на отсечение, он уже просек ситуацию и теперь дразнится. Р-р-р... – Я тут подумала... – Нет, – этот поганец как ни в чем не бывало дожевал свой хлеб, запил родниковой водой и поднялся на ноги. Столь категоричный отказ меня удивил. Ничего не понимаю... – Но... – Нет, – он нахально усмехнулся. Желание уговаривать мгновенно растаяло. – Ты издеваешься?! – прошипела я, с трудом удерживаясь, чтобы не начать метаться среди деревьев, как недавно это делала Альбрехтина. Правда, на ноги все же встала. – Нет, я торгуюсь, – невозмутимо отозвался рэй’тхи. Багряные глаза вдруг стали необычайно глубокими. Пришлось тряхнуть головой, чтобы сбросить оцепенение и разогнать туман в мыслях. – Да ты... – шатьему возмущению не было предела. – Какая же ты непонятливая, Бэльча, – хохотнул этот бессовестный тип. Потом осторожно подцепил пальцами мой подбородок и внимательно заглянул в глаза. – Зачем мне надо тебя учить? Что я с этого буду иметь, а? Этот вопрос почему-то мне в голову не приходил. Как-то привыкла уже верить в его бескорыстие. А тут... Разве у меня есть что-нибудь, что могло бы его заинтересовать? Да нет, почти все мое нехитрое имущество он же сам мне и дал. Полный бред получается. Разве что Габриэль удумал отомстить мне за прошлую ночь. – И что же ты хочешь? – негромко спросила я, окончательно отчаявшись понять этого ангела. – Поцелуй меня. – Ах ты, жук! – уперев руки в крутые бока, Альбрехтина наступала на брата. – Ты кого облапошить пытаешься?! Справедливо оценив разницу в габаритах, Сиан побледнел и принялся пятиться подальше от взбешенной сестры. Эх, правильно отец учил: не серди женщину, тем более, если она богиня. Потом проблем не оберешься. – Успокойся, я сейчас все объясню! – попытался выиграть время Везунчик. – Вот повыдергаю твои облезлые волосенки и мигом успокоюсь. Объяснит он! Уже и по делам отлучиться спокойно нельзя. На тонком лице бога появилось брезгливое выражение. – Знаю я твои дела! Небось опять Злыдня очаровывать бегала. – А ты не отвлекайся! – продолжала наступать разъяренная Прохиндейка. – Тебе кто позволил самому в игру вмешиваться? Чуть бедную девочку не угробил! О том, что никаких правил для подобного случая они специально не обговаривали, покровительница плутовства предпочла не вспоминать. Подумаешь, проблема! Сейчас как раз самое время этим заняться. – Да Старшие боги и разрешили, – Гэльсиан неожиданно перестал отступать и виновато пожал плечами. – Вернее, приказали. Крутись, говорят, Сиан, как хочешь, но чтобы девицы этой на земле не было. Злы они на тебя.

Глава 8. Кошачьи дела

Аля замерла с полными слез глазами. – Ты врешь. Сказано это было больше для себя. Прохиндейка слишком хорошо знала брата, чтобы безошибочно определять, когда он пытается навесить ей лапшу на уши. Сейчас был явно не тот случай. – Не переживай, девочка, – по залу прокатился ласковый голос. – Не все играют против тебя. Альбрехтина всхлипнула и принялась лихорадочно оглядываться. Никого. – Мы свои ходы сделали. Хотя, не могу не сказать, что ты могла бы придумать что-нибудь поинтереснее, чем кольцо. Гэльсиан? На доске появился еще один демон. Воодушевленный обещанным поцелуем, крылатый не сильно зверствовал. Да и терпение проявил просто ангельское. Для начала, подробно объяснил, что от меня требуется, потом на практике показал несколько наиболее простых в исполнении, а главное – действенных, ударов. В общем, учитель из него вышел отличный. Думаю, если бы не стойкое неприятие оружия, из меня могло бы получиться что-нибудь путное. А так... По-кошачьи гибкое тело легко перетекало из одной позиции в другую, уворачиваясь от ударов. Нет, конечно, если бы рэй’тхи и в самом деле захотел достать меня, ему бы это труда не составило. Но с любым другим противником у меня есть шансы и неплохие. Ага, буду морочить ему голову, пока не придет Габриэль и эту самую голову не открутит. Потому что с нападением у меня не заладилось с самого начала. Даже хваленые звериные рефлексы не помогли. -Все, хватит на сегодня, – темный убрал кинжал за пояс и откинул с лица волосы, чтобы в глаза не лезли. Прильнувшие к забору девицы дружно испустили разочарованный вздох. – Что ж, Бэльча, ты не так безнадежна, как я решил поначалу. Я тихо фыркнула. Умеет же он похвалить! Вроде ничего обидного не сказал, а самооценка ухнула куда-то в район Подземного царства. Несмотря на то, что представление, вроде как, окончено, девицы расходиться не спешили и продолжали пожирать жадными взглядами ангелов. Диан, несмотря на свой возраст, пользовался не меньшей популярностью у прекрасного пола, нежели Габриэль. Только, в отличие от темного, наследника сей факт ничуть не смущал. Напротив, мальчишка откровенно наслаждался девичьим вниманием и даже пытался заигрывать с особо понравившимися селянками. Ручаюсь, эти наивные даже не догадываются, что перед ними ангелы. На крылья даже намека не было, а тягучий говор, особенно заметный у Габриэля, вполне мог сойти за иностранный акцент. Подумать только, еще день – и мы расстанемся. Возможно, навсегда. От этой мысли неожиданно стало грустно, и я, позволив оружию раствориться, зашагала к крыльцу. Попробую предложить хозяйке помощь на кухне. Лишние руки ей вряд ли помешают. До темноты еще далеко. Если бы мы поспешили, могли бы добраться почти до самой Академии. Но ночевать под открытым небом никому не хотелось, ставить мейс среди леса, да еще под самым носом у толпы магов, глупость несусветная, да и не спешили мы никуда. Начало подготовительных лекций Диан благополучно пропустил. К тому же, самоуверенный ангеленыш гордо заявил, что уж кому-кому, а ему они точно не нужны. Ага, за красивые крылья его учиться возьмут! А до начала экзаменов еще несколько дней. Даже если пешком пойдем, непременно успеем. – Далеко собралась? – темный заступил мне дорогу. Прохладные руки тут же легли на талию, привлекая к сильному телу. – А как же моя плата? Ох ты ж... А я уже и забыла. – Что, прямо при всех?! Я, конечно, шата, но не до такой же степени! – Почему бы и нет? – крылатый довольно оскалился. Его руки заскользили по моей спине, вызывая предательскую дрожь. Мр... – Пускай смотрят и завидуют. И он потянулся ко мне. Выяснять, кому из нас двоих должны позавидовать сельчанки, я предусмотрительно не стала. Сомневаюсь, что среди них отыщется хотя бы одна, которая страстно мечтает расцеловаться с шатой. Вместо слов, привстала на носочки и легонько чмокнула мужчину в кончик носа. Вот тебе и плата! Девчонки захихикали в знак солидарности. Тонкий кошачий слух даже уловил парочку одобрительных замечаний. Мол, так их, мужиков. Пользуясь замешательством крылатого, я выскользнула из его рук и потопала к дому. – Эй, так не честно! – ожил чернокрылый и рванул вдогонку. – Почему это? – я удивленно округлила глаза. – Ты же не уточнил, куда именно я должна тебя поцеловать. Низверженный осознал шатью правоту и выразительно зашипел сквозь плотно сжатые губы. Не хуже чем у меня получилось. – Да ты просто струсила! Ага. Только до тебя эта ценная информация точно не дойдет. – Вот еще! – я миновала последнюю ступеньку крыльца. – Тогда что же ты так стремительно убегаешь? – вкрадчиво осведомился этот соблазнитель и шагнул ко мне. – Это не побег, это тактическое отступление! – гордо заявила я и захлопнула дверь перед взбежавшим на крыльцо ангелом. По губам расплылась довольная улыбка. Брать с нас деньги за постой хозяева отказались наотрез. Мотивировалось сие странное решение тем, что когда-то крылатый уже имел счастье гостить в их доме. Да не один, а с друзьями. В этом месте я подозрительно покосилась на Габриэля сквозь распахнутое настежь окно. Как-то слабо представляется, что у этого мрачного субъекта могут быть близкие друзья. Хотя, может быть, я просто его плохо знаю? Так вот, тогда один из этих самых друзей вылечил их сына. Вот теперь счастливые родители и радуются темному ангелу, как родному. Хорошо хоть от моей помощи на кухне хозяйка не отказалась и мигом пристроила к своей младшенькой чистить картошку. Я радостно улыбнулась, будто всю жизнь только о том и мечтала, и принялась за дело. Сама Марфа – болезненно худая тетка неопределенных лет с темными волосами, в которых уже виднелась седина, вертелась у печи. Ее старшая дочь чистила овощи для рагу, а муж и сын скоро должны были вернуться с охоты. Идиллия. Я невольно поймала себя на легкой зависти к их большой и дружной семье. – Красивый у тебя жених, – с восхищением выдохнула Рози, отправляя очищенную картошину в чугунок. – И брат у него тоже очень даже... Тут девушка покраснела, аки цвет-перецвет, и уткнулась глазами в пол. Тоже мне, скромница. Я поджала губы, маскируя смешок за подавленным зевком. Просвещать окружающих относительно моих спорных связей с ангелами не хотелось. Если чернокрылый посчитает нужным, сам расскажет, а если нет, то и мне лучше помалкивать. Кто их, этих богов, разберет. Сиан вполне мог и сюда свою клешню приложить. С него станется. Время за работой и обычными домашними разговорами – как хорош кузнецов сын, в чем девушкам пойти на намечающиеся вечером танцы, не с пустыми ли руками мужчины вернутся с промысла, не погубит ли жара урожай – пролетело незаметно. Со двора доносился лязг мечей и вздохи. Восхищенные – девушек, и завистливые – мальчишек. Это Диан все же уломал Габриэля дать и ему урок. Вскоре я с удивлением обнаружила, что желтые клубни уже не помещаются в чугунке. Мы отложили ножи, и Рози отправилась мыть картошку. Я же, чтобы скоротать время до ужина, принялась оглядываться в поисках другой работы. Вернулись мужчины. Два зайца и несколько куропаток не боги весть что, но на ужин хватит. Марфа принялась разделывать мясо, Маренка – ее старшая – месила тесто на пироги. Помочь ей, что ли? Заодно проверю, как далеко распространяется кулинарный талант моей покровительницы. – Отдыхай уже, а то на тебе совсем лица нет. На вот, сама выпей и мужчине своему отнеси, – Марфа сунула мне в руки две кружки с травяным взваром. – Заодно и проконтролируешь. Селянка красноречиво указала взглядом на окно, подмигнула мне и поспешила вернуться к прерванной работе. Я с любопытством проследила за ее взглядом. Проявлять столь явную заботу о темном не хотелось, но ситуация во дворе определенно требовала вмешательства. И чем быстрее, тем лучше. Вот ведь бабник! Ни на миг оставить нельзя. Томно вздыхающие селянки испарились в неизвестном направлении. Не иначе, как их строгие родители разогнали. Где это видано, чтоб приличные девушки так на мужиков глазели! Поймав себя на неприлично благочестивых мыслях, я невольно фыркнула. Докатились! Зато во дворе появилось новое действующее лицо. Худощавая брюнетка спрыгнула с лошади и со счастливым визгом бросилась на шею рэй’тхи. Даже выставленные вперед руки ангела ее не остановили. Вот же мымра! Когти неприятно чиркнули по металлическим кружкам. От противного звука меня передернуло. Я зашипела и рванула прочь из дома. К тому времени, как крыльцо осталось позади, Габриэль уже успел оторвать от себя нахалку и с недовольным видом выговаривал ей. Девушка надула тонкие губки и пристыженно кивала. – Привет, – я лучезарно улыбнулась, сунула в руку ангелу кружку и демонстративно обняла его. – Устал, дорогой? А я тебе тонизирующий взвар принесла. Крылатый ошалело моргнул. Гостья вмиг растеряла покаянный вид. Наверное, я ей не понравилась. Иначе с чего бы смотреть так, будто самым большим ее желанием является вцепиться мне в волосы? Подумаешь! Я вообще мало кому нравлюсь. – Что же вы во дворе стоите? – продолжая излучать дружелюбие, я незаметно прошлась по ней оценивающим взглядом. Чуть выше меня, худенькая (я бы даже сказала, плоская, но не хочу показаться предвзятой), кареглазая, черты тонкие. Волосы черные, до плеч. В общем-то, ничего. Ничего особенного, я хотела сказать. – Позвать Марфу? И тут отмер Габриэль. – Нет, Бэльча, звать никого не надо. Кажется, это ко мне, – весь вид чернокрылого красноречиво показывал, что гостье он совсем не рад. – Познакомься, эту милую девушку зовут Рени. Хм... С милой я бы, пожалуй, поспорила. Взгляд у нее неприятный и губы тонкие. И вообще... Первый раз ее вижу, а уже точно знаю, что ничего хорошего от этой особы ждать не стоит. Но свои размышления я благоразумно оставила при себе, приветливо кивнула и очаровательно улыбнулась. – А это, – вокруг моей талии обвилась сильная рука, – Бэллес. Моя... кхм... будущая Хранительница. Мы обе недоверчиво уставились на мужчину, с потрясающим единодушием сомневаясь в трезвости его рассудка. Но развивать эту тему крылатый не стал. Вместо этого безжалостно схватил Рени чуть выше локтя, отчего та болезненно скривилась, и поволок в дом. Кажется, сейчас кому-то влетит! Пропускать разбор полетов (в кои веки не моих!) не хотелось, и я хвостом посеменила за ними. Вдруг что интересное услышу? Дверь с грохотом захлопнулась. Чуть-чуть прошмыгнуть успела! – Ну? – черный ангел требовательно навис над девушкой. Даже мне стало слегка не по себе. А ей хоть бы хны! – Простите, Властелин, но она же шата! – девушка посмотрела на меня так, словно я являюсь главным мировым злом. – Несомненно, – подтвердил Габриэль. – А может, ты что-то имеешь против? Только прежде чем ответить, вспомни, что я сказал тебе во дворе. Рени вспомнила, скрипнула зубами и поспешила свернуть опасный разговор. – Простите... Вот только пренебрежение из ее взгляда так никуда и не исчезло. – Какого упыря ты здесь делаешь? Раз уж никто не возражает против моего присутствия, можно смело устроиться поудобнее. Я уселась на широкую лавку, отпила немного горячего отвара, подобрала под себя ноги и навострила ушки. – К нам представители Совета нагрянули, Властелина не застали и были крайне недовольны. Велели немедленно разыскать и напомнить о возложенных на вас обязанностях, – все это она выпалила, глядя в пол. Правильно, я бы тоже не осмелилась врать ему в глаза. Рэй’тхи сделался мрачнее обычного. Взгляд багряных глаз обрел странную глубину, будто просвечивал собеседницу насквозь. – Ты считаешь меня полным дураком? – брюнетка нервно сглотнула и попятилась, но быстро уткнулась спиной в подоконник и была вынуждена остановиться. – Хватит мне лапшу на крылья вешать! Совету прекрасно известно обо ВСЕХ моих обязательствах. И понадобись я им, в Ардраде достаточно мужчин, которых можно было отправить на поиски. Как, говоришь, ты нас нашла? Уж не по запаху ли? Несколько мгновений девушка молчала, нервно комкая край дорожного костюма, а потом громко всхлипнула: – Я... вас... люблю, – хлюп! – А вы... с этой! – и опрометью бросилась за дверь. Габриэль задумчиво хмыкнул ей вслед. – Не нравится она мне, – я робко попыталась поделиться впечатлениями. Подозрительная девица. Вот вроде и смотрит на него по-особенному, и рыдала вполне натурально, а все равно червячок сомнений остался. Хвостом чую, с этой Рени мы не подружимся. – Не поверишь, мне тоже, – на губах мужчины появилась жесткая усмешка. – Аура у нее мутная, почти ничего не разобрать. Поздравляю, Бэлка, кажется, мы нашли игрока Сиана. Как, уже? Я нервно закусила губу. – Ничего не бойся, – крылатый присел на корточки перед лавкой и внимательно заглянул мне в глаза. От его близости действительно стало спокойней. – Если мои подозрения верны, то скоро все закончится. Это-то меня и пугает. – А потом? Габриэль задумчиво поскреб щеку. – Можешь поехать со мной в Ардраду и стать Хранительницей. Но это временно, пока не появится настоящий Властелин. А можешь отправляться на все четыре стороны и жить своей жизнью. Видишь, я даю тебе выбор! Уже прогресс. Но будет ли все так просто, когда я скажу, что действительно ухожу? – Ужин готов, – в дверь, как всегда, без стука, сунулась двухцветная макушка. – Если сейчас же не выйдете, все съедим без вас. – Идем? – темный поднялся и протянул мне руку. Неловко улыбнувшись, я подала ему ладошку, и наши пальцы переплелись. Пожалуй, разговор о долинах, Властелинах и Хранительницах можно отложить на потом. Улыбка из неуверенной превратилась в почти счастливую. С ним я уже чувствую себя победительницей. Близкое соседство с магами не могло не сказаться на жизни сельчан. Домики здесь были добротные, хоть и деревянные. В каждом чувствовалась основательность и хозяйская рука. Ухоженные огороды, фруктовые сады, многочисленные хозяйственные постройки. Как объяснила Марфа, у них давно привыкли к заезжим магам. Дня не проходит, чтобы к кому-нибудь из местных не попросился на постой один из них. К тому же, некоторые из сельчан подрабатывают в Академии. Уборка, готовка, да мало ли что еще? Ни один уважающий себя мастер, не то, что магистр, ни за что не станет растрачивать дар на бытовую ерунду. Тем более, перед коллегами. Это я все к тому, что жили здесь далеко не бедно. О чем и свидетельствовал огромный стол, сплошь уставленный яствами. В честь дорогих гостей, вдобавок к принесенной мужчинами дичи, в центре стола красовался жареный гусь. Овощное рагу с кусочками нежного мяса, желтенькая наваристая картошечка, два больших пирога с мясом и грибами, домашние сыры, салаты и разнообразные соленья. Домашнее вино и хлебный квас. Если решу “жить своей жизнью”, здесь и осяду. Я утащила к себе на тарелку поджаристую перепелку, наложила немного салата и поняла, что наглости просить любимого молока у меня не хватит. Ладно, будем довольствоваться квасом. Ужин прошел за разговорами. Хозяева выспрашивали у Габриэля последние новости и делились слухами, долетающими до них из Академии. – Поговаривают, господин директор совсем плох, – Марфин муж сочувственно поцокал языком. В чем-то я его могу понять. Новая метла по-новому метет. Новое начальство всенепременно принесет с собой изменения. И не факт, что они пойдут на пользу окрестностям. Ангелы встретили печальную новость полным равнодушием. – Опять у вас неспокойно, – Габриэль как раз покончил с трапезой и, чуть склонив голову набок, внимательно приглядывался к сидящим напротив Марфе и Нитару. – Да что нашему селу сделается? – удивился Нитар. Женщина кивнула в знак поддержки. – И у богов под боком не было бы так сытно, как у его магичества, господина Измира. Жаль только, что твоего друга, который травник, с вами нет. Чернокрылый заинтересованно приподнял брови, призывая собеседника продолжать. Неужто не видит, мужик за жену беспокоится! Даже от меня не укрылась ее худоба. И дочка их старшая странная... Сидит тихо, не ест ничего. Не то, что смешливая Рози! Эта уже вовсю глазки Диану строит. И, кажется, не без взаимности. – Хворь какая-то навалилась. Мы с Розкой еще ничего, сын большую часть года при Академии служит, а вот Марфа и Маренка... Сам видишь. Рэй’тхи мрачно кивнул и увел нас в выделенную для ночлега комнату. – Я с ней спать не буду! – я скорчила капризную рожицу и демонстративно отвернулась от Рени. Судя по брезгливому выражению лица, брюнетка обрадовалась такой перспективе не больше моего, но перечить Властелину не осмелилась. А все дело в том, что кровать здесь только одна, и мужчины благородно попытались уступить ее нам. Сами же крылатые разместились на широких лавках, покрытых звериными шкурами. Нашли дуру! Прежде, чем Габриэль успел возразить, я обернулась и запрыгнула к нему на грудь. – Ну и правильно, – пробормотал темный, почесывая меня за ушком, – нечего мне подданных совращать. Но расслабившееся подо мной тело лучше всяких слов сказало, что шатьим решением крылатый доволен. Я закрыла глаза. Попыталась заурчать, но в очередной раз потерпела неудачу и махнула на это дело лапой. Все, спать. Хотя бы немного. Ведь хвостом чую, он что-то задумал. Как бы не так. Встречу Альку, обязательно попрошу передать привет богу сна. Стоило мне расслабиться и погрузиться в приятную полудрему, как мстительно напомнило о себе больное горло. Днем было еще терпимо. Насущные дела отвлекали, да и горячий отвар сделал свое дело. А сейчас чувство было такое, будто острых когтей наглоталась. Бр-р... Чудо еще, что голос совсем не пропал. Или крылатый опять меня подлечил? Тихо скрипнула соседняя лавка, и я удивленно вскинулась. Принц обулся, застегнул рубашку, подхватил плащ и, стараясь не шуметь, скрылся за дверью. Э-э-э? Или я чего-то не поняла, или... Габриэль широко ухмылялся. Багряные глаза поблескивали в темноте. – Ну и что это было? – я уперлась передними лапами в грудь крылатого и воззрилась на него сверху вниз. – Не только мы с тобой в этом путешествии устроили личную жизнь, – меня легонько щелкнули по любопытному носу. – Вот Владыка обрадуется! Кажется, темнокрылому доставляло особое удовольствие представлять реакцию крылатого папочки на появление у сына аарриты. А что, учиться ему долго, целых семь лет. И Рози все это время будет почти под боком. Я не удержала мечтательный вздох. Романтичная натура, вся в создательницу! Ну, вот. Двухцветный сбежал на свидание, мы обсуждаем дальнейшую судьбу принца и посмеиваемся над его венценосным папашей, и только Рени спит, аки младенец. И ведь даже совесть не мучает. А может, столкнуть меня в овраг для нее в порядке вещей? Или Габриэль все-таки ошибся, и на стороне Сиана играет не она? – Обернись. Я возмущенно сверкнула глазами. – Чем это тебя моя ипостась не устраивает? – Всем устраивает, – рука мужчины соскользнула на пушистую спинку. Ох. Если б я могла урчать... – Просто хочется обнимать девушку. Надо же, какие мы вдруг стали ласковые! Прямо боязно как-то... Смерив темного недоверчивым взглядом, я все-таки подчинилась. Потому что сама захотела, вот! – Так-то лучше, – одобрительно проворчал он и прижал меня к себе потеснее. Лавка-то узкая. Как бы не свалиться во сне. И что теперь с этим горем крылатым делать? Уйду – и буду жалеть до конца жизни. Останусь... Кем? Аарритой. Как я поняла, это нечто вроде официально признанной любовницы. Не больше. Идеальное положение для шаты. Погруженная в раздумья, я даже не заметила, как задремала. Такая осязаемая близость Габриэля внушала чувство защищенности. Даже присутствие в пределах досягаемости предполагаемого врага не сильно пугало. Главный ее козырь был в том, что мы понятия не имели, с какой стороны ждать нападения. Теперь мы знаем. Задача заметно упростилась. Незнакомое, пугающее чувство полоснуло по нервам, точно ножом по стеклу. Я вскочила, как ошпаренная, больно стукнувшись макушкой о подбородок ангела. Моргнула, прогоняя остатки сна, и принялась вертеть головой по сторонам в поисках хоть чего-нибудь подозрительного. – Какого упыря, Бэл? – рэй’тхи осоловело моргнул и сел, потирая пострадавший подбородок. – Надеюсь, не я тебе снился? – Уже и в кошмарах от тебя покою нет. Вдохнуть – и медленно выдохнуть. Сердце стучало так гулко, что, казалось, и крылатый может слышать его грохот. Надо срочно успокоиться. – Я бы предпочел посетить тебя в эротическом сновидении, – по смуглой физиономии расползлась порочная усмешка. Кто бы сомневался! От этой заразы крылатой я ничего другого и не ожидала. – Бэл? – чернокрылый тронул меня за руку. Его лицо сделалось серьезным. – Что-то не так? Да. Однозначно, что-то не так. Но вот что? – Не знаю... Странное чувство. Похоже на то, как моя кошачья сущность поначалу реагировала на твою тьму. Аж в дрожь бросает. Бр-р! Габриэль чуть улыбнулся, поднялся и притянул меня к себе. Макушку согрело его дыхание. Я уткнулась носом ангелу в грудь и прикрыла глаза. – Это всего лишь магия. Не забывай, котик, мы находимся практически под стенами Академии. Здесь сам воздух пропитан колдовством. А животные, уж извини, особенно чувствительны к энергетическим всплескам. Горячие ладони огладили спину, вызвав непроизвольную дрожь, и попытались сместиться ниже. – Колдовство. Хм... Что, прямо в доме? Мужчина резко отпрянул. – Уверена? – багряные глаза напряженно впились в мое лицо в ожидании ответа. Утвердительный кивок. Еще бы я была не уверена! Ведь как чувствовала, эта ночь спокойной не будет. Рэй’тхи выругался сквозь зубы и устремился к двери, я – за ним. На миг ангел замешкался, видимо, намереваясь оставить меня в комнате, но глянул на тихо посапывающую Рени и передумал. Все равно ведь не соглашусь. Мы выскользнули в сумеречный коридор. И одновременно улыбнулись. Абсолютно не к месту, но... Подозреваю, что в наших головах бродили одинаковые мысли. Ну и парочка подобралась! Потрясающая (для окружающих), ага. Двигаемся бесшумно, в темноте видим, неприятности притягиваем. Правда, огребаю почему-то одна я, но это уже деталь второстепенная. Ох... Влюбиться, что ли? – Под ноги смотри! – прошипел чернокрылый и, прежде, чем я сообразила что к чему, схватил за руку и резко дернул на себя. Еще и повозмущаться вволю не дал, зажав рот ладонью. Р-р-р... Бессовестный. Дождешься ты у меня! Однажды я тебе все вольности припомню. На деревянный пол легла длинная, причудливая тень. Скрипнула половица. Та самая, от которой меня оттащил крылатый. Затаив дыхание, я во все глаза наблюдала, что же будет дальше. Чувство опасности нахлынуло с новой силой. По телу прокатилась волна дрожи, дыхание сперло. Не от страха, просто я запах почувствовала. Характерный. Вот тебе и магия. Хотя... Разве демоны не ее порождения? В пробивающемся сквозь окно лунном свете мы увидели, как из кухни, гордо задрав хвост, выходит тощий черный кот. Вот только тень он отбрасывает совсем не кошачью... В животе шипастым клубком заворочался страх. И ладони вдруг сделались противно липкими. Только бы не заметил! Кошак невозмутимо прошествовал мимо и скрылся за чуть приоткрытой дверью хозяйской спальни. Ох ты ж... Оригинальный у них домашний любимец. Я с трудом удержала рвущееся с языка предложение заглянуть в конюшню, сарай и курятник, дабы удостовериться, что там животные настоящие, а не демоны-перевертыши. Габриэль ослабил хватку и витиевато высказал свое отношение к увиденному. Я с ним молча согласилась. – Мрак бы их всех побрал! – ангел наконец смог выражаться цензурно. Почти. – Она совсем страх потеряла. Я вывернулась из кольца рук и не без любопытства посмотрела на низверженного. – Ты что, знаком с Темнейшей? По враз посмурневшему виду я поняла – спрашивать не стоило. – Ближе, чем ты можешь вообразить. Ха! Он даже не догадывается, какая бурная у меня фантазия. Сейчас такого навоображаю... – Встретить высшего демона едва ли не в самой Академии. Вот уж не думал, что до этого дойдет! Бэл, как ты смотришь на то, чтобы запереться в спальне и сидеть тихо, пока я... – Там Рени. Естественно, я смотрела плохо. Здесь Габриэль под боком. Он сильный и страшный. Что ему какой-то демон? Ведь помню, совсем недавно темный играючи справился с тремя. – Кхм. Согласен, идея была так себе. Не теряя драгоценного времени на пререкания, ангел взял меня за руку, материализовал ханатту и резко толкнул дверь хозяйской спальни. – Ох ты ж... – потрясенно выдохнула я. Рэй’тхи был куда более красноречив. Внутри было светло, хоть ни одна свеча не горела. Тусклое голубоватое сияние плотным пологом раскинулось над спящей парой. Оно дрожало и мерцало, наполняясь жизненной силой. Сотня пульсирующих ниточек протянулась к сыто урчащему коту, возлежащему у ног своих жертв. Те беспокойно метались, дышали тяжело, точно кошмар снился, но вот пробудиться не могли. Признаться, я растерялась. Никогда не видела настоящей магии. Да еще так близко! От изумления я даже испугаться забыла. Зато темнокрылый не утратил самообладания. – Эй, хозяева, к вам тут демон не забегал? – гаркнул он так, что я всерьез забоялась за сохранность своего слуха. Дрожащая дымка мгновенно рассеялась, от энергетических нитей не осталось и следа. Кошак противно зашипел, прожег нас горящим желтоватым взглядом и скрылся под кроватью. Марфа и Нитар синхронно сели и принялись трясти всклокоченными головами. – Ты всегда об этом спрашиваешь, когда вламываешься среди ночи в супружескую спальню? – нам были не рады. И где, спрашивается, благодарность? – К-какой такой демон? – помертвевшими губами прошептала женщина и натянула одеяло по самые уши, густо краснея. Ох уж эти селянки! – Тощий, черный, котовой наружности, – разъяснила я, пока Габриэль не довел их до заикания. На лицах супругов отобразилось понимание. – А, так то наш Мурзик! – засмеялся Нитар. – Его Маренка давеча за околицей подобрала. Совсем бедняга заморенный был. – Угу, зато теперь, судя по вашему состоянию, чувствует он себя отменно, – мрачно сообщил чернокрылый. – Ваш Мурзик – демон. А плохо вам потому, что эта мразь пьет жизненную силу. Не так ли? Из-под кровати послышалось злобное рычание. Нормальные кошки подобных звуков не издают, уж я-то знаю! Лица хозяев вытянулись. А в следующий миг кот рванул к двери. Ах ты зараза! Инстинкты сработали быстрее, чем разум успел оценить обстановку. Я успела закрыть дверь раньше, чем демон сбежит. Комнату огласил взбешенный рык, и на месте животного возник мужчина. Демон, если быть точной. Видно, ему в самом деле пришлось несладко. Ага, сейчас пожалею! Худой, одежда местами драная, но видно, что дорогая, длинные черные волосы свалялись, желтые глаза горят ненавистью. Что сейчас начнется... Габриэль поудобнее перехватил ханатту. За его спиной раскрылись крылья. Правильно оценив обстановку, я шмыгнула за спину ангела и на всякий случай вызвала свои кинжалы. Вдруг пригодятся? – Твоя девка мне нравится, – осклабился демон. В его руках появилось нечто, смутно напоминающее оружие ангелов. Тоже на дубину смахивает, только без изысков. Неведомый металл и никаких украшений. Ни камней, ни затейливой вязи. – Пожалуй, ее убивать не стану. Если верить голодной усмешке, моя участь будет страшнее. Я похолодела. Кошка внутри билась в истерике и отчаянно требовала уносить лапы прочь, как можно дальше. – Ну-ну, – злорадно прошипела я. Это чтобы не так страшно было! – Ты сначала сам в живых останься. Спокойно, Бэлка. Справиться с этим рэй’тхи будет непросто. Вот только плещущаяся в желтых глазах обреченность твердила, что и демон живым сдаваться не намерен. Мужчины шагнули друг к другу. Я сама не поняла, как оказалась между Марфой и Нитаром. Началось. Их движений, слишком стремительных для моих глаз, я не различала. Только мазки тьмы и глухой лязг металла. Темное марево скрадывало звуки. От невозможности наблюдать за происходящим сделалось еще страшнее. Жаль, Диана рядом нет... Два темных вихря носились по комнате, оставляя за собой разрушения. Мелкие и не очень. Все-таки спальня в сельском доме явно не была предназначена для вооруженного выяснения отношений между ангелом и демоном. Зеркало осыпалось на пол дождем осколков, окно пошло трещинами. Дрожащие от ужаса хозяева шепотом подсчитывали убытки. Я напрягала глаза изо всех сил, но по-прежнему видела только смазанные движения темных фигур и всполохи тьмы. В памяти, как назло, всплыли слова рэй’тхи, сказанные после встречи с демонятами: со взрослой, сформировавшейся особью справиться гораздо сложнее. Внутри удушливой волной поднималась паника. Габриэль, уворачиваясь от удара, оступился и впечатался плечом в шкаф. Послышался треск, резная дверца проломилась внутрь. А я поймала себя на том, что различаю фигуру ангела. Это плохо. С победным рыком демон бросился на противника. Темный росчерк, неудачная попытка увернуться, мой крик – удар достиг цели. У низверженного рубаха на боку зияла внушительных размеров дырой. Ее края пропитались кровью. Ангел пошатнулся и широко взмахнул крыльями, возвращая равновесие. Перевертыш снова бросился на него, стремясь закрепить успех. У меня сдали нервы. Затолкав здравый смысл куда подальше, я с громким шипением рванула к мужчинам. Вот не хотела пользоваться подарком покровительницы, но, видно, придется! Опешили оба. Да я и сама пребывала, мягко сказать, в шоке от собственной дурости. Раньше за моей хвостатой особой ничего подобного не водилось. Наверное, это влияние крылатого сказывается. Пользуясь коротким замешательством мужчин, я попыталась добраться до демона. Руку словно стальной клешней сдавило. Дальнейшие события запомнились смутно. Запястье огнем горело. Кажется, я закричала. К боли в руке прибавилась еще и боль в горле. Отмер Габриэль и, отшвырнув в сторону ханатту, кулаком заехал в нагло ухмыляющуюся рожу демона. – Ой! – А что это вы тут делаете? С рукой снова творилось что-то невообразимое. Но мне было не до того. Боль и страх схлынули внезапно, и я, никем не поддерживаемая, медленно осела на дощатый пол. – Я победил! Нет, вы видели?! Я с настоящим демоном справился! С одного удара!!! – радость принца не знала границ. – Справился бы ты с ним, если б тьма из браслета это отродье хорошенько не шандарахнула! – не смог остаться равнодушным к чужому счастью Габриэль. Послышалось обиженное сопение. Ангелы! – А нечего руки к чужой бабе тянуть, – кажется, это Нитар. Тут уж я смолчать не могла и возмущенно зашипела. Развели тут клуб собственников! – Очнулась! – Марфа, Рози и невесть откуда взявшаяся Маренка бросились ко мне. Хорошо, хоть на кровать уложили. Я пошевелилась, устраиваясь удобнее. Заодно прислушалась к ощущениям. Вроде, ничего. Рука даже не саднит. А вот горло болит жутко, так что кто-то будет до утра отпаивать невинно пострадавшую шату молоком с медом. Хозяйка выслушала мою просьбу, понятливо покивала и унеслась на кухню. А я пока оглядела поле боя. Ну и разгром! Окно и зеркало разбиты, шкаф восстановлению не подлежит, спинка у кровати отломана, повсюду валяются какие-то вещи. Раздувающийся от гордости Диан потрясал мечом и шумно хвастался победой над демоном. Рози бросала на него полные обожания взгляды и томно вздыхала. Кажется, Владыку можно поздравить... Габриэль полулежал на лавке, опершись на подушку. Крыльев уже не было и в помине. Нитар склонился над ним и обрабатывал рану на боку остро пахнущей мазью. Судя по тому, как ругался темный, требуя, чтобы его оставили в покое, рана не слишком серьезная. Опутанный тьмой демон сидел в углу, прямо на полу. Кажется, он был без сознания. Мертвого бы связывать не стали, так? Куда именно ранен мерзавец, я не разглядела за тьмой. Да не сильно и старалась. Вот так вот. И из этих неприятностей мы благополучно выпутались. Во всяком случае, могло быть куда хуже. Я не выдержала и показала демонюке язык. Никогда не буду подбирать на улице всякую подозрительную живность. – Ты нормально? – темнокрылый перестал ругаться и повернул голову ко мне. Говорить было больно, поэтому я просто кивнула. – Властелин! – в спальню стрелой влетела Рени. Как вовремя! – Хвала богам, вы живы! Говорила я, от этой вертихвостки проблем не оберешься. Надо было отдать ее этому, – она выразительно кивнула на поверженного демона. На этом месте я совсем загрустила. Не потому, что эта нахалка меня оскорбляет, а я даже ответить ей не могу. Вот еще, не больно-то и хотелось! Просто как никогда ясно осознала, что подруг у меня не будет. Похоже, Прохиндейка вообще единственная женщина, способная воспринимать меня адекватно. Обидно. – Заткнись, – почти ласково прошипел Габриэль. И она, конечно же, так и сделала. Я прикрыла глаза, в подробностях представляя, как украшаю ее смуглую щечку парой-тройкой глубоких царапин. А ведь они не только долго заживают, но еще и загноиться могут! На душе сразу стало легче. Последующие события пронеслись калейдоскопом. Меня напоили горячим молоком с медом, намазали шею согревающей мазью и обвязали теплым платком. Рану крылатого промыли, обработали и перевязали. Диану и Рози устроили выволочку за ночные прогулки и разогнали по спальням. Пришедшего в себя демона для надежности связали еще и веревками. Заговоренными, чтобы уж совсем наверняка. Выяснилось, что в соседнем доме заночевал маг. Вот ему-то и привалило счастье в виде обитателя Подземного царства, которого необходимо завтра же доставить в Академию. Пускай там знающие люди с этой мерзостью разбираются. Рени отправили ночевать к хозяйским дочкам. Брюнетка долго сопротивлялась, но под напором своего Властелина все-таки сдалась. Я тихо радовалась избавлению и от демона, которого увели под присмотр мага, и от противной девицы. Хотя бы оставшееся время до рассвета просплю спокойно, не опасаясь нападения. – Очень больно? – я осторожно провела самым кончиком пальца вдоль края повязки, едва касаясь кожи. – Нет. Гордый... Я невольно улыбнулась и прижалась к здоровому боку. Спать. – Ты поедешь со мной? – едва слышный вопрос заставил меня вздрогнуть. Как у него все просто! – Помнишь, ты обещала? Помню. Несколько мест, которые он хотел бы мне показать. Вот только это было до того, как рэй’тхи сделал меня своей аарритой. – А как же Рени? – Оставь это мне, ладно? Я согласно потерлась щекой о его плечо. Конечно же, поеду. Главное, чтобы жалеть потом не пришлось. Оставшееся время до рассвета пронеслось, как один миг. Кажется, только глаза сомкнула, а уже солнце в окно светит, и плеск воды где-то совсем рядом слышится. Вот так всегда. Кое-как проснувшись, я болезненно потянулась и с трудом села. Мышцы противно ныли, горло болело, голос хрипел. И настроение ни к демону. Да, прошедшая ночь определенно удалась! И я еще когда-то возражала против ночевки под открытым небом?! – Доброе утро, – из-за ширмы вышел мокрый, взъерошенный и бодрый до противности Габриэль. Из одежды на ангеле были одни штаны, волосы забраны в хвост. Редкие капельки скатывались с лица на шею и обнаженную грудь. Я окинула его мутным со сна взглядом и собралась было возразить, что это утро какое угодно, только не доброе, но меня опередили: – Знаю, я одинаково хорош и в одежде, и без нее, – он самодовольно ухмыльнулся и смерил меня испытующим взглядом. Кажется, мой мутный взгляд был понят не правильно. – И одинаково скромен, – фыркнула я, откидываясь на подушку. Как бы сейчас сдержаться и не запустить в него чем-нибудь? – Потушите солнце, я спать хочу! – Никаких спать! – возмутился крылатый и, в подтверждение своих слов, безжалостно стянул с меня одеяло. – У нас времени только умыться и позавтракать. С этими словами меня вздернули на ноги и шлепком по мягкому месту направили в нужную сторону. Пришлось делать вид, что уже не сплю, и топать за ширму. Нет, я его точно однажды покусаю! С особой жестокостью. За завтраком выяснилось, что демона уже допросили. Я смотрю, времени понапрасну они не теряют. Так вот, оказалось, что из Подземного царства перевертыш просто-напросто сбежал. Вроде как, он нарушил какой-то там их закон и теперь разыскивался, как преступник. Я слушала и диву давалась. У демонов есть законы? Однако... Не удивлюсь, если в этом их Подземном царстве еще и солнце светит. – Тогда лучше его не в Академию везти, а к папе, – неожиданно заметил Диан, когда мы встали из-за стола. Как-никак, для всех он купеческий сын. Надо соблюдать конспирацию. – Николаус мечтает иметь домашнего демона? – темный скользнул равнодушным взглядом по мальчишке. Но от меня не укрылось, как он напрягся. Принц оценил шутку и вежливо хихикнул. – В Граде сейчас целых два посла из Царства. Думаю, это их обязанность, разрешать подобные вопросы. – Ты хочешь сказать, – чернокрылый прищурился, – что Владыка на короткой ноге с убийцей собственного сына? – он схватил ангеленыша за грудки и притянул к себе, дабы иметь возможность заглянуть наследнику в глаза. – Не так, чтобы очень, но мы пытаемся общаться. Это называется дипломатия. Комментировать это заявление рэй’тхи не стал. Просто оттолкнул от себя мальчишку и стрелой вылетел за дверь. Мы с Дианом недоуменно переглянулись. – Что ж, неплохо, – улыбнулась Аля, вытирая слезы. Появление неведомого союзника ее подбодрило. Богиня в задумчивости прогулялась вокруг столика и легонько щелкнула пальцами. На доске, рядом с парой, появился маг.

Глава 9. Ученье – свет

Демон оказался заключен в клетку. Он рычал, бился, пытался согнуть металлические прутья, но никакие усилия не принесли результата. Прохиндейка радостно взвизгнула. Хоть что-то получилось, как надо! – Так будет интереснее, – раздалось над самым ухом. Близнецы дружно подались на звук, силясь опознать смутно знакомый голос. Чуть в стороне от прочих фигур возник еще один маг с заплетенной в косы бородой. Мастер Дарье мне сразу понравился. Невысокий, упитанный мужчина с открытой, добродушной улыбкой, теплыми карими глазами и блестящей лысиной. Одет он был в старенький дорожный костюм и высокие сапоги из грубой кожи. Судя по обветренному, загорелому лицу, большую часть жизни этот человек провел в дороге. – Хорошо еще, что нам не попалась кабинетная крыса, – сквозь зубы процедил Габриэль. Но, несмотря на то, что ангел старался говорить очень тихо, маг его прекрасно услышал. И не посчитал нужным этого скрывать. – Вы не любите ученых? Признаться, здесь я была с крылатым солидарна. Пускай до Академии совсем недалеко, это время мне хочется греться на солнышке, слушать птичий щебет и, по возможности, ни о чем не думать. А уж точно не трястись за свой хвост. Так что, присутствие поблизости практикующего мага, который, вздумай пленник рыпнуться, вполне может запустить в него каким-нибудь болезненным заклятьем, кажется куда предпочтительнее мага-ученого, способного разве что прочитать лекцию на тему “Как наиболее быстро удрать от взбесившегося демона”. – Не сильнее, чем магов. Село осталось далеко позади. Вскоре мы выехали на широкую дорогу, вымощенную фиолетовым камнем с черными прожилками. Мне с трудом удалось сдержать улыбку. Эти прожилки здорово напоминали черноту, разлившуюся в багряных глазах низверженного ангела. – Представить только, уже к обеду я стану студентом Академии... – Диан не мог сдержать возбуждения и непрестанно ерзал в седле, заставляя нервничать своего белоснежного дрэйя. Тот не сбрасывал беспокойное высочество из чистого эгоизма. Ведь стукнется головой о камни – и кому “повезет” везти бездыханное тело? – С чего ты вообще решил, что тебя примут? – этот вопрос давно назревал. В конце концов, за все время пути я ни разу не видела, чтобы мальчишка колдовал. К тому же, расставаться с ангеленышем было грустно. – Да куда они денутся? – парнишка демонстративно повел плечами, намекая на крылья. И то правда. По словам Габриэля, принц должен поступить уже потому, что является ангелом. Что ж, посмотрим. Увидеть вступительные испытания в Академию было интересно даже мне. Слышавшая наш разговор Рени скорчила брезгливую мордочку и придержала свою лошадь. Мол, даже рядом с демоном ехать приятнее, нежели с нами. Вот и чудно. По мне, так пускай бы это задира там и осталась. Диан беззаботно улыбнулся, а потом обернулся и показал ей язык. Мы дружно рассмеялись. Клетку для демона укреплял заклинаниями сам мастер Дарье. Потом ее водрузили на повозку, запряженную парой крепких коней, и даже отрядили шесть мужиков для охраны. Чувствую, таких почестей демону даже в родном Подземелье не оказывали. – Поговаривают, у Измира со здоровьем неладно? – забросил пробный камень чернокрылый. Маг чуть улыбнулся и утвердительно склонил голову набок. – Ходят слухи, его магичество уже несколько лет безуспешно ищет себе замену. Несколько лет? Гляди ты, незаменимый какой! Заинтересованная разговором, я дернула за поводья, заставляя Снежку ускорить шаг. Слух у меня отличный, но все равно не хотелось бы пропустить даже малейшую подробность. – Хм... вот даже как? Что ж, при встрече обязательно напомню ему, что столь высокая должность вряд ли будет долго пустовать. Мне сейчас показалось, или кому-то очень не нравится нынешний директор Академии? Вскоре дорога уткнулась в огромные ворота. Я задрала голову и восхищенно ахнула. Огромный замок с четырьмя башнями возвышался над каменными стенами. Магия, казалось, витала в воздухе. Коже становилось щекотно от сгустившейся энергии. Я не выдержала и чихнула. – Почему мы стоим? – я спешилась вслед за всеми и пристроилась за спиной темного. С ним спокойнее, что ли. Вместо ангела ответил маг: – Потому что он, – кивок в сторону демона, – все еще сидит в повозке. А ворота открываются автоматически, только когда перед ними встанут все, кто собирается войти. Но не пугайтесь, леди, я уже послал зов, и скоро нас впустят. На всякий случай я вцепилась в руку крылатого. Кто знает, как здесь к шатам относятся? Ждать пришлось долго. Видно, его магичество не горел желанием взваливать на себя очередную проблему. Габриэль ругался и то и дело порывался высадить ворота к чьей-то там матери, Рени ворчала, что не пристало Властелину под дверью стоять, Дарье утирал потную лысину, и только мы с Дианом любопытно глазели по сторонам. Наконец о нас вспомнили. Небось, поняли, что все равно не избавятся. Ворота дрогнули и разъехались в стороны, явив мрачным взорам гостей троих магов неопределенного возраста. Облаченные в официальные мантии мужчины чинно выступили вперед. Важные какие, так и лопнуть от осознания собственного величия недолго! Я смешливо фыркнула и постаралась укрыться в тени Габриэля. Магистры (уж больно вид у них напыщенный, не могут они быть простыми мастерами) коротко кивнули гостям. Один из них шагнул вперед и, кажется, собрался толкнуть приветственную речь, но был бесцеремонно отодвинут в сторону. Рэй’тхи стремительно ворвался внутрь, за руку таща меня за собой. – Бэльча, запомни, – прорычал он, – увижу, что вертишь хвостом перед магами, прибью. Я меленько семенила за темнокрылым, изо всех сил стараясь не отставать. Так ведь и без руки остаться можно! – И не попадайся на глаза директору, – продолжал шипяще наставлять крылатый. – Этот старый стервятник... Договорить ангел не успел. Мы как раз поднимались по ступеням крыльца, когда массивная дверь распахнулась, и на пороге появился пожилой маг с длинной, белоснежной бородой, заплетенной в три косы. Ярко-голубые глаза сверкнули удивлением. – Я тоже счастлив вас видеть, юноша, – улыбка у старика оказалась приятная. И я неловко улыбнулась в ответ из-за плеча своего спутника. – Вот только до сего момента скромно полагал, что занимаю более высокую ступень в иерархии хищников. Магистр Измир – а интуиция мне подсказывала, что это был именно он – приветливо махнул рукой, приглашая нас войти. – По-моему, вы великолепно устроились и на этой, – жестко ответил Габриэль и переступил порог. Щекам стало жарко. Я прижала к ним ставшие влажными ладони. Алечка, как же мне за него стыдно! – Как поживают мои внуки? – светским тоном осведомился господин директор, пока мы плутали в бесконечных коридорах. – Ваш внук, – с нажимом поправил низверженный. – Неплохо. Кажется, у него наконец прорезалась совесть. Поздновато, конечно, но учитывая дурное влияние... Мне нестерпимо захотелось раствориться в воздухе. И, как назло, остальные наши спутники остались во дворе, объясняться с магами. Даже вездесущая Рени не крутилась поблизости. Петляние по коридорам закончилось у двери директорского кабинета. Измир вежливо пропустил нас вперед и принялся торопливо шептать заклинание против подслушивания. Несмотря на весь свой благостный вид, опытный маг прекрасно сориентировался в ситуации. Просто так Габриэль бы сюда ни за что не явился. Мужчины заняли глубокие кресла друг против друга и несколько напряженных мгновений боролись взглядами. Победил рэй’тхи. Старый маг нервно моргнул и вежливо попытался предложить мне чаю. Я, конечно же, отказалась (молоко надо было предлагать!) и, с комфортом устроившись на мягком диване, стала внимательно следить за разговором. Что было непросто, учитывая удобное положение и бессонную ночь накануне. Этот ангел никогда не перестанет меня удивлять! Язвительный тон был оставлен за дверью. Сейчас Габриэль максимально подробно излагал цели нашего визита. Тягучий голос завораживал. Я невольно заслушалась, а потом и вовсе восхищенно вздохнула. Магу, сидящему напротив и вынужденному смотреть темному в лицо, было и того тяжелее. Господин директор то и дело начинал часто моргать, словно прогоняя наваждение. Мр-р, оказывается, у этого ангела много скрытых талантов... Собственно, цели у нас было всего три. Пристроить Диана, разобраться с демоном и заставить Рени быть немного более откровенной. Последняя мне нравилась больше всего. Магистр терпеливо дослушал и принял из рук крылатого письмо от Владыки. Судя по тому, с каким трепетом старый маг распечатывал послание, Пресветлый снизошел до него впервые. Пока Измир читал, я продолжала наблюдать за Габриэлем. Выпрямившись в кресле, он нетерпеливо постукивал кончиками пальцев по столу. Во мне восхищение боролось с нарастающим раздражением. Сильный. Гордый. Властный. И абсолютно несносный! Разве с таким видом просят об услуге? Впрочем, очень сомневаюсь, что этому мужчине когда-либо приходилось просить. Что ж мне с тобой делать-то?.. – Парня я беру, – оторвавшись от свитка, вынес вердикт директор сего славного учебного заведения. – И, пожалуй, соглашусь поддерживать вашу легенду. Я встрепенулась. – Вот так просто? Без экзаменов? И тут же удостоилась двух очень удивленных взглядов. Будто чего-то совершенно банального не понимаю. – Разумеется, леди... Простите, не знаю вашего имени. Этот невоспитанный господин до сих пор не соблаговолил нас представить. С этими словами маг покинул свое кресло и направился ко мне. – Измир из рода Вейеррэ. Магистр магии, директор Международной Академии Колдовских Искусств и глава Совета Гильдии магов. Ух ты! А у меня даже имени рода нет... – Бэллес, – одними губами шепнула я, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрогнул. Судя по тому, как перекосило “невоспитанного типа”, нашему знакомству он был не рад. – Как представительница крайне редкого вида, вы, леди Бэллес, тоже могли бы быть приняты к нам. На бюджетное отделение, конечно же. К тому же, я готов назначить вам стипендию... – У меня нет дара! – прервала я сладкие директорские речи. Но предложение, надо заметить, очень заманчивое... – Теоретическое отделение. Подумайте... Что же касается демона и другой вашей спутницы, – это он уже Габриэлю, – уверен, мы что-нибудь придумаем. Разместили нас с комфортом. Каждому была выделена собственная комната в гостевом крыле с широкой кроватью, камином, прилегающей ванной и прочими радостями жизни. Что еще надо для счастья замученной, уставшей и пропахшей чужим запахом шате? Окрыленная мыслью, что смогу не только вымыться и выспаться, но и побыть в одиночестве, обернуться в конце концов, я рванула к “своей” двери. Но была ненавязчиво так остановлена одним вредоносным крылатым типом. Р-р-р!.. Габлиэль придержал меня за локоток и вперил немигающий взгляд в господина директора. – Вам прекрасно известно мое отношение к совместным ночевкам, – непреклонно заявил тот. И я еле сдержалась, чтобы не броситься к старику на шею. Спаситель ты мой! – Эта милая девушка вам даже не жена. Правильно, не жена. Ааррита. Радости у меня мигом поубавилось. Вот сейчас крылатый расскажет магу, как обстоят дела на самом деле, и плакало мое уединение... Обидно! Но Габриэль пошел иным путем. – Предположим, – благосклонно кивнул низвергнутый и медленно провел рукой по стене. Как раз в том месте, где, предположительно, должны были разделяться выделенные нам комнаты. – А скажите-ка мне, ваше магичество, нужна ли здесь эта хлипкая перегородка? Что-то меня так и подмывает провести перепланировку... Надеюсь, укрепляющих заклинаний, которых вы понавесили тут, будет достаточно, чтобы ползамка не обрушилось? И ваш авторитет, как лучшего из магов, не пострадает? Я скосила глаз на “хлипкую перегородку” и сдавленно икнула. Он же это не серьезно, правда? Искушать судьбу Измир не рискнул. – Да делайте вы, что хотите! – раздосадованно махнул рукой магистр и зашагал прочь. – Совсем молодежь от рук отбилась... Кажется, он бурчал что-то еще, но я больше но вслушивалась. – Чего встала? – чернокрылый нетерпеливо подтолкнул меня в спину. – Входи уже. Последним, что я заметила, прежде чем дверь захлопнулась, был завистливый блеск в глазах моей менее удачливой соперницы. Хотя, это еще как посмотреть. Лично я бы сейчас с огромным удовольствием очутилась на ее месте. – Не вздумай согласиться, – темный рывком развернул меня к себе и угрожающе заглянул в глаза. Я непонимающе изогнула бровь. – Помнится, кто-то обещал мне свободу выбора. – Ровно до тех пор, пока в твою очаровательную головку не взбредет глупая идея податься в магички! – в тихом голосе мужчины послышались рычащие нотки. – Только попробуй, и я эту Академию по камешку разберу! И ведь правда разберет! Вот же, связалась на свою голову... – Да ну тебя, – фыркнула я, сбрасывая его руки с плеч. – Я и не думала соглашаться. Скрывшись за дверью ванной, я все-таки всхлипнула. Ага, отпустит он меня, как же! Мечтать не вредно. Затуманенный слезами взгляд переместился на запястье. В свете магических светильников черный узор переливался серебряными искорками. Красиво... И почему на руке? Написал бы уже на лбу крупными рунами “Собственность рэй’тхи”. Ко мне бы и на пушечный выстрел никто не приблизился. Хлюп! Я опустилась прямо на холодный пол, уткнулась мокрым носом в колени и заплакала еще горше. Никто меня, бедную, не пожалеет! Не спасет от этого деспотичного собственника. Окольцевал... то есть, обраслетил, того и гляди в клетку посадит. И будет выгуливать по большим праздникам, когда перед друзьями похвастаться вздумается. А шаты, между прочем, в неволе не живут! Хлюп. Ну не дура ли? И чего реву, спрашивается? Сама ведь решила, что с крылатым поеду. И обещание дала. Что ж теперь так страшно-то? Да уж, постоянством, как видно, я тоже не отличаюсь. Насилу успокоившись, я включила воду погорячее и стала стягивать одежду. В такой вот момент невольно магам позавидуешь. Горячая вода, карманные дома, да мало ли других выгод от обладания даром? Но, если уж быть до конца честной, остаться здесь в качестве студентки я бы не хотела. И пускай это даст мне столь необходимые привилегии, и мужчины здесь в большинстве своем не пожирают меня взглядами. То есть рассматривают все-таки, но с чисто научным интересом. Только вот не мое это. Мр... Я со вздохом погрузилась в обжигающую, чуть пахнущую травами воду и зажмурилась от удовольствия. Хор-рош-ш-шо! Отмокала я долго. Некоторое время просто нежилась в тепле, чувствуя, как напряжение покидает уставшее за дни, проведенные в седле, тело. Потом тщательно, до красноты, натирала себя мочалкой. Так что, к тому времени, когда я, замотанная в полотенца, появилась в спальне, все ненужные мысли утекли вместе с грязной водой. Вот сейчас оденусь в чистое, и спать. А с проблемами пускай кто-нибудь другой разбирается. – Если хочешь, можешь снова поточить об меня когти, – Габриэль шагнул ко мне и выжидательно уставился в глаза. Вид у него был, как ни странно, виноватый. Долго же я принимала водные процедуры, раз даже этот твердолобый ангел образумиться успел! Желания царапаться не было. Старые отметины еще не зажили, даже не потускнели. Над ангелами и без того все село смеялось (правда, так, чтобы сами крылатые не заметили), и маги косятся с любопытством. – Что он тебе сделал? – этот темный, конечно, не подарок, но вряд ли он станет напускаться на кого бы то ни было без причины. По крайней мере, мне бы очень хотелось в это верить. – Мне? Ничего, – мужчина пожал плечами и отошел к окну. – Но этот безобидный с виду старикашка изуродовал не одну судьбу. Постарайся не попасться на его обаяние. Я согласно угукнула и нарочито шумно закопошилась в сумке. Чернокрылый понаблюдал за мной какое-то время, после чего проявил просто небывалый для себя такт и скрылся за дверью ванной. Вот теперь можно и поспать. К тому времени, как я проснулась, за окном уже сгустились поздние летние сумерки. Зато в кои веки выспалась. Едва успела перетечь в сидячее положение и потянуться, как отворилась дверь, и появился Габриэль. И обед, и ужин я благополучно проспала. А он, добрая душа, пожалел будить мирно почивающую шату. Хорошо, хоть кусок пирога и кружку молока принести додумался. Пока я наслаждалась уворованным с кухни ужином, развалившийся рядом темнокрылый рассказывал последние новости. Демона под охраной отправили в Акрис. Там уж Гильдия обязательно изыщет способ связаться с Царством. Пускай забирают своего преступника, нам чужого не надо. От радости, что давняя мечта наконец-то осуществилась, Диан уже перезнакомился с половиной студентов, очаровал Измира и на скорую руку набросал письмо венценосному родителю. – Ну что тебе стоит? – Я тебе не почтовый голубь!!! Как думаете, кто победил в итоге? Сама удивляюсь, но на нашем пути неожиданно наметилась еще одна остановка. И как бы ему напомнить поделикатнее, что я все еще боюсь летать? Теперь дело было за Рени. – Я подумал, ты захочешь присутствовать. В этом он прав. Лучше увидеть все своими глазами, чтоб сомнений потом не возникало. К тому же, интересно, что Властелин сделает со своей подопечной, когда выяснится, что она играет на стороне Гэльсиана и должна меня убить. Очень интересно. Я благодарно кивнула, проглотила остатки пирога, сделала последний глоток и встала. – Идем? И мы пошли. Габриэль стремительно несся по коридорам, безошибочно сворачивая в нужных местах. Я семенила следом и изо всех сил старалась не слишком отставать. Так ведь и заблудиться недолго. А потом что? Обоняние у меня, конечно, отменное, но использовать его таким образом как-то не хочется. Я шата, а не псина шелудивая! По моим подсчетам, спустились мы намного ниже первого этажа. Коридоры здесь были без окон, и источником освещения служили прикрепленные к стенам магические светильники в виде факелов. В остальном же – ничего необычного. Просторные коридоры с обитыми деревянными панелями стенами, множество лестниц и переходов. Вот только чем дальше мы продвигались, тем массивнее становились двери. К чему бы это? Внутри шевельнулось нехорошее предчувствие. Наконец мы остановились перед тяжелой дубовой дверью. Я почти ощущала кожей бесчисленные заклинания, оплетающие ее. – Постой... – я успела схватить рэй’тхи за рукав за миг до того, как его рука коснулась дверной ручки. – Вы ведь не собираетесь ее пытать? Голос предательски дрогнул. А что еще мне было думать? Ангел окинул меня темным, без единой эмоции, взглядом. По спине пробежал холодок. Иногда он такой жуткий... – Нет. Терпеть не могу все эти жалобные вопли. Но если ты настаиваешь... Я активно затрясла головой. Голос не желал слушаться категорически. – Бэл! – заметив мое состояние, крылатый взял меня за плечи и хорошенько встряхнул. – Когда ты уже перестанешь считать меня монстром? Я дал слово защищать долину вместе с ее жителями, и Рени, кем бы она ни оказалась, пока еще одна из них! Я не причиню ей вреда без крайней необходимости. К тому же, существует множество других способов заставить человека говорить. – Именно, – из приоткрывшейся двери высунулась седая голова магистра Измира. – И Зелье Откровений – не самый худший из них. И совершенно безболезненный, леди Бэллес. Признаться, гневная вспышка темнокрылого успокоила меня куда лучше, нежели спокойная вкрадчивость старого мага. Не то, чтобы мне и в самом деле было жалко эту прилипалу, просто... может, я тоже все эти вопли слушать не хочу, вот! Договорившись со своей хвостатой совестью, я шагнула в открывшийся проем. Что сказать, комната как комната. На первый взгляд напоминает гостиную в богатом доме. Я, конечно, в таких не бывала, но Альбрехтина щедро поделилась воспоминаниями. Два больших дивана и несколько глубоких кресел, шкафы с книгами и фарфоровыми статуэтками вдоль стен, единственное окно завешено тяжелыми бархатными портьерами. На небольшом столике разместился поднос с изящными чашечками, чайником, сахарницей и блюдом с печеньем. Будто мы и в самом деле собрались вести светскую беседу... Две чашки уже были наполнены. Чаем с подмешанным зельем для Рени и молоком для меня. Нос тут же уловил чуть кисловатый запах. Такой легкий, обычному человеку ни за что не заметить. Постойте-ка! Окно? Мы же находимся в подземелье! Я инстинктивно придвинулась поближе к Габриэлю. Кажется, это все-таки не просто комната для чаепитий... – Леди, вы не окажете нам честь... – господин директор многозначительно кивнул на чайник. Я с трудом сдержала недовольное шипение, но все же нехотя отодвинулась от ангела и принялась аккуратно наполнять чашки. Когда моя рука зависла над последней, из коридора донеслись голоса. – Не смей ко мне прикасаться, мелкий паршивец! Так и знай, я все расскажу Властелину! – Иди уже! – Диан практически втолкнул ее в распахнувшуюся дверь. Получив необходимое ускорение, девушка зацепилась за порог. Правда, на ногах все же удержалась. – Добрый вечер, – кажется, сегодня она решила быть милой. Вот может же, когда захочет! Жаль, надолго ее не хватит... Рени бросила обожающий взгляд на Габриэля, полный отвращения – на меня, покосилась на свободное место на диване и заняла одно из кресел. – Считайте, что мы празднуем счастливое избавление от демона, – с добродушной улыбкой пояснил старый маг специально для вновь прибывших. – Каждый из нас внес в это дело посильную лепту. В такой откровенный бред не поверила бы даже я! Предполагаемая противница тоже не поверила и выжидательно уставилась на Властелина. В ее глазах проскользнул страх. – Пей, – бесстрастно велел низверженный. Девушка отшатнулась. Рука, держащая чашку, задрожала, и жидкость едва не пролилась. Как интересно... Сделай она это, и никто бы уже не сомневался. – Пей! – с нажимом повторил Габриэль. Ох, зря я сюда пришла. Мне ее уже жалко. А вдруг эта Рени вообще не виновата? Но, надо признать, с самоконтролем у этой особы полный порядок. Брюнетка быстро сморгнула выступившие слезы, даже не всхлипнула, и сделала первый глоток. Потом еще один, и еще, пока чашка не опустела. Вскоре девушка расслабленно откинулась на спинку кресла, взгляд ее словно затянулся дымкой. Вот тогда и началось. Вопросы градом посыпались на несчастную. Кто она? Почему Габриэль ее не чувствует? Как она в действительности относится к Властелину? Что Сиан наобещал за победу? И что вообще ей известно об игре? Даже Измир с Дианом прекратили жевать и с жадным любопытством прислушивались. Самое обидное, что ничего путного мы от нее не добились. На большинство вопросов она либо неопределенно мычала, либо пожимала плечами. И ведь зелье подействовало, здесь не может быть сомнений! Получается, Рени действительно не участвует в играх боженят. И до сего момента она понятия не имела, что с ее аурой что-то не так. Единственное, о чем девушка могла говорить внятно, так это о своих чувствах к Габриэлю. Мне даже немного совестно сделалось. Невероятно! Но больше всего удивляло, что Габриэль мог так ошибиться. В подобное верилось с трудом. Пролепетав очередное признание, наша допрашиваемая блаженно улыбнулась и закрыла глаза. Все, ее сморило. – Сутки проспит, не меньше, – констатировал старый маг. – Не беспокойтесь, я распоряжусь, чтобы ее доставили в комнату. Темный кивнул и поднялся, увлекая и меня за собой. – Мы уедем рано утром. Пусть ее кто-нибудь проводит до долины. Услуги мага я оплачу. – Я не мог ошибиться! – ангел с досады стукнул кулаком по стене. Ну вот, теперь мне еще и вместо успокаивающего зелья быть! – Да не расстраивайся ты так, – мои ладони осторожно скользнули по напряженной спине, – со всяким бывает. – Не со мной! – тем не менее от меня не укрылось, как мужчина подался на ласку. Что ж, спасибо Прохиндейке, что сотворила меня именно шатой. Иногда это очень даже полезно... Крылатый повернулся с явным намерением обнять меня, но я привычно увернулась. Размечтался! Так и до более активных действий не далеко. Смачный зевок пришелся весьма кстати. Я очаровательно улыбнулась и шагнула к кровати. – Бэльча, – голос рэй’тхи казался особенно низким и тягучим, – ты играешь с тьмой. Что выражает багряный взгляд, мне в который уже раз определить не удалось. – И однажды доиграюсь, – я снова улыбнулась и указала на узорчатое запястье. – Знаю. Только прежде, чем это случится, мне нужно еще немного свободы. Пока я не пойму... И что стоило сказать все это вслух? Ненавижу свой характер! Но Габриэль все понял без слов. Потому что и сам такой же. Укладываться мне предстояло в одиночестве. Темный отправился к принцу, прощаться, предварительно наказав мне сидеть тихо и хвоста за дверь не высовывать. И чем ему мой хвост не угодил? Но пререкаться я не стала, все равно ведь спать собираюсь. Не успела моя голова опуститься на подушку, как в дверь вежливо постучали. Тьфу ты! Я подскочила, как ужаленная. Кого там еще боги принесли? Хотя нет, лучше бы не боги... Одеваться времени не было, поэтому я быстро завернулась в плащ и аккуратно выглянула за дверь. – Вы? – увидеть на пороге своей спальни магистра Измира в столь позднее время я не ожидала. А потому совершенно растерялась. – Битый час в соседнем коридоре топтался, дожидаясь, пока твой крылатый надзиратель отлучится хотя бы ненадолго, – маг недовольно скривился. – Впустишь? Я покорно отступила в сторону, давая ему пройти. Ох, что-то господин директор больше не внушает доверия... И куда только подевалась вся благообразность этого старичка? Надзиратель! Тоже мне, спаситель выискался. Помнится, не так давно я и сама называла Габриэля этим словом. Так то я, мне можно! Но в устах магистра Измира подобное изречение прозвучало как оскорбление. И вообще, когда это мы успели перейти на “ты”? Что-то не припомню. Фи! Неспокойно мне как-то. – Итак, каков будет ответ? – старый маг хищно уставился на меня. Чувство было такое, будто он знает наперед, что именно я скажу. – Простите, – я попыталась вымучать улыбку и попятилась, изо всех сил надеясь, что сейчас вернется Габриэль, и мое дурное предчувствие останется просто дурным предчувствием, – но я не могу. У меня есть определенные обязательства... – ага, перед богами. Но вам об этом лучше не знать. – К тому же, карьера мага не для меня. Фух, даже нигде не соврала! Молодец, Бэлка! – Так я и знал, – раздраженно тряхнул косистой бородой Измир. – Неужели этот изгнанник так хорош в постели, что даже шата голову потеряла? От изумления и обиды я даже зашипеть не смогла. Да как он может такое про меня говорить?! Противный старикашка! Он же совсем не знает меня. – А впрочем, какое мне дело до ваших отношений, – маг зловеще усмехнулся и шепнул пару слов. Ой... Все вокруг завертелось, мысли затуманились, тело онемело... Кажется, я упала. И погрузилась в уютную темноту. Только лучшие из студентов были удостоены чести жить в самом замке. Остальным пришлось разместиться в общежитии. Но вряд ли кому-то могло взбрести в голову жаловаться, уже это было огромной роскошью. Особенно в сравнении с другими учебными заведениями, где студентам предоставлялось заботиться о крыше над головой самостоятельно. Платить за комнату на постоялом дворе или искать квартирную хозяйку. Маги справедливо считали, что им крупно повезло. Разумеется, Диану, как вновь прибывшему и ничем пока не отличившемуся, пришлось поселиться в общежитии. Как заверил господин директор, только до первого экзамена, пока у него не появится законный повод перевести мальчишку в более удобные апартаменты. Габриэль неспешно пересекал парк, раскинувшийся между замком и пристанищем учащихся. Ночной воздух, напоенный густыми ароматами трав и цветов, обдавал лицо приятным холодком. Листья мелодично шелестели над головой, мелкие камешки хрустели под ногами. В целом настроение было умиротворенное. Разговор с принцем удался. Надо признать, за время, которое они провели в пути, ангеленыш пообтесался. Надменности поубавилось, и теперь с ним стало можно нормально общаться. Да и всю нестандартность ситуации мальчишка, кажется, осознавал. И когда чернокрылый в очередной раз напомнил Высочеству о необходимости поддерживать легенду о купеческом происхождении, наследник даже не попытался пререкаться. Даже на настоятельную рекомендацию держаться подальше от явно приглянувшейся ему Рози отреагировал спокойно. Конечно, слово и дело – понятия порой весьма расхожие, но, в конце концов, это уже проблемы Владыки. Пусть изворачивается, если не хочет обзавестись номинальной невесткой и парочкой бескрылых внуков. А темному пора бы и о себе подумать. Бэллес... Шата. За последние дни она не раз доказала, насколько несправедливы повсеместные слухи о мурлыкающих красотках. Губы мужчины тронула чуть заметная улыбка. Он остановился и запрокинул голову, вглядываясь в черное небо, испещренное яркими точками звезд. Габриэль чувствовал, что нравится ей. Ну, хоть немного... Это было заметно по редким взглядам, когда она думала, что он не видит, по тому, как она старается держаться поближе к нему. И в то же время совсем близко не подпускает. Шарахается. Не доверяет. От этой мысли хотелось рычать. Волей-неволей пожалеешь, что опостылевшее обаяние в кои веки не сработало. И что теперь делать? И так ведь уже натворил глупостей. Привязал ее к себе, невольно запугал, сотню раз дал понять, что ее хвостатая персона ему небезразлична... Обещал отпустить. Да, пожалуй, последнее было самой большой ошибкой. Но сказанного не воротишь. И если ааррита захочет, темному придется сдержать слово. – Руки прочь от моих цветов! – прокаркали откуда-то снизу. – Не для всяких охламонов сажала! Рэй’тхи удивленно моргнул и опустил глаза. Облаченная в болотного цвета тунику сухонькая старушка воинственно уперла руки в бока и грозно сверкала глазами. Надо же, а он и не заметил, как добрел до розария... И повезло же посреди ночи нарваться здесь на смотрительницу парка! Зато теперь можно не удивляться, почему несмотря на ошивающихся здесь студентов, цветы в полном порядке. У такой дамочки не забалуешь! – О! Прошу прощения, – ведьма наконец осознала свою ошибку и смущенно принялась теребить край туники. – В темноте я случайно приняла вас за одного из студентов. На что только они не пойдут, чтобы добраться до моих цветов! – Ничего, – крылатый широко улыбнулся. Поначалу он думал заверить смотрительницу, что инцидент исчерпан, и вернуться в замок, но неожиданно в голове родилась крамольная мысль. Почему бы и нет? – Одна роза, и я готов забыть о недоразумении. И когда он успел превратиться в одного из этих романтично настроенных дураков? По ступеням замка Габриэль взбирался, осторожно сжимая пальцами длинный стебель роскошной алой розы. На шелковых лепестках сверкали капельки вечерней росы. – Бэльча... – громким шепотом окликнул он, пока зрение привыкало к темноте. Когда же глаза наконец адаптировались... – Вот упырь! Бэлка!!! Прекрасный цветок был безжалостно отброшен. Теперь с не меньшим трепетом темнокрылый сжимал в руках любимое оружие. Мысли о том, что шата покинула комнату добровольно (ну да, в ночной сорочке и босиком!) он даже не допускал. Я чувствовала себя почти хорошо. Голова не болела и не была тяжелой, как ей полагалось после длительного пребывания в бессознательном состоянии. Тело не занемело – кто-то додумался разместить меня в удобном кресле. И хоть плащ испарился в неизвестном направлении, холодно не было. Единственным недостатком являлась невозможность пошевелиться. – Кхе-кхе... – так, голос не пропал, это радует. Правда, горло тут же мстительно разболелось, избавляя меня и от хорошего настроения, и от желания экспериментировать. А когда из глубин памяти всплыли воспоминания о визите Измира, вообще захотелось взвыть в голос. – Наконец-то, – судя по складке между кустистыми бровями, его магичество был крайне недоволен. – Слишком слабая. И ты еще называешься оборотнем?! – Не называюсь, – прошептала я. Кажется, с Габриэлем мы этот вопрос уже прояснили. Теперь и этот туда же? Желание зашипеть было почти нестерпимым, но я сдерживалась. Старый мерзавец прав, я слишком слабая. А значит, надо беречь силы. Так, на всякий случай. Кто знает, что задумал Измир? И как я только могла не разглядеть его подлую сущность?! Не будь я скована заклинанием, всенепременно бы кусанула себя за локоток. – Отпустите меня, не то пожалеете! – шипение все-таки прорвалось. – Габриэль вернется и обнаружит мою пропажу, и тогда... – Ой, не смеши меня, – господин директор царственно прошелся по кабинет. Не тому, где он принимал нас днем. Это помещение, судя по отсутствию гостевых диванов, камина и портрета на стене, было предназначено исключительно для особых случаев. Алечка, надеюсь, Габриэлю удастся нас найти... – Мы находимся на моей территории, помни об этом. А ведь он прав. Запоздалый страх обрушился на меня липкой волной, лишая возможности связно мыслить. Мало мне было божественных игр, так еще и в дела сильных мира сего втянули! – Что вы хотите? – губы онемели и слушались с трудом. – Тебя, – торжественно объявил директор Академии и замер, дабы сполна насладиться моим ошарашенным видом. Вот только эффект от такого абсурдного заявления получился прямо противоположный. Да с него же песок сыпется! Куда ему... А все равно туда же. Нет, вот выберусь отсюда и точно в жрицы пойду. Подальше от всяких извращенцев. Альбрехтина, это уже даже не смешно! Напугала, повеселила, теперь давай вытаскивай из щекотливой ситуации. Покровительница ты, или мимо пробегала? – Не для себя, разумеется, – видя, что вместо полагающегося трепета меня потряхивает от смеха, маг снизошел до объяснений. – Для моего внука. Веселье как рукой сняло. – Что?! Да вы совсем на старости лет умом тронулись? – Не перебивай! Иначе рискуешь еще и без голоса остаться, – прикрикнул старик. – Как ты справедливо заметила, я уже очень стар. Слишком стар, чтобы руководить Академией. А этот бестолковый мальчишка отказывается стать моим преемником, прозябает в какой-то дыре... Тьфу! В общем, твоя задача убедить Дана принять мое щедрое предложение. Ведь вы, шаты, умеете... м-м-м... убеждать. Не переживай, он красив, не хуже твоего изгнанника. К тому же, я хорошо заплачу. Р-р-р!.. Как же хочется располосовать одну бородатую рожу! – Вы ведь не думаете, что я соглашусь? Хм. Скорее всего, думает. Этот маг полный псих! Ему лечиться надо, настои там, травки всякие, заклинания исцеляющие опять же, а не Академией заправлять. – О, не волнуйся, – господин директор предвкушающее улыбнулся. – Я тоже умею убеждать. Я непроизвольно поежилась. Слова мага прозвучали пугающе. – Не приближайтесь!!! – я скорее шипела, чем говорила, но Измир прекрасно уловил смысл. Улыбка мага сделалась еще более отвратительной. Кажется, в этот раз все серьезно... Я крепко зажмурилась и приготовилась терпеть боль. Вряд ли старый хрыч собрался гладить меня по головке. Мамочки... И тут покровительница наконец вспомнила о своих прямых обязанностях. Сначала к руке вернулась чувствительность. Левой, запястье которой украшал браслет рэй’тхи. К чему бы это? Неужели что-то пошло не так? Я спрятала злорадную улыбку и вызывающе распахнула глаза. Кажется, старого интригана ждет большой сюрприз... Тьму я почувствовала гораздо раньше, чем смогла разглядеть. Забавно, теперь она не кажется чем-то чуждым и пугающим... Напротив, я обрадовалась металлическому запаху, как родному. И даже кошка, бьющаяся в истерике где-то глубоко внутри, не изменила моего отношения к этому явлению. У двери вились темные ленты. Никакие заклинания не мешали странной силе низвергнутого ангела просачиваться внутрь. Губы мага зашевелились, произнося очередное зловредное заклятье. Слов я разобрать не могла, но на всякий случай все равно испугалась. В тот же миг послышался оглушительный звон. Магистр прервался на полуслове, резко отпрянул от меня и коротко выругался. – Как ему только удалось найти нас? – вопрос был явно риторический. По крайней мере, отвечать я точно не собиралась. Пускай Габриэль почти рядом, и этот подлый колдун больше не пытается заколдовать меня, а все равно чувство такое, будто находишься под прицелом заряженного арбалета. Неприятно. По телу, медленно обретающему чувствительность, разбежался противный, липкий страх. Дверь дрогнула и осыпалась трухой. В открывшийся проем шагнул Габриэль. – Доброй ночи, Ваше магичество, – тягуче изрек ангел, лениво постукивая ханаттой по раскрытой ладони. – Решили увести у меня девушку? Измир отчетливо скрипнул зубами и не ответил. Зато в ладонях мага зажглись фиолетовые огни. Вот гад, опять какую-то пакость задумал! – Он хотел меня заколдовать, чтобы я соблазнила его внука, – тут же наябедничала я. – Осторожно!!! С рук мага сорвалось заклятье и устремилось к чернокрылому. А тот даже не шелохнулся! Я закричала и попыталась было встать, чтобы сделать хоть что-нибудь, но ноги все еще слушались плохо, и я рухнула обратно. Тьма рванулась навстречу фиолетовой пакости и с шипением поглотила ее. В какой-то момент мне даже показалось, что она довольно заворчала, словно сытая кошка. Так, Бэлка, срочно прекращаем влипать в истории, а то у тебя от нервного перенапряжения уже крыша едет! За первым заклинанием последовало и второе, и третье... но против тьмы ангела они оказались бессильны. Мага уже трясло от ярости. Подозреваю, руководствуйся он здравым смыслом, а не злостью, Измир ни за что бы не сделал подобной глупости. Но он сделал. Собрал всю свою силу и... Ангел прорычал что-то нечленораздельное и, не дожидаясь, пока магистр магии нападет первым, бросился на ненавистного врага. Взмах ханатты... страшный, чавкающий звук... и грохот. Яркая вспышка, озарившая кабинет, на время ослепила меня. А когда зрение вернулось... Вокруг царил жуткий погром. Из всей немногочисленной обстановки, кажется, уцелело только кресло, на котором я сидела. Уж и не знаю, кого благодарить: покровительницу, ангела с его тьмой или колдуна, невольно прикрывшего меня связывающими заклинаниями. И тьма, и магия исчезли без следа. Измир лежал на полу в луже крови. Наверное, это нехорошо, но я вздохнула с облегчением. Жалости к теперь уже бывшему директору Академии в душе не было и в помине. Напротив, старый мерзавец получил по заслугам. – Пожалуйста, скажи, что тебе за это ничего не будет, – я внимательно посмотрела на крылатого. Пускай только попробует соврать! Габриэль нашарил любимое оружие, осторожно провел ладонью вдоль древка, и ханатта словно растворилась в его руках. Ангел поднялся и, немного пошатываясь, направился ко мне. Я внимательно оглядела его. Фух, кажется, не пострадал! Здоровенная ссадина на лбу и разбитая губа не в счет. Не смертельно. – Еще как будет! – выдохнул темный мне в макушку. – Придется задержаться здесь еще на день. Уж лучше бы заклинанием шальным прибило. И как он сам себя терпит? Я крепко обняла крылатого в ответ и всхлипнула от совершенно неуместного смеха. Казалось, эта ночь не закончится никогда. Времени, чтобы хоть немного прийти в себя, у нас не было. Скоро на грохот сбегутся маги. Разумеется, Габриэль понимал это куда лучше одуревшей от всего произошедшего меня. Поэтому, успокаивающе обнимая, не тратил времени понапрасну и попутно инструктировал, как вести себя дальше. Я только бессмысленно кивала. Затуманенное сознание отказывалось воспринимать смысл слов крылатого. Ну и что из того, что он Властелин? Все равно было страшно. Вдруг маги не поверят, что их обожаемый директор первым напал на нас? Вдруг что-нибудь сделают с Габриэлем? За себя я не так боялась. Пока игра не окончена, Альбрехтина свою фигуру в обиду не даст. Да и потом... Вскоре небольшое помещение стало заполняться людьми. В глазах зарябило от разноцветных мантий и витающих в воздухе картинок, которые должны были подтвердить слова чернокрылого. Что, собственно, и произошло. Самое удивительное, что особых претензий к нам не было. Подумаешь, убили одного из величайших магов современности! Не беда, на его место тут же нашлось с десяток других, которые принялись шумно делить освободившуюся должность. Да, кажется, скорбеть по безвременно почившему магистру никто не собирается... Почему-то эта мысль вызвала во мне мстительное удовлетворение. Габриэлю прочитали сжатую лекцию на тему того, что, являясь в гости, не следует убивать хозяина, после чего нас отпустили с миром. Досыпать остаток утра. – Думаешь, этого времени им хватит, чтобы определиться? – я неловко пристроила ставшую вдруг очень тяжелой голову на плече мужчины. Приятно, когда тебя носят на руках просто так, удовольствия ради. Но вот когда такой способ передвижения становится необходимостью, потому что с координацией проблемы и голова кругом идет от концентрации энергии, выброшенной многочисленными заклинаниями, – удовольствие то еще. – Если нет, я с радостью помогу. Но завтра, – мужчина бережно уложил меня на кровать и устало опустился рядом. Послышался щелчок гаснущего светильника, со стуком полетели на пол сапоги. Даже темнота не могла скрыть его бледности. По крайней мере, не от меня. Бедный, совсем без сил. Вот никогда раньше не задумывалась, чего стоят рэй’тхи игры с тьмой. И сейчас не хочу. Вместо этого прижалась к лежащему рядом мужчине всем телом, впервые сама, и неожиданно для нас обоих тихонько заурчала. Темный вздрогнул и приподнялся на локте, вглядываясь в мое лицо. – Ой, что это там? – пытаясь скрыть смущение, я перегнулась через него и свесилась с кровати, чтобы поднять с пола цветок. Прекрасную розу на длинном, покрытом шипами стебле. И тут же зарылась носом в гладкие красные лепестки, чтобы вдохнуть чудесный, густой аромат. Мр-р... Теперь я урчала громко, совершенно не стесняясь переполняющих меня чувств. Он принес розу. Мне! – Бэл? – голос Габриэля дрогнул. Сомневаюсь, что это может обозначать что-то хорошее... – Мне жаль портить момент, но, кажется, есть проблема. Я с сожалением отложила цветок в сторону и переключила внимание на взволнованного мужчину. Горло сжал ледяной ужас. В ладонях ангела горели сгустки силы, почти такие же, какими недавно швырялся Измир. – Звучит безумно, но, думаю, его дар перешел ко мне... За завтраком выяснилось, что в Академии появился наместник. Временный, пока в Гильдии решают, кому сидеть в директорском кресле. – Магистр Фларий, – высокий, почти с Габриэля ростом, сухопарый мужчина с проседью в коротких, аккуратно зачесанных назад волосах протянул ангелу руку. Его ясные голубые глаза излучали доброжелательность. – Я присмотрю здесь пока за всем. Рэй’тхи смерил его испытующим взглядом, удовлетворенно хмыкнул и крепко сжал предложенную ладонь. Вот, значит, как? Оказывается, не все маги вызывают у крылатого стойкую антипатию. Мне достался легкий кивок и приветливая улыбка. Приятный мужчина. Сразу видно, честный человек. Вон, как смотрит открыто. И пахнет от него хорошо, орехами. Такому не страшно студентов доверить. Хотя, о чем это я? Помнится, Измир мне тоже поначалу нравился. Ага, пока не попытался похитить и засунуть в постель к своему внуку. При этом воспоминании я поежилась и незаметно отступила в тень Габриэля. О том, что низверженный стал счастливым обладателем огромной магической силы, мы предпочли умолчать. Вернее, это темный так решил, заявив, что уже знает, к кому идти с неожиданно возникшей проблемой. Я же спорить не стала. Что я в этом могу понимать? А вот об истинном происхождении Диана пришлось рассказать. Не сидеть же и в самом деле тут, пока они не определятся с новым руководством? Процесс может затянуться на многие месяцы, а нам еще с богами что-то решать. К счастью, Фларий, как и Измир днем ранее, отнесся к принцу с научным интересом и пообещал бережно хранить его тайну. Даже Габриэль поверил. Что и говорить обо мне? Рени, которая должна была проснуться только к вечеру, удалось пристроить в надежные руки. Мастер Дарье со своим учеником как раз направлялись к границе с Экларией. Они-то и согласились за символическую плату доставить девушку домой. Еще бы, видела я, как этот ученик – белобрысый и долговязый, но забавный парень лет двадцати – смотрит на нашу занозу! Вот сюрприз будет Рени, когда она проснется! Вместе с деньгами Габриэль передал письмо кому-то в долине с указанием, чтоб глаз с девицы не спускали. Так что новой встречи с этой неприятной особой до приезда в Ардраду можно было не опасаться. В отличие от Измира, предпочитавшего обсуждать дела исключительно в кабинете, отгородившись от посетителя широким столом из красного дерева, Фларий разговаривал с нами прямо за завтраком, между делом уминая за обе щеки подслащенную овсяную кашу. Видно, нелегкая ночка выдалась у человека... Как я его понимаю! Горло все еще болело, поэтому и аппетита не было. Откинувшись на спинку стула, я осторожно прихлебывала горячее молоко с медом (уже третий кубок!) и внимательно вслушивалась в разговор мужчин. Судя по тому, что темный старался вести себя прилично (не язвил, не хамил, командовать не пытался и, даже когда речь зашла о прежнем директоре, продолжал выражаться цензурно), маг произвел на него неплохое впечатление. Что ж, похоже, задерживаться здесь больше нет необходимости. – Собирайся, – ангел словно прочитал мои мысли. – Чем раньше мы выедем, тем лучше. Я страдальчески закатила глаза и отставила в сторону опустевший кубок. Бедная моя хвостатость, опять в седле трястись! Фи! Вредный ангел правильно истолковал выражение моего лица и понимающе ухмыльнулся. Вот нахал. Ну что ему стоило не заметить? – Если не устраивает дрэй, мои крылья всегда к твоим услугам. Фр-р-р!.. Я выразительно нашипела на наглеца и продемонстрировала блестящие коготки. С любопытством наблюдавший за нами Фларий тихонько похрюкивал от смеха. В комнате передо мной встала очередная проблема. Роза. Оставлять ее здесь не хотелось, а забрать с собой... ну, не в вазочке же, и в самом деле! Я вертела в руках ароматный цветок, осторожно поглаживала острые шипы (ну совсем как мои когти!) и едва сдерживала слезы. Знаю, это глупо и по-детски. Так разве ж от этого легче? Хотелось топать ногами и кричать: “Мое! Никому не отдам!”. У меня ведь так немного вещей, которые я могла бы с полной уверенностью считать своими. Наряды, купленные Габриэлем, не в счет. Это всего лишь платья. Красивые и дорогие, но, если вдуматься, не такие уж и ценные. Браслет, сделавший меня аарритой. Снять его невозможно, только если вместе с рукой. Кольцо и кулон, подаренные Алей. Теперь вот еще эта роза. – Будешь продолжать в том же духе, и мы здесь точно заночуем, – недовольно проворчал чернокрылый, появляясь у меня за спиной. Я едва не вскрикнула от неожиданности. Частнособственнические мысли настолько поглотили меня, что стук открывшейся двери остался без внимания. Мужчина окинул меня внимательным взглядом и, конечно же, сделал правильные выводы. Вот же понятливый на мою голову! Пускай только попробует сказать, что потом подарит мне другую... – Дай сюда, – и не дожидаясь разрешения, бесцеремонно отнял у меня цветок. Я затаила дыхание и приготовилась с помощью когтей отвоевывать свой подарок. Мое! Хрясь. Длинный стебель полетел к моим ногам. Но не успела я открыть рот, чтобы сказать, что думаю по поводу такого вредительства, как ангел притянул меня к себе. Роза, придерживаемая заколкой, оказалась у меня в волосах. – Потом засушишь на память, – бесстрастно бросил Габриэль, подхватил меня под локоток и вывел в коридор. Провожать нас вышли только Диан и Фларий. Сегодня вообще в замке было тихо и пустынно. Все были заняты подготовкой к погребению великого магистра. Интересно, какова официальная причина его преждевременной кончины? Глаза принца влажно блестели. Мальчишка порывисто обнял меня, мужественно вытерпел рукопожатие темнокрылого и поспешил отвернуться. Присущая всем ангелам чрезмерная гордость не позволяла ему демонстрировать столь бурные эмоции. – Счастливого пути, – радушно улыбнулся наместник. И вдруг протянул мне небольшой мешочек, набитый чем-то мягким. – Вот, возьмите, леди. Внутри травы. Приготовите отвар, и через пару дней боль пройдет, и голос полностью восстановится. Думаю, это меньшее, что я должен для вас сделать, после всего... Я благодарно кивнула, мило улыбнулась и незаметно потянула носом. Мало ли, чего он туда напихал? С этими магами надо держать ухо востро. Но нет, и в самом деле всего лишь травки. – Надеюсь, когда через семь лет я вернусь за принцем, вы будете полноправным директором Академии. Габриэль помог мне забраться в седло, после чего и сам запрыгнул на своего дрэйя. – А я надеюсь, что ваше пожелание не сбудется, – маг печально улыбнулся. – Верите, я не из тех, кто рвется к власти... – Поверить не могу, что все настолько серьезно, – прошептала Аля, устремив абсолютно пустой взгляд на освободившуюся клетку. Господин директор оказался первой фигурой, выбывшей из игры.

Глава 10. Сбросить маски

Гэльсиан снисходительно усмехнулся и, не тратя времени на обдумывание очередного маневра, повел над столом тонкой ладонью. Фигуры пришли в движение. Затемненного игрока окружили девушки в довольно откровенных нарядах. Не успела Прохиндейка обвинить брата в распущенности, как в руках каждой красотки появилось по мечу. – О! – только и смогла выдохнуть богиня, понимая, что противник задумал нечто грандиозное. Всегда ведь знала, ей с Сианом в коварстве не тягаться. Вся колоритная компания устремилась на противоположную сторону и замерла всего в паре клеток от ангела и шаты. И тут дымка, скрывающая врага Бэллес, развеялась. – Он?! – изумление, охватившее Альбрехтину в первое мгновение, быстро сменилось гневной вспышкой. – Да как ты мог?! Это же просто подло! – Даже не думай, что ты сможешь спуститься вниз и предупредить ее. Ласковое солнышко, многоголосые звуки летнего леса и ритмичный стук копыт подействовали на меня успокаивающе. Спать расхотелось, и к полудню я уже не чувствовала себя такой разбитой. Правда, горло все еще болело. Но не останавливаться же только для того, чтобы приготовить отвар! Вот доберемся до жилья, тогда и лечением заняться можно будет. А сейчас есть более важные дела. – Уверен, что можешь это контролировать? Габриэль, успевший с головой уйти в какие-то свои мысли, встрепенулся и скосил на меня удивленный взгляд. – Котик, – протяжно отозвался мужчина, – я многие годы удерживаю в себе тьму. Неужели ты считаешь, что я не справлюсь с какой-то магией? Я неопределенно передернула плечами. Откуда мне знать, если и о том, и о другом я имею довольно смутные представления? Подобных знаний во вложенной памяти не было. Но уверенность в голосе крылатого немного успокоила. Надеюсь, он знает, что делает. Мысли плавно соскользнули на Диана. Скучаю я по мелкому паршивцу. Совсем недавно расстались, а уже скучаю. Интересно, где я буду, когда Габриэль заберет принца из Академии? И буду ли вообще? Следующим в памяти всплыл Измир. Вот странность, всю свою короткую жизнь я искренне считала, что с совестью у меня полный порядок. Но тут... Впервые на моих глазах (и по моей вине, если быть совсем точной) погиб человек. А мне его нисколечко не жалко. И виноватой я себя не чувствую. Разве что, невольно отметила, что Габриэлю не впервой убивать. И все. Никаких эмоций. А ведь сотвори меня Прохиндейка кем-нибудь другим, ничего этого бы не произошло... – Что с тобой? Вынырнув из своих раздумий, я наткнулась на пристальный багряный взгляд. Разумеется, темный не мог не заметить подавленного состояния спутницы. – Ничего... – я постаралась, чтобы голос звучал как можно равнодушнее. Но не особенно преуспела. – Врешь. Фр-р-р! И чем я только думала, когда соглашалась продолжить путь в его компании? Ведь ничего не скроешь! Чувство такое, будто багряные глаза видят насквозь. Никакого личного пространства! И хорошо. – Жаль, что Альбрехтина создала меня именно шатой. Никому другому Измир бы такого не предложил. Люди смотрят на меня, как на диковинную зверюшку. Хитрую, идеально красивую и манящую, но совершенно бездушную. И никто даже не задумывается, что у меня тоже есть чувства! Что шата может тяготиться своей броской внешностью. Что, помимо денег и мужчин меня может интересовать что-то другое. Что я тоже способна быть верной и преданной и жду того же взамен. Что мне может быть обидно и больно, в конце концов! Слова закончились внезапно. Глаза обожгли слезы, и я часто заморгала, силясь сдержать их. Только окончательно расклеиться сейчас не хватало! Мы больше никуда не ехали. Ангел спешился и помог выбраться из седла мне. Сопротивляться не было сил, и я безвольно повисла на его плече. Всхлипнула. Потом еще раз. – Я знаю, – сильные руки успокаивающе заскользили по моей спине. В этот раз движения рэй’тхи не были такими неловкими. Чувствую, еще немного, и успокаивать рыдающую шату станет для него привычным делом. – И мне безразлично, кто ты. Теперь уже безразлично. Не твоя вина, что большинство живых существ слишком узколобы, чтобы увидеть в тебе равную. Не думай о них. Тот, у кого есть элементарные понятия о чести, ни за что не станет домогаться тебя, прельстившись одной только красотой. А на остальных есть я. Уткнувшись лицом в его плечо, я понемногу успокоилась. Слезы высохли, давящая тяжесть в груди растворилась. Почти без следа. Габриэль прав. Я не обязана оглядываться на чужое мнение. Тем более, теперь, когда он рядом, я могу это себе позволить. Так простояли мы долго, не обращая никакого внимания на проезжающих по Пути. Нас, конечно же, замечали и награждали довольно разнообразными взглядами. Чего в них только не было! Любопытство, интерес, досада, с трудом сдерживаемое раздражение. Иногда даже зависть. Но никто не смел и рта открыть. Видимо, рэй’тхи и без крыльев выглядел более чем внушительно. Как только я успокоилась, мы снова двинулись в путь. Солнце уже было высоко и палило нещадно, поэтому, дабы избежать ожогов, пришлось набросить легкую накидку. Я нетерпеливо ерзала в седле и то и дело подгоняла Снежку. Скорей бы уже до села добраться! Надеюсь, после учиненного погрома, Марфа и Нитар все же пустят нас к себе? Ох, лучше б пустили. Я устала, не выспалась, да и полупустой желудок уже начал напоминать о приближающемся времени обеда. И тело так и зудит, требуя обернуться. В общем, несколько дней отдыха сейчас пришлись бы очень кстати. Из сладостных мечтаний меня вывело неприятное чувство. Будто что-то не так. Стало как-то неуютно. Я даже плечами повела, словно стремилась освободиться от навалившегося ощущения близкой опасности. Ничего. На самом деле верхом на дрэйе я никогда не чувствовала себя в полной безопасности. Даже когда приходилось ехать с Габриэлем, было не так тревожно. Его черный зверь воспринимал меня как довесок к хозяину и предпочитал игнорировать. Потому что уважения моя хвостатая особа на тот момент еще не заслужила, а гнева не накликала. С моей лошадкой было все по-другому. С первого дня Снежка всячески старалась показать, как я ей неприятна. Еще бы, шата! И терпит ее лошадиное высочество меня исключительно потому, что опасается разозлить черного ангела. А угощения в виде кусочка сахара или еще какой вкусности принимает только чтобы добро не пропадало. Все равно уже принесла! Какие ангелы, такие у них и лошади. Сделав для себя сей мудрый вывод, я оставила бессмысленные попытки подружиться со своим транспортным средством. Не хочет – ну и не надо, плакать не стану! Будем поддерживать нейтралитет. Вот только сейчас дело было совсем не в лошадях. Я кожей чувствовала на себе множество чужих взглядов. А оглядевшись, не обнаружила даже проезжающего мимо путника. Ни одного. Это уже странно, Великий Путь – дорога очень оживленная. Особенно вблизи Академии... – Замри, – напряженно бросил крылатый и первым натянул поводья. Последовать его примеру я не успела, Снежка сама встала как вкопанная и завертела головой по сторонам. Хвостом клянусь, она тоже что-то чувствует! – Что происходит? – шепотом вопросила я. Появившиеся за спиной Габриэля огромные черные крылья только усилили поднимающийся в душе страх. Несмотря на жаркое солнце, я вдруг поняла, что дрожу. Темный обвел дорогу напряженным взглядом. У меня в который раз промелькнула догадка, что он может видеть незримое. Уж слишком глубокой иногда становилась тьма в багряных глазах. – На нас напали, – совершенно спокойно констатировал чернокрылый, сжимая в руках ханатту. – Держись поближе ко мне и не делай глупостей. Какие ценные указания! Пожалуй, стоит последовать его совету. Я на всякий случай ощетинилась ножиками и помянула про себя покровительницу, дабы Аля не вздумала обо мне забыть. Вдруг все-таки придется сделать глупость? Сообразив, что его обнаружили, враг решил больше не таиться и явил нам свое лицо. Вернее, лица. Одна за другой, словно из ниоткуда, появлялись женщины. Их было много, больше десятка. Все высокие, очень смуглые, с длинными светлыми волосами и выдающимися формами. Смазливые, конечно, но я же шата! Отличались красотки лишь незначительными деталями: цветом глаз, формой носа, расцветкой своих откровенных платьев. Оружие, нацеленное на нас, тоже было разнообразно. От мечей и луков до ханаттоподобной штуки, какими пользовались демоны. – Демоницы! – ахнула я, скорее потрясенно, чем испуганно. Неужели пришли мстить за побитую ребятню?! Тонкие длинные хвосты с забавными кисточками на концах утвердительно качнулись. А я с трудом поборола рефлекс. Уже и когти выпустила. Спокойно, спокойно... Только погнаться за чужим хвостом мне сейчас и не хватало! – Уступишь нам шату, и можешь убираться к... ангелам, – с небольшой запинкой произнесла самая высокая красотка, выступая вперед. Я совершенно неуместно хихикнула. Это ж надо! Оказывается, обитатели Царства упоминают крылатых в качестве ругательства. Все у них не как у людей. – С некоторых пор я предпочитаю избегать их общества, – в тягучем голосе слышалась насмешка. – А эта очаровательная зверюшка мне и самому нужна. Девица злобно скрипнула зубами. – Нас больше... – И что? Не думаешь же ты, что я подниму оружие против женщин? Темный привычно растягивал слова и выглядел так, словно зашел в лавку и встретил там давнюю, пускай и не очень хорошую, знакомую. Даже глаза больше не просвечивали насквозь воинственных дамочек. Его взгляд скользил. По обнаженным плечам (конечно, с такой смуглой кожей никакое солнце не страшно!), гибкой фигуре, затянутой в длинное синее платье, стройной ножке, виднеющейся в разрезе... Наверняка демоница уверена, что смогла его как минимум заинтересовать. И только я улавливала напряжение, буквально излучаемое рэй’тхи. Браслет, намертво въевшийся в кожу, странным образом соединил нас. И с этим уже вряд ли что поделаешь. – Как знаешь, – предвкушающе улыбнулась девушка. Видимо, уже определила для себя, что эта добыча будет легкой. Ну-ну. Это она просто вьющуюся у лошадиных копыт тьму не заметила. Все же Габриэль действует на женщин, пускай даже они вылезли из-под земли, очень отвлекающе. И в данной ситуации это огромный плюс. Всего несколько мгновений спустя вся видимая часть дороги погрузилась в густой мрак. Со стороны хвостатых послышалась сдержанная ругань. Я невольно сравнила словарный запас жительниц Подземного царства с витиеватыми оборотами Габриэля и поразилась его скудости. Какие скромные нынче демоны пошли! – Не бойся, – это уже относилось ко мне. – Я закрою тебя и займу этих на время. Постарайся убраться отсюда как можно дальше. Тьма скрадывала звуки. По крайней мере, те, что не предназначались для сторонних ушей. Дожидаться моего согласия ангел не стал. Вместо этого тронул поводья, опасно приближаясь к врагу. Для врага опасно. Об этом четко свидетельствовала окутывающая его черноватая дымка. Демоницы взволнованно зашептались. Небось думают, раз они нас слышать не могут, то и Габриэль тоже. Наивные! Надо признать, он куда сильнее, чем даже я могла предположить. Вокруг было так темно, будто сейчас и не день вовсе. И холодно. Что ж, не один Сиан способен скрыть ценную фигуру. Повезло мне с союзником, ничего не скажешь. Я внимательно огляделась, убеждаясь, что хвостатые порождения Темнейшей меня не видят. Вообще-то, это как-то странно... Ведь в Подземном Царстве темно, так? Следовательно, ночное зрение у его жителей должно быть развито. Да и одинаковые они какие-то, словно не слишком удачные копии... Сознание озарила догадка. Я резко потянула носом и чуть не закашлялась. Ох ты ж! – Мы не удираем, – пригнувшись, предупредила Снежку и презрительно фыркнула. Это ж надо, уже с лошадью разговариваю! Норовистая лошадка согласно всхрапнула. Так, теперь предупредить Габриэля. Вот он обрадуется! Я бесшумно соскользнула на землю и стала осторожно пробираться к крылатому. Что было непросто, учитывая стремительность его движений. Взгляд не всегда поспевал за смазанной фигурой рэй’тхи. Вот бы Диана сюда! Он бы быстро сориентировался. Оружие Габриэль не только поднял, но и использовал по назначению. Причем, не ханатту, а меч. Насколько я успела узнать ангельские традиции, это было выражением крайнего пренебрежения к врагу. Да и дрался он меньше, чем в четверть силы. Так, внимание отвлекал. По пути я все-таки не удержалась. Наверное, чужие хвосты – моя слабость. Две воинственные красотки тонко взвизгнули и одновременно рухнули, основательно приложившись о фиолетовые камни Пути. И только тогда обнаружили, что их длинные хвосты завязаны крепким узлом. И где только Аля этому научилась? Полностью довольная собой, я коротко муркнула и метнулась в сторону. Привлеченные криками, к нам неслись другие демоницы. Было даже забавно наблюдать, как они выставляют перед собой руки, дабы не налететь друг на друга. Но мне сейчас не до того. Ощутив мое приближение, Габриэль безжалостно отшвырнул от себя дамочку, вооруженную парой внушительных ножей, и заставил тьму сгуститься еще больше. Фи! Гадость какая. Словно с головой в ледяную воду нырнула. Дышать стало почти больно. – Это не демоны, – прошептала я, опасаясь, как бы нас не услышали. В такой темноте даже кошка ориентировалась с трудом. Один крылатый чувствовал себя вполне уверенно. – У них запах другой. И... – Знаю, – несмотря на раздражение (как же, его ослушались!), в голосе темного на короткий миг проскользнула гордость. За свою аарриту. За меня. – Какого упыря ты еще здесь??! Я смущенно потупилась. Не признаваться же, что беспокойство за его несносную особу помещало мне сделать ноги! – Поздравляю, девочки, – голос раздался совсем рядом и холодностью своей пробирал до самого нутра. Или это одна я такая впечатлительная? – Ваш маленький спектакль только что провалился с треском. Да уберите уже эти дурацкие хвосты, смотреть противно! Тьма мгновенно опала. Вот только дышать легче от этого не стало. Он? Но как?! – Ты?! – глаза Габриэля полыхнули черным огнем. Кажется, желая, чтобы здесь появился Диан, я имела в виду что-то другое. – Это же шутка, правда? – голос прозвучал как-то бесцветно. И ведь знала же, Гэльсиан тот еще плут! И отлично понимала, доверять нельзя никому. А все равно подпустила к себе слишком близко. Привязалась. Поверила в его дружбу. Молодец, Бэлка. Кажется, сейчас одной шатой станет меньше. И нечего пенять на коварство богов! Сама виновата, вот и получай теперь. Двухцветный завис шагах в десяти. Даже вся опасность ситуации не помешала мне внимательно оглядеть его. Все-таки любопытство – страшная сила. Крылья у принца оказались тоже разных цветов. Одно черное, другое белое. Еще не такие большие, как у Габриэля, ну так и сам мальчишка куда легче. И слабее. Может, шанс все еще есть? – Да-а, – протянул наследник, старательно подражая интонациям темного. Тонкий кошачий слух тут же уловил фальшь. – Близнецы, наверное, сейчас развлекаются, наблюдая, как мы убиваем друг друга. Развлекаются?! Ну нет! Разве что, Сиан. Аля-то уж точно не такая! – Так давай не будем этого делать, – тихо предложила я и для храбрости взяла темнокрылого за руку. Габриэль вздрогнул и сжал мои пальцы чуть крепче. Здесь еще вопрос, кто кого подбадривает. Не нравится мне его вид. Уж слишком растерянный, даже несмотря на бушующую в глазах тьму. Неужели я чего-то не знаю? Стоп. Бояться буду потом. Переживать предательство друга – тоже. Успею еще пострадать в свое удовольствие. А сейчас надо позаботиться, чтобы это “потом” у меня было. – У нас нет выбора. Победить в игре может только один. Выжить – тоже. Прости, Бэл, ты мне действительно нравилась. И мне правда жаль... Сейчас Двухцветный был принцем, наследником Светлого престола. От непосредственного мальчишки, горделиво заявляющего, что он уже взрослый, остались только глаза. Карие, теплые. Влажные. – Даже не думай, – свистяще выдохнул рэй’тхи. – Ты к ней и на размах крыла не приблизишься. В голосе низверженного сквозила мрачная решимость. В багряном взгляде читалась обреченность. Я давно заметила, что болтать попусту чернокрылый не любит. Слова тут же были подтверждены делом. Тьма, до сих пор вьющаяся у его ног, резко метнулась в стороны. Только опора в виде черного ангела позволила мне устоять. Девушки дружно рухнули наземь, закутанные в подрагивающие темные коконы. Бр-р! То еще зрелище! Только сейчас до моего шокированного сознания дошло, что кожа красоток заметно посветлела, фальшивые хвосты исчезли, зато появились крылья. Белоснежные и легкие. Ангелицы! Принц проследил заинтересованным взглядом за манипуляциями темного и насмешливо фыркнул. И что это он такой спокойный? Знает ведь, что Габриэль гораздо сильнее. Или нет? – Иначе что? – наследник вызывающе подался вперед. – Пальчиком мне погрозишь? Не забывай, ты связан клятвой и не можешь причинить мне зла. Точно. До тех пор, пока Диан с дипломом в руках не вернется в Град. Еще семь лет, как минимум. От бессильной ярости Габриэль зарычал. – Я собираюсь защищаться. Полутемный удивленно уставился на меня. А он что думал, я сама на ханатту напрыгну?! Ага, мечтать не вредно. Хотя, конечно, с ангелом, даже таким юным, мне не тягаться. – Да сколько угодно, – воодушевилось его двухцветное высочество. – Заодно и потренируюсь. Ты только со своими ножичками поосторожней. Поскольку ты его ааррита, клятва распространяется и на тебя. А мне об этом сообщить кто-нибудь вообще собирался? Что-то сомнительно. – А вот я свободен от каких-либо обязательств, – послышалось радостное. Все трое, мы синхронно повернулись на голос. – Разрешите присоединиться к веселью? И да, я тоже рад тебя видеть, Габриэль. – Не честно!!! – завопил Везунчик. – Я уже почти выиграл! Альбрехтина украдкой выдохнула. Вроде бы, пронесло! На этот раз. – Почти – не считается, – радостно объявил безликий голос. А то он сам не знает! – Кто бы ты ни был, это не дает тебе право вводить в игру фигуры, когда вздумается! – продолжал отстаивать несостоявшуюся победу Сиан. Сдаваться он не привык. – Это – действительно не дает. А вот то, что вы, двое малолетних оболтусов, не удосужились оговорить правила – очень даже.

Глава 11. Почти друзья

Брат с сестрой переглянулись и дружно кивнули, признавая свое упущение. Двухцветный ангел вместе со свитой отодвинулся на безопасное расстояние. Альбрехтина шагнула к доске и щелкнула пальцами. Эльф. – И это все? – скучающе осведомился Гэльсиан. Пожалуй, если бы не невидимый игрок, бессмысленное выстраивание фигурок на столе давно бы наскучило Везунчику. А так есть еще призрачная надежда, что время потрачено не зря. Я лежала на траве и лениво разглядывала небо, виднеющееся сквозь низко нависшие ветки. Деревья хоть и создавали тень, лучи палящего солнца все равно ухитрялись проникнуть в мое укрытие. Лицо и шея потихоньку начинали зудеть, но вставать и идти в шатер было лень. Вот никогда бы не подумала, что в разбойничьем лагере может быть так спокойно! Я бы даже сказала, уютно. Признаться, когда вслед за черноглазым брюнетом на дорогу вывалила пестро разряженная компания, я немного опешила. Да что я, Диан так вообще чуть на камни не плюхнулся от изумления. Часть Пути, где на нас напали ангелицы, была зачарована от случайных путников. Это чтобы никто понапрасну не пострадал. А тут – бац! – и целая банда из лесу вываливается! К подобному принц готов не был. Не успели мы до чего-нибудь договориться, как мимо, туда-обратно, стали проноситься всадники, кареты и повозки. И все косились, некоторые даже вмешаться пытались. Тут Фил (тот самый неожиданный спаситель, так вовремя вызвавшийся надавать по шее малолетнему предателю) гордо заявил, что одним своим присутствием нейтрализует любую активную магию. И принцу не осталось ничего другого, как сложить крылья и безропотно проследовать к месту разбора полетов. Крылатых девушек пришлось взять с собой. Не потому, что Диану было уж очень жалко со свитой расстаться. Если я что-нибудь в этой жизни понимаю, то все мысли Двухцветного с некоторых пор занимает одна... хм, бескрылая. Просто валяющиеся вдоль дороги ангелицы выглядят как минимум подозрительно. Разговор получился долгий. Первое время Диан старательно корчил из себя неприступного наследника, обремененного неподъемным грузом долга. Потом под напором ярости Габриэля, меча Фила и моего обиженного взгляда чуть оттаял и стал жаловаться на жизнь. Как оказалось, в белоснежном Граде к его пополамчатости отнеслись настороженно. А он будущий правитель, ему авторитет нужен! Вот Везунчик и предложил сделку: ангеленыш становится его фигурой, а взамен получает абсолютную удачу. Во всем. И ладно бы Сиан с этим к самому принцу пришел! Возможно, Диан нашел бы способ отказаться. Так нет, у хитрого бога хватило ума обратиться напрямую к Владыке... – Папа меня убьет, – трагическим шепотом возвестило его двухцветное Высочество и окончательно повесило нос. – Ой, нет, сначала меня убьете вы... Я оглядела сгорбившуюся на траве фигурку с забавно прижатыми к спине черно-белыми крыльями и тихо вздохнула. Ну вот что с ним делать, а? Ведь еще тогда, у оврага, решила, что гибель одного из нас – не выход. Но где гарантия, что Диан не продолжит попытки победить наиболее легким путем? – Не убьем. Я по таким правилам не играю. Принц вскинул на меня мокрые глаза. – Уверена? – на всякий случай уточнил Фил. – Если вдруг передумаешь, у меня есть множество не связанных лишними обязательствами рук. – Не передумает, – ответил за меня Габриэль. – Кстати, об обязательствах... Диан, с тебя Клятва света. От того, чтобы немедленно броситься на шею темному, меня удержало только бесчисленное количество устремленных на нас взглядов. Но шатья благодарность ему обеспечена. Выход был найден. И, кажется, не я одна искренне этому радовалась. Диан подскочил, как ужаленный, и с облегчением выдохнул нужные слова. Какой же он еще ребенок! Но расслабляться все равно не стоит. Гэльсиан уже не раз доказал, что умеет преподносить сюрпризы. По большей части, болезненные. Но это все потом... Раздумья сошли на нет. Стоило мне почувствовать себя в относительной безопасности, как уставшее тело блаженно расслабилось, веки опустились, и сознание погрузилось в легкую дрему. С наступлением темноты разожгли костры. Витающие в воздухе ароматы жареного мяса и еще чего-то съестного тут же заставили меня проснуться и вспомнить, что я хочу есть. Очень хочу. Завтрак, состоявший из горячего молока, был давно, а уже, вроде как, ночь надвигается. К тому же, выпала роса и лежать стало мокро и зябко. Подстегиваемая голодом и холодом, я направилась добывать себе пропитание. Чай не звери эти разбойники, выделят голодающей шате миску каши и кусочек поджаристого мяса. Не то выберу самого упитанного и загрызу!!! Хищник я, или как? Как назло, ни одного знакомого лица поблизости не наблюдалось. Одни разбойничьи рожи. Весьма колоритные, надо признать. А этот Фил – большой оригинал... Собрал вокруг себя представителей всех рас. И выглядели они странно. Хотя, откуда мне знать, как должны выглядеть криминальные элементы? Может, у них мода такая, наряжать здоровенных мужиков в диких расцветок рубахи и шаровары в цветочек, а я тут удивляюсь? Подхихикивая над своими мыслями, я побродила среди костров, поймала множество заинтересованных взглядов, несколько неприличных, выслушала пару пошловатых шуток, после чего окончательно загрустила. И куда все подевались? Где Габриэль? Не мог же он смыться и оставить меня здесь... Или мог? Ой, что-то мне как-то не по себе... – Проголодалась? – участливо поинтересовался плечистый гном, не переставая помешивать что-то булькающее в большом котле. Пахло кашей. – Подь сюда! Я, напротив, шарахнулась в сторону. И тут же налетела на что-то твердое. – Ой, – острый каблук впечатался в чью-то ногу. Пострадавший обиженно засопел и голосом Диана проворчал: – Это твоя страшная месть, да? Вот же... Не могла я на кого-нибудь другого наступить! – Ты еще здесь?! Видя, что драпать я передумала, принц убрал руку с моей талии (догадался, что если не уберет, будет лечить еще и ее) и даже отступил немного в сторону. – И не я один, – Двухцветный многозначительно покосился на что-то за моим плечом. Проследив за его взглядом, я окончательно перестала что-либо понимать. Ангелицы (как, впрочем, и сам принц) спрятали крылья и расселись вокруг одного из самых больших костров. Пока я отсыпалась, внешность красоток претерпела кардинальные изменения. То есть, сбросили личины они давно, но разглядеть их я смогла только сейчас. Там, на дороге, не до того было. Девушки стали чуть тоньше и менее фигуристыми. Я с интересом принялась вглядываться в каждую по отдельности. Все светловолосые, светлокожие, довольно высокие. И глаза у каждой голубые, только оттенками и отличаются. М-да, разнообразия маловато... Наряды теперь тоже были куда скромнее. Неудобные и чересчур откровенные платья сменились элегантными рубашками, расшитыми серебром, узкими штанами и высокими сапогами на устойчивом каблуке. Но самое невероятное, на мой удивленный взгляд, заключалось в том, что рядом с высокомерными красотками спокойно восседали ребятки Фила. Они даже время от времени переговаривались! Нет, крылатые, конечно, кривились, и вообще всем своим видом показывали, что оказывают парням огромную честь одним своим присутствием. Но от меня не укрылось, что оказаться в центре внимания жительницам Града было приятно. Что ж, я их понимаю. Некоторые разбойники вполне ничего. – Охраняют, – шепнул Диан и хитро подмигнул мне. – Чтоб на твой драгоценный хвост не посягали. Мр? Ладно, сделаем вид, что так оно и есть. А то совсем одичают бандюги без общения с прекрасным полом. – А Габриэль где? – не успела я проникнуться к рэй’тхи теплыми чувствами, как он бессовестно сбежал. Мужчины! – И Фил, кстати, тоже? На губах Полутемного возникла пакостная улыбка. – В мейсе заперлись, – мальчишка кивнул на самый большой шатер. А я и не думала, что здесь могут быть такие удобства! – Сказали, что будут бить друг другу морды, и просили не мешать. С ответом я не нашлась. Подумаешь, потренироваться решили... Подумаешь, в доме! Не у одной меня от последних событий крыша съехала. Остаток вечера прошел продуктивно. В ожидании ужина я заварила травы, которые дал Фларий. Давно пора было заняться лечением. В мешочке не нашлось ничего необычного. Ромашка, мята и еще штук пять общедоступных растений. Разве что от сбора слегка фонило магией. Я не удержалась и чихнула. Диан все время околачивался где-то поблизости. С отношением к Полутемному я пока не определилась, но его присутствие действовало успокаивающе. Мало ли, что в разбойничьи головы взбредет? А тут хоть одно знакомое лицо. И ведь совсем не уверена, что в случае чего принц бросится мне на помощь, а все равно с ним я чувствую себя увереннее. Вот только неприятный осадок, оставшийся после предательства друга, не скоро развеется. Габриэль и Фил появились как раз к ужину. Я чуть кашей не подавилась! Положим, симпатичная ссадина на лбу шалопаистого разбойника меня совсем не удивила. С Габриэлем ведь связался! А темный даже с вверенным его заботам наследником на тренировках не слишком церемонился. Но вот то, что и сам рэй’тхи щеголял разбитой губой... Филиппа я сразу зауважала. – Что у вас там случилось? – шепотом поинтересовалась я, после того, как откашлялась. На банальное “размялись” это не слишком походило. От ханатты или меча следы остались бы совсем другие. -Поговорили. Крылатый придвинулся ко мне и жадно вгрызся в кусок мяса. Впрочем, тут же непроизвольно поморщился. М-да...Содержательная беседа вышла, нечего сказать. – Я так и подумала, – рука сама собой потянулась к его лицу и осторожно коснулась уголка губ, стирая алую каплю. Аля, что я творю?! На миг мне даже показалось, что мужчина подался на ласку, замер... Но нет. Вздрогнул. Отшатнулся. – Измир был его отцом. Теперь в сторону шарахнулась я. Вот же... Невольно пожалеешь, что такая правильная Аля не посчитала нужным вложить в голову своего создания хотя бы пару слов для подобных ситуаций. Очень бы пригодились. Ну почему из всего многообразия бандюг нам “повезло” нарваться именно на этих?! Так, надо срочно убираться отсюда, пока... – Да не волнуйся ты так, – чернокрылый успокаивающе обнял меня за плечи. – Они не были близки. Габриэль шутил, но ни на лице, ни в глазах не было улыбки. Я подавила тягостный вздох и привалилась к плечу ангела. Когда только все успело так запутаться? Ужин был давно съеден, но погружаться в сон лагерь не торопился. Напротив, ночью жизнь здесь только начиналась. Котлы и миски были вымыты и убраны с глаз долой. Костры запылали еще жарче, разгоняя темноту и прохладу. Работники Большой Дороги предавались немногочисленным доступным им развлечениям. Бросали кости, играли в карты, лениво переговаривались. Особенно смелые пытались охмурять неприступных красоток. Девушки вполне натурально морщились и искренне советовали парням убираться куда подальше. Вот только от меня не укрылось, как раскраснелись их щеки. Да и блеск в глазах не скроешь. Неужели они обделены вниманием в родном Граде? – У нас не принято, чтобы женщина брала в руки оружие, – разъяснил Диан, заметив удивление в моих глазах. – Даже ради развлечения или из интереса. Поэтому к представительницам моей личной гвардии относятся не лучше, чем ко мне самому. – Они знали, на что соглашаются, – цинично заметил низверженный. Яркая искорка отделилась от костра и скрылась в темноте. Я проводила ее взглядом и согласно потянулась. Хорошо... Вот так лежать у огня, облокотившись на сильного мужчину, и не думать ни о чем серьезном. Разве что о прохладных руках, обвивших мою талию. Мр-р... Привыкаю. В чьих-то неумелых пальцах заскрипела струнами гитара. Фи! Мы все трое дружно вздрогнули. Вот когда обостренный слух становится сущим наказанием! – Знали, – с горечью усмехнулся принц. – Что одну из них я выберу себе в жены. На время над нашим костром повисло неприятное молчание. Что тут сказать? Высокое положение налагает определенные обязательства. Диан не может этого не понимать. Но как же это несправедливо, вгонять живое существо в рамки только потому, что ему “повезло” родиться в семье правителя. В душе мощной волной поднимался протест. Хотелось громко спросить, желательно самого Владыку, а как же чувства? Фи! Вот и сказалось тесное общение с Альбрехтиной. Уже всякая романтическая дурь в голову лезет. А мне, между прочим, по расовой принадлежности положено быть корыстной и расчетливой. Мысли плавно соскользнули на Габриэля. А ведь он тоже некоторым образом принадлежит к сильным мира сего. Властелин. Нет уж, с собственным сыном рэй’тхи никогда бы так не поступил! – Бэллес, – а я и не заметила, как Филипп подошел, – может, попросишь своего мужчину спеть? Не то от этих жутких звуков у меня эстетический шок случится. Разбойник одарил меня обаятельной улыбкой и нахально подмигнул. – Сгинь, – беззлобно отмахнулся от назойливого ценителя прекрасного Габриэль, сжимая меня чуть крепче. Интересно, крылатый сам заметил, как проснулся его собственнический инстинкт? Улыбка Фила стала еще ослепительнее. – Габриэль... – со значением протянула я. Любопытство уже точило жадные коготки. Вот никогда бы не подумала, что этим холодным тягучим голосом можно петь. Хочу немедленно убедиться! Но мой порыв самым наглым образом проигнорировали. Крылатый демонстративно зевнул и прижался щекой к моей макушке. Эй, мы так не договаривались! Кажется, придется упрашивать. Предвкушая интересное зрелище, Фил устроился поудобнее и принялся внимательно наблюдать за нами. Я развернулась по полной! Просила, умоляла, мурлыкала, использовала шатье обаяние и даже попыталась подкупить. Ага, давно проверенным способом – предложила поцелуй. Ангел воодушевился и затребовал плату вперед, а когда я отказалась... – Перед этими?! – темный выразительно кивнул на белоснежных красоток. – Ни за что!!! Пришлось целовать. Уже не потому, что очень хотелось услышать, как он поет. Нашлась более веская причина. Просто терпеть ненавижу, когда задирают носы. К тому же, мне и самой было... хм, любопытно. Я же шата! А потому, отбросим лишнюю скромность. Хотя бы на время. Я набралась смелости, резко повернулась и прижалась к прохладным губам мужчины. Не ожидавший нападения крылатый вздрогнул и попытался спастись бегством, то есть отстраниться. Но я не дала, запутавшись когтистыми пальцами в его длинных волосах. А в следующее мгновение уже он целовал меня. Мр-р-р! А это не так уж неприятно... Аля, кого я обманываю?! Это очень, очень приятно! И плевать, что весь лагерь замер и впился в нас несколькими десятками взглядов. Чуть шершавые губы уверенно прижались к моим губам. Кажется, в какой-то момент я ощутила привкус крови. Холодные руки, скользящие по моей спине, жгли не хуже раскаленных углей. Из груди вырывалось бархатное мурлыканье. – Видишь, я не просила никого удалиться? – срывающимся голосом заметила я, отчаянно пытаясь восстановить дыхание. – Теперь твоя очередь. Габриэль ошарашенно моргнул и, не говоря ни слова, отправился за гитарой. Рядом всхлипывал от смеха Фил. Кажется, только что наша симпатия стала взаимной. – Спасибо, – шепнула я, чтобы хоть немного отвлечься от пронзающих взглядов. – Как-никак, я обязана тебе жизнью. – Не мне, – так же шепотом отозвался благородный спаситель. – Вернее, не только мне. Фларий прочел письмо от Владыки и, когда принц улетел, явился ко мне. Только я тебе ничего не говорил! Письмо? То самое, которое Измиру передал Габриэль? Вот же проклятое благородство, будь оно неладно! Что ж, надо запомнить на будущее: иногда читать чужие письма может быть очень полезно. Не зря же мою покровительницу Прохиндейкой прозвали! Мелодия, заполнившая круглую поляну, вышибла из моей головы все связные мысли до единой. Я и предположить не могла, что старенький инструмент способен издавать подобные звуки. Тягучие, острые. Словно ханаттой по сердцу. А когда к ним добавился еще и голос... Это было невыносимо. Прекрасно. И больно. Я не могла понять слов, но прекрасно воспринимала смысл. Он пел о вечном. О том, что существовало у всех рас, будь то ангелы или люди. О любви, о боли, о вечности... Как-то незаметно для себя я уткнулась мокрым носом в согнутые колени и закрыла глаза, наслаждаясь необыкновенными ощущениями, которые будила во мне эта протяжная мелодия. Внутри дрожала натянутая струна. И в один миг она лопнула. С разочарованным вздохом я вынырнула из волшебного мира музыки. Не потому, что Габриэль замолчал. Просто нашелся кто-то, осмелившийся разрушить чудо. – Фил! – бесцеремонно воскликнул этот нахал. – Я уже битый час тут стою! Представь меня наконец своей очаровательной знакомой. За подобное надо убивать! Желательно, с особой жестокостью. Я скользнула полным досады взглядом по наглому возмутителю спокойствия. Хм, как интересно... Говоривший оказался эльфом. Высокий, плечистый, загорелый, без лишней смазливости. Он мало соответствовал образу дивных, заложенному в моей памяти. Но, трудно не признать, был достаточно привлекателен. В мускулистой фигуре ощущалось изящество. Пшеничного цвета волосы были аккуратно подстрижены и едва касались плеч. Уши выделялись, конечно, но не так, чтобы очень. В левом сверкала золотая серьга. Тут я невольно улыбнулась. Оказывается, не одни шаты на безделушки падки. А вот какого цвета у незнакомца глаза, определить так и не удалось. Не карие и не черные, а какие-то светлые... – Ты, как всегда, вовремя, – Фил лениво потянулся. – Бэлла, это неожиданное явление – Кайэль, первый принц Альтэл`лявии и главнокомандующий эльфийской армии. И, кажется, твое убийственное очарование сыграло с ним злую шутку. Кай, эту леди зовут Бэллес и она уже занята. – Правда? – в один голос удивились мы с Каем. – Угу, – подтвердил черноволосый шалопай, весело сверкая глазами. – Рэй’тхи и без того дивных не жалует. Так что лучше не нарывайся. Сколько новой и небезынтересной информации! Ушастый задавать вопросов не стал, а значит, прекрасно понял, о ком идет речь. Следовательно, Габриэль – единственный ныне живущий черный ангел. А еще он что-то имеет против эльфов. Интере-есно... – Что ж, Бэлла, был рад знакомству, – мужчина отвесил мне галантный поклон. – А как тут наш наследник поживает? Не наскучила ему вольная жизнь? Поглощенные обсуждением последних вестей, мужчины быстро забыли обо мне, а потом и вовсе удалились. На поиски эльфийского принца, не иначе. Я глупо хлопала глазами, пытаясь справиться с удивлением. Ох, и ничего ж себе! Вот это окружение! – Что будет дальше? – жалобно спросил Диан, придвигаясь ко мне и тычась носом в плечо. Бедняга, совсем запутался. И рядом нет никого, кто бы мог пожалеть и подбодрить. Нет, встречу Владыку, точно глаза выцарапаю! Я стала механически поглаживать двухцветную голову. Эх, саму бы кто пожалел... – Для начала, отошли своих телохранительниц, пока они всю спесь не растеряли, – мы с принцем дружно вздрогнули. – И возвращайся в Академию. Ты же хотел учиться магии? Вперед, действуй! Думаю, Гэльсиан уже понял, что единственно возможный итог игры – ничья. В этом весь Габриэль. Пожалеть – не пожалеет, но вот дельный совет даст всегда. Принц радостно кивнул, выскользнул из моих объятий и потопал к ангелицам. – Какая она? – тихий вопрос заставил наследника остановиться. Признаться, я не сразу сообразила, кого имеет в виду чернокрылый. А вот Диан сориентировался мгновенно. – Твоим родителям повезло. Лоя – единственная белоснежная из подаренных богами детей. И вообще, нормальная, без неожиданных талантов. Темный коротко кивнул и спешно удалился переваривать информацию. Вот не понимаю я такого поведения. Зачем замыкаться в себе, если можно выговориться, поделиться с другим существом своей болью? Я бы с радостью его выслушала и в меру сил поддержала. Сначала, к великому разочарованию дружков Фила, улетели белокрылые красотки. А после и сам Диан. Я проводила долгим взглядом улетающего ангеленыша и мучительно вздохнула. На душе сделалось совсем тоскливо. В конце концов, мальчишка не виноват, что его втянули в божьи игры. И, кажется, на самом деле проникся ко мне теплыми чувствами. Очень надеюсь, что мы еще увидимся. – Этот крылатый совсем не ценит того, что имеет, – с еле заметной горечью проговорил Кай, выходя из темноты. – Как можно было оставить столь прекрасную девушку скучать в одиночестве? Я неопределенно пожала плечами и пригляделась к незваному собеседнику. Хорош ушастый! И страха, как ни странно, совсем не вызывает. Нутром чувствую, он абсолютно искренен. И это плохо. – Все эти красивые слова на меня не действуют. Я и без тебя знаю, как реагируют мужчины на шату. И если ты думаешь, что... – И в мыслях не было ничего такого, – кажется, эльф немного смутился. – Просто впервые за много лет мне действительно понравилась девушка. Но, вижу, я безнадежно опоздал. Моя улыбка сделалась немного виноватой. Что поделаешь? Если б я могла выбирать, бежала бы от Габриэля и его тьмы со всех лап. Возможно, к Кайэлю. Или еще к кому, спокойному и надежному. Но, кажется, уже действительно поздно. И ведь если бы не этот эльф, я бы еще долго не заметила изменений в своем отношении к темнокрылому. Но этот дивный меня чем-то зацепил. Потек неспешный разговор, и я сама не заметила, как пролетела большая часть ночи. Доверившись (как же мне этого не хватало!), я рассказала принцу про богов, их игры, Габриэля и Диана – обо всех событиях последних недель, щедро сдабривая информацию собственными бурными эмоциями. В ответ Кай рассказал мне о себе. Как полюбил человеческую девушку, отказался ради нее от престола и покинул Светлый лес, про короткое счастье в маленьком Эльзаре, про смерть жены и их не родившегося ребенка. Потом мы вместе крались по спящему лагерю к выделенному гостям шатру. Мейсом оказалось только жилище Фила. Остальные шатры были вполне нормальными, хоть и удобными. Видно, сын прежнего директора Академии настолько любил комфорт, что старался не обделить им никого из обитателей лагеря, даже временных. Тонкий материал защищал от ветра и в то же время позволял свободно дышать. Под ногами были разбросаны мохнатые шкуры и многочисленные подушечки. Четыре свечи в высоких бронзовых подсвечниках рассеивали мрак. В углу стопкой были сложены одеяла. А неплохо здесь разбойники устроились! Габриэль еще не вернулся. Ну и ладно! Дослушав, как растворяются шаги Кая в ночной тишине, я растянулась на мягких шкурах и блаженно замурлыкала. Сбор оказался настоящей панацеей, и боль в горле прошла. И сейчас мне было просто хорош-ш-шо... – Не спишь? – Габриэль бесшумной тенью скользнул в шатер и плотно завесил за собой вход. Я потянулась, мурлыкнула и неспешно повернулась к нему. Кошка внутри требовала кататься по всему этому пушистому великолепию и громко урчать. А лучше, выпустить сдерживаемые инстинкты на свободу и немного побезобразничать. В руке ангел держал небольшой букет ирисов. Э-э-э? Мне не кажется? Я зажмурилась и даже потерла глаза, но цветы никуда не исчезли. Видя, что я в шоке и в ближайшее время отходить от него не собираюсь, Габриэль опустился рядом и вложил букет мне в руку. – Вот. Я хотел... – тут он замялся, не в силах подобрать нужные слова. Они упорно не находились, а смущение все нарастало. Чувствую, темный уже пожалел, что поддался романтическому порыву. А потому привычно решил действовать наглостью. – В общем, целуешься ты, как шата. Таких комплиментов мне еще не делали. Я насмешливо фыркнула и потянулась к мужчине с намерением подтвердить его слова. Но была схвачена за плечи и буквально вдавлена в мягкую шкуру. Ай! Ставшие вдруг просто ледяными, пальцы причиняли нешуточную боль. И взгляд его стал таким... низверженный уже давно так на меня не смотрел. От неожиданности я даже цветы выронила. – Какого упыря на тебе аура другого мужчины? От растерянности я даже зашипеть забыла, не говоря уж о том, чтобы выпустить когти и располосовать этому гаду крылатому физиономию. Тоже мне, собственник! Думает, цветочек подарил, браслетик надел – и все, твоя навеки. Хочешь – гладь, а надоест, так и сапогом пнуть можно? Глаза обожгли злые слезы. Уж лучше бы в самом деле пнул. – Руки убери, – голос казался чужим. – Мы просто разговаривали. А если не веришь, забирай свои цветы и катись на все четыре стороны. Плакать не стану. Тут я, конечно, врала. Я уже плакала. – Прости, – его хватка ослабла. – Мне не всегда легко доверять тебе. Но со временем я научусь, обещаю. Потому что ты моя. Прощать его вот так сразу я не была настроена и уже заготовила длинную обиженную тираду, но не успела произнести и слова. Меня снова безжалостно прижали к покрытой мехом земле. Только на этот раз с совершенно другими намерениями. По губам скользнули шершавые холодные губы. Ледышка! Что бы мне сделать, чтобы согреть тебя? Я жмурилась от удовольствия и томно мурлыкала, показывая, как мне нравятся его поцелуи. Настойчивые и властные, словно Габриэль задался целью вытеснить даже воспоминания о ком-либо другом. И, надо признать, крылатому это отлично удалось. Мне не спалось. Глаза упорно не желали закрываться, мысли нервно прыгали с одного на другое, а пальцы бережно перебирали прохладные бархатистые лепестки. Точь-в-точь, как его пальцы. Мр. Поверить не могу, что история с богами на грани завершения! И я жива, и все мои девять жизней при мне. Фантастическое везение, учитывая, что бог удачи играет на противоположной стороне. А еще скоро начнется совсем другая история. Я повернула руку так, чтобы стал виден блестящий узор на запястье, и прижалась теснее к боку лежащего рядом мужчины. Не хочу об этом думать. Боюсь. Спугнуть счастье. – Кто она? Рэй’тхи вздрогнул, чуть повернулся и полоснул меня мрачным взглядом. Какой чуткий у него сон! Я сама себя с трудом расслышала. А он проснулся и даже начал злиться. – М-м-м? Но отступать я была не намерена. – Женщина, которая предала тебя. По вине которой ты мне не доверяешь. Та, из-за кого ты почернел. Кто она? Честно говоря, я думала, что ангел сейчас извилисто пошлет меня к демонам. А то и еще дальше. Но неожиданно багряный взгляд перестал быть таким холодным. Габриэль снова откинулся на шкуры. – Что ж, ты имеешь право знать, – задумчиво протянул он, взвешивая каждый звук. – Лилита. Темнейшая, королева Подземного Царства. Мы были обручены. Мои глаза расширились от удивления. Нет, он определенно фартовый! После предательства этой мерзавки и изгнания из Града, выжил, пусть и потемнел. Богов обыграл. В аарриты заполучил настоящую шату. С такой везучестью никаких покровителей не надо! – Вот дура, – фыркнула я, прижимаясь к обнаженной груди мужчины и потихоньку мурлыча. Габриэль заинтересованно прищурился, но обосновывать сей сомнительный комплимент я не стала. Хватит уже его хвалить, и так самомнения с избытком. Чувствуя, как потеплевшая ладонь скользит по спине, я медленно проваливалась в сон. Радость от того, что закутанный в свою тьму ангел наконец приоткрылся, уютно свернулась в груди. Может быть, мое положение не так уж зыбко? Ой-ей. Засыпая под утро на груди Габриэля, я никак не ожидала проснуться с кем-то другим. Хорошо, не с Кайэлем, иначе потом бы вовек не отговорилась. – Как спалось? – невинно осведомилась Альбрехтина, восседая в высоком кресле (которого еще вчера здесь в помине не было) и лениво болтая ножкой. Одетая в легкое бледно-розовое платье, с разметавшимися по плечам волосами, она выглядела юной девушкой. Я выдохнула. – Тьфу, напугала! – У тебя еще хватает сил, чтобы пугаться?! – изумилась Прохиндейка. – Кажется, я его переоценила. Фи! Вот как с ними можно нормально общаться?! Одни извращенцы кругом. – Завидуй молча! Кажется, кому-то остро не хватает личной жизни... Как у вас там с холостыми богами? – знаю, что наступаю на больную мозоль. Но что поделаешь. Если не обрубить излишний интерес богини к моим отношениям с крылатым сразу, от нее потом спасу не будет. К тому же, мне действительно небезразлична судьба Прохиндейки. Она ж наивная, как новорожденный олененок! Уж я-то знаю, сама такая, да только мне учителя хорошие попались. А эта... жалко ее, еще обидит кто. – Плохо, – Аля предсказуемо погрустнела. – Всего один приличный, к тому же, Вечный. Правда, тьмы в нем еще больше, чем в твоем ангеле. М-да... А вот интересно, вкусы у нас чисто случайно совпадают, или и это мне от “родительницы” досталось? – Везучесть ты мне тоже по наследству передала, – резюмировала я. Иначе чем объяснишь градом сыплющиеся на меня злоключения? – Как и способность выпутываться из любых неприятностей с минимальными потерями, – от улыбки щеки богини украсились трогательными ямочками. Аля встала, кресло за ее спиной растворилось. – На самом деле я пришла тебя поздравить. Игра окончена. Сиану придется согласиться на ничью. Так я и знала! Наша взяла! – А как же другие боги? – я даже привстала, чтобы лучше видеть лицо создательницы. Альбрехтина лучезарно улыбнулась. В этот момент она искренне гордилась делом рук своих. То есть, мной. – Да как хотят! Не зря же я тебе советовала обзавестись как можно большим числом связей. И вот. Габриэль влюблен, и не говори, что не взаимно! Кай, кажется, тоже. Диан и Филипп считают тебя своим другом. А Фларий симпатизирует настолько, что рискнул расплеваться с Градом, спасая твою шкурку. Добавь в этот список меня, и можешь не сомневаться, в Книге Судеб ты, как минимум, упоминаешься. Незаметно от тебя уже не избавиться. Увенчанные острыми коготками пальцы зарылись глубоко в мех. Мр-р-р... Все-таки она умница. Не бросила на произвол судьбы бракованное создание, чего я боялась поначалу. Сердце кольнуло от нахлынувшей нежности. – Но собственной участи у меня по-прежнему нет? Аля склонилась и осторожно провела самыми кончиками пальцев у меня за ухом. Послушала блаженное мурчание. – Предрешенной – нет. Но это же замечательно! Все в твоих лапах. Когда богиня удалилась, я еще долго лежала и бессмысленно улыбалась раскинувшемуся над головой белоснежному шатру. Неужели все кончено? В столь легкую победу верилось с трудом. Собрались мы ближе к обеду. Как стало понятно из путаных объяснений Габриэля, местом назначения является его долина. Но добираться туда мы будем самым длинным путем, чтобы он успел показать новорожденной шате несколько достойных внимания мест. Кто знает, когда еще Властелину удастся надолго выбраться из заключения в долине? – Может, все-таки полетим? – без особой надежды спросил чернокрылый, наблюдая, как я устраиваюсь в седле. Вежливо подсадивший меня Фил (вот же ловелас, нашел способ безнаказанно распустить руки!) был безжалостно испепелен взглядом. Я тихо фыркнула. Надеюсь, к ошейнику не прилагается поводок? – Лучше сразу придуши! – с чувством предложила я. Ишь какой, только девушка расслабилась – и на тебе! Полетим! Разбойники дружно загоготали. – Полагаю, никто не станет возражать, если я немного провожу вас? – рядом с двумя уже оседланными лошадьми встала третья. Точнее, третий. Конь у эльфа был такой же белоснежный, как моя дрэйя. И столь же изящный. И нравился жуткому зверюге рэй’тхи ничуть не больше, чем Габриэлю наездник. Поразмыслив немного, я пришла к выводу, что хвост дороже женского тщеславия, и заставила Снежку слегка отодвинуться в сторону. На случай, если их неприязнь обретет более осязаемую форму. С того момента, когда я отказалась оставить темного в одиночку разбираться с эскортом Диана, дрэйя прониклась ко мне чем-то вроде уважения. Во всяком случае, начала подчиняться. А это уже немало. – Ты?! – появление дивного застало ангела врасплох. И как это они умудрились за сутки ни разу не столкнуться? – Какого упыря эльфячий военачальник делает среди разбойников? Решил податься на вольные хлеба? Фил проказливо улыбнулся. Кажется, в пути меня ожидает развлекательная программа. – Навещал принца. После вашего отъезда мне удалось убедить брата в том, что мальчишке нужно хоть немного глотнуть свободы, прежде чем погрязнуть в дворцовых интригах. Зарри согласился. И вот, Вехитэль здесь. Обалдеть! Так эти двое знакомы?! А у Фила под прикрытием разбойничьего лагеря действует постоялый двор для возжелавших свободы наследников разномастных престолов? Наверное, я все-таки сошла с ума... – Проведал принца? – свирепо сверкнул глазами-вишнями темнокрылый. – А теперь возвращайся в свой эльфятник и не высовывайся больше у меня на пути. В светлом взгляде эльфа сверкнула сталь. – И оставить эту прекрасную леди с таким монстром, как ты? Ну уж нет! Темный подался вперед. На смуглом лице читались самые зверские намерения. Но тут не выдержала я. – Эй, у прекрасной леди тоже есть право голоса! Конечно, Кай. Можешь составить нам компанию, раз уж тебе все равно по пути. – Признаю, я недооценил тебя, – спокойно кивнул Гэльсиан сестре и повернулся к доске с фигурами спиной. Эта забава Везунчику наскучила. Альбрехтина ликовала. Она! Не проиграла!! Впервые!!! Ничья здесь выглядит куда большим достижением, чем оказалась бы победа. И брат это прекрасно понимает. – Держись от меня подальше со своими жестокими играми. – Как скажешь, – пожал худыми плечами Сиан и повернулся к доске, чтобы смахнуть с нее ставшие бесполезными фигуры. Ничего, он придумает себе новое развлечение. Чуть позже. Но фигурки даже не подумали исчезнуть. – Не так быстро, – в отдаленно знакомом голосе звучало злорадство. – Я все еще в игре.

Глава 12. Долина камней

– Основное правило не меняется: правил нет, – продолжал меж тем надоедливый голос. – Ходы делаем, как и прежде, по очереди. Как-то незаметно для себя близнецы придвинулись друг к другу, словно ища поддержки у самого близкого существа на свете. Несмотря на разность характеров, брат и сестра всегда прекрасно ладили. К сожалению, только друг с другом. На прочих обитателей Пенат их умение договариваться не распространялось. – Сиан? – окликнул нетерпеливый третий. Молодой бог задумался. Играть больше не хотелось, но он привык к любому делу подходить основательно. И раз уж изначально принял на себя роль пакостника, придется следовать ей и далее. По тонким губам скользнула улыбка. Даже пакость, сделанная с умом, может принести свою пользу. На одной из клеток обосновалась худенькая черноволосая девушка. – Не пропадать же добру, – пожал плечами Сиан, лениво разглядывая Рени. Занятная девица... Новая фигура решила времени понапрасну не терять. Она как-то недобро покосилась на Дарье, мирно расположившегося по соседству, и тот подернулся багряной дымкой. – Какого упыря?! – выпалила Альбрехтина, чем немало удивила брата. Не в силах скрыть эмоции, Везунчик округлил глаза. И где эта скромница только набралась таких выражений? – Вот именно, – прокатилось по залу. Это прозвучало, как утверждение. Воздух буквально звенел от напряжения, натянутой струной повисшего между ангелом и эльфом. Признаться, я уже начинала жалеть, что влезла со своим шатьим мнением. Вот что мне стоило промолчать? И ехал бы Кай своей дорогой. Но остаться с чернокрылым наедине было страшно. Слишком быстро. Я еще не готова. Ведь понятно, что крылатый не на прогулку приглашает. Он впускает меня в свою жизнь. Да что там впускает – втаскивает! Но самое невероятное заключается в том, что мне больше не хочется сопротивляться. И внутри все так сладко замирает при одном только взгляде на мрачного рэй’тхи. Влипла ты, Бэлка! И когда только успела, спрашивается?! Когда чуть не сошла с ума от страха перед тьмой, полетами и его напором? Или когда корчилась от боли в сильных руках? А может, когда шипела от ревности, гоняя его бесчисленных поклонниц? Одна только Рени чего стоит! А ведь это навсегда. Это мне от него деваться некуда. Темный же никакими обязательствами не связан. Вот это-то и пугает. – И как ты его еще терпишь? – Кай страдальчески закатил глаза и незаметно заставил своего коня сдвинуться чуть левее. Черный дрэй уже не раз клацал зубами в опасной близости от ноги принца. Отвечать я не стала. Ангел и без того мрачнее тучи. Так и чувствую, как сжигает его изнутри дикая ярость. Интересно, он на всех так реагировать собирается или к дивным у темного особое отношение? Ночевали в лесу. Габриэль выбрал подходящее место и поставил защиту. Видеть я этого не могла, со стороны казалось, что чернокрылый просто прохаживается среди деревьев, разминая затекшее после нескольких часов в седле тело. Но пробудившуюся тьму я ощутила сразу. Кай же вообще ничего не заметил. Или сделал вид. Нет, вряд ли. Уж слишком спокойно он пересекал невидимые границы. Ладно, без страха, так и любопытства ни в одном глазу! Следовательно, не знает. Как интересно... Я проводила взглядом отправившегося за хворостом эльфа. Будь контур магическим, незаметно пересечь его было бы невозможно. Тьма рэй’тхи имеет не магическую природу? Любопытство жадно вгрызлось в меня и ни в какую не желало униматься. И к Габриэлю с вопросами не пристанешь, до сих пор злится, сам не заговаривает. Ну и ладно. – Бэльча, ты что вытворяешь? – воспользовавшись отсутствием Кайэля, ангел бесшумно подкрался ко мне. – Я думал, мы уже выяснили отношения. Думал он! Нет, конечно же, крылатый для себя что-то решил и мою роль в своей жизни наверняка определил. Вот только меня в известность поставить забыл!!! Ну, едем мы в долину... Что с того? Я обиженно зашипела и попыталась отвернуться. Не дали. Напротив, Габриэль удержал меня, прижал к толстому шероховатому стволу и взял за подбородок, принуждая смотреть ему в глаза. В них бушевала тьма. – На кой тебе сдался этот ушастый? – продолжал шипеть он. По всему видно, моя выходка его здорово задела. Я невинно похлопала глазками и тихонько мурлыкнула. – Не ревнуй, мы просто друзья. Или такая роскошь, как дружба, ааррите не дозволяется? Габриэль вздрогнул. На смуглом лице заходили желваки. – В Граде – нет. Но тебе повезло, мы не в Граде. Дружи с кем хочешь, я не собираюсь запрещать. Просто не забывай, что этот лопоухий в тебя влюблен. Пока ему достаточно просто быть рядом, но даже сам Кай не может гарантировать, что так все и останется. Понимаешь? Я пристыженно кивнула, только сейчас осознавая, как сглупила. Хотела потешить женское тщеславие и потянуть время, а в итоге сделала больно обоим мужчинам. Нет, все-таки я настоящая шата! – Одно неверное движение в твою сторону, и я за себя не ручаюсь. Так и передай своему другу. И мой тебе совет, постарайся избавиться от него как можно быстрее. Признавая разумность последней рекомендации, я снова кивнула. Так и сделаю. Завтра же утром. Габриэль отпустил меня и занялся насущными делами. Освободил своего дрэйя и принялся доставать из сумки нужные вещи. Так и не дождавшись от него больше ни слова, я потопала к ручью. Хорошо, угроза миновала, и теперь можно передвигаться спокойно, не боясь внезапного нападения. День выдался еще жарче, чем предыдущие. Даже журчащая вода не была такой уж ледяной. Я торопливо избавилась от прилипшей к телу одежды и принялась за гигиенические процедуры. Кругом было тихо. Даже привычные лесные звуки, как то шелест листвы, треск сухих веток под ногами, пение птиц, звучали приглушенно. Изнемогающая от многодневной жары природа затаилась в ожидании дождя. Вот только им и близко не пахло! Стало быть, завтра опять дышать пылью и задыхаться в чересчур закрытой одежде. С удовольствием бы сменила ее на что-нибудь более легкое, но нельзя. Нежная, светлая кожа подобной подлости мне не простит. А мучиться несколько дней с ожогами – нет уж, увольте! Вполне ожидаемо, готовку свалили на меня. Вот же... Мужчины! Я только пофыркивала, размешивая кашу в котелке. Что с них возьмешь? Порты постирать не попросили, и на этом спасибо. Ели в молчании. Мои спутники то и дело пытались прожечь друг друга яростными взглядами, а я кляла себя на чем свет стоит. Додумалась тоже! Хилые попытки завести разговор результатов не принесли. – Как ты смотришь на то, чтобы продолжить занятия? – я помахала перед носом у сыто растянувшегося на одеяле Габриэля своими ножиками. Надо же как-то налаживать контакт! К тому же, мытье посуды так удачно удалось спихнуть на Кайэля. Особого энтузиазма у мужчины не наблюдалось. Пригрозить, что ли, обратиться за помощью к сопернику? Не стоит, я сегодня и так уже напортачила. – Зачем? – зевнул крылатый, скользя по мне багряным взглядом. По телу пробежала приятная дрожь. Он больше не злится. – На случай, если у меня в руках не окажется подноса, – я опустилась рядом с ним и состроила умоляющую мордашку. – Хочется быть уверенной, что при необходимости я смогу себя защитить. Взгляд темного из окутывающего сделался скептическим. – Не сможешь, хоть ханатту в руки возьми. Если противник попадется стоящий, твои жалкие потуги его только позабавят. С остальными и когтей хватит, – чернокрылый назидательно коснулся припухших царапин на щеке. Красота! И выглядели они так, словно ангел заработал их только вчера. Я оскорбленно вздернула подбородок. Признавать правоту низверженного не хотелось, но спорить было бы глупо. – Царапаю я только за особые заслуги и только избранных. – Что ж, ладно, – ангел неожиданно передумал. – Все равно, пока поблизости ошивается этот ушастый, о более приятных занятиях приходится только мечтать. Интересно, все ангелы такие извращенцы, или это мне бракованного подсунули? Я возмущенно зафырчала, вскочила на ноги и бросилась на успевшего подняться Габриэля. И почти сразу же уселась попой на траву. Р-р-р! Так повторялось снова и снова. Рывок, свист, писк, звон, и я на земле. Габриэль не нападал, просто внимательно следил за моими движениями и вовремя парировал удары. Порой ему даже оружием пользоваться не приходилось, чтобы справиться со слабой, хоть и неплохо вооруженной шатой. Вот, что значит опыт и годы тренировок. Внутри все клокотало от бешенства. Хоть бы раз поддался, зараза такая! Нет, достать его я и не мечтала. Но вот то, что раз за разом приходилось обидно плюхаться на мягкое место, а потом топать за разлетевшимися в разные стороны ножиками, настроения не добавляло. Да он просто издевается! Словно подтверждая эти мысли, рэй’тхи самодовольно хохотнул и легко вздернул меня на ноги. – Теперь-то ты понимаешь, что воительницы из тебя не получится? – ласково, будто обращаясь к капризному ребенку, спросил он. А чего я, собственно, ожидала? Знаю ведь, как ангелы относятся к оружию в руках женщины. За редким исключением, разумеется. Да и, чего уж греха таить, сама я к этому отношусь примерно так же. Вот только уж очень хочется чувствовать себя защищенной, вне зависимости от присутствия рядом мужчины. Иначе чем я отличаюсь от других шат (вернее, общепризнанного мнения о них)? Перебирая в голове все эти безрадостные мысли, я угрюмо побрела за отброшенными на несколько шагов ножиками. Неужели единственное доступное мне оружие – когти да шатьи чары? Выходит, что так. Проснулась я от жуткого лязга. Ничего себе побудка! Так ведь и заикой сделаться можно. Сонно фыркнула и потянулась толкнуть Габриэля, дабы он помог восстановить тишину. Рука мазнула по смятому одеялу. Вот гад! Я резко села и принялась усиленно моргать, щурясь от слишком ярких солнечных лучей. Как и следовало ожидать, Кайэля в пределах видимости тоже не оказалось. Ну я им сейчас! Заостренные коготки угрожающе сверкнули. Шум доносился из-за деревьев. Как выяснилось в процессе пробежки через лес, мужчины удалились достаточно далеко. Видно, будить меня в их планы не входило. Вот только эти горе-соперники сильно недооценили собственную ярость и мой тонкий слух. И сейчас настал час расплаты! Деревья расступились неожиданно, выпуская меня на небольшую полянку. Подозреваю, еще вчера ее можно было назвать живописной. А сейчас – трава примята, цветы безжалостно истоптаны тяжелыми сапогами, низко висящие ветки криво обрублены. Ох, не зря я всегда с опаской относилась к оружию. Не люблю, когда губят живое. Пускай даже это просто цветок. Разворачивающееся на моих глазах действо впечатляло. По свободному от деревьев пространству носились два вихря, белый и черный. В первый момент удивление, смешанное со страхом, просто парализовало меня. Кай сражался практически наравне с Габриэлем. Уступал, конечно, но совсем немного. Видно, не одно только родство с правителем его военачальником сделало. Талант налицо. И это притом, что эльфы вообще редко становятся хорошими воинами. Чаще магами, стихийными и не самыми сильными. Так, по крайней мере, гласили сведения, вложенные мне в голову создательницей. Но реальность оказалась неожиданной. Так сразу и не разберешь, кто из них двоих больше нападал, а кому приходилось защищаться. Мечи лязгнули особенно звонко, вернув меня к реальности. Алечка, они же поубивают один одного! Из-за меня!!! Этого я допустить не могла и, прекрасно осознавая насколько рискую, бросилась к сражающимся. Вот бы влезть между ними! – Совсем ума лишилась? – зарычал Габриэль, когда я едва не налетела на его меч. Потом бесцеремонно ухватил меня за шкирку и приподнял так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. – Или хвост тебе больше не дорог? – вторил ему дивный, пронзая меня полным негодования взглядом. Сговорились они, что ли?! Мне сделалось обидно. – Значит, надо было спокойно стоять в стороне и наблюдать, как вы убиваете друг друга?! А потом всю жизнь чувствовать себя виноватой? Ну уж нет! Я требую, чтобы вы немедленно прекратили! – от переполняющих душу чувств я даже ногами в воздухе замолотила. Мужчины выслушали гневную отповедь, понимающе переглянулись и дружно залились искренним смехом. Как-то подозрительно для непримиримых врагов... – Что здесь вообще происходит? До меня наконец дошло, что крылатый сжимает в руке меч. Не ханатту. – Мы разминались, – развел руками Кай, улыбаясь от уха до уха. – И вовсе не собирались друг друга убивать, – закончил его мысль темный. – Прости, котик. Хотя, должен сказать, мне приятно, что ты за меня испугалась. Ноги наконец встали на твердую почву. – Почему это за тебя? – возмутился принц. – Может, Бэлла пришла спасти меня от бесчестного порождения тьмы? Несмотря на их препирательства, чувствовалось, что былого напряжения между ангелом и эльфом уже нет. В мое отсутствие между этими двумя что-то произошло. И пускай друзьями их назвать трудно, начавшая зарождаться вражда растаяла без следа. На выяснение подробностей случившегося ушла вся обратная дорога и добрая часть завтрака. Какой тут аппетит, когда любопытство покою не дает! Первым раскололся Габриэль. Нет, что Кай ко всему прочему еще и умный мужчина, я даже не сомневалась. Так вот, за прошедшие сутки эльф вдоволь налюбовался на нас с крылатым, сделал какие-то там свои выводы и на рассвете попытался смыться по-тихому. За этим-то его и поймал чернокрылый. Дальше состоялся приличествующий разговор по душам. Мужчины традиционно попытались набить друг другу морды, но одинаково не преуспели. Тогда рэй’тхи воззвал к эльфячьей совести. Мол, Бэлка обидится, если уедешь, не простившись. В этом месте я чуть не подавилась вчерашней кашей. Такого от черного ангела я никак не ожидала. Каю ничего не осталось, кроме как признать правоту недавнего соперника. – Береги ее, – серьезно проговорил принц, в упор глядя на низверженного. Я возмущенно передернула плечами. Опять мое мнение никого не волнует! – А ты не фырчи. Вы идеально подходите друг другу, даже я не могу этого не признать. Светлые глаза подернула влажная пелена. В лучах яркого солнца они и вовсе казались хрустальными. Только сейчас стал виден настоящий цвет радужки – зеленый, пускай и не такой яркий, как обычно бывает у дивных. Я беспомощно всхлипнула и порывисто обняла ушастого. В спину тут же ткнулся ревнивый взгляд. – Не переживай, – выдохнула я прямо в заостренное ухо. – Ты еще встретишь ту, которая поможет забыть боль. Кай деликатно отстранил меня, улыбнулся самыми уголками губ. – Знаю. Но сейчас мне потребуется время, чтобы понять, что ты – не она, – он легонько подтолкнул меня к Габриэлю, вскочил в седло и унесся прочь. Как же хочется надеяться, что у эльфа все сложится хорошо... Вскоре и мы двинулись в путь. Сегодня дорога давалась мне особенно тяжело. Жара сделалась почти нестерпимой. Даже раскидистые кроны деревьев, плотно обступивших узкую дорогу, не спасали от обжигающих лучей. Самым непостижимым образом они просачивались сквозь переплетенные ветви и широкие листья и жалили, словно змеи. Даже накидка не спасала. Воздух сгустился и сделался тяжелым. Взбиваемая копытами пыль мешала дышать. Наплевав на гордость, я жалобно стенала, умоляя крылатого сделать привал. Сейчас бы в прохладном ручье искупаться! Лечь, закрыть слезящиеся от пыли глаза и наслаждаться омывающей тело прохладой, пока зубы не застучат от холода. Мечты! Хоть бы лицо ополоснуть... Но бессердечный ангел остался глух к шатьим страданиям. – Потерпи, – бросил он через плечо, подстегивая дрея. – Сегодня будет дождь. Хочется верить. Я стоически стиснула зубы и замолчала. Ненадолго. Так прошел весь день. Алое солнце разлеглось на самой кромке горизонта, а на небе по-прежнему ни облачка. И парит не хуже, чем в бане. Алечка, как же я устала! Даже жаловаться сил не осталось. – Слезай, приехали, – скомандовал Габриэль и легко, словно и не было многих часов, проведенных в седле на солнцепеке, спрыгнул на мягкий мох. Надо же, какой зеленый... Будто и ему жара нипочем. Неужели одна я страдаю?! – Если это и есть одно из тех самых красивых мест, то наши представления о прекрасном сильно отличаются. Я настороженно огляделась. Мы все еще находились в лесу. К тому же, съехали с дороги и углубились в чащу. Так что обзор был невелик. Все, что удавалось разглядеть, это темные, почти черные деревья в красноватых лучах заходящего солнца да моховой ковер под ногами. Красиво, конечно, но я уставшая, злая и хочу поворчать. – Не совсем, – усмехнулся темный, снимая меня с лошади. Я широко распахнула глаза в удивлении. За спиной ангела были крылья. К чему бы это? – Имей в виду, я никуда не полечу... Мужчина коротко кивнул и занялся лошадьми. Давно заметила, что моя неприязнь к полетам его здорово напрягает. Надеюсь, с ней низверженный не станет бороться столь же радикально, как со страхом тьмы. Я торопливо вытащила из сумок все необходимое и унеслась в указанную чернокрылым сторону. К роднику. От него вился ручеек, но такой тощенький, что выкупаться как следует не стоило даже мечтать. Совсем эта жара меня с толку сбила! Куда девалась неприязнь к воде, спрашивается? Я вымыла руки, поплескала на разгоряченное лицо и от всей своей кошачьей души пожелала рэй’тхи провалиться так глубоко, чтобы даже Подземное царство Воздушным Градом показалось. Нашел место для ночлега! Ну да ничего, я тебе это обязательно припомню! Вот прямо сегодня же ночью и припомню, ага. Договорившись со своей вредностью, я почувствовала себя гораздо лучше и бодренько зашагала к месту стоянки. – Я быстро, – мужчина приготовился сменить меня у источника. Даже котелок с собой захватил. Ишь, хозяйственный какой! – Постарайся за это время не нажить себе очередного поклонника. Потому что мое терпение закончилось на предыдущем. – Вечно ты мне указываешь! От усталости я даже разозлиться нормально не смогла. Так, мяукнула для виду. А то с ним один раз промолчишь – на следующий день очередной ошейник получишь. Ученые мы уже. – Потому что я старше, сильнее и, чего уж там, умнее тебя, – заявил крылатый, после чего повернулся ко мне спиной и зашагал прочь. – А главное, скромнее, – фыркнула я вслед удаляющемуся ангелу. Разомлевшее тело отказывалось подчиняться категорически. Я растянулась на одеяле, подпихнула под голову свернутый плащ (за отсутствием его хозяина) и прикрыла глаза. Вместе с первыми сумерками на лес опускалась приятная прохлада. Сонливость накатывала мягкими волнами. – Хорош дрыхнуть! – по мне, так он вернулся слишком быстро. – Так ты все самое интересное проспишь. Если крылатый об ужине, то, кажется, я проснулась как раз к нему. Пахнет вкусно. И в кои веки не надо самой готовить. Я выразительно зевнула и со скрипом села. М-м-м, Габриэль не только вымылся и принес воды, но и подстрелил пару зайцев, и даже успел пожарить мясо. Сколько ж я проспала?! Вокруг царила бархатная темнота. – Быстро ешь, и пойдем. Я откусила небольшой кусочек нежного мяса и блаженно заурчала. – С приездом в Ардраду готовить будешь ты. От искреннего хохота у темнокрылого слезы на глазах выступили. Но возражений не последовало. Интересно, сколько у этого мрачного типа других нераскрытых талантов? Потом мы долго шли через лес, и на все мои вопросы Габриэль либо отмалчивался, либо призывал потерпеть еще немного. Но умение ждать никогда не входило в число Алькиных добродетелей, поэтому меня снедало любопытство. Наконец мы вышли из леса. Впереди, насколько хватало глаз, раскинулось огромное поле, сплошь усеянное крупными шероховатыми камнями. Я тихо ахнула. Никогда не видела ничего подобного. Уже то, что в каждом из них я заметила по несколько выемок, из которых струился неровный голубоватый свет, заслуживало внимания. Красиво... Свечение устремлялось к темному ночному небу и переливалось всей палитрой, от насыщенно-синего до нежно-голубого. От этого звезды казались особенно крупными и яркими. – Что это? – восторженным шепотом спросила я ангела. Тут же напомнила о себе извечная кошачья любознательность, и я, не дожидаясь ответа, потянулась потрогать ближайший валун. Но не успела. Габриэль среагировал мгновенно. Вокруг меня стиснулось кольцо сильных рук. – Долина Камней, – ответил мужчина, обнимая меня еще и крыльями. Хм... если их использовать не по назначению, эти части его тела мне очень даже нравятся! – Впечатляет, – прошептала я, откидываясь назад. Жажда новых открытий тихо ретировалось. Теперь меня переполняли совсем другие чувства. Мр-р-р... – Погоди, то ли еще будет... И правда, словно повинуясь приказу низверженного, из светящихся отверстий в небо выстрелили тугие струи воды. Она сияла и переливалась, наполняя живительной влагой все вокруг. Невероятное зрелище! Я пронзительно завизжала, когда почувствовала на коже холодные капли. А потом запрокинула голову, встретившись взглядом с чернокрылым, и счастливо засмеялась. Алечка, как же хорошо!!! Именно в этот момент ноги перестали ощущать твердую поверхность под собой. Габриэль взлетал. И меня за собой тащил, зараза крылатая! Ведь как знала, что этим кончится. Большие крылья плавно скользили по воздуху. Движения ангела были очень осторожными, словно он боялся потревожить хрупкую ношу. Испуганный крик застрял в горле. Мы поднимались все выше. В глазах щипало от пронзительного света, тело обжигали ледяные капли, а душу бурной лавиной заполнял восторг. Страх отошел на задний план. Поэтому, когда я все-таки смогла издать звук, это был вовсе не вопль ужаса. Я верещала от переполняющего меня почти детского восторга. Почти, потому что прижималась всем телом к крылатому мужчине и чувствовала, что это... правильно. Рэй’тхи облегченно выдохнул мне в макушку, тихо рассмеялся и заложил крутой вираж. Пользуясь тем, что рыпнуться я сейчас не могу, прохладные руки настойчиво заскользили по телу. Мр-р! Из груди вырвалось счастливое мурлыканье. Мужчина одобрительно хмыкнул. Вот же поганец! – Только посмей уронить, прибью! – прошипела я, растворяясь в его объятьях. Ответом был легкий поцелуй за ухом. Не знаю, сколько мы так летали. Время слилось в безумную круговерть из особой магии этого странного места, трепета и упоения полетом и обжигающей страсти. Оставалось только порадоваться, что темный прекрасно контролировал себя даже в такой момент. У меня вот крышу снесло капитально! Обратный путь прошел мимо меня. Только у нашего костра опомнилась. Судя по тому, что вокруг до сих пор царила темнота, действо с полетами и водно-магической феерией длилось не слишком долго. Габриэль лежал на небрежно раскинутых крыльях у самого костра. Я уютно устроилась у него на груди. Мур, как же хорошо... Промокшая насквозь одежда испарилась в неизвестном направлении. Хм. Это как же надо одуреть, чтобы не почувствовать, что тебя раздевают?! Но вопросов задавать не стала. Не уверена, что хочу получить на них ответы. К чему портить момент? Спину огладили теплые ладони. – Ничего не было, – пояснил мужчина, углядев морщинку, которая залегла между моих бровей. – К сожалению. Я дразняще фыркнула. – Уже жалеешь о своем благородстве? – Нет, – приятно шершавые руки покинули мою спину и улеглись поверх одеяла, прикрывающего наши тела. Хорошо, хоть укрыть додумался, иначе я бы не знала, куда деться от смущения! – Ты была одурманена бьющими через край эмоциями. А я хочу, чтобы утром мы оба были в состоянии вспомнить, что произошло. И как. Ему все-таки удалось смутить меня. Но продолжать препирательства было лень. Спать, спать, спать. Я устроилась поудобнее и, уже уплывая в царство снов, поняла, что не так. Его руки. Они были теплыми. Всегда, когда ангелу было хорошо. Как ни хотелось, чтобы эта волшебная ночь длилась вечно, утро неминуемо наступило. Сон сползал медленно. Я долго не открывала глаз, вслушиваясь в монотонный шелест дождя. Понятия не имею, что сделал крылатый, но под созданной им защитой было тепло и сухо. Ни одна холодная капля не просочилась в наше маленькое убежище. Только осознав, что Габриэля больше нет рядом, я окончательно проснулась. С трудом разлепила глаза, тряхнула спутанными волосами, села. Было пасмурно, но светло. И это притом, что я кожей ощущала плотный покров тьмы, а в воздухе витал запах металла. – Ты не говорил, что способен на подобное... Ангел отвлекся от пылающего костра. Обернулся. Пожал плечами. – Да, я могу становиться невидимым и скрывать некоторые предметы, – ага, а еще ставить защиту, видеть ауру, внушать нужные эмоции... Какая многогранная натура! Любой маг от зависти удавится. – Поверь, котик, это лишь малая часть того, на что способна тьма. По выражению смуглого лица я поняла, что всех своих способностей не знает даже сам рэй’тхи. От этого почему-то сделалось не по себе. Я зябко поежилась. Путешествовать в дождь – тоже не большое удовольствие. Мокро, знобко, и на носу так и норовит повиснуть самая большая капля. Габриэль не соизволил нас укрыть, поэтому пришлось влезать в плащи с капюшонами. Вот только теплее от этого не стало. Зато ожогов можно не опасаться, и взбиваемая лошадиными копытами пыль в глаза не летит. Хоть какое-то разнообразие! День тянулся уныло. Я совершенно продрогла и раз сто пожелала “всех благ” вредному ангелу, вздумавшему ехать самой длинной дорогой. А крылатый нахал только посмеивается! – Все, – страдальчески вздохнула я и приготовилась сползти с лошади прямо на мокрую дорогу. – Больше не могу! Габриэль прошелся по мне оценивающим взглядом и неопределенно хмыкнул. Словно говорил: “Можешь, еще как можешь!”. Р-р-р! – А я предлагал лететь, так было бы гораздо быстрее. Но ты отказалась. Теперь не жалуйся. Интересно, он услышал зубовный скрежет?.. Надеюсь, что да. – Пень ты крылатый!!! – Потерпи. Вон там, за деревьями, я вижу огонь. И чувствую людей. Мы съехали с дороги и двинулись в указанную ангелом сторону. Я сама ничего не видела, просто слепо плелась за ним. Алечка, как же я устала! Если в долине все сложится хорошо, хвостом клянусь – больше никаких путешествий! Вскоре слух уловил треск костра. Сквозь пелену дождя проступили оранжевые блики. Доносящиеся из-за деревьев голоса показались мне смутно знакомыми. И не мне одной... – Какая встреча, – в голосе темного не было радости, только легкое недоумение. Я невольно насторожилась и на всякий случай выпустила когти. Вдруг представится возможность поточить? Собрав на себя всю влагу с низко висящих ветвей, мы выбрались на узенькую полянку. Весело полыхал огонь, разгоняя вечернюю мглу. Аппетитно булькал котелок. Чуть в стороне пара уставших лошадей обреченно щипали мокрую траву. – Какого упыря? – тягуче осведомился Габриэль, спешиваясь. Рассевшиеся у костра мужчины дружно вскочили на ноги. Ох... Кажется, я полностью солидарна со своим спутником. Тем временем ангел коротко оглянулся на меня, мазнул багряным взглядом по сконфуженным магам и добавил пару фраз поувесистей. Дарье и его белобрысый ученик окончательно повесили носы. – Где она? – отрывисто спросил темный. Боюсь и представить, в каком он сейчас бешенстве. Доверил магам свою подданную, а они умудрились ее потерять. В том, что Рени поблизости нет, сомневаться не приходилось. На это явно указывало отсутствие третьей лошади. Да и Дарье неспроста отсвечивает здоровенным синяком на виске... – Сбежала, – виновато развел руками маг. Габриэль бросил на него такой взгляд, что я невольно пожалела старика. – Бес, а не девка, – высказал свое мнение его ученик. Ай да Рени, всех достала! – Если ты вдруг решишь отправиться на поиски, имей в виду, я остаюсь здесь. Предостережение прозвучало более чем убедительно. Несколько мгновений ангел напряженно переводил взгляд с меня на магов, после чего все же сдался. Спешился сам и снял с дрэйи уставшую меня. Видно, не решился доверить этим двоим будущую Хранительницу (или аарриту. Не знаю, кем именно он меня воспринимает), раз уж они не смогли уберечь даже Рени. Да и поздновато уже отправляться в погоню. Вон как успел налиться синяк у мастера. Значит, времени прошло порядком. Со злорадной улыбкой я вслед за чернокрылым шагнула к костру. Ничего, Рени не пропадет. До нас же она как-то добралась? На миг пробудилась интуиция. Что-то не так... Но я наконец смогла удобно устроиться, сверху больше не капало (видно, маги поставили защиту), из котелка вкусно пахло чем-то съестным, поэтому смутное предчувствие растворилось без следа. Вокруг царила умиротворенная тишина, изредка нарушаемая обычными звуками леса. Игра закончена. Что может произойти плохого? Мужчины в красках расписали, как коварная девица оглушила мага и сделала ноги. Отправившийся за хворостом юноша по возвращении обнаружил лишь лежащего без чувств мастера. Хорошо, насмерть не зашибла! Раздосадованный случившимся Габриэль поначалу разрычался, но я живо пресекла это безобразие: – Будешь отвлекаться на посторонних девиц, и я передумаю ехать с тобой в Ардраду. Прозвучало несколько эгоистично, но я же шата. Мне по определению положено быть взбалмошной! Хотя бы время от времени. Эта Рени мне сразу не понравилась. Да и сам Властелин от навязчивой подопечной не в восторге. Так кому станет хуже, если мы урвем еще один спокойный вечер без противной девицы? Вдруг повезет, и брюнетка, осознав, что рэй’тхи ей не видать, как собственных ушей, направилась не в Ардраду, а куда-нибудь еще? Знаю, маловероятно, но помечтать-то можно! В то, что с ней может случиться что-то нехорошее, не верилось. Такая точно не пропадет! Вскоре суп был готов и разлит по жестяным мискам. Как же мне надоело существовать в походных условиях! Хочу спать на удобной кровати, есть из нормальной посуды, мыться в горячей воде и носить все те наряды, что мне накупил крылатый. Может, ну ее, эту боязнь полетов? Но тут нос уловил одуряющий аромат еды, и все лишние мысли благополучно улетучились. Первым делом – ужин, остальное подождет. Пробудившийся аппетит настолько отвлек, что я не сразу заметила отсутствие мисок в руках магов. Темнокрылый слегка напрягся, но тоже пока не сообразил, что бы это могло означать. На душе снова стало неспокойно. Руки меленько задрожали. Аля, да что со мной такое?! Нервное напряжение выходит, не иначе. Пытаясь унять противную дрожь, я материализовала свои ножики и принялась одним из них аккуратно резать хлеб. Видела бы создательница, какое применение я нашла ее подарку! Кто бы сомневался, поранилась. Совсем немного палец кольнула, а уже выступила красная капля. Вот же!.. По нервам полоснуло чувство нарастающей опасности. Глаза сидящих напротив магов полыхнули алым, и они, отталкивая друг друга, бросились на меня. – Вы чего это? – от вида медленно искажающихся в жутких гримасах лиц меня замутило. Есть как-то расхотелось. Но не пропадать же добру! Я щедро выплеснула в оскалившиеся морды горячий суп. Нет, видимо, рацион у магов какой-то особый. Наваристый супчик их совсем не вдохновил. И, увы, не остановил. Сбрендившие колдуны зарычали еще громче и рванули ко мне. – А-ну брысь отсюда! – прошипел Габриэль и легко, словно я была в своей кошачьей ипостаси, отшвырнул в сторону. В воздухе тут же запахло кровью. – Вот упырь, – мрачно выругался темный. Слух уловил свист меча. – Он самый, – алчно сверкнул алым взглядом Дарье. Теперь понятно, почему Рени от них удрала. Не велико счастье путешествовать с парочкой напитанных магией трупов. Интересно, давно они... Полубезумная от ужаса и разнесшегося по поляне запаха крови, я обернулась и опрометью взлетела на дерево. Когти глубоко вонзились в толстую ветку. Только бы не свалиться! Глубокий вдох. И медленный выдох. Так, срочно успокоиться. Сейчас упырям не до меня. Габриэль сильный, к тому же, опытный воин. Он должен легко справиться с этой парочкой. Даже раненый. Надеюсь, не серьезно... Но сидеть спокойно я уже не могла. А вдруг не справится? Что, если эти жуткие создания убьют его? Или сделают таким же, как они? Я осторожно сдвинулась к краю ветки. Глянула вниз. В горле встал противный ком. Одно дело, подняться в воздух в крепких объятиях ангела, и совсем другое – вот так вот... Угораздило же залезть! У подножия моего высокого убежища развернулась битва. Одурманенные запахом крови, упыри изо всех сил старались достать темнокрылого. И самое неприятное состояло в том, что сил у чудовищ было предостаточно. Даже магия при них осталась. Это я еще не вспомнила о внушительных когтях и острых клыках. М-да, вот это называется влипли! Приглядевшись к Габриэлю, я вздохнула с облегчением. Серьезно ранен низверженный не был. Но вот руку ему здорово оцарапали, весь рукав промок. Ситуация усугублялась еще и тем, что пострадала именно правая рука. Конечно, на боеспособности рэй’тхи это не слишком отразилось, но мне сделалось не по себе. Ведь противник вооружен не только когтями и клыками, но и магией. Вон как заклинания мелькают, только успевай уворачиваться. Кстати, на последнем Габриэль вообще не заморачивался. Клубящаяся вокруг него тьма с легкостью поглощала летящие в хозяина чары. Даже сыто урчала. А вот бывших магов уничтожить не смогла. Ангел несколько раз пытался, но темное облако, окутавшее упырей, рассеивалось, а тем хоть бы хны. После очередной такой попытки Дарье рванул к крылатому с утроенной энергией. И мечом активно махал, и когтями достать пытался, и гадостью какой-то зеленой запустил. Откуда только силы взялись?! Вроде, не помолодел после смерти. И тут я заметила, как белобрысый ученик осторожно подбирается к противнику со спины. Вот гаденыш! Оставаться безучастной я больше не могла. В конце концов, Габриэль подставился из-за меня! От черного ангела не укрылся маневр упыреныша. Габриэль коротко ругнулся и принялся аккуратно уводить Дарье в сторону. Вот, что значит опыт. Старик даже не заподозрил, что двигается в точности так, как нужно противнику. Младший упырь озадаченно моргнул, злобно зашипел, но попыток не оставил. Настойчивый какой! Я обернулась. Некоторое время ушло на то, чтобы восстановить равновесие и не свалиться с ветки. После чего постаралась нашарить собственное оружие. Один из ножей обнаружился в кармане. Второй, очевидно, так и остался торчать в куске хлеба. Ладно, не до него сейчас. – Бэльча, не смей! – попытался остановить меня темный. Я только скептично фыркнула. Вот еще! И радостно свалилась прямо на голову белобрысому. Габриэль был прав, воительница из меня никудышная. Но кошачья гибкость, помноженная на дикий страх, сделала свое дело. Упыреныш оказался крепко прижатым к земле. В отличие от наставника, ученик и в посмертьи не представлял из себя ничего особенного. Я от души лягнула отчаянно выдирающегося паренька и уселась ему на спину. Рукоятью ножа засветила поганцу в затылок. Раздалось обозленное шипение, маг затрепыхался, не теряя надежды избавиться от меня. Видно, упыри сознание не теряют. – Что с вами произошло? И когда? Ну же, расскажи мне, – не предпринять попытки выяснить хоть что-нибудь, я не могла. – Да пошла ты... – но дергаться мальчишка все-таки перестал. Не успела я удивиться его поведению, как почувствовала вонзающиеся в ногу когти. Глаза застлала алая пелена. Рука с ножом инстинктивно взметнулась вверх. Чем сейчас занят Габриэль, я видеть не могла. Но слух уловил пронзительный свист, сухой хруст, а затем звук падающего тела. – Раз уж ты взялась творить добро, – протянули над самым ухом, – имей смелость довести дело до конца. Словно подчиняясь приказу, моя рука устремилась вниз. Соприкоснувшись с нежитью, нож сделался горячим и засветился. Я вскрикнула, но не выпустила рукоять. Не дождутся! И уже в следующий миг обнаружила себя сидящей в куче праха. – Еще раз выкинешь нечто подобное, – прошипел ангел, подхватывая меня, – я тебя сам лично прибью. Тело сотрясала крупная дрожь. Я всхлипнула, крепко обвила шею мужчины руками, вонзая когти в ткань рубахи, и на всякий случай обхватила его еще и ногами. Так спокойнее. – Я тоже за тебя испугалась, – сообщила, беззастенчиво прикусывая мочку его уха. Шокированный шатьей наглостью, Габриэль даже злиться перестал. Правильно, на меня все равно бесполезно. После окончательного упокоения магов, созданная ими защита тоже приказала долго жить. На плечи упали тяжелые холодные капли. Нисколько не смущаясь близости бывших упырей, крылатый усадил меня у костра, закатал штанину и принялся осматривать пострадавшую конечность. Я было потянулась к его руке, но наткнулась на такой красноречивый взгляд, что без лишних предупреждений решила сидеть тихо и не рыпаться. Вот только успокоиться все никак не получалось. – Зачем ты заставил меня его убить? Габриэль издал неприятный смешок. – Милая, если ты вдруг не заметила, эти двое и без нашего вмешательства были более чем мертвы. И то правда. Или все-таки... – Ты же сам сказал, что почуял людей! – Но я не сказал – живых. Что ж, он, как всегда, прав. А у меня просто истерика, вот и ищу виноватых. Да, Дарье жаль, хороший дядька был. Но вот угрызения совести по поводу пары упырей меня абсолютно не мучают. Ранки, оставленные когтями, оказались глубокими и сильно кровоточили. Болели тоже сильно, но я была в легком шоке, поэтому пока могла терпеть. Но это ненадолго. Бегло оглядев и осторожно ощупав мою ногу, Габриэль помрачнел больше обычного. Мне тоже сделалось неспокойно. Что-то же ему там не понравилось! – Совершенно незачем делать такое зверское лицо, – мурлыкнула я и стрельнула глазками в крылатого. Боль постепенно нарастала. Не хотелось бы получить в довесок распсиховавшегося Габриэля. Саму бы кто успокоил. – От пары царапин еще никто не умирал. – Значит, ты будешь первая, – пророкотал темнокрылый. – Когти этих тварей ядовиты. Раны заражены. А у нас нет совершенно никаких лекарств. Ну вот что стоило, спрашивается, посидеть спокойно и дождаться, пока я сам со всем справлюсь?! Я пристыженно уткнулась взглядом в колени. – Как же ты? – На ангелов это не действует. Как и большинство ядов и земных хворей. Почему-то даже услышав о своей ужасной участи, я не испугалась. Да, я умираю. И что? В конце концов, я же шата! И это всего лишь первая из девяти запасных жизней. Вот только бешеный багрянец, бьющийся в черных глазах, удержал меня от того, чтобы напомнить об этом темному. – Можешь шипеть сколько угодно, – Габриэль снова подхватил меня на руки и расправил крылья, – но сейчас мы полетим. От глупого нутряного ужаса конечности разом сделались ватными, даже боль в ноге пошла на убыль. Стыдно признаться, но взлететь я до сих пор боялась больше, чем умереть. Вот только шатьего мнения никто не спрашивал. Накрепко зажав меня в кольце сильных рук, рэй’тхи взмыл в ночное небо. Чернильная синева поглотила нас, окружила со всех сторон. Стали различимы рваные серые облака. Дождь постепенно стихал, и в просветах между тучами можно было заметить редкие звезды. Такие крупные, казалось, протяни руку – и дотронешься. Ткань на спине промокла и стала липкой от крови. Сжавшись от холода и страха, я льнула к груди низверженного. Скорей бы все закончилось! Почувствовать под ногами твердую землю – больше мне ничего не надо для счастья. Несмотря на бурные порывы ледяного ветра, летели мы ровно. Огромные крылья мягко разрезали тьму. Я робко выглянула из-за плеча мужчины и почувствовала, как приоткрывается от изумления рот. – Они летят! За нами ровно планировали, поджав ноги к изящным телам, дрэйи. Черный конь Габриэля, а за ним и моя Снежка. И как я раньше крыльев не заметила?! – Конечно. Эти лошади выводились специально для Града. В который раз я утратила счет времени. Не то уснула, не то потеряла сознание. А когда вынырнула из небытия, поняла – мы снижаемся. Ногу словно сдавила чья-то безжалостная рука. Ощущалось легкое жжение. Вроде, мелочь, а неприятно. Последствия слишком долгого, к тому же, неподвижного, пребывания в воздухе? Опустив глаза, я разглядела тугую “повязку” из чуть подрагивающей тьмы. Вероятно, она была призвана остановить кровь и замедлить процесс заражения. Точно такая же красовалась на руке Габриэля. Запутавшись в географии, я не бралась даже предположить, куда нас занесло. Городок выглядел оживленным даже в столь поздний час. Многие окна горели. По улицам, хоть и изредка, сновали запоздалые (или, наоборот, ранние) прохожие. Мы опустились на крыльцо постоялого двора. Изумленно сверкая плутоватыми глазками, к необычным путникам тут же бросился молоденький конюший. Габриэль отдал несколько коротких распоряжений относительно лошадей и шагнул в услужливо распахнутую слугой дверь. Место, видно, попалось приличное. Просторный холл был отделан деревянными панелями. По углам расставлены мраморные статуи. Широкая лестница с резными перилами вела на второй этаж, где находились жилые комнаты. Массивная двустворчатая дверь скрывала за собой харчевню. Судя по доносившимся оттуда музыке и гомону посетителей, веселье было в самом разгаре. Нас быстро разместили и даже прислали лекаря. Вернее, травника, потому что мужчина с благородными сединами в длинных волосах и добрым лицом пользовался не только стандартным набором лекарств, но и заклинаниями. Царапины Габриэля наскоро промыл и перевязал один из местных слуг. Со мной же пришлось немало повозиться. Раны освободили от тьмы, промыли, обеззаразили, нейтрализовали яд нежити, смазали чем-то заживляющим и аккуратно перевязали. В процессе лечебных манипуляций я жалобно попискивала и испуганно цеплялась за пересевшего поближе чернокрылого. – Раньше трястись надо было, – посмеивался он, удерживая извивающуюся меня. Травник оказал первую помощь и удалился, оставив несколько настоев с рекомендациями, как, что и когда принимать. Наскоро умывшись и прихорошившись, мы отправились не то на ужин, не то на слишком ранний завтрак. Нога хоть и побаливала, но самостоятельному передвижению мешала не особо. Опершись на руку крылатого, я медленно вышагивала по коридору. Даже лестницу смогла миновать. Это ли не повод гордиться собой! Посетителей в зале было еще много. В основном хорошо одетые мужчины, но попадались и дамы в нарядных платьях. Тут я невольно пожалела, что не сообразила надеть что-нибудь поприличнее своего голубого костюма. На столе почти сразу материализовалось жаркое, несколько холодных закусок, овощной салат и большой кувшин эльфийского вина. Чуть помедлив, я щедро плеснула в кубок золотистой жидкости. И тут же поймала заинтересованный взгляд темного. Настроилась получить едкий комментарий, но он сдержался. Надо же, понятливый какой... – Пей, сколько угодно, – нахально усмехнулся ангел и сделал большой глоток эльфийского, – только не вздумай потом приставать ко мне. Я прыснула, едва не подавившись терпкой жидкостью. – Еще чего! Ты же все равно не откажешься. Напряжение пережитого дня ушло вместе с голодом. Удобно откинувшись на высокую спинку стула, я заскользила взглядом по залу. Роскошные наряды, лощеные лица, изящная посуда, ароматная еда. Между столами чинно расхаживали подавальщики в одинаковых зеленых костюмах. На невысокой сцене лениво перебирал струны гитары музыкант. Из-под его пальцев лилась удивительно нежная, немного протяжная мелодия. Рядом извивалась в танце красивая рыжеволосая девушка. Каждый шаг плясуньи был просто пронизан изяществом и удивительной природной грацией. Даже я невольно залюбовалась. – Я уже ревную, – мрачно напомнил о своем существовании Габриэль. Несносный! Я с трудом отвела взгляд от прекрасного действа. – Это же шата! – Пока все идет неплохо, – задумчиво констатировал голос. “Знать бы еще, куда именно”, – пронеслась в голове Прохиндейки раздраженная мысль.

Глава 13. Вечные ценности

Памятуя, что ход перешел к ней, Альбрехтина щелкнула пальцами и мило улыбнулась появившейся на одной из клеток, в некотором отдалении от других фигур, девушке. Та ответила улыбкой и оправила красное, отделанное белоснежными кружевами, платье. – Должны же они хотя бы иногда отдыхать от приключений, – пояснила богиня брату, взирающему на нее не без иронии. Тот только плечами пожал в ответ. Будь это его игра, Сиан непременно попенял бы Прохиндейке на ее недальновидность, а так... – Молодец, девочка, – одобрил таинственный третий игрок. По мере того, как вино в кувшине убывало, голова становилась все тяжелее, тело же, напротив, казалось невесомым. Когда Габриэль нес меня вверх по лестнице, я вспомнила его недавнюю шутку и прижалась к крылатому чуть откровеннее, чем следовало бы. Впрочем, тут же получила увесистый шлепок под зад и захлебнулась смехом. Засыпала медленно. Что, вообще-то, странно, учитывая все перипетии прошедшего дня. – Бэллес... – в голосе мужчины звучала плохо скрываемая тревога. – Ты тоже хотела бы такой жизни? Восхищенные взгляды, богатые поклонники, полная свобода... Я промурчала что-то отрицательное и уткнулась носом ему в плечо. И придумает же! Поклонники! Тут с одним не знаешь, что делать. Бежать – поздно, остаться – страшно. Уж слишком он властный, жесткий, непонятный. Да чего еще можно ждать от тьмы? По спине скользнула теплая ладонь. Я умиротворенно вздохнула. Разбуженное неспокойными мыслями чувство тревоги затихло и свернулось где-то на донышке души. Разум затуманился дремой. – Моя. Навсегда. Не могу ручаться, что эти слова были произнесены в реальности. Возможно, я уже спала. Учитывая мое состояние, было решено задержаться в городе на несколько дней. Утром Габриэль первым делом отправился к городскому магу, чтобы через магическую почту связаться с Ардрадой и отдать необходимые распоряжения относительно поисков пропавшей девицы. Я вздохнула с облегчением. Понимание того, что возиться с Рени будет кто-нибудь другой, грело душу. Как позже выяснилось, занесло нас удачно. В Жатарис. Городок хоть и маленький, но на лето сюда стекалась знать со всей Белтании. Повезло еще, что место на постоялом дворе нашлось. Шату я подловила за завтраком. При солнечном свете и без вызывающе роскошного наряда я бы, пожалуй, и не заподозрила ее в принадлежности к своей расе. Смазливая – да, но мало ли таких? – Привет, – я уселась напротив и мило улыбнулась. Девушка вскинула удивленный взгляд. Вторжению она была явно не рада. – Чего тебе? – меня придирчиво оглядели, но к чему придраться не нашли. Тонкий носик капризно сморщился в ожидании ответа. Ну вот, и с чего я решила, что она обрадуется? – Меня зовут Бэллес. Я тоже шата. В зеленых глазах плясуньи промелькнула усмешка. – Жоржетта. Моя бабка была шатой. А мне только и досталось, что мордашка смазливая да характер дурной. Восхищенные взгляды не в счет, у всех этих мужчин есть жены. Или любовницы. Кстати, в какую из двух категорий попадаешь ты? Я смущенно потупилась. Не рассказывать же про аарриту? – По всему выходит, что во вторую. Мы поболтали еще немного, прежде чем я нашла достойный предлог удрать наверх. Настроение было безнадежно испорчено. На душе сделалось муторно. Зарывшись носом в подушку, я тихонько всхлипнула. Ааррита. Хранительница. Да с чего я взяла, что небезразлична ему?! Чернокрылый появился, как всегда, вовремя. Долго стоял, не издавая ни звука, потом присел на край кровати и осторожно коснулся моих волос. – Кого убить? – протяжный голос окутывал с ног до головы. На губах невольно прорезалась улыбка. Я шморгнула носом и повисла у него на шее, вдыхая ставший уже привычным металлический запах. Как это, оказывается, важно – быть кому-то нужной. А потом вдруг решила испытать судьбу. – Женись на мне, – и с вызовом глянула на темного. Испугается? Откажется? Или все-таки согласится? – Предлагаешь мне лапу и сердце? – по губам мужчины блуждала шкодливая усмешка. Ощущая, как щеки заливает густой румянец, я кивнула. Да, не таким должен был быть этот момент... – Что ж, – Габриэль уже откровенно смеялся, – я должен подумать. С этими словами он закинул меня на плечо и понес вниз. Потом мы долго гуляли по городу. Дождь закончился, но жара возвращаться не спешила. Я вдыхала полной грудью влажный, наполненный ароматами трав и цветов воздух и счастливо улыбалась. Жизнь налаживается! Нога еще побаливала, поэтому приходилось делать частые остановки. В харчевне, выпить кружку холодного квасу, в разнообразных лавках, что закончилось покупкой еще пары платьев, у озера, покормить уток. Так прошли все три дня внепланового отдыха. По утрам мы болтали с Жоржи. Плясунья оказалась неплохой девчонкой, хоть и прямолинейной не в меру. Но к отъезду я уже точно знала, что слухи о ее дурном характере сильно преувеличены. Днем – отправлялись бродить по городу, вследствие чего вещей у меня порядком прибавилось. Габриэль даже в шутку предложил нанять подводу. А к вечеру возвращались на постоялый двор, чтобы посмотреть выступление. Владелица, которая по совместительству оказалась еще и матерью моей новой знакомой, была страстной любительницей всяческих увеселений. Что, в общем-то, и не удивительно, памятуя о ее родословной. Кого здесь только не перебывало! Барды, танцоры, стихотворцы, фокусники, сказочники... Леди Алиса даже факира где-то откопать ухитрилась! В вечер накануне отъезда я прихорашивалась особенно долго. Главным образом потому, что хотелось растянуть волшебные мгновения. Где мы вдвоем, в безопасности, и никто под ногами не путается. Вот бы так было всегда! Крылатый наблюдал за моими манипуляциями с довольной полуулыбкой. А когда я уже была готова отлепиться от зеркала, с решительным видом шагнул ко мне. – Закрой глаза. Разумеется, врожденное любопытство помешало мне выполнить указание. Габриэль фыркнул (мол, от тебя ничего другого и не ждал!) и застегнул у меня на шее тонкую витую цепочку. С нее свисал сверкающий синевой камень в узорчатой оправе. Этот кулон я узнала сразу. Видела его в одной из лавок еще в первый день в городе. Еще тогда облюбовала! Только попросить не решилась. Я вообще у низверженного ничего не просила. Подарки принимала с благодарностью, но вот чтобы самой клянчить – это нет. – Не думаю, что это хорошая идея, – сейчас я чувствовала себя настоящей шатой. И ведь заметил же! Темнокрылый присел на корточки напротив меня и осторожно взял за подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза. – Что за привычка без конца спорить? – в тягучем голосе легко улавливалась горечь. – Я надел на тебя этот проклятый браслет. Я никогда не смогу дать тебе свое имя, потому что мой род отказался от меня. И в Ардраде мы лишь на время, пока не объявится настоящий Властелин. Так позволь мне сделать то немногое, что я могу! Какой же он все-таки! Поддавшись нахлынувшим эмоциям, я сползла с кресла, в котором сидела, и обвила руками шею мужчины, заваливая его на пол. А поутру меня огорошили “приятнейшим” известием – остаток пути мы собираемся лететь. Так быстрее и, по мнению Габриэля, куда удобнее. И плевать, что одна хвостатая трусиха думает по-другому! Само собой, я совершенно не обрадовалась такому повороту событий. Шипела, ругалась, брыкалась, даже угрожала. Но на фоне недавнего предложения все предостережения типа “вот сейчас обижусь и уйду к другому, более сговорчивому” выглядели блекло. Единственное, что смогла выторговать – летели мы с темным не на дрэйях. – Стоило однажды дать слабину, и я превратился в ездового ангела, – не упустил случая поворчать крылатый. Но разметавшиеся в темных глазах искры свидетельствовали о том, что Габриэль полностью доволен сложившейся ситуацией. Еще бы, можно всю дорогу безнаказанно лапать меня и делать вид, что просто придерживаешь. И ведь не придерешься! Стоило оторваться от земли, как сознание затопил глупый, безосновательный страх. Знаю же, не уронит! Тогда чего боюсь? Почему дрожат руки и становится трудно дышать? И кошка внутри бьется в истерике. Со временем дыхание удалось выровнять. Прохладный ветерок приятно холодил лицо. А от обхватившей талию горячей руки по телу разбегались предательские мурашки. Нестерпимо хотелось мурлыкать. – Позже надо будет обязательно сюда вернуться, – на моих губах появилась мечтательная улыбка. – И Кая с собой захватить. При звуке имени соперника багряные глаза полыхнули тьмой. Я даже всерьез испугалась, как бы не пришлось продолжить полет самостоятельно. Но, к счастью, чернокрылый быстро просек ход моих мыслей. – Сводня хвостатая, – фыркнул он, перехватывая болтливую ношу покрепче. – Не пропадать же добру! Через несколько дней таких перелетов я перестала выпускать когти и осмелилась смотреть вниз. Под нами проплывали леса, поля и селения. Все такое маленькое, будто игрушечное. За эти дни я узнала о Габриэле едва ли не больше, чем за все предыдущие недели. О жизни в Граде темнокрылый говорил довольно скупо. И то только потому, что рано или поздно все равно пришлось бы. Кратко охарактеризовал бывших собратьев как индюков перемороженных, еще более кратко рассказал о предательстве невесты, ложных обвинениях и своем изгнании. И все. Но стоило речи зайти о его жизни вне Града, как Габриэль вмиг преобразился. Сверкая глазами-вишнями, он рассказывал о друзьях из соседней долины и бесчисленных приключениях, которые они пережили вместе. В определенный момент я даже поняла, что немного ревную. Таким черного ангела я еще не видела. – Мы остановимся на пару дней в Боллате. Тебе там должно понравиться. Признаться, его энтузиазма я совсем не разделяла. Ладно я! Меня устроит любое место, лишь бы почувствовать под ногами твердую почву. До сих пор неуютно чувствую себя в воздухе. Но вот что скажут эти его друзья, когда обнаружат, что рэй’тхи связался с шатой? Я не могла не поделиться своими опасениями с крылатым. – А если я им не понравлюсь? По мне прогулялся придирчивый взгляд. – Понравишься. Ты не можешь не нравиться! К тому же, Ксения и Алекс начисто лишены глупых предрассудков. Оставалось только надеяться, что он прав. Не хотелось бы вспылить и наградить кого-нибудь из дорогих ему людей парочкой очень медленно заживающих царапин. Об Ардраде он говорил куда более сдержанно. От меня, конечно же, не укрылось, что роль Властелина пришлась Габриэлю по душе. Но была в его словах досада. И, кажется, я знаю, почему. – Ты хотел бы быть настоящим Властелином? Слова угодили точно в цель. Ангел дернулся и скривился, точно от удара под дых. – Это исключено. Я успокаивающе потерлась щекой о его плечо. – Почему? – Потому что остальные двенадцать – люди. Ни одного случая, чтобы душой долины стал представитель другой расы, не было. Неожиданно во мне проснулся интерес. Женское любопытство было безжалостно оттеснено в сторону. Разум аккуратно просеивал полученную информацию, выискивая, за что бы зацепиться. Нашла! – А Хранительницей? Габриэль отрицательно мотнул темноволосой головой. Настырные расспросы его раздражали. – Хотя... – вдруг опомнился ангел, – Ксения – магичка. И есть еще одна, иномирянка. Что ж, запомним. Я пока не могла объяснить даже себе, зачем мне это нужно, но точно знала – пригодится. Когда на горизонте показались высоченные темные горы, я не удержалась и потерла глаза. Долетались! Может, здесь слишком высоко, и от недостатка кислорода у меня начались галлюцинации? – Прибыли, – возвестил Габриэль и стал снижаться. Я лихорадочно обхватила шею крылатого. Так быстро? Нет, я еще решительно не готова знакомиться с его друзьями! Внутри словно натянутая струна дрожала. Но деваться было некуда. Даже ступив на землю, я не почувствовала себя увереннее. В горной толще обнаружились самые настоящие ворота. Хм... Оригинальные у них здесь декорации! В душе осторожно шевельнулось подозрение. Подчиняясь инстинкту, я принюхалась, прислушалась к себе, но ни малейшего присутствия магии не уловила. Как интересно! Снедаемая любопытством, даже поскребла гору (ну откуда здесь взяться горам?! Равнина ведь, сплошные леса да поля!) когтем. И едва не сломала его. Твердая! Надувшись, аки мышь на крупу, я отступила за спину темнокрылого. Что-то мне здесь уже не нравится... Тем временем Габриэль шагнул к воротам и громко постучал. Створки тут же полыхнули и медленно разъехались в стороны. Я судорожно пригладила растрепавшиеся во время полета волосы и для храбрости сжала руку мужчины. Он понимающе улыбнулся, но откомментировать мой поступок не успел. Нас окружили радостно гогочущие мужчины. Ему здесь были рады. Улыбались, хлопали по спине, подшучивали, вежливо интересовались, как добрался и вообще откуда вдруг на их голову свалился. Не ждали. На меня же косились недоверчиво, с подозрением. Видно, не часто в долине появляются чужаки. Отделавшись от не в меру приветливых стражников, мы устремились вглубь долины. Проходя мимо мужчин, я инстинктивно потянула носом (привычка!) и похолодела. От них пахло зверем. Не думаю, что эти ребята только что с охоты вернулись... И как раньше не обратила внимания на хищную грацию их движений? Подгоняемая страхом, я едва впереди Габриэля не побежала. – Бэл? – в тягучем голосе слышалось беспокойство. Он даже остановился и внимательно посмотрел на меня. Волнуется! Предупреждать надо было! – Это были оборотни? Темный кивнул. – Запомни, в любой долине ты в полной безопасности. Мне б твою уверенность! Но возражать я не стала. Кажется, Габриэль искренне любит это место. Стоило нам пересечь границу, которой служили странные горы, как черного ангела словно подменили. Он расслабился, перестал напоминать готовящегося ринуться на добычу коршуна, из глаз исчезло настороженное выражение. Таким он мне нравится куда больше. – Для храбрости, – пояснил Габриэль и крепко поцеловал меня. Алечка... На нас же вся улица смотрит! Я отчаянно затрепыхалась в его руках. Хотя, надо признать, целуется он потрясающе. До сих пор коленки дрожат. Встречу Темнейшую, обязательно скажу спасибо. Шли долго. Низверженный честно предупредил, что местный Властелин живет на другом конце долины, и предложил мне сесть на Снежку. Но я отказалась. Теплая рука ангела придавала уверенности. Кажется, получилось даже не краснеть под всеми этими взглядами. Внутри долина мало чем отличалась от того же Жатариса. Извилистые улочки, аккуратные домики с садами и ухоженными огородами, несколько площадей с разнообразными лавками. Даже ратуша нашлась. А вот постоялого двора не было. Выходит, на ночь мы не остаемся? Мимо то и дело спешили по своим делам местные жители. Жизнь в Боллате кипела. Габриэля узнавали, тепло приветствовали. Я инстинктивно чувствовала – крылатого здесь любят. Интересно, с собственными подданными у него такие же отношения? Нервозность постепенно уходила, любознательный взгляд скользил по сторонам. Магия здесь все-таки присутствовала, хоть и не в такой концентрации, чтобы вызвать у меня раздражение. Скорее всего, только необходимый минимум бытовых заклинаний. Я в этом не особенно разбираюсь. Среди местных обитателей попадались не только люди. Эльфы, гномы и самые разнообразные полукровки. В основном, дети. У меня просто глаза разбегались. И невольно всплывал в голове вопрос: меня так откровенно разглядывают, потому что я с Габриэлем, или они просто шату в глаза не видели? Слухи здесь разлетались со скоростью света. Не успели мы подойти вплотную к нужному дому, как дверь распахнулась, и, не обращая на меня никакого внимания, на рэй’тхи алым ураганом налетела какая-то девица. Нигде от них покою нет! Я отступила в сторону и демонстративно скрестила руки на груди. Враждебный взгляд методично ощупывал незнакомку. Чуть выше меня, совсем еще молоденькая, каштановые волосы разметались по плечам. Судя по длинному красному платью с дорогой отделкой, эта особа не бедствует. Я поправила и без того идеально сидящий костюм и тихо порадовалась, что была лишена удовольствия трястись в седле. Фи! И что он в ней нашел? Ведь ничего особенного! Габриэль порывисто обнял девушку, чуть приподнял – и тут же поставил на ноги. Отстранился. Багряный взгляд цепко ощупывал тонкую фигурку. И тут я заметила то, что заставило ангела так странно реагировать. Девушка была сильно... беременна. Хм. Хочется надеяться, что крылатый паршивец здесь все-таки ни при чем. Иначе глаза выцарапаю. Обоим! Тем временем про меня наконец вспомнили. Габриэль легонько подтолкнул меня вперед и по-хозяйски обнял за талию. В зеленых глазах его знакомой заискрилось изумление. – Ты... – Шата. И пусть только попробует оскорбить! – ... такая красивая! – не обращая внимания на мою резкость, выпалила девушка, после чего подхватила меня под руку и увлекла в дом. Времени, оставшегося до ужина, оказалось достаточно, чтобы осознать правоту Габриэля. Периодически отрастающий у гостьи хвост здесь мало кого волновал. И без неприличных намеков обошлось. Ксения долго рассматривала меня со всех сторон, прежде чем вынести окончательный вердикт: – Потрясающе! Именно такая девушка ему и нужна. Сполна удовлетворив любопытство Хранительницы, я наконец позволила себе усесться на диван и блаженно откинулась на мягкую спинку. Хорошо! – Согласен, – важно заявил устроившийся рядом Габриэль. – При условии, что мурлыкать она будет только для меня. Я задохнулась от возмущения и продемонстрировала всем желающим острые коготки. – Еще одно заявление в том же духе, и я решу, что для полноты образа одной оцарапанной щеки маловато. Глядишь, и девицы вешаться перестанут... – Уж кто бы жаловался! – хохотнул ангел, после чего поймал мою ладошку и легко поцеловал каждый коготок. Хоть бы для виду устрашился! – Чудесная пара! – Кажется, больше можно не беспокоиться, как бы пристроить его в хорошие руки, – раздался от двери приятный мужской голос. – Сыскалась добрая душа. Что ж, девушка, поздравляю с отличным приобретением. Ты не бойся, он не кусается, хоть и рычит без конца. Правда, железяки свои где попало вечно раскидывает... – Так что, если среди ночи вместо благоверного нащупаешь ханатту, не пугайся, – закончила Ксения за мужа, и они весело рассмеялись. Да уж, послушать эту парочку, так пять раз подумаешь, а стоило ли вообще связываться с этим паршивцем крылатым. С оружием не расстается, девиц притягивает, дружелюбием не отличается... И за что мне такое сокровище на голову свалилось? Может, создательница с богиней любви что не поделила? Алекс являл собой идеальный образ Властелина. Высокий, в меру важный, с мудрым взглядом и чуть ироничной улыбкой. Парадные бело-золотые одежды придавали ему степенности. Я попыталась мысленно облачить в них Габриэля и не смогла. Сложно представить жесткого ангела душой долины. Храбрым воином – да, а вот мудрым правителем... Как-то не ложился на душу подобный образ. Габриэль порывистый, властный, нетерпимый. Да и словарный запас у него оставляет желать лучшего. С таким лексиконом только дипломатические переговоры и вести. И кто ему долину доверил? Посмотреть бы на того умника. Единственным, что сильно портило мужа Ксении, были его волосы. Совершенно седые. Их грязно-серый цвет сразу бросался в глаза, резко контрастируя с молодым лицом. Наверное, не предупреди Габриэль меня заранее, я бы точно ляпнула какую-нибудь бестактность. А так – только натянуто улыбнулась и приветственно кивнула. В голове бились всего две мысли. Он же маг, так почему ничего не сделает со своей внешностью? Что-то я уже не уверена, что хочу, чтобы черный ангел становился истинным Властелинам. Мало ему собственной тьмы? Оставив Властелинов с их мужскими разговорами, мы с Ксюшей отправились на кухню. Насколько я заметила, дом правителя мало чем отличался от жилищ прочих обитателей Боллаты. Никаких замков, мраморных лестниц и извилистых коридоров. Только самое необходимое. Вот и пристройка, кажется, только из-за грядущего прибавления появилась. – Первый? – я с улыбкой кивнула на выступающий живот Хранительницы. Та смущенно улыбнулась. – Третий уже. Мысли лихорадочно заметались. Так, что там говорил Габриэль? Сколько его здесь не было? На языке уже вертелось с десяток вопросов, но я предпочла оставить их при себе. Позже крылатого спрошу. – Миша, хватит прятаться, – строго скомандовала Ксения. – Я вас вижу. Ага! Значит, предыдущие ее слова были сказаны не только для меня. Неприметная дверь, ведущая, по-видимому, в кладовку, отворилась. На свет выступила девчушка лет семи. Может чуть старше. Черноволосая и синеглазая. Совсем не похожая ни на Хранительницу, ни на ее мужа. За ее спину старательно прятался годовалый малыш. – Познакомьтесь с нашей гостьей... Строгой мамаши из Ксеньки явно не получилось. Да она не слишком-то и старалась. – Так это ты приехала с Габриэлем? – малявка сморщила нос и придирчиво оглядела меня. В синих глазах плескалась враждебность. Ей-то я чем не угодила? – Бэлла, – и старательно заулыбалась. Шата я или не шата! Но, видимо, пресловутое обаяние в этот раз дало сбой. Девчонка глянула исподлобья, резко повернулась и выбежала за дверь. Малыш на нетвердых ножках потопал за ней. – У Мишки к Габриэлю особое отношение, – Ксения улыбнулась чуть смущенно. – Не расстраивайся. Даже не собиралась. Я махнула на произошедшее когтистой лапкой и пристроилась к готовке. Толпы слуг, жаждущих выполнить любое пожелание Хранительницы, здесь не было. Ксения справлялась с хозяйством самостоятельно. От этого атмосфера уюта и тепла, царящая в доме, ощущалась особенно остро. Только сейчас я в полной мере осознала, насколько хочу иметь собственный дом. И мужа. И, может быть, даже детей. В этом месте я нервно хихикнула. Страшно представить, кто получится с такими родителями! Крылья, хвост, когти, тьма... уси-пуси, прелесть какая! – Он, наверное, долго за тобой ухаживал? – зеленые глаза любопытно сверкнули. Кажется, кто-то настроился посекретничать. Я проглотила очередной смешок. Габриэль? Ухаживал?! – Нет, что ты. Он меня похитил, обманул, чуть не убил, сделал своей аарритой, – принялась перечислять я, нарезая овощи. Хорошо, вовремя заметила, как побледнела хозяйка. – Эй, не вздумай хлопнуться в обморок! Я тоже паинькой не была. Посмотри хоть на его физиономию. С ответом она не нашлось. Ужин прошел тихо и почти по-домашнему. Если, конечно, не считать разобиженной Мишки. Милая со всеми остальными, девочка бросала на меня странные взгляды, заставляя чувствовать себя неуютно. К тому времени я уже знала, что и Михелина, и Дьял приемные дети правящей пары. Но вот почему малявка воспринимает меня столь негативно, уразуметь никак не могла. – Остановитесь у нас? – поинтересовался Алекс в конце трапезы. – Или предпочитаешь ночевать в своем старом доме? – Неужели он до сих пор свободен? – крылатый не столько удивился, сколько обрадовался. – Всегда. Что бы это могло значить? Я вопросительно глянула на Ксению, не уверенная в правильности своих выводов. Та кивнула и улыбнулась. Вот и отлично. Если не сложится в Ардраде, по крайней мере, нам будет куда податься. Тепло распрощавшись с хозяевами, направились к выходу. – Ты его любишь? – тоненький колосок заставил меня замереть на месте. Синие глаза смотрели по-взрослому серьезно. И что я должна сейчас ответить? Багряные глаза заинтересованно блеснули. Уходить прямо сейчас темный раздумал. Вот я попала! Захотелось в срочном порядке провалиться сквозь землю. Нет, я, конечно, люблю эту заразу крылатую, но признаваться (первая! При всех!!) в своих нежных чувствах не собираюсь. Он потом до конца жизни меня шпынять будет. Михелина истолковала молчание по-своему. – Ну и дура. И ты дурак, – это уже Габриэлю. Конечно, Властелин тут же прочитал отбившейся от рук дочери строгую нотацию, но легче от этого никому не стало. Чернокрылый крепко ухватил меня за руку и едва ли не силком выволок за дверь. Я глянула в смурное лицо мужчины и вдруг ясно осознала, что оставаться с ним наедине мне сейчас совсем не хочется. Но деваться было некуда. Весь путь до нужного дома промелькнул, словно одно мгновение. Рэй’тхи стрелой летел по улице, настойчиво увлекая меня за собой. Дыхание безнадежно сбилось еще у дома Властелинов. Сердце бешено колотилось: тук... тук... ТУК! Тяжелая дверь с грохотом захлопнулась за спиной. – Итак, мы одни, – вкрадчиво произнес низверженный. – Самое время выяснить отношения. Это прозвучало зловеще. А может, всему виной багряные отблески в черных глазах? В животе тугим холодным клубком свернулся страх. Инстинктивно я стала отступать, но быстро уткнулась спиной в прохладную стену. С перепугу даже оглядеться не сообразила! Габриэль решительно шагнул ко мне. Алечка... В нос ударил запах металла. По телу прокатилась волна дрожи. Ох, лучше бы мне трястись от страха! Чернокрылый подошел почти вплотную. Кажется, я даже могла ощутить жар его тела. Ох. Связные мысли вымело из головы до единой. Шершавая ладонь мягко зарылась в мои волосы. Мр-р-р... – Я ведь тебе нравлюсь, правда? – он чуть потянул меня за волосы, вынуждая запрокинуть голову и посмотреть в полные яростной тьмы глаза. Склонился, обжигая горячим дыханием. – Гораздо больше, чем просто нравлюсь. По ауре вижу! Бежать со всех лап! Только сперва обернуться... Но сил не было. Такая опасная близость крылатого будоражила, лишала воли и способности мыслить. Я упрямо продолжала молчать. Не дождется! Впрочем, Габриэль прекрасно понял все без слов. – Слушай и запоминай, повторять не буду, – рыкнул он, покрывая мое лицо быстрыми поцелуями. – Я люблю тебя... Довольно изогнувшись в сильных руках, я уже мурлыкала, не таясь. Все равно ведь сдержаться не выйдет. Так уж лучше расслабиться и получать от процесса удовольствие. Чувствуя, как тело плавится в его руках, я запрокинула голову еще сильнее и позволила поцелуям сместиться на шею. – И давно? Нет, мне правда интересно! Габриэль ненадолго оторвался от своего увлекательного занятия и плутовато улыбнулся. – Дай-ка вспомнить... Думаю, с тех самых пор, как ты свалилась мне на голову. Или все-таки это произошло после удара подносом по голове? Мр-р-р! Я тихо фыркнула от смеха. Сомнения и страхи мгновенно улетучились. Я махнула лапой на все приличия и свою (то есть, Алькину) глупую скромность и беззастенчиво притянула его к себе. Мое! Никому не отдам. А вздумает обидеть, буду шипеть и царапаться. – Кхе-кхе... – донеслось скрипучее сквозь сладкий звон в ушах. Мы отпрянули друг от друга, точно застуканные за поцелуями подростки. Ладно я, но Габриэль! А ведь ангел и вправду смутился. Взгляд панически заметался по комнате (а неплохо он тут устроился!), но обнаружить нарушителя спокойствия так и не удалось. На всякий случай я покраснела и теснее прижалась к стене в поисках защиты. – Какого упыря? – тягуче поинтересовался Габриэль, после чего выдал пару словечек покрепче. Вот это самообладание! Меня до сих пор потряхивает ощутимо, а по крылатому и не скажешь, что он только что... Создательница, ну и мысли! Так, срочно восстановить дыхание. – До чего несправедлива жизнь! – страдальчески возвестил голос. – Я со всех лап бежал повидать дорогого друга после многих месяцев разлуки, а он даже и не рад. Только сейчас я додумалась опустить взгляд. Ой, мамочки! Это же... Говорящий кот!!! Как-то многовато впечатлений для одного дня. Огромный (меня в кошачьей ипостаси три надо) рыжий кошак, изъясняющийся человеческим языком стал последней каплей. Колени подогнулись, и я по стеночке сползла на пол и уселась на попу. Уф. Так куда лучше. – Учитывая возраст и комплекцию, ты совершил подвиг, – усмехнулся Габриэль. Я судорожно припоминала все, что знала о шатах. Попадаются ли среди нас мужчины? Это бы многое объяснило. Ответ оказался неутешителен: нет. То есть, возможно, где-то и есть оборотни со второй кошачьей ипостасью. Но шатой может быть только женщина. Ага. Значит, если у нас будет дочь, ей достанется в наследство хвост и мое обаяние. А сыну что? Крылья и тьма? Боги, о чем я вообще думаю?! От Альбрехтины нахваталась, не иначе. Когда меня наконец вернули в вертикальное положение, выяснилось, что к нам на огонек заглянул Лапус, кот Ксении. Она же магичка потомственная, так что наличие дара речи у любимца Хранительницы, вроде как, не должно никого удивлять. Но мне все равно было слегка не по себе. Да еще желтые глазюки так изучающее смотрят... – Почему от тебя кошкой пахнет? – наконец не выдержал наш усатый гость. Я смущенно потупилась. Надеюсь, коты к шатам слабости не питают. – Потому что иногда у нее отрастает хвост, – пояснил рэй’тхи и тут же разъяснил коту политику: – Только сразу намотай на ус, эта зверюшка – моя. Унюхаю от нее чего лишнего, усы пообрываю. Ясно? На рыжей морде отразился сложный мыслительный процесс, сильно сдерживаемый недоумением. Из груди вырвалось оскорбленное шипение. Да как он вообще посмел обо мне такое подумать?! – А ты не фырчи, – резко оборвал меня мужчина. Сразу видно, Властелин. Вон как уверенно приказывает. Я бы даже сказала, вдохновенно. – Доставай свои ножики и иди во двор. Будем тренироваться. Более вдохновенно он только ругается. Я наградила рыжего гостя “благодарным” взглядом и покорно потопала на свежий воздух. А ведь счастье было так близко! К тренировкам с оружием мы вернулись еще после случая с упырями. Габриэль осознал, что невредимой я ему нравлюсь куда больше, и с тех пор мы занимались каждый вечер. Временами я даже делала успехи. Вот, что значит подходить к делу с душой (это я об учителе). Вызвала ножи, перехватила их поудобнее и плавно перетекла в стойку. Ненавижу все это! Страстно ненавижу. Но хвост дороже. Горячая рука легла на запястье, выправляя его положение. Макушку обдало чужим дыханием. Я жадно глотнула воздух и задрожала. Как он может сейчас думать об оружии?! Все-таки я шата. А значит, натура страстная, как бы не стремилась убедить себя в обратном. Даже привнесенная создательницей скромность не спасает. А он еще издевается! Рука, пару мгновений назад крепко сжимавшая темную рукоять, расслабилась. Я инстинктивно откинулась назад, прижимаясь к твердому мужскому телу. Судорожный вздох. Губы дрогнули в дразнящей улыбке. Кажется, темный не слишком возражает. Прижавшись к нему еще теснее, я легонько потерлась о горячее тело и довольно замурлыкала, получив в ответ полустон-полурык. Правильно, он ведь тоже не железный... – Убита, – безо всякого выражения констатировал учитель (мучитель!). Шеи коснулось холодное лезвие. – Сволочь бессердечная! – выплюнула я. Надеюсь, блеснувшие в глазах слезы удастся скрыть за шипением. – Расскажешь это очередному упырю. Если успеешь. От злости перед глазами поплыли бордовые круги. Гад! Я к нему со всей душой, а он... Змейкой вытекла из стального кольца рук и встала в очередную стойку. Руки дрожали от бешенства. Ну же, нападай! Это сейчас я кошка беспомощная, но со временем я научусь, и тогда... Правильно расценив призыв, Габриэль скользнул вперед. Только дикая ярость позволила мне ускользнуть. Снова стойка. Руку чуть выше... Удар! Острие с неприятным свистом пронзает воздух. Впервые мне почти удалось зацепить его. Рэй’тхи успел уклониться всего за какое-то мгновение до того, как один из моих ножей вонзится в его предплечье. Коротко ругнулся и легко скрутил меня, больно заламывая руки. Оба клинка полетели в траву. Сволочь! Гад!! Ненавижу!!! Я ужом извивалась в руках мужчины. По щекам текли крупные горячие капли. – Молодец, котик, – в голосе крылатого звучало нечто сродни восхищению. – Продолжай в том же духе, и я решу, что ты не безнадежна. Эти слова, произнесенные тягучим, вкрадчивым голосом, подействовали лучше успокаивающего зелья. Я тут же раздумала брыкаться, доверчиво прижалась к груди мужчины и позволила увлечь себя в дом. Ну и методы у него, однако! Если хочу и дальше сосуществовать с этой заразой крылатой без ущерба для психики, надо в срочном порядке учиться держать себя в лапах. В противном случае наши семейные разборки угрожают быть кровавыми. Оглядеться как следует возможность представилась только на следующее утро, когда Габриэль отправился к Властелину. Понятия не имею, зачем, но выпавшие мгновения одиночества я решила провести с пользой. И вполне традиционно. Первым делом обернулась, дабы выгулять свою кошачью ипостась. И следующие полчаса метеором носилась по дому. Даже когти о кресло поточила. Не то, чтобы очень хотелось, но у меня же рефлекс! Конечно, ввиду вчерашних событий, царапать следовало хозяина, но крылатого поблизости не было (да и опасно это, для здоровья). Вот и пришлось довольствоваться тем, что есть. Мелочь, а на душе разом полегчало. Потом наскоро вымылась и отправилась на кухню, завтрак готовить. Пока вертелась среди кастрюлек, неожиданно поймала себя на мелодичном урчании. На сердце было тепло и уютно. Кругом витали аппетитные запахи съестного. Каша, омлет с сыром, подогретое молоко с медом... Даже смутное понимание того, что продукты не могли за ночь материализоваться в кладовке без посторонней помощи, не испортило настроения. Впервые я чувствовала себя домашней. И была абсолютно не настроена покидать этот дом. Пускай тесный и совершенно не обжитой (одна только мебель, никаких личных вещей), но зато предоставленный в мое полное распоряжение. А в Ардраде... кто может сказать, как там все сложится? Вот только выбора у меня не было. Стук двери я пропустила мимо ушей. А в следующий миг в кухню ввалился Габриэль, донельзя благостный и улыбающийся. Последнее с темным случалось нечасто. Сразу видно, хорошо поговорили. – Мурлычешь? Ну вот как на этого паршивца крылатого можно злиться? Я медленно окинула мужчину взглядом с ног до головы. Высокий, сильный, черные волосы разметались по плечам, в багряных глазах притаились озорные искры. Какой же он красивый... И мой! Впрочем, не буду спешить прятать когти. – Мне хорошо здесь. Ангел приблизился на расстояние вдоха и легко погладил меня по щеке. – Знаю. Потому и привез тебя в Боллату. Чтобы ты знала: немного усилий, и наша жизнь будет такой же. Я кивнула, улыбнулась и незаметно спрятала коготки. С ними на стол накрывать не удобно. Какой же он все-таки расчетливый! Этот крылатый даже друзей не навещает просто так. Но сказанные Габриэлем слова внушали надежду. За завтраком мы окончательно помирились. А после мне суждено было узнать, что Властелины мало чем отличаются от других правителей. Едва выдался свободный денек, как чернокрылый тут же унесся к Алексу. У них, видите ли, междолинные дела, не терпящие отлагательств! Вопроса, чем заняться, чтобы скоротать время, даже не стояло. Укрывшись от посторонних глаз за домом, я ощетинилась ножиками. Так, ноги чуть шире и немного согнуть в коленях. Замах – удар. Еще! Дыхание безнадежно сбилось уже после третьего. Конечности противно тряслись. Нет, орудовать когтями у меня определенно лучше получается. Может, ну их, эти тренировки? Еще после вчерашней вспышки все мышцы ноют. – Ты все делаешь не правильно, – тоненький голосок заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. А эта что здесь забыла? Миша явно пряталась. И я даже знаю, от кого! Платье все измято, обувь отсутствует как таковая, ноги по щиколотку в пыли, а тонкие пальчики безжалостно терзают сложную косу. Пожалуй, не стану ни о чем спрашивать. – Хочешь, покажу, как надо? – в голосе девчушки зазвучала надежда. Ушам не верю! Я удивленно моргнула, но наваждение и не думало исчезать. Девчушка робко улыбнулась и взяла у меня один из ножей. Час спустя я была мокрая, как мышь. Одежда липла к разгоряченному телу. Лицо пылало. Но у меня наконец стало получаться. Силы, само собой, не прибавилось, но зато я научилась использовать шатью гибкость с максимальной выгодой. Тело запомнило необходимые действия и с легкостью воспроизводило их раз за разом. До естественности движений рэй’тхи мне пока далеко, но это уже кое что. – Все, больше не могу, – простонала я и рухнула на истоптанную траву, дабы у Мишки не осталось и малейших сомнений в плачевности моего состояния. – Где ты этому научилась? Малявка даже не вспотела. – У отца. Потом у Габриэля, – девочка вернула мне оружие, которое тут же растворилось, превратившись в кольцо, и опустилась рядом. Ни слова про Алекса. И тут до меня дошло. – Хочешь, чтобы он взял тебя к себе? Девочка уселась, привалившись спиной к стене. Взгляд синих глаз казался слишком серьезным для ребенка. – Он обещал. Но теперь есть ты. Утром я подслушала, как Габриэль просил Властелина соединить вас. Я понимаю, ему нужна жена. И Хранительница, чтобы не придирались. Только... Сердце радостно трепыхнулось. Жена? Не ааррита! – Он сдержит слово. Уж я об этом позабочусь. Миша неверяще распахнула глаза, не в силах выдавить и звука. Да я пока еще и сама толком не знаю, как заставить Габриэля сдержать обещание. Если, конечно, он сам не захочет. – Хочешь, покажу тебе свою кошку? – я перекатилась на живот и хитро глянула на девочку. Михелина просияла. Три дня пронеслись, как один. Так всегда бывает: когда хорошо, время летит быстро. Габриэль вечно где-нибудь пропадал, то с Властелином, то с оборотнями, только по вечерам третировал меня тренировками. Пофыркивая для порядка, я тихо радовалась своим успехам. Хвостом чую, пригодится! В остальное же время я занималась домом, гуляла по долине и изучала местные порядки. Самой ведь придется жить в подобном месте. С Ксенией мы подружились. Даже Миша перестала настороженно коситься. Никому в Боллате не было дела до моей расовой принадлежности. Это ли не счастье, когда тебя принимают такой, как ты есть? Потому, когда пришла пора покинуть долину, я с трудом сдерживала слезы. Опять срываться с места и тащиться в неизвестность. Снова подниматься в воздух. Ненавижу! – Не грусти, – Габриэль ласково поцеловал меня в нос. – До Ардрады крылом подать. Будем летать в гости. Летать?! Нет, он точно насмехается! От обиды я даже ногой топнула, и тут же услышала сдавленный смешок. Все. Хочу обратно своего мрачного ангела. Немедленно верните! Уже в воротах мы столкнулись с пухленькой, коротко стриженой женщиной. По мне прошелся изучающий взгляд. Сразу сделалось слегка не по себе. Не самое приятное ощущение, будто незнакомка в самую душу глядит. Мышкой прошмыгнув мимо, я обернулась в поисках крылатого. Габриэль тепло обнимал странную особу. Пора начинать шипеть? – Я же говорила, – улыбнулась она и с почти материнской нежностью потрепала черного ангела по щеке. Низверженный стоически вытерпел ласку. Я чуть воздухом не подавилась. Это еще что за новости?! – Так все и произошло, – кивнул мужчина. – Но о некоторых издержках мы еще поговорим. Позже. И, отвернувшись от странной незнакомки, темный подхватил меня на руки и взмыл в воздух. С каждым новым движением фигур на доске таинственный голос казался все более знакомым. Боженята задумчиво переглянулись и дружно наморщили лбы. Кажется, вот-вот, и в голове всплывет нужный образ...

Глава 14. О женском коварстве

Но нет, снова ускользнул. – Что ж, рискнем, – тонкие губы Везунчика скривились в нехорошей улыбке. Аля непроизвольно поежилась и зябко обхватила себя за плечи. Фигура, обозначающая Рени, дрогнула, отрастила тяжелые перепончатые крылья и устремилась к слившейся в тесных объятиях паре. – Это еще кто? – от яростного шипения меня удерживало только огромное расстояние до земли. Не хотелось бы преодолевать его в одиночестве. – Бережиня. – О... В памяти совершенно некстати всплыло обещание не приставать с расспросами. Кто меня только за язык тянут! Ведь хвостом чую, это как-то связано с таинственным третьим божеством. Полет прошел на удивление спокойно. Щадя хрупкую шатью психику, Габриэль двигался очень осторожно. Да, не повезло ему с аарритой. Кто ж знал, что я такой трусихой окажусь? Любая другая пищала бы от восторга, а я с трудом собрала немного смелости, чтобы настороженно высунуть нос из его объятий. И ведь вижу, какое удовольствие доставляет темному чувство невесомости, что дарит пружинящий под крыльями воздух... Когда на горизонте показались острые скалы, я даже не удивилась. Ожидала чего-то в таком духе. Но зрелище, надо признать, дивное. Особенно, когда смотришь с высоты полета. Высокие, с бесчисленными острыми выступами, и ни малейшего признака растительности. Так и должна выглядеть Граница в долине, где Властелин Габриэль. Все очень гармонично. Сердце сладко замерло от этого понимания. Так вот ты какой, новый дом... А вот Врата здесь отличались от виденных мной в Боллате. В первую очередь – своим отсутствием. Входом в Ардраду служил выдолбленный в толще скал аркообразный проем. Он ничем не прикрывался, так и зияя распахнутым окном в долину. Если, конечно, не считать заслоном пятерку плечистых оборотней. Однако, антураж... Габриэль мягко приземлился перед ними. Меня тут же ощупали подозрительными взглядами. Ненавижу чувствовать себя объектом такого внимания! Экстренно захотелось провалиться сквозь землю. Но все, что я могла сделать, это пошипеть из-за широкой спины темнокрылого. Одно утешает, с такой охраной не пропадешь. Вон, как преданно перевертыши заглядывают в глаза своему Властелину. Пока стражи гордо докладывали, что на вверенной им территории никаких происшествий не было, я успела бегло оглядеться. И едва не задохнулась от восторга. Скалы (как здесь вообще можно было что-то построить?!), аккуратные домики, многочисленные лестницы и сложные переходы, цветущие сады... Ардрада была просто изумительно красива! – Теперь-то ты видишь, насколько подходишь этому месту? – горячее дыхание опалило ухо. И мне. Думаю, вопрос подразумевал именно это. Я выцепила взглядом крошечный белоснежный цветок, растущий прямо из скалы (насчет отсутствия растительности я погорячилась) и коротко кивнула. На слова сил уже не осталось. – Подожди, мы еще до дома не дошли, – темный предвкушающе улыбнулся, взял меня за руку и увлек за собой. Местные жители с одинаковым обожанием взирали на моего спутника. Да Габриэля здесь просто боготворят! И выбранную им Хранительницу приняли, как данность. Ни единого косого взгляда, ни одного едкого замечания. Зря я боялась. Замок был прекрасен. Высокое строение из темного камня с фигурными окнами, башенками и шпилями. В очередной раз за этот безумный день я задохнулась от восхищения и еле удержалась, чтобы с визгом не броситься на шею крылатому. Да и то только потому, что вместо меня это сделал кое-кто другой. – О, мой Властелин, – ну конечно же, Рени! – Хвала богам, вы здесь! Словно и не подозревала о моем существовании, нахалка повисла на рэй’тхи. Ну не паршивка ли?! Это ж насколько надо себя не уважать, чтоб так за мужиком увиваться! Я брезгливо скривилась и демонстративно отвернулась. – Что произошло с магами? – щадить девичьи чувства Габриэль даже не подумал. Вот только оторвать от себя эту липучку низверженному с первого раза не удалось. – Они... – хлюп! она бы еще высморкалась в него, честное слово! – Я к ручью ходила, надолго. Возвращаюсь, а они... с клыками, и когти жуткие, и глазищи огнем горят... Помню, сама видела. Но как ни стараюсь, в сердце ничего не дрогнуло. Ни капли сострадания к, казалось бы, чудом уцелевшей девушке. – Даже не знаю, как мне удалось от них сбежать. Как вы могли отдать меня этим монстрам? – полными слез глазами Рени взирала на Властелина, ожидая ответа. Интересно, какого именно? Не знаю, какой бес меня дернул вмешаться. – Что ты, милочка, не надо так расстраиваться, – когтистые лапки ловко отцепили соперницу от любимого мужчины. А то взяла моду руки распускать! Брюнетка удивленно трепыхнулась в моих объятьях. Ха, я тоже умею быть настойчивой! Но еще в одном маленьком удовольствии отказать себе все же не смогла. Склонилась к самому ее уху и жарко шепнула: – Можешь считать, что все поверили. Внутри замок был столь же великолепен. Дорогая отделка, мягкие ковры, массивная резная мебель. И совершенно никаких удобств. Ладно, о том, что канализации нет, я молчу. В конце концов, ее во многих городах нет. Но в Ардраде не обнаружилось даже простейших бытовых заклинаний! Магических светильников, и тех не было. Мерцающие в бронзовых подсвечниках свечи создавали неповторимый таинственный флер. А вот ждать, пока слуги наполнят здоровенную дубовую лохань горячей водой, мне совсем не понравилось. Да и сам факт присутствие в замке челяди удивлял. Подозрительный взгляд заскользил по комнате, то и дело натыкаясь на совершенно не похожие на Габриэля вещи. В моем понимании не похожие. Вот, например, горгульи с рубиновыми глазами, выстроившиеся на каминной полке... Удержать рвущиеся наружу вопросы мне оказалось не по силам. Выяснилось следующее. Все здесь осталось от прежних Властелинов. За обустройством быта своих подданных у Габриэля просто руки не дошли навести порядок в собственном доме. Прежние хозяева не слишком заботились о вверенной им долине. Пришлось заново отстраивать почти все дома, налаживать хлипкие отношения с соседями и другими долинами, восстанавливать ярмарочную площадь и открывать лавки. К тому же, без дара врачевать израненные души – дело непростое. Хорошо еще, ангелы способны внушать сильные эмоции. Слуги остались в замке по собственной инициативе. – Я трижды посылал запрос в Гильдию, но мага нам пока так и не выделили, – пояснил Габриэль, обводя взглядом полутемный холл. – Уже всерьез подумываю посетить Акрис лично. Интересно, от города что-нибудь останется после того, как рэй’тхи выразит свое недовольство? От спальни я пришла в полнейший восторг. Просторная, светлая, отделанная в бело-голубых тонах. Тяжелые ночные шторы были широко раздвинуты, позволяя солнечным лучам беспрепятственно проникать сквозь большое окно. Ноги утопали в ворсистом ковре. Приятно, наверное, ступать по нему босиком... Камин, лохань, притаившаяся за ширмой, большой шкаф, зеркало. Но больше всего мне понравилась кровать. Она стояла на небольшом возвышении и была завалена бесчисленными подушками и подушечками самых разных форм. А сверху – мечта! – искрящийся в свете солнечных лучей, полупрозрачный полог. Роскошно! Я не смогла скрыть переполняющих душу эмоций и с радостным визгом преодолела три ступеньки и плюхнулась среди подушек. Потом перегнулась через край, являя темному сияющую мордашку. – Нравится? – в уголках его губ притаилась улыбка. Со счастливым вздохом я откинулась на подушки. Я дома! Вещи раскладывала самостоятельно. По неизвестной причине этот ритуал казался очень важным. Чтобы почувствовать себя хозяйкой в его доме, в его долине. И в сердце. Костлявая домоправительница, которую мне представили как Лаару, взирала на творящееся под ее носом безобразие без одобрения. Но протестовать не решилась, безоговорочно признавая мое главенство. Прикрывшись волосами, я удовлетворенно улыбнулась и с трудом утерпела, чтобы не заурчать. Кажется, жизнь налаживается! Едва ранний ужин был съеден, я рухнула в кровать и крепко уснула. Даже полуобнаженный ангел под боком не смог привлечь внимание измученной бесконечными перелетами шаты. Слишком много событий для одной короткой жизни. Слишком много впечатлений. Иным и за долгие годы столько приключений не выпадает. Что ж, думаю, мы оба заслужили капельку счастья. Габриэль немного посопел и устроился рядом. Все же и для крылатого это путешествие не было легким. Только, в отличие от меня, ему и в Ардраде расслабиться не удастся. Боюсь даже представить, сколько дел здесь накопилось в отсутствие Властелина... Проснулась я в одиночестве. Потянулась, муркнула и бросила взгляд на окно. Солнце только-только поднималось из-за горизонта, играя золотистыми бликами на темных скалах. Значит, Габриэль ушел еще затемно. Ух! Кажется, на неделю вперед выспалась. Перекатилась на живот и какое-то время безмятежно любовалась рассветом, лениво болтая ногами в воздухе. Хватит нежиться, пора вставать! Приготовление завтрака шло полным ходом. Женщины в плотных чепцах, чтобы, не приведи боги, волос в еду не попал, сновали между кастрюльками. Краснощекий мальчишка таскал в ведрах воду, наполняя здоровенный чан. Лаара цепко следила за процессом и то и дело покрикивала на поварих. Хранительницу на кухне явно не ждали. Поначалу меня попросту не заметили. Не до того было, когда домоправительница с видом злобной гарпии над душой стоит, еще и камандует. Я неловко потопталась на пороге, потянула носом. В животе тут же предательски заурчало. Кажется, кто-то проголодался. – Ваша милость? – женщина обернулась на звук и удивленно вскинула брови. Щеки стремительно покрылись румянцем. Какой конфуз! – Что вы здесь делаете?! Мр? Интересный вопрос. А и в самом деле, что может делать голодная шата на кухне? – Завтрак готовить собираюсь, – и в доказательство своих намерений шагнула к одному из столов, где были разложены овощи, и взялась за нож. Основа для омлета стояла тут же, в глубокой миске, и аппетитно пахла сыром. И с чего такие простые действия вызвали столь бурный ажиотаж? – Что вы, ваша милость, – Лаара молниеносно переместилась к столу и крепко перехватила мою руку. – Немедленно оставьте нож. У вас ручки нежные, не для работы они созданы. Прогуляйтесь лучше, здесь очень живописные окрестности. А с завтраком мы уж как-нибудь управимся. Я даже мяукнуть не успела, как оказалась за дверью. Дела... Что ж, раз уж меня деликатно послали гулять, туда и направлюсь. Самой интересно обследовать новые владения. Но порядок в доме навести придется... Придумала тоже, милостью обзываться! Гуляя по долине, о времени я забыла напрочь. Ноги стремительно ступали по извилистой тропке. Местами дорожка становилась настолько узкой, что вряд ли на ней могли разминуться двое, чтобы один из них не рухнул со скалы. Но о безопасности волноваться не приходилось. Кошачья гибкость делала свое дело. Даже высокие каблуки не служили помехой. Вокруг бушевало буйство красок. Шуршали листвой деревья, в глазах рябило от пестрых цветов. Казалось, они были везде: в садах у домов, на окнах, дикие, вдоль дорожек, и даже на дерновой крыше заброшенной избушки. От птичьих трелей звенело в ушах. Попадающиеся мне навстречу люди поначалу замирали в нерешительности. Но быстро приходили в себя, робко улыбались, почтительно кланялись. Я старательно излучала доброжелательность им в ответ. Пару раз (в противоположных концах долины!) натыкалась на Габриэля. Видно, не я одна сегодня осталась без завтрака. Осчастливленные возвращением правителя, обитатели Ардрады дружно требовали его внимания. Утоптанная тропинка золотистой змейкой вилась среди деревьев, огибала острые выступы, каменной лестницей без перил уходила то вверх, то вниз. Я бездумно шла вперед, жадно впитывая окружающую красоту. Хорошо, что все же согласилась на предложение крылатого посетить это место. Чувствую, когда улягутся божьи игры, именно здесь я буду по-настоящему счастлива. Мы будем. Камешки мерно хрупали под ногами. В просвете среди деревьев блеснула лазурная гладь воды, и я, недолго думая, устремилась к ней. Сошла с тропинки, протиснулась среди раскидистых ветвей, чтобы обнаружить себя стоящей на краю крутого обрыва. Взгляд вниз – ух ты, прямо дух захватило! Пышные кроны деревьев надежно укрывали от посторонних глаз. И от палящего солнца, что было куда более важно, потому что поблизости не было ни души, а вот спина уже начинала зудеть. Прислонившись к шершавому стволу, я прикрыла глаза. Пора бы вернуться в замок. Меня, наверное, уже хватиться успели... Да и нарастающему чувству голода одних только свежих впечатлений было маловато. Только к воде спущусь, и сразу домой. Зайди я с другой стороны, оказалась бы у самой кромки. А так придется карабкаться. Едва успела поставить ногу на подходящий выступ, как услышала голоса. И с удивлением осознала, что они доносятся снизу, от озера. Да и запахи показались мне знакомыми. Ну, один так точно. – Лети уже, пока нас никто не заметил, – брюнетка и незнакомый темноволосый демон с забавно подвернутыми рожками и тяжелыми кожистыми крыльями стояли у самой воды. – И передай Темнейшей, что к полуночи от него останутся одни воспоминания. И она рассмеялась низким, гортанным смехом. От противного звука внутри все перевернулось. Только чудом мне удалось не свалиться на головы заговорщикам. Да еще когти помогли. Повинуясь приказу, демон взмыл в воздух и быстро скрылся за пиками скал. Хорошо, летел в противоположную сторону, иначе тут же и сцапал бы меня тепленькой. Все-таки пора уже Габриэлю становиться настоящим Властелином. А то пролазит в долину всякая дрянь... Заниматься скалолазанием что-то расхотелось. Вызвав на всякий случай ножи, я занялась напряженной мыслительной деятельностью. Надо срочно что-то делать! Найти Габриэля и предупредить его об опасности. Ведь как чувствовала, что с этой девицей не все чисто. Вот только где его искать? По дороге подумаю. И оставив принятие решения на потом, я резко развернулась... чтобы буквально налететь на мило улыбающуюся Рени. Вот упырь! По-другому и не скажешь... И когда только успела? – Давно здесь стоишь? – наглая девица специально встала так, чтобы я уж точно не смогла просочиться мимо нее. Разве что в обратную сторону отступать... Но там высоко, а летать я пока еще не научилась. – Н-не очень... Улыбка Рени стала напоминать оскал. В тонких руках сверкнула пара ножей. Почти как мои, только больше. Ох, кажется, я серьезно влипла. – Ты ведь все слышала, правда? – вопрос прозвучал, как утверждение. Она сделала шаг ко мне. Габриэль! Ну где же ты? Алечка! Ну хоть кто-нибудь, спасите беззащитную шату!!! – Я не хочу с тобой драться, – я покосилась на оружие в своих руках и осторожно отступила назад. Еще шаг. Максимум, два. А потом... Мерзавка хищно сверкнула глазами и снова шагнула ко мне. – Я тоже. Так, может, упростишь задачу и сама прыгнешь? – и она указала одним из лезвий на обрыв. – Прости, котик, ничего личного. Честное слово, ты мне даже нравилась! Просто спуталась не с тем мужчиной, а сейчас и вовсе услышала то, чего тебе знать не следовало. Оба острия со свистом пронзили воздух. Понятия не имею, какие именно инстинкты пробудил во мне страх, но они помогли. Вместо того чтобы пятиться назад, я шарахнулась вправо. Потом бухнулась наземь и, царапая лицо о растущие тут в немереных количествах кусты и разрывая сухожилья, откатилась к вожделенному выходу. Ух ты! Шатья гибкость не подвела. Я рванула прочь. Коварная девица тоже не растерялась и схватила меня за воротник. Эй, так не честно! Мы рухнули в траву и какое-то время возились, шумно пыхтя. Обычная девчачья драка (хм, и откуда у Альки такие познания?). С трудом приобретенные навыки были забыты, и не только мной. Оружие больше мешало, поэтому вскоре было безжалостно отброшено в сторону. В ход пошли ногти, зубы и разнообразные тычки. У кого на что верткости хватало. Конечно, Рени оказалась сильнее. Только схлопотав сильный удар в живот, от которого слезы на глаза навернулись, я обнаружила себя лежащей на краю обрыва. Все, по скалам больше не лажу! Подлая предательница торжествующе уселась сверху, легко удерживая мои запястья. Подумаешь, когти! Кожа у гадины оказалась до того прочная, что я их чуть не обломала. Ох, как же хочется стереть это самодовольное выражение с ее лица! А тут... даже лягнуться толком не получается. Тяжелая, зараза, хоть и тощая с виду. – Может, не стоит тебя убивать? – задумчиво протянула мнимая соперница. Правильные мысли. Я радостно затрясла головой. – Помнится, с магами славно получилось... А ты совсем хилая, даже руки марать не придется. Одно заклинание, и рэй’тхи погибнет от руки своей возлюбленной. Никто и не удивится. Все знают, шаты – стервы двуличные. Я едва не задохнулась от возмущения. Еще бы они не знали, ведь всегда найдутся желающие подтвердить сей обманчивый факт. – Но зачем? Ты же не любишь его. Девица противно хихикнула. – Зато я твоего Властелина всей душой ненавижу! Не рассказывал он тебе, как безжалостно истребил низших демонов, осмелившихся выступить против Властелинов? Так вот, один из них был моим отцом! – к концу гневной тирады Рени сорвалась на визг, но для меня ее голос звучал глухо. От шока, наверное. Габриэль рассказывал мне о битве возле Акриса. Только в интерпретации темного события выглядели совсем по-другому. Отец Ксении, и сильнейший темный маг по совместительству, вознамерился утащить девушку в другой мир. Естественно, друзья встали на ее защиту. Колдун же привлек на свою сторону демонов. Если учесть, что Ксюша все еще здесь и вполне счастлива с Алексом, победило добро. А то, что ради этого пришлось жестоко изничтожить прихвостней противника, на мой взгляд, очень даже справедливо. Опыт показывает, от демонов ничего хорошего не жди. Вот и Рени живое тому доказательство. Это ж представить только: человеческая женщина и демон. Низший! Я почувствовала, как к горлу стремительно подкатывает тошнота. Справившись с порывом, заметила, что губы вражини беззвучно шевелятся. Рени читала заклинание. Вот тварь! Думает, я так просто встану и пойду убивать любимого мужчину? Ха, как бы не так! Жизни не пожалею, чтобы твои планы поломать. Одной. Из девяти. И изо всех сил я рванулась к краю обрыва. Фи, мало того, что лететь приходится, так внизу вода. Всенепременно шмякнусь именно в озеро. Хм, странные мысли для умирающей... Сработало! Рени запнулась на полуслове и с коротким вскриком полетела вслед за мной. О-о-о, ругалась полукровка так, что даже низшим демонам впору было выстраиваться в очередь за консультацией. Вот только у мерзавки было одно, но очень веское преимущество. Кожистые крылья, раскрывшиеся за спиной. – Вот дура, – с отвращением произнесла Рени, наблюдая, как я падаю на камни. Хорошо, хоть тонуть не пришлось. – Немедленно очнись! – чья-то безжалостная рука непрестанно хлестала меня по щекам. – Я кому говорю?! И в посмертьи покою от них нет! Пришлось поднапрячься и разлепить глаза. Кругом все плыло. Не сдержавшись, я таки сделала грязное дело. – Я тоже рада тебя видеть, – фыркнула Альбрехтина, прытко отскакивая в сторону. У-у-у, как же мне плохо! – Что, не понравилось умирать? – Прохиндейка неспешно прохаживалась вдоль берега. – Сама бы попробовала, – огрызнулась я. Головокружение постепенно отступало, и тело даже согласилось перетечь в сидячее положение. Ох, как же все болит! – Никакого света в конце туннеля. И вся жизнь калейдоскопом не проносилась перед глазами. Так не честно! И тут на меня накатило. Габриэль! Попытка подняться привела лишь к новому приступу дурноты. Ох... Как же я буду спасать своего ангела? – Постой-ка... – Аля невесомо коснулась прохладной рукой моего лба. Коже сделалось щекотно. – Вот теперь ты готова. Только имей в виду, потом неделю отлеживаться придется. Я благодарно кивнула и унеслась прочь. Даже в самых смелых мечтах представить не могла, что после всего произошедшего буду еще способна бежать. Ай да Альбрехтина! Лучшей покровительницы пожелать было нельзя. И ведь огребет из-за меня, хвостом чую! Ветви больно хлестали по лицу. С такой скоростью я не передвигалась даже на тренировках. Тело переполняла бурлящая энергия. В душе зрела острая потребность наказать обидчицу. Или посмотреть, как Габриэль это сделает. Но крылатый не ждет нападения в собственной долине, а значит – уязвим как никогда. Ох, только бы успеть! Прохожие косились на меня подозрительно и поспешно шарахались в сторону. Еще бы! Представляю, как, должно быть, выгляжу. Чумазая, растрепанная, в изодранной одежде, тело покрыто ссадинами... Не Хранительница – мечта! Подоспела я вовремя. Покончивший с дневными делами, Габриэль возвращался домой. Властелин уже ступил на крыльцо, как его окликнул хорошо знакомый голос. Поморщился, но все же остановился. Обернулся. С безумной улыбкой (ну как он не видит?!) Рени подошла к нему. И тут в пределах их видимости появилась я. – Стой!!! Демоница глазам своим не поверила. Не ожидала она, что я воскресну! – Какого упыря? – чернокрылый вмиг подобрался. Сверкнула серебряным узором ханатта. – Она – нечисть, – а как еще обозвать порождение чокнутой ведьмы и низшего демона? Не теряя времени понапрасну, я, вооруженная привычными ножами, буквально запрыгнула на нее. Тело словно сотней игл пронзило. Не смертельно, но больно – жуть. Это ж сколько заклинаний мерзавка на себя навесила?! Дальше все происходило очень быстро. Сознание с трудом успевало цепляться за события. Рени устояла и даже удержала меня. От неожиданности, наверное. Габриэль так и застыл с приоткрытым от удивления ртом. По неизвестным причинам он не видел ее ауру и магию распознать не мог. Но мой вид говорил о многом. Хватило одного мгновения, чтобы решиться. Оба ножа легко, словно свежее масло, пронзили шею брюнетки. Видно, и у нее имелись слабые места. Или все дело в силе Пенат, которой Альбрехтина напитала мое оружие? Руки стали липкими от крови. Над самым ухом послышался свист ханатты и голос Габриэля. Кажется, он пытался оторвать меня от Рени. Не вышло. Обхватившие талию полукровки ноги упорно не желали разжиматься. Пальцы рефлекторно сжимали рукояти. Так что падали мы вместе. Вот тут-то и сработали все заклинания разом. – М-м-м... Так плохо мне не было даже в ночь, когда черный ангел сделал меня своей аарритой. Я с трудом осознавала, где нахожусь. Все существо превратилось в сплошной комок боли. Терпеть не было мочи. Подтянув колени к груди, я тоненько заскулила. – Спасибо, моя хорошая, – мягко выдохнул рэй’тхи и поднес к моим губам кубок. Глоток... кажется, я сейчас развеюсь без всякого божественного участия... другой, третий. В голове прояснилось. По крайней мере, голос темного зазвучал привычно тягуче: – Бэльча, запомни, впредь спасать тебя буду я. Никак не наоборот. Губы тронула слабая улыбка. Ему ведь не обязательно знать, что в этот день я лишилась сразу двух жизней, верно? Вместо обещанной недели, я слегла на две. Процесс восстановления шел крайне медленно. Даже многочисленные ссадины и царапины затягиваться не спешили. Что, само собой, отнюдь не радовало моего крылатого Властелина. – Ничего лучше, чем использовать твои же жизненные силы, она, конечно, не придумала? – нудил темный. Каждый день, с завидным постоянством. Пора бы мне начать злиться, но вместо этого сердце трепетало от нежности. Ведь такое поведение совсем не свойственно угрюмому, едкому ангелу. – Аля помогла, как смогла. Мы должны быть благодарны уже за это, – ага, особенно учитывая, какой скандал разразился в Пенатах. Даже высшие боги забыли о конспирации и дружно признали, что давно в курсе непростительных развлечений близнецов. Чтобы устроить коллективный нагоняй моей покровительнице. Интересно, редкая способность постоянно огребать за всех мне тоже от нее перепала? – Встречу эту помощницу, так отблагодарю!.. Свой втык получила и Лаара вместе с другими служанками. Додумались тоже, вытолкать Хранительницу из дома на поиски приключений. Рычал Габриэль долго и вдохновенно. Даже в Боллату вернуться пригрозил. Ищите, мол, потом себе Властелина, где хотите. Это он, конечно, не серьезно, но женщины впечатлились и дружно осознали совершенный проступок. В процессе раскаяния домоправительница клятвенно пообещала не гонять меня от хозяйственных дел (ну-ну!) и даже лично испекла для болезной шаты здоровенный пирог с яблоками. Вот только “вашей милостью” обзываться не перестала. К слову сказать, после спасения их драгоценного Властелина, ардрадца стали относиться ко мне несколько по-иному. Если до этого я была безликой Хранительницей, не более, чем приложением к Габриэлю, то теперь моя хвостатая персона заняла свое почетное место в сердце каждого обитателя долины. Особенно это ощущалось, пока я отлеживалась, набираясь сил. Каждый считал своим долгом порадовать меня хотя бы незначительным презентом. Будь то что-то съестное, милый сувенир, мыло домашнего производства, сделанные собственными руками украшения или шоколад. Последний таскали все, включая чернокрылого, притом, в немерянык количествах. Так что, к тому светлому моменту, когда я наконец смогла встать, смотреть на диковинное лакомство без внутреннего содрогания удавалось с трудом. Зато времени “на подумать” было с лихвой. Чем я, собственно, и занималась в перерывах между сном и едой. В итоге вырисовывалась интересная картинка. От Габриэля целенаправленно хотят избавиться. Вот только зачем? Ведь это Темнейшая предала его, а не наоборот. Крылатый, конечно, имеет зуб на бывшую суженую, но активных действий по осуществлению справедливой мести предпринимать не собирается. И где логика? В конце концов, я не выдержала и поделилась своими измышлениями с низверженным. На что получила следующий ответ: – Вот и я думаю, новой встречи с этой тварью избежать не удастся. Что ж, пусть так. Давно руки чешутся придушить. Хм. И что на это возразишь? Саму обуревают схожие стремления. Ненавижу подлость. А как еще назвать ее последний поступок? Задурила голову несчастной Рени, и без того не отличавшейся особыми моральными принципами, и без зазрения совести отправила ее в логово врага. На верную смерть. Ведь не могла же Лилита настолько недооценить бывшего жениха? Но самым болезненным было для меня другое. В том, что осталось от предательницы, нашли амулет. Один из тех, что Алекс сделал для ардрадских девушек, чтобы те не сходили с ума по Габриэлю. Рени все-таки носила его. А значит... была необходимость. Она любила. Насколько вообще может испытывать это чувство порождение тьмы. И ненавидела одновременно. Итак, возможности сыскать новые неприятности я была временно лишена. Не только потому, что еле шевелилась. Габриэль тоже внес посильную лепту в мое затворничество, строго-настрого запретив Лааре выпускать Хранительницу из спальни до его особых распоряжений. Я шипела и ругалась, но больше для проформы, так как и сама не испытывала ни малейшего желания тащиться куда бы то ни было. Зато от бурной деятельности скучающей шаты в пределах комнаты никто оказался не застрахован. Вот отлежалась немного, и началось... Нет, я даже не вставала! Уселась, откинулась на пухлые подушки и принялась капризничать. Итогом этого стало появление в спальне уютных кресел, мехового покрывала на кровати и еще нескольких милых женскому сердцу мелочей. Даже темный ангел не смог остаться не у дел. – Издеваешься?! – я даже глаза протерла (мало ли чего спросонья привидится?), но бархатная подушечка с забавными кисточками на уголках так и осталась лежать у кровати. Впрочем, больше всего возмущения в шатьей душе вызвало небольшое бревнышко, обтянутое тканью. Когтеточка! – Ничуть, – усмехнулся вредный ангел и поспешил удалиться на безопасное расстояние. – Просто у меня еще эти царапины толком не затянулись. Не хотелось бы обзавестись новыми. Фр-р-р!.. Покусаю! Причем, с особой фантазией. Так вынужденное заточение плавно подошло к концу. Проснувшись, я торопливо скрылась за ширмой. Дождаться, пока принесут горячую воду, терпения не хватило. Неужели наконец смогу обернуться и выпустить на волю кошачьи инстинкты? Побродить по долине в свое удовольствие, вдыхая напоенный цветочными ароматами воздух и наслаждаясь красотами? И никто не будет стоять над душой, изводя своим беспокойством? Неужели, неужели, неужели?! На выходе меня поджидал сюрприз. Неприятный. – Мы куда-то летим? – с замиранием сердца спросила я застегивающего плащ ангела. И крылья... Темный много дней не выпускал их. И тут, на тебе! При мысли, что придется снова подняться в воздух, с трудом подавила желание с головой зарыться в мех и подушки. Рановато я набралась силенок. – Только я, – непререкаемо заявил Властелин. Я уже открыла рот, чтобы озвучить какой-нибудь из десятка вопросов, роящихся в голове, как... – Скучай! С этим требованием он легко поцеловал меня в нос и... исчез. Мгновение спустя раздался шорох крыльев за окном. Я подавилась бурлящим в душе возмущением и так и не смогла произнести ни слова. Несносный! Но какой привлекательный!.. Ох, кажется, меня понесло... Дабы разогнать совершенно непрошенные желания (ввиду отсутствия их объекта, ага), я стрелой вылетела из замка. За какие только прегрешения мне достался этот пень с крыльями?! Чем богине любви не угодила? Видит же, зараза темная, как я реагирую на него. И сам, точно знаю, шатьей прелестью очарован. А все туда же, дела важнее! Хвостом клянусь, опять к божественному покровителю полетел! Но разве ангелы не свободны от воли обитателей Пенат? Ух, опять одни догадки. Каблучки мерно стучали по каменистой тропке. Я все дальше удалялась от дома. Уже даже успела решить, куда. Еще в прошлый выход заприметила одно необычное место в южном конце долины. Каменная арка, а под ней – висячий мост с веревочными перилами. Давно хотела его перейти. Да и к озеру я так и не спустилась... И, подстрекаемая инстинктом первооткрывательства, я прибавила шагу. Его я заметила еще по дороге к озеру. Высокий, коренастый блондин преследовал меня от самого замка, стараясь при этом оставаться незаметным. И, пожалуй, будь я человеком, у него бы это отлично получилось. Но тонкий кошачий слух уловил хруст сломанной ветки, стрекот потревоженных насекомых, шелест раздвигаемой листвы. Разглядеть преследователя я смогла, склонившись над водой. Специально выбрала место так, чтобы неизвестный оказался у меня за спиной. Кристально-чистая и ледяная, вода, точно зеркало, отражала притаившегося в тени деревьев мужчину. Неужто, очередной демон? В долине я его точно не встречала. Хотя, не могу ручаться, что перезнакомилась со всеми обитателями Ардрады. Да и запаха характерного нет... Порадовать глаз дивными видами не удалось. Нет, красоты долины были на месте, зато настроение испарилось без следа. Ну за что мне все это, а? И Габриэля как на зло рядом нет! Я побежала. Подгадала момент, когда преследователь вроде бы отвернулся, поглощенный пролетающей мимо птицей, и рванула прочь со всех ног. Уже после этого задумалась – куда именно? За спиной слышалась сдавленная ругань и тяжелый топот. Я легче. Зато он сильнее. Если догонит, прощай третья жизнь. И хорошо, если только она. Идея бежать к мосту отпала первая, как самая бредовая. В замок тоже нельзя, там одни женщины, да мальчишка-поваренок. Чем они мне помогут? Алечка, что же делать? И тут в мозгу вспыхнуло: Врата! Там оборотни, они сильные и ловкие, и их много. Я принялась аккуратно менять направление. – А ну стой, бешеная!!! – неслось в спину. Ага, вот прямо сей же миг и остановилась! Чувствуя, как начинает колоть в боку, я припустила еще быстрее. Но и светловолосый незнакомец не отставал. Так что к стражникам мы подбежали почти одновременно. – Помогите... – прохрипела я, изо всех сил пытаясь справиться с дыханием, и красиво осела прямо в подставленные руки одного из перевертышей. Тот явно не ожидал, что ему такое счастье привалит, и принялся осоловело моргать. Вот что значит, убийственное обаяние! – Чокнутая! – выплюнул подоспевший блондин. Странно, но хватать его стражи долины не торопились. – Он следил за мной! – на всякий случай уточнила я и совершенно невежливо ткнула в обидчика пальцем. Какие могут быть приличия, когда даже в собственном доме не чувствуешь себя в безопасности? Мужчины как-то странно переглянулись. – Конечно, следил, – подтвердил этот нахал. И добавил: – Меня Габриэль просил присмотреть за взбалмошной Хранительницей. И, думаю, он был прав. В общем, смешно было всем, за исключением меня. С самого утра все идет наперекосяк. Мало того, что крылатый скрытничает, так еще и перед подданными дурой себя выставила. Сразу видно, не Сиан мой покровитель. Когда веселье улеглось, и я выслушала заслуженную порцию веселых насмешек, блондин, оказавшийся местным кузнецом, проводил меня до замка. Продолжать исследовать окрестности расхотелось. Внутри неприятно царапалось острое желание вытрясти из темнокрылого имя третьего божества. Только Габриэля сначала дождаться надо... Его волосы трепал сильный ветер. Черный плащ развевался за спиной, придавая и без того угрюмому мужчине сходства с хищным коршуном. – За себя не прошу, ее отпусти. Стоящая напротив женщина нехорошо рассмеялась. – Ты не вправе просить, боги и так пошли тебе на уступки. Я и сама не в восторге от того, что приходится исполнять чужие обязанности, но ведь не жалуюсь! Ангел презрительно скривился. За столько веков могла бы и срастись с новой сутью. Ан нет. – Ты не могла знать, что Альбрехтина шату сотворит. – Другого бы кого подобрала, – богиня пожала субтильными плечами. – Тоже мне, задача, найти девицу, которая выдержит соприкосновение с твоей тьмой! Я свою часть уговора исполнила, хоть и не без огрехов. Теперь очередь за тобой...

Глава 15. Божьи пляски

– Кто дал тебе право встревать в ход МОЕЙ игры? – от яростного рыка по залу пронесся порыв ледяного ветра. И один за другим стали появляться вечные боги. Все семеро. Альбрехтина растерянно хлопала глазами и в страхе жалась к брату в поисках защиты. Конечно, будь на то воля Прохиндейки, она предпочла бы искать ее совсем в другом месте. Видно, шате и впрямь передалась тяга создательницы к черноглазым брюнетам. – Завидная настойчивость, – прогудел многоголосый хор. – Что же, пусть живет твоя игрушка. Но взамен вы оба лишаетесь права ходить. Хватит, доигрались уже! И, провозгласив свое решение, высшие удалились. К счастью, никто из них не заметил задорных огоньков, поселившихся в глазах обоих близнецов. Когда надо, Аля и Сиан могли быть потрясающе единодушны. – Думаешь, она? – на всякий случай уточнил брат. Прохиндейка сосредоточенно кивнула. – Я узнала голос. – Представляешь, эти скряги еще и храм у Сиана отобрали! – создательница пылала праведным возмущением. – Вот когда порадуешься, что с меня взять нечего. Я сочувственно вздыхала и кивала в перерывах между пламенными словами, скользя взглядом вслед за расхаживающим по спальне божеством. Сиреневый шелк плавно колыхался с такт шагам девушки. Пухлые пальчики нервно теребили длинную, светлую прядь. Хвостом клянусь, не потеря Гэльсианом любимой собственности задела Алю до глубины души! Безучастие любимого ранило куда больнее. В конце концов, храм – дело наживное. А вот с сердечными ранами придется повозиться. – Как по мне, оно того стоило, – вольготно разместившийся в кресле Габриэль впервые с момента появлении богини решил напомнить о своем присутствии. – Теперь и вы вне игры, и Бэльча в безопасности. Вот завидую я его способности в любой ситуации сохранять холодный рассудок. Наверное, это чисто мужская черта. Нам, девочкам, сперва попаниковать всласть надо, а потом уж за решение проблем приниматься. – Не совсем, – покачала светловолосой головкой Аля. – Мы все еще в игре, хотя и превратились в пассивных наблюдателей. Но другое обидно! Ведь знаю ее имя, а вслух произнести – не могу. И она виновато уставилась на меня. Что тут скажешь? На жизнь обещали не покушаться, и на том спасибо. К создательнице я без претензий. – Он тоже, – без зазрения совести сдала я темного. А нечего от меня тайны хранить! Еще и когтеточка эта! У-у-у, точно покусаю... Габриэль тут же вперил в меня полыхающий багряным пламенем взгляд. Альбрехтина же в свою очередь с любопытством покосилась на мужчину. Словно ожидала чего-то в этом роде. – Но не волнуйся, котик, у нас с братом есть план. И игру закончим, и собственные шкурки спасем, и в целях высших разберемся. Идет? – и богиня умоляюще сложила ладошки. Разве я могла ей отказать? Следующие несколько недель прошли в полном спокойствии. Я окончательно обжилась в новых владениях, свыклась с ролью Хранительницы и постепенно научилась относительно мирно сосуществовать с властной Лаарой. Несмотря на патологическое стремление контролировать всех и вся, домоправительница оказалась хорошей женщиной. И о нас с Габриэлем заботилась от души. Со временем между нами установились теплые, почти приятельские взаимоотношения. К кухонной работе меня, хоть и со скрипом, но допустили. Прежнего стряпника Габриэль выгнал, когда противный мужик в третий раз за неделю попытался отравить нового Властелина. Понял, этот сам не остановится. А Лаара просто физически не успевала управляться со всеми домашними делами. Стряпня, уборка, сад, расчетные книги, – все на ней. За всем надо проследить, всех проконтролировать. Когда же пришло осознание, что я вовсе не похожа на прежнюю Хранительницу, зазнайку и истеричку, грозная домоправительница окончательно сменила гнев на милость и по вечерам, в отсутствие Габриэля, стала потихоньку учить меня нехитрым женским премудростям. Вместе мы колдовали на кухне, шили и вязали, готовили ароматное мыло и крем, однажды даже на духи замахнулись. Прибавить к этому долгие прогулки и редкие вечера у камина с Габриэлем, и счастье можно считать полным. Единственным, что омрачало идиллию, было ожидание. После того памятного разговора Альбрехтина так ни разу и не появлялась. Меня просто трясло от нетерпения. Чует интуиция, в Пенатах затевается нечто грандиозное! Ночь была тихая. Наверное, поэтому шорох ветки за окном прозвучал, точно удар молота о наковальню. Я вздрогнула, проснулась. Тьфу ты! Сонно зевнула и потянулась к темному с намерением обнять, уютно прижаться к теплому боку и поскорее провалиться обратно в крепкие объятия сна. Рука проскользила по прохладной простыне, наткнулась на скомканный край одеяла. Хм. На мгновение я наморщила лоб. Затуманенное дремой сознание мало способствовало активной мыслительной деятельности. Когда же слетели последние крохи сна... Я резко села в кровати, чуть при этом с нее не свалившись, откинула одеяло и настороженно огляделась по сторонам. Фу-х!.. Темная фигура обнаружилась у окна. Стиснув пальцами подоконник так, что костяшки посветлели, ангел задумчиво всматривался в чернильное небо с горящими крапинками звезд. И что ему не спится? Неужто, мрачная душа романтики просит? Ночь, звездное небо... Ох, что-то я тоже прониклась. Решив не отказывать себе в удовольствии, я соскользнула с кровати и беззвучно подкралась к мужчине. Крылатый почувствовал меня. Во всяком случае, в ответ на ласку не напрягся. Напротив, откинулся чуть назад, прижимаясь спиной к моей руке. Окно было распахнуто. Еле ощутимый ветерок холодил лицо. Чуткий нос улавливал пряные запахи трав и дурманящие ароматы цветов. Прижавшись щекой к прохладному плечу, я блаженно зажмурилась и тихонько заурчала. Внизу зияла черная пропасть. И подоконники у нас широкие... Отсюда, наверное, удобно взлетать. На смуглом, испещренном лунными бликами, лице рэй’тхи отражалась странная жажда. А я, наивная, думала, он лунной ночью наслаждается! – Не спится? – спросила негромко, заранее зная ответ. Крылатый странно усмехнулся. – Полнолунье. Не чувствуешь? Сразу видно, чьих рук творение. Я отрицательно мотнула головой. – Неудивительно. – Я тоже раньше не был к нему особенно восприимчив, – задумчиво изрек темнокрылый. Помолчал. Притянул меня к себе, потерся подбородком о макушку. – Но теперь в моей жизни появилась ты. Сама давно заметила, он меняется. Тьма отступает, становится не такой колкой. И мне теперь не так страшно рядом с ним. Слов больше не было. С ним вообще было хорошо молчать. Прошло еще немного времени, прежде чем я заметила странную грусть в черных глазах, устремленных в небо. Сердце точно острым коготком царапнуло. Нет, так не годится. Летать для него такая же потребность, как для меня периодически менять ипостась. А тут, за всеми хлопотами, крыльев за спиной темного я уже много дней не видела. Исправим! Я порывисто отпрянула и схватила мужчину за руку, решительно заглядывая ему в глаза. В черной глубине настороженно шевельнулась тьма. – Полетаем? – мощная волна страха неприятно холодила внутренности. Давай уже, соглашайся! – Осторожнее со словами, котик, – горько усмехнулся чернокрылый. И снова приблизился, обжигая дыханием мое ухо: – Ты и небо? Не уверен, что смогу устоять. Несколько мгновений он неотрывно смотрел на меня. От сковавшего душу холода даже моргнуть сил не было. Тьма словно проснулась. Теперь она заявляла о своих правах на это странное, но такое дорогое мне существо. В багряных глазах закручивались черные вихри. Кажется, целая вечность миновала, прежде чем я наконец смогла соскрести остатки воли в кучку и кивнуть. Решение принято, мы летим. Теперь хорошо бы третьей жизни со страху не лишиться. Дрожащие ладошки несмело легли на широкие плечи мужчины. Сильные мужские руки крепко обхватили талию. Не говоря больше на слова, Габриэль шагнул в распахнутое окно, увлекая и меня за собой. Мы ухнули вниз, аж дух захватило. Широко распахнув глаза от ужаса, я выпустила когти, лихорадочно глотнула воздуха и вознамерилась закричать. Тщетно. Из горла вырвался сдавленный сипящий звук. Алечка! Мы же разобьемся!!! Крылья появились почти у самой земли. Взмах, другой – и я наконец смогла выдохнуть. Даже дар речи обрела, чтобы немедленно обругать бессовестного ангела. Совсем у него крыша съехала, так пугать? Еще несколько размашистых движений, и перед глазами раскинулся темный бархат ночного неба. Шатье негодование Габриэль полностью проигнорировал. Наткнувшись взглядом на его шальную улыбку, я мученически вздохнула и оставила зряшные попытки пробудить в нем сострадание, за полным отсутствием оного. Одной рукой темнокрылый надежно прижимал меня к себе. Вторая же осторожно погладила по волосам, скользнула по спине, и ниже... Эй, я же только на полет согласилась! Но возражать было несколько поздновато, да и желания такого не было. Оставалось только расслабиться, замурлыкать и получать удовольствие, что я и сделала. И вскоре с удивлением ощутила, как в душе рождается трепет. И дело было вовсе не в прикосновениях любимого. Не только в них. Ощущение полета пьянило. Поборов глупый страх, я смогла испытать целую гамму неведомых доселе эмоций. Безумие свободного падения, ликование, когда огромные крылья одним мощным ударом подбрасывают нас вверх, и эйфорию неспешного полета. Далеко внизу раскинулась Ардрада. Казалось, она сияет, отражая серебристый лунный свет. Даже черные скалы лишились привычной мрачности. Они сверкали, окутывая долину волшебством. Я невольно разулыбалась. Позабыв страх, перестала цепляться за Габриэля и раскинула руки. Так, будто намеревалась взлететь самостоятельно. Из груди вырвался радостный крик. Завтра! Возможно, завтра я стану прежней трусихой и дам себе честное слово никогда больше не отрываться от земли. Но это потом. Сейчас я хочу летать! Правильно уловив мое настроение, темный стрелой устремился ввысь. Мы выделывали в небе зигзаги, переворачивались, кружились, камнем падали вниз – и снова взлетали. Впервые рэй’тхи полностью открылся. Я чувствовала, как обжигающая тьма касается моего существа, улавливала ставший вдруг приятным металлический запах и с удивлением понимала, что все это мне нравится. Безумно нравится. Ночь пронеслась незаметно. В жидких предрассветных сумерках мы влетели в родное окно. Ангел устало сложил крылья, которые, впрочем, в тот же миг и исчезли. Но рук, обхвативших мою талию, не разжал. Я взметнула затуманенный взгляд к смуглому лицу. Багряные глаза полыхали безумным пламенем. Я невольно поежилась. От сумасшедших кульбитов его черные волосы спутались... и несколько пуговиц на рубашке оказались расстегнутыми. Во рту пересохло. Я с трудом вздохнула и отвела взгляд. Сильная мужская грудь перед самым носом приличных мыслей не добавляла. Я же шата, в конце-то концов! А он мужчина. Красивый. Единственный. Суженый. Так почему бы и нет? Запах металла дразнил. Точно зачарованная, я медленно потянулась к нему, погладила по щеке, обвила шею, прижалась чуть крепче. Дыхание мужчины сбилось. Бесконечное мгновение мы смотрели друг другу в глаза. Багрянец все ярче расцвечивал тьму. И становилось ясно, он теряет контроль. – Бэльча... – горячее дыхание обжигало, заставляя кожу покрываться мурашками. – Глупый мой котенок... – продолжая обнимать меня одной рукой, второй он зарылся в спутанные волосы, не позволяя отклониться. Поцелуй был страстным, напористым и в то же время нежным. Твердые губы настойчиво впивались в мой рот, словно заявляя свои права. А шатья свободолюбивая сущность даже не думала противиться. Тело точно в огне плавилось. Я все теснее прижималась к своему Властелину, томно мурлыча и зарываясь когтистыми пальцами в жесткие черные пряди. Мысли плотно окутал туман. В ушах стоял сладкий звон. Ангел прерывисто вздохнул и сделал шаг, твердо увлекая меня за собой. Все равно куда. – Кхм! – посторонний звук оказался совершенно неуместным. Низверженный мгновенно пришел в себя и тут же отстранился. Выцепил взглядом возмутителя спокойствия. Коротко ругнулся и затолкал меня к себе за спину. В общем-то, я не сильно сопротивлялась. Тонкая сорочка мало что скрывала, и молодой медноволосый бог и так успел в полной мере оценить шатьи прелести. – Собирайся, Бэллес, – с легкой досадой проговорил чернокрылый, распахивая шкаф и извлекая из него одно из самых красивых моих платьев. – Мы приглашены на бал. Несколько шагов до ширмы под янтарным взглядом нагло глазеющего божества дались с трудом. Пару раз я всерьез забеспокоилась на месте ли сорочка. А то знаю я обитателей Пенат! С них станется. Но обошлось без эксцессов. Надежно скрывшись за перегородкой, на миг прижала похолодевшие ладони к пылающим щекам. Появление бога-проводника оказалось неожиданностью. Я была не готова. Но делать нечего, надо спешить. С такой скоростью я еще не одевалась! Тончайшее, совершенно невесомое белье, белоснежные чулки с изящными подвязками, узкий корсет, в котором дышать становилось почти больно и платье. Нежно-голубое, моего любимого цвета, отделанное кружевами и драгоценными камнями, с широкими рукавами и ворохом пышных юбок. В таком наряде и к богам явиться не стыдно. Почему-то я совсем не удивилась, в нужный момент ощутив на спине прохладный руки. Габриэль затянул шнуровку и быстро справился с многочисленными пуговками. Шеи коснулось что-то прохладное – мой кулон. Вот и представился случай надеть его. Я торопливо сунула ноги в бархатные туфельки под цвет платья и шагнула к зеркалу. А неплохо! Платье сидело идеально. И цвет идеально подходил к глазам. Каблуки делали меня чуточку выше. А светлые волосы, свободно струящиеся по плечам, придавали наивности. Даже чересчур, на мой взгляд, глубокое декольте совершенно не портило образ. С затянутым в черный бархат Габриэлем мы удивительно гармонировали. Где именно находятся эти Пенаты, я так и не поняла. Сначала мы взлетели. Ладно, мы, рыжий бог тоже поднялся в воздух, несмотря на отсутствие даже намека на крылья. Но удивляться не было сил. Да и волнение перед предстоящим событием давало о себе знать. И тут в глаза бросилась одна странность. – Габриэль, – я потянула темного за воротник, привлекая его внимание, – кажется, только что мы перелетели Границу? Но как это возможно? Все знают, долину можно покинуть только через Врата. Никак иначе. – Ардрада признала меня Властелином, – вполне буднично откликнулся ангел. Я так и ахнула, но Габриэль тут же пресек шатьи восторги. – Нечему радоваться, дара у меня все еще нет. Плохо. Но ведь не безнадежно! Ладно, подумаю об этом позже. Время словно замерло. Небо вновь окутала ночь, бархатная, звездная. И тишина – даже легкий ветерок не касался кожи. Внутри прочно поселилось доселе незнакомое ощущение полной оторванности от мира. Будто в другое измерение попали. Когда перед глазами раскинулся совершенно обычный город, я даже не удивилась. Должны же боги где-то жить. Только заметила всю ту же раздражающую тишину. Идеальные, точно игрушечные здания, симметричные парки, неестественно чистые улицы. И никого. Даже собаки бродячей навстречу не попалось. Сердце когтистой лапкой царапнуло раздражение. Бедная Аля, здесь же от скуки умереть можно! – Это только сегодня Пенаты словно вымерли, – пояснил проводник. – Все отправились на Летний бал. Мы плавно опустились на мраморную лестницу белоснежного дворца. Я инстинктивно сжала руку Габриэля. Хотелось физически ощущать его близость, это придавало уверенности. Двустворчатая дверь беззвучно распахнулась, впуская гостей в сверкающий белизной холл. Я набрала в грудь побольше воздуха, горячо убеждая свою панику в успехе задуманного. С нюхом у меня полный порядок. Еще с улицы уловила тонкий аромат белых роз, коими был украшен зал. А в холле так и витали запахи изысканных яств. Незаметно обнюхать высших и сравнить запахи с тем, что “принес” на одежде Габриэль несколько недель назад, труда не составит. Я надеюсь. К тому же, под подозрением только женщины, что весьма и весьма упрощает задачу. – Удачи, – одними губами шепнул низверженный, легонько сжимая мои дрожащие пальцы. Стук каблуков грохотом отдавался в ушах. Впервые за многие тысячи лет смертным было дозволено присутствовать на божьем празднестве. Видно, вечным новых впечатлений захотелось, – пронеслась в голове язвительная мысль. И пусть у меня хвост отвалится, если они их не получат! Уж я об этом позабочусь. Нас явно ждали. Разделившись на две неравные группы, божества буравили любопытными взглядами дверной проем. И если по количеству еще можно было различить, где высшие, а где младшие, то кто есть кто в великой семерке для меня так и осталось загадкой. Даже память создательницы мало чем помогла. Зал благоухал лилиями. От густого аромата голова шла кругом и хотелось чихать. Что я с удовольствием и сделала трижды, приковав к себе многочисленные взгляды. Неужто местным обитателям чужды столь невинные слабости? – А она забавная, – тихонько шепнул Сиан, склонившись к сестре. Голос Везунчика просто сочился любопытством. Хисаэрт стоял особняком. Собственно, только поэтому я и узнала главу пантеона. Высокий, мощный, бородатый. В голубых глазах притаилась мудрость прожитых веков. На первый взгляд великий бог напомнил мне упокоенного Габриэлем Измира. Не к ночи будь помянут бывший директор Академии! Надеюсь, первое впечатление удачно окажется обманчивым... Именно к нему мы и направились под прожигающими взглядами собравшихся. Не сговариваясь, замерли в нескольких шагах. Терпеливо снесли глубокий, изучающий взгляд. После чего я изобразила нечто среднее между поклоном и кривеньким реверансом. Что поделаешь, не доводилось Альбрехтине кланяться. Габриэль же попытался улыбнуться. Вот именно, что попытался, потому что на выходе мы все имели счастье лицезреть доброжелательный оскал. Не успела я выпрямиться, как тут же очутилась в крепких объятиях покровительницы. Наплевав на очередность, Аля на глазах всех собравшихся расцеловала меня в обе щеки, вертко вклинилась между мной и Габриэлем и, подхватив нас под руки, потащила знакомиться с вечными. Первым был Война с именем до того непроизносимым, что я даже не рискнула попытаться его запомнить. Тщедушный, низкорослый блондин облаченный в красный доспех с нежностью прижимал к хилой груди шлем. От удивления я даже склониться забыла. Одно радует, ненависти в выцветших глазах не было совершенно. Только бесконечная усталость. Словно у воина, многие годы проведшего в походах и теперь страстно жаждавшего лишь одного – вернуться домой. Вряд ли он затаил на меня обиду. Следующей, вполне предсказуемо, стояла богиня Справедливости. Не назови Алька ее по имени – Адайна – ни за что бы не заподозрила в этом мужеподобном существе женщину. Короткая стрижка, резкие черты, волевой подбородок, грубый бас. Костюм тоже был мужским. И золотой скипетр в левой руке, коим, как известно, Непогрешимая раздавала кары. Тут пришлось нюхать. Поставленную задачу сильно усложнял приторный, тяжелый аромат, плотной завесой окутавший бальный зал. Но я справилась, хоть и пришлось задержаться напротив богини чуть дольше, нежели следовало. От Карающей пахло гвоздикой и – еле уловимо – лошадьми. Не она. Добро. Этот вообще Диана напомнил, такой же пополамчатый. С одной лишь разницей: старше он выглядел да и шевелюру отрастил – иная красотка обзавидуется. Следующего я обнюхивала особенно добросовестно, хоть он и являлся мужчиной. Высокий, статный брюнет с гордым профилем и колкими черными глазами. Что-то знакомое. Завидев, что я внаглую разглядываю его, Маруш иронично приподнял тонкую бровь и сложил губы в ухмылку. Злыдень. Неразделенная любовь моей покровительницы собственной вредоносной персоной. Одно хорошо, никакими посторонними женщинами от него не пахло. Или я просто не унюхала... Только миндалем и гиацинтами. И еще чем-то, пока не опознанным. Вайхалис. Покровитель умерших. Младший брат Хисаэрта и дядюшка близнецов. Не самая приятная персона. С дуру заглянула в красные глаза – и торопливо отшатнулась. От облаченного в роскошный, местами драный, местами прожженный балахон божества почти осязаемо веяло обещанием жутких мук и одиночеством. Я торопливо переместилась к следующему обитателю Пенат. – Куда же вы, леди? – возмутились вслед. – Ну, вот... опять она не пожелала знакомиться ближе! Я непроизвольно зашипела и инстинктивно укрылась за Габриэлем. Нет уж, не надо мне таких знакомств! Еще успеется. – Не обращай внимания, – звучно зашептала Альбрехтина. – Дядя у нас вообще большой оригинал. Следующей нас представили богине Любви – Карле. Вот еще одно противоречие. Миниатюрная, худенькая, с мальчишеской стрижкой и тонким, звонким голоском, она походила на нескладного подростка. Ни за что не признаешь в этом бесформенном существе покровительницу влюбленных. Да и на жену и мать эта особа не слишком похожа. Однако, именно она является супругой Великого и матерью двоих оболтусов божественной наружности. Вот тут на меня накатило. К тончайшему, почти неуловимому аромату роз примешивался стойкий запах металла. Так, будто они встречались вчера. – Приятно познакомиться, – выдохнула я и лучезарно улыбнулась, – бабуля! А что, обозвала же я Альку мамочкой – и ничего, вполне себе живая. Разве я могла удержаться? За спиной выразительно скрипнули зубами и два тычка в спину (послабее -Алькин, и от души – щедро выданный темным) основательно так придали сумасбродной шате ускорения. Так что на черноволосую красавицу – властительницу Жизни, я практически налетела, едва не свалив ту с ног. Вот это настоящая богиня! Все при ней. Фигурка ладная, кудри смоляные, глаза большие, выразительные, васильковые, а голос – ну настоящая сирена. – Далила, – открыто улыбнулась красавица, с любопытством разглядывая нашу троицу. Я не смогла не улыбнуться в ответ. И внутри стало до того тепло, будто крохотное солнышко проглотила. Мр-р-р... Потом были танцы. Первый живо напоминал ритуальное шествие. И музыка соответствовала – оглушающая, торжественная, словно на военном параде. Пары выстроились друг за другом: в начале колонны Хисаэрт с Карле, за ними вечные, потом и все остальные. Нам выпало замыкать процессию. Выписывая посохом в воздухе замысловатые фигуры, Великий обошел зал по кругу. Движения реликвии вспыхивали искрящейся зеленью и сияющим кругом ложились на мраморный пол. – Понюхала? – нетерпеливо прошипел Габриэль, опутывая меня напряженным взглядом. Траектория движения изменилась. В центре круга вспыхивали зеленью древние символы. – Вот уж не думала, что тебе так хотелось влюбиться... Облегченный вздох. – Много ты понимаешь! С последним штрихом письмена пронзительно полыхнули и погасли. Мы остановились, немного рассредоточились по залу. Музыка зазвучала плавная, протяжная. Красивая мелодия. Мне она чем-то песню темного напомнила. Не меняя партнеров, божества закружились в танце. Вот тут-то и начались мои мучения. Ангел стремительно ввернулся в гущу танцующих. Шаг, еще один, поворот... Габриэль уверенно вел. А я беззвучно паниковала. Привычная гибкость потрясающим образом соединилась с неуверенностью и самой настоящей неповоротливостью. Пару раз каблук вполне ощутимо впечатался в ногу крылатого. Черные глаза недоверчиво сузились. Мысли спутались. Я никак не могла взять в толк, что происходит. Еще и кошка внутри словно взбесилась, чувствуя присутствия чего-то потустороннего, неведомого, мощного. И это были не боги. – Бэл? – когда я, сбившись с ритма, оступилась и едва не рухнула на пол, чернокрылый счел нужным обеспокоиться. – Кажется, я не умею танцевать... – голос предательски дрогнул. Несмотря на подтверждение опытным путем, в сказанное верилось не без труда. Я же шата! Смуглое лицо отразило примерно те же сомнения. – Прости... – виновато пискнула Альбрехтина, неожиданно оказавшаяся возле моего правого локтя. Выражение лица танцующего с ней Сиана было полно муки. – На балах я танцую только обязательные танцы. Вот ...! О таких вещах предупреждать надо! Но свое возмущение я предпочла оставить при себе. Ничего, придет время – научимся. Обе. В вихре танца мимо пронесся черноволосый Злыдень. Не удержавшись, я прожгла его негодующим взглядом. Это ж каким дурнем быть надо, чтобы такую девушку, как Аля, в упор не замечать?! Не спорю, жмущаяся к нему Далила – само совершенство. Но Прохиндейка в самом деле любит его. У-у, поганец! Чует моя хвостатость, воспитательной беседы не избежать. Покровитель Зла поймал мой взгляд и многообещающе улыбнулся. – Потерпи, это единственный обязательный танец, – шепнул мой партнер. Его движения стали куда сдержаннее. – Необходимо отдать дань уважения Вечному Духу. Потом найдем тебе более приятное занятие. К примеру, развести бабулю на откровенный разговор? Ну-ну. От переизбытка чувств я мстительно отдавила крылатому и вторую ногу. – Ты специально! – не смог сдержать здорового негодования мужчина. И чем недоволен, спрашивается?! На крылья же не посягала. – И я тебя люблю, дорогой. И что со мной не так? За один вечер от второго нелюдя зубовный скрежет слышу. До конца пытки, именуемой танцем, я героически дотерпела. Судя по отсутствую смешков и снисходительных замечаний, Габриэль, Альбрехтина и Гэльсиан с успехом скрыли от посторонних глаз все мои ошибки. Уже хорошо. Вернемся домой, обязательно выпрошу себе учителя танцев. Не дело это, чтобы шата красиво двигаться не умела. Наконец можно дыхание перевести. Встала у стеночки и постаралась слиться с предметами декора. Рядом тем же самым занималась создательница. – Отмучались, – простонала Аля, прожигая завистливым взглядом темноволосую пару. Маруш и Далила вместе смотрелись просто бесподобно. И от этого на душе становилось особенно горько. Не заслужила Алька, чтоб с ней так поступали. А если он на самом деле влюблен в красотку? Словно догадавшись о моих мыслях, богиня пояснила: – Лила его сестра. И танцуют они вместе, чтобы ей поклонники не досаждали. Марош очень серьезно относится к своему братскому долгу. Вот и славно. Значит, этот Злыдень еще не совсем безнадежен. Появившиеся партнеры единовременно сунули нам в руки по большому серебряному кубку. Я любопытно заглянула внутрь и по привычке повела носом. Густая, будто кисель, голубоватая жидкость пахла миндалем. И на вкус оказалась приятной: прохладной и сладковатой. – Следи, чтобы твои руки постоянно были заняты, – посоветовал Везунчик. – Тогда, по нашим правилам, ни один мужчина не посмеет пригласить тебя танцевать. Уже хорошо. Я благодарно кивнула “дядюшке”. Остается только надеяться, что эти их правила на смертных тоже распространяются. Понятия не имею, что именно было в кубке, но скоро я почувствовала себя куда лучше. К уставшему от непривычных движений телу вернулась привычная легкость и грация. Смущение отползло в самый дальний угол сознания и затихло до худших времен. Я почувствовала себя бодрой и готовой к подвигам. Не скрывая любопытства, все божества без исключения буравили чужаков взглядами, но цепляться ко мне с приглашениями не решались. Видно, правила здесь царят жесткие. – Отвлеки ее, – поражаясь собственному бесстрашию, шепнула я чернокрылому. Тот с сомнением воззрился на меня. – Что ты задумала? Глупость. – Тебе при всех рассказать? Крылатый потупился, обвел зал едва ли не хозяйским взглядом и неопределенно хмыкнул. Я с трудом подавила восхищенный вздох. Даже рядом с обитателями Пенат этот рэй’тхи умудряется вести себя так, будто это он здесь единственное вечное и всесильное божество. – Уверена? – ледяные ладони легли мне на плечи. Взгляд багряных глаз казался пронизывающим насквозь. Я кивнула, хоть в душе не было даже намека на уверенность. Только непомерная решимость. Пускай ничего не выйдет, но так я хотя бы буду твердо знать, что сделала все возможное. – Хвост береги, – сухо посоветовал мужчина и отошел. Пару мгновений спустя я, подавляя ревность, наблюдала, как Властелин склонился перед Карле в галантном поклоне. Женщина вскинула на него слегка удивленный взгляд. Что, собственно, и не удивляет. Вряд ли с ее более чем заурядной внешностью за богиней Любви толпы поклонников ходят. Впрочем, как знать... На смуглом лице низверженного появилось отдаленное подобие улыбки. Нет, с этим точно пора что-то делать. У неподготовленного собеседника от подобного зрелища и удар случиться может. Жаль, боги ничему подобному не подвержены. Убедившись, что мужчина настроен вполне серьезно, Карле зарделась и приняла предложенную руку. Пара заскользила в неспешном, красивом танце, изредка обмениваясь короткими репликами. Осталось отделаться от доброй полсотни любопытных глаз. – А где у вас тут... эм... девчачья комнатка? – громогласным шепотом поинтересовалась я у Альбрехтины. – Я провожу, – неожиданно вызвался Везунчик. И, убедившись, что все услышали, мы прошествовали к выходу. Стоило массивной двустворчатой двери затвориться за нашими спинами, остановились. Внутри все дрожало. Что задумал этот хитрец? – Малая толика удачи не повредит, – тонко улыбнулся Сиан и сдул с раскрытой ладони облачко золотистой пыли. Ее частицы полетели прямо в лицо, заставив меня расчихаться. – Дерзай! А я пока погуляю. Размышления о мотивах недавнего врага я рассудительно оставила на потом. Вместо этого сосредоточилась на запахах и бесшумной тенью заскользила по коридорам замка. В кошачьей душе поднял голову и выпустил когти охотничий инстинкт. И пускай она богиня, всесильная, вечная. Сегодня я охочусь! Учитывая общеизвестную причину моей отлучки, действовать надо было быстро. Тем не менее на поиски покоев Карле ушло больше времени, нежели я планировала изначально. Но искомая нашлась – это ли не повод собой гордиться? Оказавшись внутри, я непроизвольно отметила, что божественные супруги обитают в разных спальнях, пусть и соединенных между собой неприметной дверцей у камина. Может, в чем-то подобном и есть своя прелесть, но лично я ее в упор не понимаю. Ведь так важно холодной ночью прижаться к родному боку, почувствовать себя нужной и любимой. Но стоило взгляду упасть на клетчатую доску с расставленными на ней фигурками, как все эти мысли разом вымело из головы. Вот же оно! Белокурая шата робко улыбнулась своей увеличенной копии. Осталось только взять ее и уйти по-тихому. Только как? Черный ангел заключил ее в стальные объятья. Но, видно, не зря Гэльсиан сегодня расщедрился на покровительство. В ответ на мой умоляющий взгляд крылатый ослабил хватку, а потом и вовсе выпустил добычу. Я схватила свой миниатюрный прототип и рванула к двери. – Помоги мне, – тихая мольба заставила меня остановиться. Диан. Сегодня особенная ночь. Да, в божьем измерении сейчас было именно темное время суток. Силой своего легендарного посоха Хисаэрт высвободил мощь обитателей Пенат, оставив им лишь малые крохи обычного могущества. Именно поэтому я смогла беспрепятственно бродить по Пенатам. Даже стащить фигуру. И существует вероятность, что до конца празднества о моих подвигах никто не узнает. Но спасти Двухцветного было бы непростительной глупостью. – Прошу... Которую я и сделала! Доска с грохотом рухнула, фигуры покатились по полу, и пред мои расширившиеся от ужаса очи предстала разъяренная богиня. Видно, чувство, что в ее владения кто-то проник, накрыло Любовь прямо в танце, потому что она до сих пор обнимала донельзя удивленного Габриэля. А вот то, что переместилась криво, мне очень даже на руку. Сила все еще отделена от Карле. С минуту мы с богиней сверлили друг друга ненавидящими взглядами. Будто соревновались, чей мрачнее. Победил Габриэль. – Здрассте, – недружелюбно буркнула я, трепетно прижимая к груди честно уворованные фигуры. Зажатые в ладони, они дрожали от страха, и это, как ни странно, придавало мне храбрости. – Ах ты дрянь хвостатая! – рявкнула супруга Великого и попыталась наброситься на меня, но была бесцеремонно прихвачена за шкирку Габриэлем. – Не забывай: тронешь ее, и я тебе больше ничего не должен. Сказанное тихим тягучим голосом, предостережение неожиданно возымело действие. Богиня в последний раз яростно сверкнула глазами и замерла подле крылатого. А потом выдала такую витиеватую тираду, что я невольно усомнилась в ее профиле. Но Карле отпустило. Теперь она была в состоянии нормально разговаривать. – Игра окончена. Фигуры я не отдам. Надо будет при случае полюбопытствовать, что за напиток мне поднесли. Потому что подействовал он на меня странно. В жизни такого драйва не ощущала. И чувство самосохранения ушло в бессрочный отпуск. – Да уж заметила, – Карле выразительно покосилась на развороченную доску. От удара о мраморный пол она треснула. Но самое неприятное для покровительницы Любви состояло в том, что разлетевшиеся по полу фигуры испарились в неизвестном направлении. Один ангел остался. Первая победа за мной. – Раз уж мы все так удачно здесь собрались, может поведаете о своих целях. Я хочу, чтобы нас оставили в покое. Чего хотите вы? – Бэл! – возмущенный ангел нервно взмахнул крыльями. Одна из многочисленных глиняных статуэток, расставленных по всей комнате, соскользнула с полки и разлетелась на черепки. – Думаю, она имеет право знать. Чернокрылый полыхнул багрянцем глаз, сжал губы в тонкую нитку, но возражать не стал. Напротив, вызвался рассказывать первым. Словно стремился сбросить с себя груз недомолвок. Я слушала с замиранием сердца. Многое из поведанного ангелом было не ново. Предательство невесты, история его изгнания из Града, последующие скитания, встреча с Алексом и жизнь в Боллате. Все это я уже однажды слышала. Вот только знать не знала об одиночестве, заполнившем сердце рэй’тхи. Всеобъемлющем, раздирающем изнутри, вечном. В Граде любви придается довольно странное значение. Пары подбираются Оракулом едва ли не с колыбели. В прежней жизни Габриэль даже не задумывался о том, что вполне мог бы быть счастлив с кем-то другим. Не с Лилитой. Впервые подобная мысль родилась, когда он понял, как действует на женщин. Только совершить подлость, привязав к себе одурманенное, лишенное воли существо, все равно не смог. Не по человечески это. Даже не по ангельски. Изгнанник уже почти смирился со своим уделом, когда одна из жительниц Боллаты стала Бережиней. Теперь новоявленная полубогиня могла видеть, что скрывается за язвительным равнодушием, за плотным пологом которого укрылся черный ангел. И частенько бередила душу задушевными разговорами, вселяя в мужчину непрошенную надежду. И вот, когда надлежащая почва была готова, Люба рискнула бросить в нее семена. В Ардрадский замок явилась покровительница Любви Карле собственной невзрачной персоной и предложила крылатому взаимовыгодную сделку. От которой тот не рискнул отказаться. – Признаться честно, таких сложных задач решать мне еще не доводилось, – богиня даже раскраснелась от гордости. – Не любая девушка подойдет этому Властелину! Мало того, что его будущая избранница должна нормально переносить каждодневное соприкосновение с тьмой, так и ребенка от ангела не каждая выносить способна. – Не исключено, что малыш будет расправлять крылышки еще в утробе матери, – вклинился Габриэль с пояснениями. – Так что невесту мне следовало искать либо среди оборотней, либо среди крылатых сородичей. Только их женщины способны выдержать оборот без риска для жизни. Меня бросило в жар. Потом в холод. Сердце словно стальная клешня сжала. Как же так?! – Сперва я подумывала сосватать ему кого-то из “подаренных” Хисаэртом детей, но ждать пришлось бы слишком долго, – как ни в чем не бывало продолжала Карле. – И тут очень кстати появилась ты. Сказанные с торжеством слова стали последней каплей в чаше моего терпения. Бурлившее внутри возмущение выплеснулось наружу. Подходящая девушка? Вовремя появилась, говорите?! Нашли тоже шавку чистопородную! Сморгнув алую пелену злости, которая застилала взгляд, я стремительно приблизилась к крылатому и влепила ему звонкую пощечину. Ой, что сейчас будет!.. Мужчина удивленно моргнул и потер покрасневшую щеку. Когтей я не выпускала, так что без членовредительства обошлось. Увы. – Бэльча, ты чего? – тягуче осведомился он. М-м-м, как же мне нравится его голос... Стоп! – Хватит на всю голову светлым прикидываться! – зашипела я и в бессильной ярости принялась колотить сжатыми кулачками по обтянутой черным камзолом груди. – Лжец! Лжец!! Лжец!!! Богиня хрюкнула от еле сдерживаемого смеха и торопливо прикрыла рот ладошкой. Габриэль и вовсе хохотал в открытую, ловко уворачиваясь от сыплющихся на него ударов. Наконец ему это надоело. Темный легко перехватил мои запястья и завернул руки за спину, прижимая меня к себе. – Не скрою, – на губах мужчины появилась плотоядная усмешка, – я в восторге от твоего темперамента. Но давай отложил выяснение отношений до возвращения домой. Обещаю, там мы найдем твоей страсти более достойное применение. – Извращенец! – Неужто не хочешь мою часть истории дослушать? – “бабуля” иронично изогнула бровь. Даже всезнающие боги понятия не имеют, каких трудов мне стоило сдержать шипение. Несколько глубоких вдохов... – И что же вы запросили взамен? Странная она все-таки, эта богиня Любви. Вроде, по статусу ей полагается быть возвышенной барышней со всевозможными охами-вздохами, экспрессивными восклицаниями и прочими атрибутами непомерно чувствительной особы. Ан нет. Она говорила коротко и по существу. Вот только хотела, на мой взгляд, многовато. Как оказалось, Карле изначально вовсе не являлась покровительницей влюбленных и в число Вечных не входила. Она покровительствовала гончарному делу (вот откуда глиняные статуэтки!) и была полностью довольно своим существованием. Романтикой же заведовала ее родная сестра. Только той случилось влюбиться. Да не в одного из обитателей Пенат, а в ангела. Неслыханная дерзость! Естественно, представители обоих народов (если так можно сказать о богах) были сильно против. Но Каридэ и ее избранник рискнули пойти наперекор воле влиятельных сородичей. В результате взбалмошная богиня лишилась силы и была изгнана в мир смертных. А среди ангелов появился первый рэй’тхи. Высвобожденный дар избрал своей носительницей Карле, и она была вынуждена войти в вечную семерку. Вот только призвания соединять сердца влюбленных у нее не было. – Прежде чем расстаться со своей божественной сущностью, моя сестра прокляла крылатых. Обитатели Града разучились любить и были лишены божественного покровительства. А чтобы их жизнь не стала совсем уж невыносимой, Каридэ дала им Оракула. В голове словно магический светильник включили. Так вот почему белокрылые так скупы на эмоции! – Мы же потеряли возможность влиять на судьбы ангелов. Так продолжалось до смерти старшего сына Владыки. Слабый огонек оформился в догадку. – Габриэль должен исправить положение? Даже на мой уязвленный взгляд, цена непомерно высока. Ну и жизнь, даже боги ничего безвозмездно не сделают! – Не совсем, – одними губами улыбнулась богиня. – Часть утраченного влияния мы уже вернули. Конечно, было бы неплохо, если бы Габриэлю удалось уничтожить Оракула, но на такое твой благородный Властелин не согласился. Тогда что же? Я терялась в догадках. – Демоны, – тихо произнес темнокрылый мне в макушку. – Они появились задолго после отчуждения и были созданы ангелицей, так что у Пенат нет власти над этими тварями. Моя задача изменить это досадное упущение. На этом Карле оставила нас. Видно, решила, что и без того чрезмерно осчастливила никчемных смертных своим высочайшим вниманием. Когда за богиней затворилась дверь, в спальне повисло тянущее молчание. Я не знала, что сказать. Габриэль, насколько могу судить, был обескуражен моей явно неадекватной реакцией. А чего, собственно, он ждал? Что наивная шата придет в восторг от того, что ее решили использовать в темную? От понимания, что на моем месте могла бы быть любая другая “подходящая” девушка, хотелось выть в голос. – Мне ты нужна, – наверное, чувства и впрямь были очень сильны, потому что темный смог уловить их. От этой короткой фразы, сказанной почти нормальным голосом, внутри все сжалось. Вот упырь крылатый! Но демоны меня возьми, ты тоже мне нужен! Очень нужен. Хлюп. Я прижалась к любимому еще теснее и с полной самоотдачей принялась поливать слезами бархатный камзол. Напряжение требовало выхода. Сообразив, что успокоюсь я еще не скоро, Габриэль страдальчески закатил глаза, проворчал сквозь зубы что-то явно ругательного толка и закинул истекающую слезами Хранительницу на плечо. По мокрому носу мазнули жесткие перья крыла. Истерику смело в мгновение ока. – Ну-ка поставь, откуда взял, – возмутилась я и попыталась лягнуться. Неудачно. Хватка у него что надо. – Не-а, – вредоносно сообщил ангел, подрагивая от смеха. – Ты мне сегодня еще пригодишься. – Пусти, кому говорю!!! Внутри билась паника. Нельзя мне сейчас улетать, есть еще дело неоконченное. Важное! Властелин ласково огладил мою хвостатость и распахнул окно. Ой, Алечка... И тут я решилась использовать последнее средство. – Ты меня любишь? Здесь надо заметить, что крылатый слово держал неукоснительно, и тот памятный раз, когда он сообщил мне о своих чувствах, так и остался единственным. Габриэль вообще, как я успела узнать, терпеть не мог пустой болтовни. Вот и сейчас рэй’тхи не снизошел до словесного ответа. Зато остановился и аккуратно поставил меня на пол. Какие еще подтверждения нужны? Я благодарно потерлась щекой о его плечо и понеслась к двери. Медлить было нельзя. Музыка больше не звучала – а значит, празднество подошло к концу. Фигуры исчезли.

Глава 16. О любви и... о любви

– А родственники в курсе? – светловолосая женщина пытливо заглянула в глаза сидящего напротив бога. – Сомневаюсь. – В таком случае, мне лучше поторопиться, пока низверженный не вмешался? – при упоминании давнего врага Темнейшую передернуло. Тем не менее божество осталось равнодушно. – Успехов, – поднявшись, мужчина окинул недовольным взглядом испачканный в земле костюм. Он как раз садовничал, когда раздался зов подопечной. – Но знай, в случае неудачи, я не слишком огорчусь. Место правительницы Подземного Царства долго пустовать не будет. Вернувшийся с бала Злыдень определенно не ожидал застать в своих покоях беспардонно развалившуюся на кровати шату. А что, я совсем без сил, битый час уже его жду! Донельзя удивленный бог изобразил улыбку и плотно прикрыл за собой дверь. – Должен сказать, удивлен. Неужели даже шата не смогла устоять против моего обаяния? – И Маруш прошелся по мне оценивающим взглядом. – А ты ничего... Ой-ой-ой! Только этого мне еще не хватало. Представляю, что он там себе подумал. Надеясь хоть немного выправить положение, я села, спустила ноги с кровати и, насколько могла, постаралась принять деловой вид. – На самом деле я поговорить пришла... Бог удивленно замер посреди комнаты. – Поговорить? Ты?! Да уж, мелковата я для задушевных разговоров с покровителем Зла. Но что поделаешь, Альке-то помочь надо! Совсем исстрадалась богинечка. Пока подбирала слова, взгляд задумчиво блуждал по сторонам. Только сейчас оглядеться сподобилась. Когда ввалилась в жилище Зла запыхавшаяся, как-то не до того было. А здесь ничего, уютненько. В жизни не скажешь, что холостой мужчина живет. Покои Зла были отделаны в зеленых тонах. Тяжелые портьеры, волнами спускающиеся до самого пола, мягкий ковер, широкая кровать, покрытая изумрудного цвета покрывалом с золотистой отделкой, резной камин. Огромная люстра на десятка два свечей, казалось бы, должна была полностью рассеять мрак. Но нет, то тут, то там все равно проплывали загадочные тени. Судя по отсутствию уютных кресел или, на худой конец, дивана, гостей здесь принимали редко. Зато имелся рабочий стол, заваленный всевозможными документами, и большущий шкаф, доверху заполненный книгами. – Так что тебе нужно? – поторопил владелец апартаментов. Видно, сообразив, что соблазнять его я не настроена, Маруш торопился как можно скорее избавиться от неугодной гостьи. – Аля любит тебя! Мужчина скривился так, будто у него разболелись все зубы разом. – Это она прислала тебя? – Нет, я сама пришла. Ты только покровительнице не говори. Божество устало взлохматило волосы и со вздохом уселось рядом со мной. – Альбрехтина еще ребенок. Более того, совершенно несносный ребенок. Чего только один ее братец стоит! Я тоже тягостно вздохнула. Он прав. Но все равно надо что-то делать, прояснить ситуацию. – Так скажи ей прямо, что она не интересна тебе! Темноволосый бог горько усмехнулся. – Какая ты наивная... Альбрехтина – дочь Хисаэрта, а лишние проблемы мне совершенно ни к чему. К тому же, я не говорил, что Аля мне не интересна. Я сказал, что она еще слишком молода. Возможно, чуть позже, если Прохиндейка не переболеет мной... – Сволочь расчетливая! – с восхищением выдохнула я. Было в этом Злодее нечто... притягательное. И обаяние, своеобразное, но было. Не удивительно, что мечтательная Алька влюбилась без памяти. Такие вот таинственные брюнеты всегда привлекали наивных девушек. Плавали, знаем. – Детка, оцени мое благородство! – вознегодовал бог Зла. – Я мог бы воспользоваться ее неопытностью и влюбленностью, но не сделал этого. Мог бы ухватиться за представившийся шанс войти в семейство Великого, но увы. Просто подвиг для прожженного злодея, не находишь? Что-то в его словах определенно есть. Не зря я решилась на этот разговор. Но можно ли веришь воплощенному Злу? Так и не дождавшись подсказки от интуиции, я, не прощаясь, направилась к выходу.

Глава 16. О любви и… о любви

– А родственники в курсе? – светловолосая женщина пытливо заглянула в глаза сидящего напротив бога.

– Сомневаюсь.

– В таком случае, мне лучше поторопиться, пока низверженный не вмешался? – при упоминании давнего врага Темнейшую передернуло.

Тем не менее божество осталось равнодушно.

– Успехов, – поднявшись, мужчина окинул недовольным взглядом испачканный в земле костюм. Он как раз садовничал, когда раздался зов подопечной. – Но знай, в случае неудачи, я не слишком огорчусь. Место правительницы Подземного Царства долго пустовать не будет.

Вернувшийся с бала Злыдень определенно не ожидал застать в своих покоях беспардонно развалившуюся на кровати шату. А что, я совсем без сил, битый час уже его жду!

Донельзя удивленный бог изобразил улыбку и плотно прикрыл за собой дверь.

– Должен сказать, удивлен. Неужели даже шата не смогла устоять против моего обаяния? – И Маруш прошелся по мне оценивающим взглядом. – А ты ничего…

Ой-ой-ой! Только этого мне еще не хватало. Представляю, что он там себе подумал. Надеясь хоть немного выправить положение, я села, спустила ноги с кровати и, насколько могла, постаралась принять деловой вид.

– На самом деле я поговорить пришла…

Бог удивленно замер посреди комнаты.

– Поговорить? Ты?!

Да уж, мелковата я для задушевных разговоров с покровителем Зла. Но что поделаешь, Альке-то помочь надо! Совсем исстрадалась богинечка.

Пока подбирала слова, взгляд задумчиво блуждал по сторонам. Только сейчас оглядеться сподобилась. Когда ввалилась в жилище Зла запыхавшаяся, как-то не до того было.

А здесь ничего, уютненько. В жизни не скажешь, что холостой мужчина живет. Покои Зла были отделаны в зеленых тонах. Тяжелые портьеры, волнами спускающиеся до самого пола, мягкий ковер, широкая кровать, покрытая изумрудного цвета покрывалом с золотистой отделкой, резной камин. Огромная люстра на десятка два свечей, казалось бы, должна была полностью рассеять мрак. Но нет, то тут, то там все равно проплывали загадочные тени.

Судя по отсутствию уютных кресел или, на худой конец, дивана, гостей здесь принимали редко. Зато имелся рабочий стол, заваленный всевозможными документами, и большущий шкаф, доверху заполненный книгами.

– Так что тебе нужно? – поторопил владелец апартаментов. Видно, сообразив, что соблазнять его я не настроена, Маруш торопился как можно скорее избавиться от неугодной гостьи.

– Аля любит тебя!

Мужчина скривился так, будто у него разболелись все зубы разом.

– Это она прислала тебя?

– Нет, я сама пришла. Ты только покровительнице не говори.

Божество устало взлохматило волосы и со вздохом уселось рядом со мной.

– Альбрехтина еще ребенок. Более того, совершенно несносный ребенок. Чего только один ее братец стоит!

Я тоже тягостно вздохнула. Он прав. Но все равно надо что-то делать, прояснить ситуацию.

– Так скажи ей прямо, что она не интересна тебе!

Темноволосый бог горько усмехнулся.

– Какая ты наивная… Альбрехтина – дочь Хисаэрта, а лишние проблемы мне совершенно ни к чему. К тому же, я не говорил, что Аля мне не интересна. Я сказал, что она еще слишком молода. Возможно, чуть позже, если Прохиндейка не переболеет мной…

– Сволочь расчетливая! – с восхищением выдохнула я.

Было в этом Злодее нечто… притягательное. И обаяние, своеобразное, но было. Не удивительно, что мечтательная Алька влюбилась без памяти. Такие вот таинственные брюнеты всегда привлекали наивных девушек. Плавали, знаем.

– Детка, оцени мое благородство! – вознегодовал бог Зла. – Я мог бы воспользоваться ее неопытностью и влюбленностью, но не сделал этого. Мог бы ухватиться за представившийся шанс войти в семейство Великого, но увы. Просто подвиг для прожженного злодея, не находишь?

Что-то в его словах определенно есть. Не зря я решилась на этот разговор. Но можно ли веришь воплощенному Злу?

Так и не дождавшись подсказки от интуиции, я, не прощаясь, направилась к выходу.

Весь обратный путь измученное сознание благополучно пропустило мимо себя. Страх давно растаял, а любоваться красотами сейчас просто не было сил. Вяло отметила, как из пробивающегося рассвета мы вылетели в густые вечерние сумерки, и пристроила голову на обтянутое бархатом плечо в надежде немного подремать.

Очнулась, почувствовав под ногами твердость пола. Страдальчески зевнула и потянулась – тело немного ныло от долгого пребывания в одном положении.

Габриэль позволил мне выскользнуть из своих объятий и отошел в сторону. Небрежно швырнул плащ в одно из кресел и в последний раз до хруста расправил крылья. И в следующий миг их как не бывало. Я же прошествовала к камину и разожгла огонь. После нескольких часов, проведенных в небе, было зябко. Потом растянулась на белоснежной мохнатой шкуре (даже знать не хочу, кому прежде принадлежала эта одежка), сбросила узкие туфли на каблуке и с удовольствием пошевелила онемевшими пальчиками. Из груди вырвалось бархатистое мурчание. Много ли шате для счастья надо?

Судя по характерным звукам, ангел тоже избавлялся от стесняющей движения одежды. Счастливый! Мне-то со шнуровкой корсета без постороннего участия не справиться.

Ох. Чувствовала я себя, в точности как выжатый лимон. Очень устала морально. Бал, даже учитывая, что значительную его часть мы пропустили, оказался просто выматывающим. Эти любопытные взгляды, постоянное напряжение, танцы, которые я совершенно не умела танцевать – да и последующие разговоры по душам внесли свою лепту. Если бы не загадочный голубой напиток, придающий сил, и короткая дрема по дороге домой, у меня имелись бы все шансы в обморок свалиться. А так ничего, держусь.

Со вздохом Габриэль опустился рядом, и я почувствовала, как по плечам скользнули теплые пальцы, разминая их. Мр-р, приятно! Память услужливо напомнила, на чем нас прервали…

Итак, мы снова одни. Что теперь?

Ловкие пальцы потянули шнуровку. Теперь можно было вздохнуть свободнее. Вот только легче от этого не стало – дыхание сперло, и одежда вдруг стала слишком тесной. Инстинктивно прижавшись спиной к груди мужчины, я прикрыла глаза. Хорошо с ним. Спокойно, даже невзирая на всю порывистость натуры темного.

Запрятав проказливую улыбку, прижалась к нему чуть плотнее. Легонько потерлась.

– Снова играешь с тьмой? – ангел со свистом втянул в себя воздух. Нежные объятия стали крепче, настойчивее. – Котик, это может быть опасно…

Пора уже на что-то решаться. Ведь не отпустит, нутром чую! Еще тогда не отпустил бы, кабы Проводник не заявился.

– Хочу быть твоей… хотя бы аарритой.

Ангел на миг замер. Кажется, даже дышать перестал.

– А как же тьма? Не боишься?

По правде сказать, боюсь. Но разве сейчас это важно?

– Я тебе доверяю.

Чернокрылый улыбнулся и легко поцеловал меня в растрепанную после полета макушку.

– И правильно делаешь, я тебя никогда не обижу, – потом склонился к моему ужу и жарко зашептал: – Хотя больше всего на свете сейчас хочу бросить тебя на эту шкуру, сорвать платье и сделать все, на что фантазии хватит.

Щеки запылали. А предательское урчание стало еще громче. И ведь не выключишь его!

Рэй’тхи не без удовольствия наблюдал за шатьей реакцией.

– Так на чем нас прервали?

При мысли о тем, что между нами могло произойти… сейчас произойдет, по телу прогулялась приятная дрожь. Не хочу, чтобы и в этот раз кто-нибудь вломился в неурочный час и помешал. Я красноречиво покосилась на дверь. Низверженный понял, что от него требуется, с полувзгляда. Ухмыльнулся. С кончиков смуглых пальцев сорвалась темная лента.

Замок щелкнул. Через минуту то же самое повторилось с распахнутым настежь окном.

Обезопасив нас от постороннего вторжения, крылатый настойчиво развернул меня к себе и нетерпеливо впился в губы. Так, будто и не было этих бесконечных часов, и мы только что вернулись после захватывающего полета. Я мягко обвила его шею руками, скользнула ладонями по обнаженным плечам и уже в следующий миг обнаружила себя лежащей на мягкой шкуре.

Признаться, страшно все-таки было. Самую малость. И вовсе не из-за тьмы, с которой имелись все шансы соприкоснуться особенно близко. Просто, это ведь естественно для девушки – немного нервничать в подобной ситуации.

Только я не простая девушка, я шата! И трястись над своей невинностью и устраивать здесь спектакль не собираюсь. К тому же, более подходящего мужчины не найти.

Прикосновение тьмы оказалось почти приятным. Легкий холодок и несильное покалывание. Габриэль полностью контролировал темную мощь. Затаив дыхание и широко распахнув глаза, я ждала дальнейшего развития событий. Темнокрылый навис надо мной, обволакивая багровым взглядом. Голова шла кругом от плескавшихся внутри чувств. Страсть, нежность, нетерпение. И что-то сродни триумфу – не надо мной, над изгнанным из сердца одиночеством.

– Ой… – вырвался у меня испуганный писк. Осмелевшая тьма накатила густой волной, окутала меня всю, и в следующий же миг схлынула. От одежды не осталось даже воспоминаний. Однако…

Габриэль безжалостно вдавил меня в шелковистый мех. Тепло его тела с легкостью разогнало выступившие на коже пупырышки. Поднявший было голову страх растаял без следа. Я мурлыкнула, потянулась и несмело коснулась губами его плеча. Поймала отрывистый вздох и довольно улыбнулась. Ладошки заскользили по мускулистой спине.

На некоторое время он просто прижал меня к себе и ничего больше не делал. Согревал. Успокаивал. Делился уверенностью. Я же исследовала его спину, вдыхала будоражащий запах металла и тихо удивлялась самой себе. Ведь еще совсем недавно даже мысли допустить не могла, что способна чувствовать к этому устрашающему существу что-либо кроме неприязни.

А тут, поди ж ты, – мурлычу!

Ангел медленно приподнялся. В багряных глазах закручивались черные вихри. М-м-м, впечатляет. Представляю, каким нечеловеческим усилием воли ему удается удержать тьму. Ох. Рука темного осторожно заскользила по моей коже – коснулась шеи, погладила отчаянно бьющуюся жилку, легла на грудь.

Черные вихри разлетелись сверкающими искрами. Я задохнулась от восхищения и удовольствия.

Тьма заполнила радужку. Теперь искрами сверкал багрянец. Точно завороженная я смотрела на алые звезды в черном небе. Взгляд рэй’тхи пленял, лишал возможности четко соображать.

Дальнейшее слилось в единое полотно. Обжигающие поцелуи, пока хватало дыхания. Чувственные прикосновения, от которых тела плавились. Спутанные мысли. Еле сдерживаемая тьма, чтобы не причинить боль той, кого любишь. Тихие стоны. Мурчание и рычание – уже не понять, где чье. Прерывистое дыхание – одно на двоих.

Дымка страсти плотно окутала сознание. Внезапная вспышка боли, короткий вскрик. Острые коготки впились в твердую спину, вызвав хриплый стон. Осторожные движения. Боль растворилась в багряном мареве. Неудержимый порыв, круговерть страсти, вспышка удовольствия и крупная дрожь. Мр!

Два влажных тела растянулись на скомканной шкуре. Ангел перевернул мое запястье, неловко ткнулся носом в поблескивающий в свете затухающего камина узор и попытался поцеловать.

Не успел. Мы уже спали.

Проснулась я одна и, что самое неожиданное, в кровати. Потянулась, традиционно муркнула и запустила когти в подушку. Хорош-шо!

Из-за ширмы доносился плеск воды. Вот, интересно, проспи я чуть дольше, может, и завтрак в постель могла бы получить? Хотя нет, вряд ли. Лаара бы подобной вольности во вверенном ее заботам доме ни за что не позволила. Она у нас дама суровая.

Тело просто звенело. Потребность обернуться была нестерпимой. И я решилась. Впервые рискнула перекинуться в присутствии крылатого без крайней на то необходимости. Не то, чтобы он был сильно против. Ангел принимал мой хвост точно так же, как я его крылья. Но некоторое напряжение все равно чувствовалось.

– Эм… – многозначительно заключил свежевымытый рэй’тхи, оглядывая исцарапанную когтеточку.

Я с блаженным видом растянулась на одеяле и всей душой наслаждалась недоумением на лице любимого. Оказывается, с ним и такое бывает!

– Между прочим, у меня рефлекс, – чуть смущенно потупилась я, вяло наблюдая, как слуги таскают ведра с водой. Процесс трудоемкий. И ведь остынет же, зараза. Это ладно сейчас лето. А зима начнется, тогда что? Я существо нежное, к холодам не устойчивое, так и с воспалением легких слечь недолго.

Когда еще та гильдия почешется! Подкинуть, что ли, Габриэлю мыслишку соседей в гости позвать?

Не успели толком позавтракать, как Властелина увлекли многочисленные дела. Пожаловал уполномоченный из купеческой гильдии, о грядущей ярмарке договариваться. У одного из подданных нечисть какая-то мелкая в сарае завелась, другого эта самая нечисть покусала. Еще была прохудившаяся крыша, укусы пиявок и шишка от скалки, коей жена по лбу приложила. В общем, Габриэля мне до вечера не видать.

Домоправительница честно попыталась пристроить меня к домашней работе, но я к ней пристраиваться не возжелала и по-тихому свильнула из замка. На месте сегодня не сиделось, внутри клокотала неудержимая энергия, да и денек к прогулкам располагал. Бездонное небо было таким ярким, что глазам становилось больно смотреть. Солнце грело, но не припекало. Цветы заполнили долину нежными ароматами. Последние тонкое кошачье обоняние чувствовало особенно остро.

В свое удовольствие побродила по извилистым тропкам, нагло своровала в чьем-то саду зеленое яблоко, нащипала тощенький букетик одуванчиков, после чего умостилась на корягу в тени раскидистого дуба и принялась плести венок.

Мыслями я была далеко. Неотложно требовалось решить еще одну проблему. Да-да, всего одну. С богами, демонами и ангелами Габриэль пускай разбирается сам, что я в этом понимаю? Не стоит совать свой хвост в разборки сильных мира сего. Но вот затихшие в кармане фигурки – это уже моя проблема. Притом, срочно требующая решения. Не вечно же их с собой таскать?

Свою, пожалуй, на память сохраню. Дают же людям боги-покровители при рождении амулеты всякие! Вот и будем считать, что и мне Алька такой дала. Покровительница она или погулять вышла?

А с принцем что делать? Уничтожить – нельзя, тогда и оригинал погибнет. Несмотря на то, что игра окончена, мы до сих пор непостижимым образом связаны с фигурами. И что-то мне подсказывает, связь эту уже не разорвать. Владыке отдать? Разумно. Но чует мой хвост, так поступать нельзя. Понятия не имею, почему, но интуиции я привыкла доверять. Она меня еще ни разу не подводила.

Самым верным решением было бы передать фигуру лично Диану в руки. Только когда мы еще встретимся? Не раньше, чем ангеленыш станет дипломированным магом. А нести все это время ответственность за его жизнь мне как-то не улыбается. Свою бы уберечь!

И словно в подтверждение последней мысли, внезапно накатило чувство опасности. Ослабевшие пальцы выронили уже почти готовый венок, и в тот же миг я почувствовала, как взмываю в воздух. Алечка…

Уж лучше бы это оказалась неудачная шутка темного. Но надежду на благополучный исход полета развеяли внушительных размеров когти, коими оканчивались пальцы обхвативших меня рук. И этот запах…

Страх схлынул так же мгновенно, как и появился, уступая место холодному и какому-то неестественному для жертвы похищения спокойствию. Так что кричала я больше от отвращения. Земля стремительно удалялась. Частые взмахи крыльев обдавали кожу неприятным холодком.

Вот влипла. Опять «дядюшка» от обязанностей отлынивает!

Но не успела я придумать и десятка «лестных» эпитетов для божественного родственничка, как Граница решила, что пора уже начинать защищать Ардраду вместе с ее обитателями.

Настойчивый грохот в дверь заставил Прохиндейку вздрогнуть. Это кто там такой вежливый нашелся?! Стучит! Обычно боги не заморачиваются на подобной ерунде.

– Альбрехтина? – окликнул вошедший, щурясь от непривычно яркого света.

– Просто Аля, – робко улыбнулась молодая богиня. – Входи.

Маруш насмешливо фыркнул. Он и так уже был по эту сторону двери.

– Вынужден тебя разочаровать, – медленно проговорил покровитель Зла, с усмешкой наблюдая, как девушка лихорадочно поправляет платье, – но я пришел не для того, чтобы пригласить тебя на свидание. Мне нужна услуга. Сразу предупрежу, Хисаэрту это не понравится.

Богиня чуть заметно вздрогнула.

– Я на все согласна.

По губам Злыдня пробежала горькая усмешка.

– Влюбленная дурочка. Моя мышка.

Глава 17. Темные дела творятся в Темном царстве

Пресветлый уже несколько минут безуспешно пытался справиться с удивлением. Впервые на его памяти Град посетило воплощенное Зло.

– Так вас устраивает мое предложение? Хотите вернуть свободу?

Николаус удрученно кивнул. Связываться с темным, пусть он трижды бог, было ниже его достоинства. Но кланяться бесчисленным божествам… Нет уж, увольте!

Как оказалось, Ардраде ощутимо недоставало не только мага, но и лекаря, и кого-нибудь, кто смог бы взять на себя часть долинных дел, не требующих личного присутствия Властелина, но от этого не менее важных. Вот только пока помощников на горизонте видно не было, и Габриэлю приходилось справляться в одиночку.

Встреча с купцами прошла отлично. Памятуя скупость и склочный характер прежних попечителей долины, торговцы не были настроены долго препираться и поспешили принять условия, выставленные новым Властелином. Достаточно выгодные для обеих сторон. Так что в скором времени самую живописную из долин ожидало не только цветастое действо, именуемое ярмаркой, но и появление доброго десятка лавок.

Нечисть, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся мелким бесенышем, при виде ханатты сама вышла из сарая с миролюбиво поднятыми лапками. Габриэль недоверчиво хмыкнул, ардрадцы еще больше зауважали новообретенного Властелина и общими усилиями пристроили нечистика к ловле мышей. Потому как котов в долине еще со времен прежних правителей не водилось.

Только шата с недавних пор, но при ней Габриэль о серых негодницах ни за что бы не рискнул заикнуться. Бэлка ему еще когтеточку до конца не простила.

К двоим покусанным прибавилось еще двое страдающих мелкими хворями. Крылатый с умным видом оглядел укусы, больной зуб и вывихнутый палец, на всякий случай проверил ауры страждущих и, убедившись, что тем ничего не грозит, с легким сердцем сдал подопечных на руки местной повитухе. А сам отправился в замок, кропать послание еще и в гильдию лекарей. Может, хоть эти сотрудничества с Властелиновой долиной и жутким рэй’тхи не испугаются!

Остаток дня прошел в мелких хлопотах. Протекающая крыша, хворающая домашняя живность всех видов и размеров, расписание караула у въезда в долину, тренировки у оборотней и прочее, прочее, прочее. В итоге к замку чернокрылый направился ближе к вечеру, вымотанный, зато с чувством выполненного на сегодня долга.

– Властелин!

Успевший настроиться на отдых правитель страдальчески скривился. Но с размеренного шага сбился, а после и вовсе остановился.

– Родерик. Не ждал тебя сегодня.

– К обозу купеческому пристроился. Всю ночь напролет ехали, так спешили поскорее в Старинск попасть. А я и рад.

И белобрысый мальчишка торжественно протянул повелителю запечатанное послание, обвитое золотистой лентой, и поспешил удрать к семье. Соскучился, небось, за недели отсутствия.

Ангел сорвал печать и торопливо пробежал глазами ровные строчки. Хмыкнул. Совет вежливо изъявлял желание познакомиться с новоиспеченной Хранительницей. Вполне ожидаемо, чего уж там. По смуглому лицу расползлась невольная ухмылка. Будь письмо адресовано кому другому, в нем содержался бы жесткий приказ. С чернокрылым Властелином Ардрады же даже общепризнанная стерва Розмария не позволяла себе лишнего.

Что ж, надо подготовить Бэлку к этой встрече, потому что легкой она точно не будет. А ведь еще нужно, чтобы какой-нибудь из Властелинов провел ритуал соединения… То есть, в идеале, это должен быть Велес, но у мальчишки опыта ноль, а собственных забот выше крыши. Одна только Хранительница из иномирья чего стоит!

Остается надеяться, что против кандидатуры Алекса никто возражать не станет.

Темнота накрыла долину неожиданно. Миг спустя узкая тропка осветилась багряными всполохами. Активизировалась Граница. И не просто активизировалась, а среагировала на враждебно настроенного чужака.

– Бэллес! – низверженный едва не задохнулся от холода, сковавшего грудь.

– Хранительницу украли!!!

Не задумываясь о своих действиях, крылатый стрелой взмыл в черно-багровое небо.

Ни вязкая тьма, ни алый огонь не могли причинить зла Властелину. А вот видимость хромала. В густом мареве приходилось полагаться больше на чутье. После нескольких минут хаотичных метаний над долиной крылатый почуял магию. Похититель успел открыть портал.

Тьма внутри клокотала, требовала выхода. Но Габриэль не заметил, даже не почувствовал, как меняется его внешность. И на округлившиеся глаза перепуганных подданных внимания не обратил.

Едва ноги коснулись каменной стежки, мужчина размашисто зашагал к замку. На то, чтобы отдать распоряжения и собрать все необходимое, ушло еще несколько драгоценных минут. А когда темный уже собрался взлетать, снова сработала граница. Видно, защита вошла в раж, потому что в этот раз волна тьмы и огня оказалась куда мощнее. Даже внутрь Ардрады донеслись отголоски. С заброшенного дома снесло трухлявую крышу, а близрастущие деревья сбросили листву.

– Вот упырь! – прорычал рэй’тхи и рванул к Вратам с явным намерением лично придушить лазутчика.

Увы. Им оказался двухцветный ангеленыш. Хватило же мозгов попытаться перелететь скалы!

Вид Диан имел весьма потрепанный. Лицо и руки в копоти, из разбитой губы сочится кровь, некогда роскошное одеяние превратилось в жалкие лохмотья, одно крыло явно сломано, на другом недостает нескольких перьев.

– Не время для дружеских визитов. Я срочно улетаю к твоему отцу.

Даже на первую помощь Габриэль не расщедрился. Во мрак все клятвы и обещания! Бэльча важнее.

От страха за хрупкое белоснежное существо, которое наверняка напугано и ждет от него помощи, внутри все сжималось. Медлить нельзя.

– Демоны похитили Рози, – прошелестел принц, полными слез глазами наблюдая, как черный ангел расправляет крылья. Мальчишка даже встать самостоятельно не пытался. – Она стала моей аарритой. Помоги…

Ангел грязно выругался и взвалил двухцветное Высочество на плечо. Вот же идиоты малолетние!

– Глупостью было явиться ко мне с подобной мелочью, – блаженно улыбнулся Пресветлый, наблюдая, как две стройные ангелицы в длинных белоснежных одеяниях врачуют пострадавшее крыло принца. – Пальцем не пошевелю ради ваших потаскух. Других ищите. В подобных девицах внизу недостатка никогда не было.

Рэй’тхи прожег сидящего напротив мужчину ненавидящим взглядом. Ледышка бесчувственная!

А Владыка все не унимался:

– Ладно этот, – он красноречиво указал взглядом на черного ангела, – здесь без вариантов. Но ты-то?! Ты!

Диан тихо зашипел, когда одна из врачевательниц неосторожно дернула крыло, и прямо посмотрел на отца.

– Прости, что разочаровал.

– Это все его дурное влияние сказывается. Как знал, что ничем хорошим эти игры не закончатся!

– Так и не влезал бы, – холодно перебил Владыку Габриэль. – От вас мне нужно не так много. Просто скажите, как попасть в Подземное царство.

На самом деле в первоначальном плане этого нудного разговора вообще не было. Низверженный собирался вломиться в Град и вытрясти из представителей Темнейшей нужную информацию. Не срослось. Как раз этим утром посольство отбыло с отчетом к госпоже.

– Чтобы ты там все разнес к упыревой бабушке?!

Чернокрылый скрипнул зубами и крепче сжал любимое оружие. Каких трудов ему стоило не броситься на бывшего повелителя.

Нет, не сейчас. И не так.

– Печетесь о чужом имуществе? – голос прозвучал спокойно и чуть насмешливо.

– Мне не выгодна смута в Царстве. С Лилитой мы научились уживаться мирно и даже некоторым образом сотрудничать. Убьешь ее – а ты это сделаешь, я знаю – и результат многолетних трудов пойдет насмарку.

Вдох. Выдох. Главное сохранять хладнокровие. Он сказал, сосуществовать? Значит, вход в Царство находится в Граде?!

– Останешься не у дел – и можешь провалиться в бездну вместе со своим престолом! – эмоционально выдохнул Двухцветный и для убедительности сверкнул глазами. – Я его никогда не хотел!

– К тому же, – душевно, так, что у окружающих мороз по коже продрал, улыбнулся низверженный, – смерть Бэллес вам тоже не выгодна. Игра окончена, но по недоразумению фигура, представляющая Диана, оказалась у меня. Случится что с моей женщиной, и пресветлый престол останется без наследника.

Владыка обхватил голову руками и глухо зарычал. Связали по рукам и ногам!

– Кажется, кто-то запутался в собственных интригах, – усмехнулось появившееся за спинами ангелов божество.

– Ты мне солгал!!! – взревел Николаус, вскакивая с места и отшвыривая кресло в сторону.

– Разумеется, – дружелюбно улыбнулся Маруш. – На то я и Зло.

На лоб опустилось что-то прохладное и немного влажное. Я застонала и с усилием разлепила глаза. Алечка, как же мне плохо…

Узкая комнатушка качалась перед глазами. Голова трещала. К горлу подкатывала тошнота. У-у, проклятый демонюка! Граница не причинила Хранительнице ни малейшего вреда. К тьме я давно привыкла, срослась с ней, можно сказать, а багряный огонь на поверку оказался прохладным. Только не для похитителя! Его изрядно потрепало: кожу обожгло, и от крыльев один костяк остался. Тогда-то я и решилась на отчаянный рывок и вцепилась зубами в обхватившую за плечи руку.

Мерзавец взвыл и не нашел ничего лучше, чем вырубить строптивую пленницу ударом по голове. Сволочь! Как не убил еще!

А ведь точно не убил. Чувствую, конечно, себя отвратно, но не настолько, чтобы потерю третьей жизни заподозрить. Хоть это радует.

– Очнулась наконец, – раздался откуда-то сбоку усталый вздох. – Какая-то ты уж слишком хилая для оборотня.

Было бы мне хоть немного легче, живо бы объяснила сердобольной тетке, что такое шата. Когтями! А ток только промычала в ответ нечто маловразумительное и снова закрыла глаза.

– Э, ты это дело брось! – мигом засуетилась женщина, и мне в губы ткнулся холодный край чаши. Здраво рассудив, что травить меня, после того как неизвестно сколько выхаживала, она не станет, я покорно выпила пахнущий травами отвар. И почти сразу склонилась над участливо подставленным тазиком.

В глазах сразу просветлело и сформировалась четкая картинка. Комнатушка действительно крошечная, но не совсем убогая. Здесь с трудом умещалось узкое ложе, шкаф с разными шклянками и развешенными травами и пара деревянных стульев. Зато было чисто и приятно пахло засушенными цветами.

Меня обеспокоенно разглядывала высокая демоница. Признаться, я впервые видела демона женского пола, а потому беззастенчиво впилась взглядом в лекарку. Статная, уже не молодая, огненно-рыжие волосы собраны в высокую прическу, из которой выглядывают внушительных размеров рога. Кожа смуглая, глаза карие, чуть раскосые, влажные, откровенное синее платье не оставляет никакого простора для воображения.

Она совершенно не производила впечатления жуткого монстра, которыми, как я верила, населено Подземное царство.

– Ты не Лилита, – с полной уверенностью заключила я.

Лекарка рассмеялась искренним, чуть грубоватым смехом.

– Маруш с тобой, детонька! Травница я, Аврорья.

Все-то у демонов как у людей! От этой бредовой мысли почему-то сделалось спокойнее. Я уселась поудобнее, насколько это было возможно на узкой лежанке, и принялась расспрашивать новую знакомую о местном укладе. Даже самая скудная информация лишней не будет.

Как объяснила Аврорья, демоны отличаются от ангелов своей непохожестью друг на друга. Эти таинственные существа имеют весьма колоритную, хоть порой и устрашающую, внешность, разнообразные способности и просто бешеные характеры.

В свете последнего утверждения можно только подивиться, как эти порождения тьмы до сих пор терпят свою Темнейшую. Особым уважением Лилита уже давно не пользуется, но хитрая девица, создавая новую расу, позаботилась о том, чтобы иметь хотя бы относительный контроль над своими творениями. Уж в чем, в чем, а в дальновидности этой особе не откажешь.

Так что многочисленные кланы (как пояснила все та же Аврорья, в них обитатели Царства объединяются в зависимости от силы – но как, она ведь у всех разная, я так и не поняла) регулярно и с воодушевлением грызутся между собой, но опостылевшую правительницу не трогают.

Лекарка м