Кот по имени Сабрина (fb2)

- Кот по имени Сабрина (пер. Леонид Львович Яхнин) (и.с. Зеленая серия) 2.09 Мб, 181с. (скачать fb2) - Майкл Грейтрекс Коуни

Настройки текста:




Майк Коуни Кот по имени Сабрина

Посвящается Сабрине


Хотите верьте, хотите нет, но некоторые события этой книги произошли на самом деле. Тем не менее все персонажи, кроме Сабрины разумеется, вымышлены. Всякое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, случайно.


Глава первая

Кошка, дымясь, выползла из-под плиты.

Ханна Пигго с немым отчаянием глядела на нее. Что за наказание эта тварь! Тунеядка, да и только. Огромная, черная, тлеющая, блохастая бездельница, эгоистка, понятия не имеющая об истинной англосаксонской добродетели. Никчемное животное.

Сабрина мяукнула.

Эта кошка и знать не желает, что на свете есть вещи поважнее, чем ее мерзкие капризы. Вчера Сабрина в мгновение ока опустошила полную миску «Вискаса» (навязшее в зубах «ВАША КИСКА КУПИЛА БЫ „ВИСКАС“»!) и немедленно с воплями потребовала добавки. А сегодня воротит нос. И что не устраивает? Уставившись на Ханну неподвижными глазами, будто гипнотизер, мяукает пронзительно и нахально!

— Прекрати немедленно, гадкая попрошайка. Проваливай и гипнотизируй невинных птичек. Оставь меня в покое. И без тебя дел хватает.

Выглянув из кухонного окна, она увидела «ЗОЛОТУЮ ЛАНЬ», скользившую по серой воде в сторону дока. Эта баржа обыкновенно приплывает в конце месяца. Неужто уже и январь на исходе? Похоже на то. Земля промерзла. Холмы, укрытые снегом, сверкают. Гора Пекаря маячит на горизонте, словно политый глазурью горбатый кекс. А где же хваленый тепличный эффект планеты?

Кошка снова мяукнула. В жалобном, укоризненном голосочке этой паршивки, казалось, вибрировали все злодеяния, совершенные человеком с бедными животными.

— Браво, Сабрина! Но на этот раз ты переусердствовала.

Рывком вздернув кошечку в воздух, она распахнула дверь и швырнула вымогательницу на мерзлую землю. На нее смотрели невинные вопрошающие глаза.

— Постарайся понять меня, Сабрина. В самые тяжкие времена в людях просыпается все самое лучшее. Они забывают о дрязгах и распрях и собираются вместе, чтобы защититься и выжить. Приспосабливайся, Сабрина, дорогая моя. Ступай прикончи кого-нибудь и возвращайся в лучшем настроении.

Она с грохотом захлопнула дверь. Эти милые перепалки с верной спутницей тянутся уже семнадцать лет.

Если бы только у нее была собака! Большая, неканючащая, может быть, даже охотничья собака, с которой приятно коротать долгие зимние вечера. Она бы назвала ее Пастырь в память о Чарльзе и его овечке. Хвостатый Паст. Собачища лежала бы рядом на мягком диване, положив голову ей на колени и преданно глядя коричневыми глазами, а сама она лениво листала бы хорошую книгу. Или бродили бы вдвоем по полям. Старели бы вместе. Женщина и ее собака. Старина Паст, добрый и нежный, он мог бы читать ее мысли. А к нынешнему дню одряхлел бы и с трудом волочил ноги. Полдня дремал бы под плитой, наслаждаясь грезами о давних охотах и подрагивая лапами в погоне за приснившейся дичью. Бедняга Паст, он слабел бы день ото дня. Его бы от старости выворачивало на ковер. А бесконечные визиты к ветеринару? И наконец неизбежное: В ЭТОМ СЛУЧАЕ, МИССИС ПИГГО, САМОЕ ГУМАННОЕ…

К черту мечту о собаке!

По совести говоря, со стареющими кошками и собаками не меньше хлопот, чем с прочими живыми существами. Чарльз, ее муж, к моменту своей странной смерти, два года назад, был немного не в себе.

Впрочем, и она, Ханна, в ее сорок лет тоже несколько странновата. Живет одна на этом острове, разговаривает сама с собой да еще с кошкой. Ей бы надо повнимательнее относиться к своему здоровью и образу жизни. И Ханна дала это понять Чарльзу, когда он только еще привез ее сюда: мол, она не собирается вести здесь растительную жизнь лишь потому, что вокруг бессловесные твари и травы. Чарльз отшельник-энтузиаст, но ведь не она.

— Назад к Матери-Природе, Ханна! Нет вонючим крысиным гонкам на шоссе, нет моноокиси углерода вместо воздуха, нет воде, отравленной фтором! Лишь ты, я да овечка. Знаешь, что меня беспокоит? Твой снобизм. Надо, чтобы к твоим подошвам налипло как можно больше обыкновенной грязи!

И вот уже два года, как нет с нею Чарльза. Два года борьбы с одиночеством. Два года держать себя в руках, чтобы не распуститься и не опуститься. Может быть, ей давно следовало дать себе слово жить по расписанию: в шесть подъем, задать корму цыплятам, козе, кошке. Опростаться. Встать под душ, вымыть волосы. Завтрак без грамма холестерина. Прочесть десять страниц «Улисса», три стишка Йетса. Если надо, заглянуть в словарь. Обойти все хозяйство. Научиться распознавать