загрузка...
Перескочить к меню

Техника и вооружение 2011 07 (fb2)

файл не оценён - Техника и вооружение 2011 07 4528K, 139с. (скачать fb2) - Журнал «Техника и вооружение»

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Техника и вооружение 2011 07

ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ вчера, сегодня, завтра

Научно-популярный журнал

Июль 2011 г. На 1 стр. обложки фото Д. Пичугина.


«Звезда» мирового океана

К. Кузнецов, Е Баврин

Фото авторов



Подводная лодка Б-413 проекта 641

В Калининграде, в центре города, на набережной Петра Великого находится Музей Мирового океана. В экспозицию музея, среди прочих экспонатов, входят четыре корабля: подводная лодка (ПЛ) Б-413, научно-исследовательское судно «Витязь», корабль космической связи «Космонавт Виктор Пацаев» и средний рыболовецкий траулер. Кроме того, на набережной размещена небольшая коллекция морского оружия, а также большая экспозиция, посвященная собственно Мировому океану.

ПЛ Б-413 относится к лодкам пр. 641 – самым удачным океанским дизель-электрическим лодкам того периода. Этот проект начали разрабатывать с октября 1954 г. для замены лодок пр. 611. Первоначально главным конструктором проекта был С.А. Егоров, а с 1958 г. – З.А. Дерибин. Головная ПЛ пр. 641 (Б-94) вступила в строй в декабре 1958 г.

Подводные лодки этого типа предназначались для действий на океанских коммуникациях и у отдаленных баз противника против его кораблей и транспортов, для ведения разведки, прикрытия своих конвоев от действий надводных и подводных кораблей противника, а также для постановки мин.

По архитектуре лодка пр. 641 являлась двухкорпусной, с развитой надстройкой и штевневой носовой частью. Ее отличало наличие большого бульбового обтекателя ГАС в носу корпуса.

Прочный корпус был цилиндрическим, с оконечностями в виде усеченных конусов. Переборками корпус делился на семь отсеков. Погружение и всплытие обеспечивали десять балластных цистерн кингстонного типа. Для прочного корпуса этой ПЛ была применена новая марка сверхпрочной корабельной стали АК-25, что позволило довести глубину предельного погружения (разрушающую) до 400 м при средней толщине обшивки прочного корпуса около 40 мм.

Новая схема стрельбы для торпедных аппаратов обеспечила их использование с глубин до 100 м, а внесение конструктивных изменений в выдвижные устройства дало возможность увеличить скорость хода подводной лодки в режиме РДП до 10 узлов. Кроме того, ПЛ пр. 641 были оснащены новейшими на то время средствами навигации, наблюдения и связи.

Данный тип лодок строился с 1958 по 1971 г. в Ленинграде на Судомеханическом и Адмиралтейском заводах. Всего было построено 58 кораблей для ВМФ СССР и 17 – на экспорт (для Индии, Ливии и Кубы).

В целом, лодки пр. 641 получились вполне надежными, удобными в эксплуатации и эффективными боевыми кораблями. С ними не происходило серьезных аварий, а тем более катастроф. Сказывался опыт, накопленный при строительстве лодок первого послевоенного поколения.

Лодки пр. 641 стали поистине «рабочими лошадками» отечественного ВМФ.

Что касается конкретно Б-413, то она была заложена в Ленинграде в июле 1968 г. После окончания строительства, в начале 1969 г., Б-413 пришла к постоянному месту дислокации – город Полярный Мурманской области и вошла в состав 4-й Краснознаменной ордена Ушакова 1 степени эскадры подводных лодок Северного флота.

Свой первый автономный поход подводники Б-413 выполнили в 1969 г. (с 14 июня по 23 сентября), проведя в море 102 дня. Выполняя боевые задачи в Центральной Атлантике совместно с подводной лодкой Б-400, моряки посетили порты Гавана (Куба) и Конакри (Гвинея).

Следующий год ознаменовался грандиозными оперативно-стратегическими учениями «Океан-70» – самыми масштабными для нашего флота за всю его историю. С 8 апреля по 2 мая 1970 г. Б-413 под командованием капитана 2 ранга А.Н. Трусова совместно с другими лодками 4-й эскадры Северного флота приняла участие в этих учениях. 13 апреля 1970 г. подводная лодка Б-413 была задействована в поисках погибшей АЛЛ К-8.

По окончании учений «Океан-70» подводная лодка продолжила выполнение задач боевой службы. С 15 по 29 мая 1970 г. Б-413 в составе отряда боевых кораблей Северного флота вновь посетила порт Сьен- Фуэгос на Кубе. 6 октября 1970 г. лодка вернулась в родную базу. Поход продолжался 181 день. После этого Б-413 прошла ремонт, который длился до середины 1971 г.

Впереди лодку ждали длительные океанские походы. 10 декабря 1971 г. капитан 2 ранга А.Н. Трусов опять вывел корабль в Средиземное море для выполнения боевой службы. Возвратилась лодка в базу 24 июня 1972 г., оставив за кормой 197 дней напряженного плавания.

Самый длительный поход лодка совершила с 12 сентября 1973 г. по 8 октября 1974 г., выполняя задачи боевой службы в Центральной Атлантике и в Средиземном море. Впервые в ВМФ бригада ПЛ в полном составе (плавбаза «Федор Видяев» и подводные лодки Б-409, Б-440, Б-130, Б-31, Б-105, Б-116 и Б-413) без смены экипажей вышли на длительную боевую службу. Общее руководство операцией выполнял командир 4-й эскадры подводных лодок контр- адмирал О.П. Шадрич. Длительность похода составила 392 дня – более года!

По итогам 1976 г. Б-413 была признана лучшим кораблем 4-й эскадры подводных лодок Северного флота. С 1975 по 1977 гг. она выполняла задачи боевой службы и боевой подготовки в оперативной зоне Северного флота. С1 марта по 4 мая 1977 г. Б-413 под командованием капитана 2 ранга Б.Н. Погорелова несла службу в Баренцевом и Норвежском морях. Длительность похода составила 66 дней.


Подводная лодка пр.641.


Рубка (вид слева). Видны: командирский перископ, зенитный перископ, радиопеленгатор, РЛС, ПМУ ВАН, газовыхлоп дизелей и ПМУ «Ива-МВ».


Носовая часть подводной лодки. Видны обтекатели гидроакустических станций, якорь в походном положении и носовой горизонтальный руль в убранном положении.


Боевая рубка. Зенитный (слева) и командирский перископы.


Лючки, помеченные буквой «Э», – так называемые «эпроновские» лючки. Через эти лючки водолаз может подать на аварийную лодку, лежащую на дне, воздух, электропитание и связь, а также продуть балластные цистерны.


Боковой винт подводной лодки. Отлит из бронзы.


Вход в подводную лодку прорезан на месте торпедопогрузочного люка. По сторонам от трапа видны баллоны воздуха высокого давления.


Комингс-площадка над 7-м отсеком. Тросик идет на аварийный буй. На комингс- площадку должен сесть спасательный колокол, открыть люк в 7-й отсек и поднять людей на поверхность.


Нижний люк шлюзовой камеры 7-го отсека.


В 1979-1980 гг. корабль прошел докование и средний ремонт на судоремонтном заводе в Кронштадте. В июне 1980 г. Б-413 возвратилась в базу для подготовки к новым длительным походам.

Вторая половина 1980 г. для подводной лодки была очень напряженной. В августе командир Б-413 капитан 3 ранга М.И. Жареное вывел корабль в море для выполнения нормативных задач и подготовки к торпедным стрельбам на приз ГК ВМФ. 8-11 сентября был получен приказ атаковать отряд боевых кораблей практическими торпедами. Атака прошла успешно, в результате флагман Северного флота крейсер «Мурманск» пришлось поставить в док для замены винтов. Торпеда, выпущенная из аппарата Б-413, попала в винты крейсера. В середине сентября лодка опять проводила торпедные стрельбы для подтверждения обоснованности представления к присвоению приза ГК ВМФ. Стрельба вновь прошла на отлично.

В октябре 1980 г. Б-413 поручили сложнейшее задание: провести прорыв сквозь поисковый отряд противолодочных кораблей с применением торпедного оружия в условиях, максимально приближенных к боевым. Эти учения показали, что ПЛ пр. 641 с подготовленным экипажем способна преодолеть мощную противолодочную оборону противника.

В начале декабря 1980 г. лодка получила необычное правительственное задание – защитить честь Советской судостроительной промышленности. Дело в том, что подводные лодки пр. 641 пользовались большой популярностью на мировом рынке вооружения. Их покупали Куба, Индия, Ливия и Алжир. Правительство Ливии выставило претензии к СССР за, якобы, некачественные винты кораблей данного проекта. Для разрешения конфликта командованием ВМФ СССР была выделена Б-413. На ее борт поднялись представители государственной комиссии, по указанию которой командир задавал различные режимы работы энергетической установки на различных глубинах и скоростях. По возвращению в базу на лодке создавали дифферент на нос, чтобы визуально осмотреть состояние винтов.

Работа в таком интенсивном режиме продолжалась несколько дней, пока государственная комиссия не убедилась в высоком качестве винтов. По результатам этих испытаний претензии Ливии были отвергнуты.

В январе 1981 г. Б-413 приняла участие во флотских учениях по противодействию иностранным подводным лодкам в Баренцевом море. В мае-июне 1981 г. корабль встал в док в поселке Росляково. В июле на рубке подводной лодки появляется звезда, обозначающая присвоение звания «Лучшая подводная лодка по торпедной подготовке в ВМФ среди дизель- электрических подводных лодок». Вскоре Б-413 пришлось на деле подтвердить правомерность полученного звания.

В период с 6 по 13 июля 1981 г. Б-413 в составе бригады аналогичных кораблей приняла участие в оперативном командноштабном учении на тему: «Завоевание господства в Баренцевом и Норвежском морях в интересах оперативного развертывания сил флота и обеспечения боевой устойчивости РПК СН». Подводные лодки бригады выполнили боевое упражнение по атаке отряда боевых кораблей «противника». По результатам учений все лодки бригады получили оценку «отлично», а по итогам года 69-я бригада ПЛ была награждена переходящим призом ГК ВМФ «За отличную торпедную стрельбу». В этом была заслуга экипажа и командира лодки капитана 2 ранга М.И. Жаренова.


Центральный пост в 3-м отсеке. Место командира (фото слева) и штурмана (фото в центре). На правом фото: слева – пульт погружения-всплытия; на заднем плане – люк между 3-м и 4-м отсеками.


Спасательный гидрокомбинезон СГП-60, справа – комбинезон-утеплитель АС-26. С помощью этого снаряжения выполняется выход экипажа из аварийной подводной лодки.


Торпедные аппараты №3 и 5. У аппарата №3 открыта задняя крышка и видны рули торпеды.


В 1985-1986 гг. Б-413 несла боевую службу в Средиземном море и входила в оперативное подчинение командованию 5-й Средиземноморской эскадры. Для межпоходового ремонта и кратковременного отдыха личного состава лодка посетила Ливан, Тунис и Сирию. В учениях по торпедным стрельбам, проводимых 5-й Средиземноморской эскадрой, принимала участие и Б-413. В качестве корабля-цели выступал крейсер «Киев». Экипаж подводной лодки успешно справился с поставленными задачами. Выпущенные торпеды прошли под корпусом крейсера, таким образом экипаж ПЛ в очередной раз подтвердил высокое звание «отличного корабля».

В начале 1987 г. лодка прошла подготовку к походу в Средиземное море с последующим ремонтом в Югославии на судоремонтном заводе в городе Тивате. Ремонт шел напряженно. Командование Северного флота приняло решение о полной смене экипажа для ускорения сроков ремонта. После окончания ремонта корабль направился на боевую службу, которая продолжалась 8,5 месяцев. В начале апреля 1988 г. Б-413 возвратилась в Полярный и в мае 1988 г. встала в 35-й СРЗ для докового ремонта.

В конце года Б-413 под командованием капитана 3 ранга А.А. Федорова ушла на боевую службу в центральную Атлантику и в Средиземное море (продолжительность – 181 день). В базу подводная лодка вернулась только в начале апреля 1989 г.

В конце июня 1990 г. Б-413 под командованием капитана 3 ранга А.Ф. Сорокина, в соответствии с директивой ГШ ВМФ, убыла к новому месту дислокации в город Лиепая (Латвия) и вошла в состав 14-й эскадры 22-й бригады подводных лодок Балтийского флота.

Однако последовавший в 1991 г. развал страны резко изменил судьбы подводников и их кораблей. Тем не менее судьба ПЛ Б-413 оказалась более удачной, чем у других кораблей. После долгих мытарств, в июне 1992 г., лодка встала на ремонт на СРЗ 29 (Лиепая). Ремонт производится вяло: у флота денег не было, а рабочие требовали оплаты своего труда. В то сложное для всего отечественного флота время командиром ПЛ был назначен капитан 3 ранга В .Т. Ушаков.

Наконец, в 1994 г. наш флот покинул Латвию, ставшую к этому времени независимым государством. При этом в Латвии были оставлены 22 подводные лодки, плавдок и другое имущество. Что касается Б-413, то ее перевели в Кронштадт для продолжения ремонта. В декабре 1997 г. министр культуры РФ П.Л. Дементьева обратилась к Премьер-министру B.C. Черномырдину с просьбой перевести лодку в Калининград и передать ее Музею Мирового океана. Активное участие в судьбе лодки приняли командующий БФ адмирал В.Г. Егоров и его заместитель – вице-адмирал В.А. Кравченко.

В сентябре 1999 г. лодку перевели в главную базу Балтийского флота – Балтийск. Таким образом, после 21 года службы, лодка была исключена из боевого состава флота.

Однако в Балтийске Б-413 простояла недолго. Уже в январе 2000 г. ее поставили на судостроительный завод «Янтарь» в Калининграде для переоборудования в музейный экспонат. Для рабочих и инженеров завода этот заказ был почетным, хотя и не очень денежным. Сотрудники завода подошли к переоборудованию с душой. В максимальной степени было сохранено внутреннее оборудование и компоновка лодки. Для удобства туристов прорезали входной и выходной люки на верху надстройки. Сняли давление из корабельных систем и удалили из них остатки топлива и масла. Все отверстия, выходящие из корпуса за борт, заварили. На верху надстройки сделали леерное ограждение, а в I и VII отсеке – оборудовали музейные стенды.

Необходимо отметить, что Б-413 выгодно отличается от музейной лодки пр. 641 Б, находящейся в Москве. Во-первых, она наиболее соответствует оригиналу, а во- вторых, в Калининграде лучше организовано обслуживание туристов. Нет никаких очередей: купил билет и иди в лодку. В некоторых отсеках несут вахту сотрудники музея – ветераны флота, так что если появляются вопросы, они охотно ответят на любой из них. Можно не спеша самостоятельно осмотреть лодку или заказать экскурсию. Если после этого вы не удовлетворили жажду морской романтики, можно посетить другие корабли из коллекции Музея Мирового океана.


Подводные лодки пр. 641.

Фото В. Киселева.


Набережная Петра Великого в Кинигсберге. На переднем плане – подводная лодка Б-413. За ней – здание Музея Мирового океана. Далее – научно-исследовательское судно «Витязь», а за ним – судно космической связи «Космонавт Виктор Пацаев».


Б-413. Видны: кормовой флагшток, ходовой огонь и заваренный проем кормового торпедного аппарата.

Под тентом – выход для туристов

Фото К. Кузнецова.

Хроники первых «тридцатьчетверок»

Алексей Макаров

Продолжение. Начало см. в *ТиВ» №9-12/2010г., №1-6/2011 г.


События, связанные с рассмотрением предложения по изготовлению цельноштампованной носовой детали, развивались следующим образом: 15 июня 1940 г. на Мариупольском заводе в присутствии старшего конструктора завода №183 М.И. Таршинова состоялось совещание по вопросу изыскания возможности штамповки носовой детали на ковочном 15000-тонном прессе. Рассмотрев эскиз цельноштампованной носовой детали с выштамповкой надлобника, будкой «ДТ» и отогнутыми подкрылками (предложенный Д.И. Чижиковым), специалисты Мариупольского завода пришли к выводу, что производить штамповку по данному эскизу нецелесообразно по следующим причинам:

1. Требуются больших габарите листы для отгибки подкрылков.

2. При выштамповке будки «ДТ» с одного раза получится большая вытяжка (утонение металла), для устранения чего необходимо вести штамповку в несколько нагревов.

3. Механическая обработка цельноштампованного носа потребует больших габаритов станков. Обработка пулеметного гнезда по внутренней сфере весьма сложна на гнутой детали больших габаритов и необходимых станков на заводе им. Ильича нет.

4. Штамповка такой детали не устраняет поводки в дальнейшей термической обработке и не расшивает узкое место пресса, а наоборот усугубляет, т.к. правка такой детали потребует много времени работы 3000 тн. правильного пресса. Подправка же подкрылков потребует сложных приспособлений (бойки, штампы). Правка в вальцах совершенно исключается ввиду невозможности задать в вальцы. [1 ].

Кроме того, специалисты Мариупольского завода отклонили повторное предложение КБ 520 о штамповке на 15000-тонном ковочном прессе носовой детали по чертежу 34.29.001, разработанной конструкторами завода №183 еще в феврале 1940 г. Напомним, что эта деталь представляла собой цельноштампованный лобовой лист, выполненный зацело с перемычкой над люком водителя (с выштамповкой надлобника), и в силу своей сложности не была принята на установочную серию.

В конечном итоге на совещании приняли решение приступить к опытным работам по штамповке на ковочном 15000-тонном прессе верхней части разрезного носа с отштамповкой надлобника, боковых листов новой расширенной башни (детали 34.30.018-2 и 34.30.019-2) и нижнего кормового листа корпуса (деталь 34.29.007). И, кроме того, провести опыты по штамповке нового варианта разрезного носа (с выштамповкой надлобника и будки «ДГ»), для чего заводу № 183 предписывалось разработать чертежи на эту деталь и представить их не позднее середины июля. 20 июня 1940 г. руководство Мариупольского завода отправило в адрес 7-го ГУ НКСП и АБТУ письмо с просьбой утвердить эти решения.

НАЧАЛЬНИКУ 7-го ГЛАВНОГО УПРАВЛЕНИЯ НКСП т. ЕМЕЛЬЯНОВУ

НАЧАЛЬНИКУ АБТУ КА – ГЕНЕРАЛ ПОЛКОВНИКУ т. ПАВЛОВУ

На Ваше письмо № 2228 от 05/VI-40 г. по вопросу проведения опытной штамповки деталей машины А-34 на ковочном прессе 15000 тонн сообщаем:

Наиболее узким местом в производстве деталей машины А-34 на Мариупольском заводе является правка деталей больших габаритов со сложной штамповкой по плоскости; так если штамповка одной носовой детали требует работы 3000 тн. пресса 1 час, то для правки этой детали требуется задолжить 3000 тн. пресс от 8 до 16 часов в зависимости от величины и вида коробления после закалки.

С целью расшивки этого – наиболее узкого участка на Мариупольском заводе было предложено изготовить носовую деталь слитой вставкой, испытание на полигоне двух таких деталей дали вполне удовлетворительные результаты.

Рассмотрев вопрос штамповки носа с загибкой подкрылков, выштамповкой пулеметного гнета и отгибом кромок, т.е. поэскизу, предложенному в АБТУ КА т. ЧИЖИКОВЫМ выявилось, что такую работу производить не рационально ввиду того, что:

1. Требуются весьма сложные штампы, изготовление которых на Мариупольском заводе займет много времени (отсутствует соответствующее механо-оборудование).

2. Для устранения утонения металла в участке пулеметного гнезда потребуется штамповку производить из 2-х, 3-х нагревов.

3. Механическая обработка цельно-штампованного носа на Мариупольском заводе может производиться на единицах деталей, а не на деталях массового производства ввиду отсутствия соответствующего механо-оборудования.

4. Абсолютно нет никакой гарантии получить деталь после закалки без коробления, вследствие чего возникает вопрос где и на каком оборудовании производить правку таких деталей.

5. Узким местом производства деталей является не штамповка, а правка и механическая обработка, в частности по цельноштампованной носовой детали, требуются большие станки для обработки надлобника и пулеметного гнезда.

Исходя из вышеизложенного, Мариупольский завод штамповку носовой детали не может осуществить по эскизам, предложенным т. ЧИЖИКОВЫМ и не видит целесообразности в изыскании способов их осуществления, т.к. даже осуществив такую штамповку, это совершенно не разрешает узкого участка прессовой правки и не увеличивает производственных мощностей.

С целью создания дополнительных резервов в мощностях по штамповке деталей просит 7-ое Главное Управление НКСП утвердить следующий порядок опытных работ по штамповке деталей на 15000 ковочном прессе:

1. Произвести штамповку опытных носовых деталей с надлобником без выштамповки нижней части. Эю мероприятие увеличит мощность завода по штамповке и кроме того не потребует увеличения правильных агрегате, т.к. правка таких деталей возможна по трем направлениям на вальцах, а не на прессах, и к тому же эти детали будут соответствовать существующей валовой продукции.

2. Изыскание способа штамповки на 15000 тн. ковочном прессе боковин башни и кормы корпуса.

С целью быстрейшего разрешения вопроса Мариупольский завод наметил график работ, по которому начал производить подготовительные (основные) работы. Просим намеченные мероприятия и график работ утвердить.


Чертеж верхнего носового листа (деталь 34.29.904).


ДИРЕКТОР ЗАВОДА (ГАРМАШЕВ) ГЛАВНЫЙ ИНЖЕНЕР (НИЦЕНКО) [2]

Опытные работы по штамповке на 15000-тонном прессе верхнего носового листа с выштамповкой надлобника планировалось закончить 27 июля, боковых листов башни – 31 июля, нижней кормовой детали – 6 августа, а верхнего носового листа с выштамповкой надлобника и будки «ДГ» – 2 сентября 1940 г.

Забегая вперед, скажем, что в конечном итоге руководство АБТУ и 7-го ГУ НКСП согласилось с мнением технологов Мариупольского завода о невозможности массового изготовления цельноштампованной носовой детали с отогнутыми подкрылками (по эскизу Д.И. Чижикова). От идеи штамповки будки “ДГ» на верхнем носовом листе также отказались ввиду сложности изготовления и последующей правки и мехобработки, и бронировка курсового пулемета так и осталась отдельной деталью 34.29.019. А вот опытные работы по производству верхнего носового листа с выштамповкой надлобника оказались успешными, и данная деталь, получившая индекс 34.29.904-2, была принята в серийное производство в конце 1940 г.

Заканчивая тему о взаимоотношениях Мариупольского завода и завода № 183 в первом полугодии 1940 г., необходимо рассказать о разногласиях, возникших между этими предприятиями при заключении договора на поставку бронедеталей в 1940 г. В середине июня на Мариупольском заводе состоялось несколько технических совещаний, на которых рассматривались новые чертежи бронедеталей Т-34 для серийного производства. В ходе этих совещаний стороны разрешили основные противоречия, в результате чего новые детали корпуса и башни Т-34 были приняты Мариупольским заводом в производство. Ниже приведем выписку из протокола технического совещания по рассмотрению чертежей завода № 183 на составной нос и расширенную башню:

I. По детали №34-29-906 (балка носа. – Прим. авт.).

а) К изготовлению принять, при этом допускается углубление средней части по R-20 мм, делать по усмотрению Завода им. Ильича в зависимости от результате термической обработки.

б) Маргосзаводу приступить к опытным работам по отливке деталей 29-906и 29-905заодно целое.

2. По деталям 34-30-018-2 и 34-30-019-2 (боковые листы башни. – Прим. авт.) к изготвлению принимаются с 38 комплекта.

3. По деталям №№34-30-007-2 и 34-30-006(задняя и передняя обечайки башни. – Прим. авт.) Маргосзавод к изготвлению принимает и настаивает на расширении следующих допусков: по R-887допустить местное неприлегание по сегменту на дуге 130’на участке длиной 120 мм не более 3 мм.

4. По детали №34-30-001 (лобовой лист башни. – Прим. авт.) на размеры 270 и 286,6 изменить допуск до ±3мм вместо ± 2 мм.

5. В дальнейшем на 1940г. для обеспечения выполнения программы заводы взаимно прекращают претензии на изменение конструкции деталей и допусков за исключением опытных работ. [3].

Но, несмотря на то что стороны фактически отказались от дальнейших взаимных претензий, при заключении договора не обошлось без новых разногласий. Во-первых, Мариупольский завод отказался изготавливать для завода №183 две литые детали: бронировку курсового пулемета (34.29.019) и крышки бортовых передач (34.16.003), оправдывая это слабой литейной базой. Стоит заметить, что изначально эти детали были спроектированы как штампованные, но по просьбе Марзавода в мае 1940 г. переведены на литье. Во-вторых, Мариупольский завод отказался производить сверловку отверстий и нарезку в них резьбы под гужоны на детали 34.29.906 (балка носа), что естественно не устраивало завод № 183, так как эти операции увеличивали нахождение корпуса на сборочном стеаде по предварительным подсчетам на 15-18 ч. Учитывая это, представители завода №183 внесли в протокол разногласий требование, что в случае отказа Марзавода от сверловки отверстий под гужоны, завод №183 будет вынужден требовать возврата к цельноштампованному варианту носовой детали. Кроме этого, при заключении договора стороны не сошлись в цене за один комплект бронедеталей. В итоге, договор №68 от 20 июня 1940 г. на поставку бронедеталей танка Т-34 для завода №183 был заключен с протоколом разногласий, урегулировать которые сторонам предстояло позднее.

В конце июня руководство Мариупольского завода обратилось в 7-ое ГУ НКСП с просьбой поддержать их позицию в спорных вопросах с заводом №183:

25.06.1940 №3218

НАЧ. 7-го ГЛАВНОГО УПРАВЛЕНИЯ НКСП тов. ЕМЕЛЬЯНОВУ Копия: НАЧ. АБТУ КА ВОЕНИНЖЕНЕРУ 1-го РАНГА тов. КОРОБКОВУ ПО ВОПРОСУ: договора с заводом № 183.

В процессе заключения договора на поставку деталей машины Т-34 с Харьковским заводом № 183 им. «Коминтерна» возникли разногласия, вследствие чего договор заключен с протоколом разногласий (см. приложение).

1. Мариупольский завод принимает к изготовлению деталь «балку носа» №34-29-906 без сверловки отверстий, исходя из того, чт при сборке деталей носа угол оси отверстий в детали 34-29-906 будет меняться, вследствие чего отверстия должны сверлиться на месте сборки корпуса. Эю предусмотрено технологией изготовления детали 34-29-906, которая поставляется заводу №183 в высоко отпущенном состоянии (для возможности проведения сверловки при сборке). Кроме тго, ввиду отсутствия на Мариупольском заводе им. Ильича литейной базы, деталь 34-29-906 будет передана путем кооперации на другие заводы. Естественно, чт при этом положении сборка деталей носа должна производиться на заводе №183. Завод №183 вместо реального разрешения вопроса в протоколе разногласий требует изготовлять эту деталь цельноштампованной, чем ставит Мариупольский завод в такое положение, при котором не будет выполнено правительственное задание. Ссылка на то, что Главный инженер завода тов. Ниценко дал согласие изготовлять деталь 34-29-906 со сверловкой, не соответствует действительности, т.к. в момент рассмотрения чертежей Мариупольский завод совершенно не знал количества необходимых деталей. Мариупольский завод сможет изготовить «балку носа» со сверловкой отверстий, но это количество определяется единицами, а не сотнями, ссылка же завода № 183 на отсутствие у него сверлильных станков, является абсолютно неосновательной.

2. Мариупольский завод отказался также принять к изготовлению две литых детали №№34-29-019 и 34-16-003 исключительно ввиду отсутствия литейной базы. Имеющийся сталелитейный цех Мариупольским заводом загружается отливкой башен, т.к. при производстве катанных штампованных башен программа будет сорвана ввиду отсутствия необходимых прессов. Имеющиеся пресса обеспечивают программу только на 25-30%. Для выполнения Правительственного задания Мариупольский завод вынужден просить 7-е Главное Управление НКСП обратиться с ходатайством перед Правительством о размещении части башен на другие машиностроительные заводы (Ново-Краматорский, Сталинградский и др.). Только при положительном решении этого вопроса программа будет выполнена.

Детали 34-29-019 и 34-16-003 могут быть выполнены самим заводом №183, располагающим более мощной базой чем Мариупольский завод. Завод № 183 провел соответствующие опыты по отливке этих деталей и получил неплохие результаты при снарядных испытаниях на полигоне Мариупольского завода. Просим 7-е Гл. Управление, через Наркомат обязать завод №183 изготовлять детали №34-29-019 и 34-16-003 у себя.

3. Завод №183 требует, чтобы Мариупольский завод заключил на 150 тонн деталей россыпи, не указывая какие же ему требуются детали. Естественно, что мы не можем заключить договор на неизвестные детали. В договоре мы указали, что Мариупольский завод обязуется изготовить детали россыпи после представления спецификации с оформлением соответствующего дополнительного соглашения.

4. Завод №183 в протоколе разногласий требует «цену за 1 комплект установить в сумме 60000 руб.». Нам совершенно не понятно, из каких расчетов заказчиком определена эта стоимость? Сметная стоимость 1-го комплекта деталей брони определилась в 168000 руб. Просим поставить вопрос перед Экономсоветом о скорейшем утверждении отпускной цены на комплект деталей машины А-34, чтобы урегулировать расчеты с заводом № 183.

ГЛАВНЫЙ ИНЖЕНЕР (Ниценко). [4]


Таблица №9 (Данные из «Описи деталей машины Т-34 и условий приемки». РГВА 31811-2-1010, лл. 248-250)
№№ п/п №№ деталей Наименование Кол-во Толщина детали в мм Вес 1 детали в кг
1 34.29.005 КОРПУС 1 45  
2 3429.006 Бортовой лист левый Нижний лист кормы 1 45 1169
3 34.29.007   1 40 457
4 34.29.008 Задний лист верхний 1 40 451
5 34.29.009-1 Передний лист днища 1 16 450
6 34.29.010-1 Задний лист днища 1 13 333
7 34.29.011-1 Передний лист крыши 1 20 155.5
в 34.29.012 Лист подкрылка правый 1 40 722
9 34.29.013 Лист подкрылка левый 1 40 722
10 34.29.014 Лист крыши правый 1 16 14,5
11 34.29.015 Лист крыши левый 1 16 14,5
12 34.29.017 Крышка люка кормы 1 40 68,5
13 34.29.021 Защита картера правая 1 25 40
14 34.29.022 Защита картера левая 1 25 40
15 34.29.023 Колпак выхлопной трубы 2 20 24,7
16 3429.024-1 Крыижэ передней правой шахты 1 20 8
17 34.29.025-1 Крыша передней левой шахты 1 20 8
18 34.29.026 Крышка люка в днище 1 16 17,9
19 34.29.027 фышка среднего люка 1 13 12,57
20 34.29.028 Крышка заднего люка 1 13 3,66
21 34.29.029 Крышка наливного люка 4 10 0,53
22 34.29.035 Задний лист крыши 1 16 20,3
23 34.29.037 Створка жалюзи Крышка наливного люка   16 34
24 34.29.044     16 3,45
25 34.29.050 Крышка люка мотора 1 16 50
26 34.29.038 Накладка днища 1 13 18,1
27 34.29.052 Правый колпак 1 16 106
28 34.29.053 Левый колпак 1 16 106
29 34.29.054 Экран крыши правый 1 16 19
30 3429.055 Экран крыши левый 1 16 19
31 34.29.058 Основание шахты правое   10 12.3
b 34.29.059 Оооеание шахты левое   10 12.3
<o 34.29.060 Основание средней шахты левое 1 10 12.1
со          
34 34.29.061 Основание средней шахты правое 1 10 12,1
35 34.29.062 Крыша средней шахты правая 1 20 10,6
36 34.29.063 Фланец   10 1,1
37 34.29.064 Крыша средней шахты левая 1 20 10.6
38 34.29.065 Днище подкрылка правое первое 1 13 68
39 34.29.066 Днище подкрылка правое второе 1 13 67
40 34.29.067-1 Днище подкрылка левое третье 1 13 67.2
41 34.29.069 Днище подкрылка левое первое 1 13 68
42 34.29.070 Днище подкрылка левое второе 1 13 67
43 34.29.071 Днище подкрылка правое третье 1 13 68
44 34.29.375 Кольцо 1 13 2,7
45 34.29.655 Крышка продольных жалюзи   10 17,65
46 3429.759 Крышка люка водителя 1 45 78
47 3429.849 Лист крыши над мотором 1 16 145,2
48 34.29.850 Лист крыши над мотором правый 1 16 55.2
49 34.29.851 Лист крыши над мотором левый 1 16 55
50 34.29.852 Стыковая планка   10 5,84
51 34.29.877-1 Верхняя часть носа 1 45 110
52 34.29.878 Планка стыковая правая 1 16 6.97
53 34.29.879 Планка стыковая левая 1 16 4.35
54 3429.904 Лист носа верхний 1 45  
55 34.29.905 Лист носа нижний 1 45  
56 34.29.906 Литая балка носа 1    
БАШНЯ    
1 34.30.001 Лобовой лист башни 1 45 250
2 34.30.006-1 Передняя обичайка башни 1 45 101
3 34.30.007-2 Задняя обичайка башни 1 45 197
4 34.30.008-1 Передний лист крыши башни 1 15 46
5 34.30.009-2 Днище ниши 1 20 75
6 34.30.010-1 Крышка люка 1 15 68
7 34.30.011-2 Дверца ниши 1 45 78
8 34.30.014 Заглушка 1 15 1,83
9 34.30.015 Воротник люка вентиляции 1 13 2,4
10 34.30.017-1 Задний лист крыши башни 1 15 23
11 34.30.018-2 Правый лист башни 1 45 460
12 34.30.019-2 Левый лист башни 1 45 460
13 34.30.117 Колпак люка вентиляции 1 10 4,75
14 34.30.192 Накладка 2 25 7,75
15 34.30.1903-1 Щиток 1 10 4,44
ЗАЩИТА ВООРУЖЕНИЯ    
1 34.31.001 Корпус защиты Л-11 1 25 58
2 34.31.002 Лобовая крышка 1 25 44
3 34.31.003 Привинтной щит 1 15 30
4 34.31.008 Заслонка 2 15 0.28
5 34.31.043 Щит маски Л-11 1 30 44
ПРОЧЕЕ
1 34.11.002 Крышка ведущего колеса 2 20 3,3
2 34.12.003 Диск поддерживающего колеса   8 29,2
3 34.12.013 Крышка поддерживающего колеса 10 20 5.5
4 34.15.006 Крышка ленивца 2 20 5.06

В результате дальнейших переговоров стороны пришли к компромиссу: изготовление литых деталей 34.29.019 и 34.16.003 брал на себя завод №183, а Мариупольский завод, в свою очередь, обязался поставлять носовую балку с готовыми отверстиями с нарезанной резьбой под гужоны. Таким образом, вопрос с поставкой бронедеталей на завод №183 формально был решен. Согласно заключенному договору, Мариупольский завод обязывался поставить в 1940 г. всего 775 комплектов бронедеталей корпусов и башен Т-34 по прилагаемой описи (см. табл. №9) комплектно, со следующей разбивкой по месяцам: июнь – 20, июль – 40, август – 75, сентябрь – 120, октябрь – 140, ноябрь – 170, декабрь – 200. Необходимо отметить, что в 775 комплектов входили 10 комплектов, поставленных Мариупольским заводом в апреле для машин установочной серии.

Кроме работ по оптимизации конструкции броневых деталей, в мае-июне 1940 г. специалисты опытного отдела завода №183 активно вели работы по улучшению боевых и эксплуатационных качеств танка Т-34. В частности, в середине мая состоялись испытания системы механического сервоуправления, разработанной конструктором КБ 520 П.П. Васильевым.

В предлагаемой системе сервоуправления уменьшение усилий, прилагаемых водителем к органам управления машиной во время движения, достигалось механическим путем благодаря взаимодействию системы рычагов и вспомогательных пружин. Сервопривод действовал при выключении бортовых фрикционов и при затяжке тормозных лент рычагами. Кроме того, изменением конструкции возвратных пружин на тормозных тягах было снижено усилие, прилагаемое к педали горного тормоза при торможении. Эту систему планировалось устанавливать на серийные танки вместо пневматического сервоуправления, показавшего себя не с лучшей стороны во время войсковых испытаний опытных образцов Т-34.

Опытная система механического сервоуправления была смонтирована на машину №311-18-3 (опытный «Танк №2») и прошла испытания в период с 12 по 15 мая 1940 г. За время испытаний танк прошел 278 км по песочным и грунтовым дорогам. Управляли машиной опытные водители цеха 530 И.Г. Битенский и Н.Ф. Носик. Ниже приведем результаты, полученные в ходе испытаний, и выводы, отраженные в Акте №013 от 15 мая 1940 г.:

В результате испытаний заметных дефектов в работе механического сервоуправления не наблюдалось. По мнению всех участников испытаний, которые непосредственно управляли машиной, и в частности, опытных водителей спецмашин, предлагаемая конструкция механического сервопривода на маш.

А-34, не требует особого навыка (или выучки) для пользования им при управлении машиной, не вызывает заметной усталости в процессе вождения, не требует особых регулировок и сложного ухода. Замеры усилий, прилагаемых к рычагам борт, фрикционов, с помощью динамометра, при разворотах машины на 360°, на 1 и 2-й передачах, на сухом грунте и песке, дали следующие результаты:

1. На сухом грунте:

а) На 1-й передаче на месте – 18-24 кгр (разворот на 360')

б) На 2-й передаче с минимальным радиусом – 16-22 кгр (разворот на 360’)

2. На неглубоком песке:

а) На 1-й передаче на месте – 18-30 кгр (разворот на 360’)

б) На 2-й передаче с минимальным радиусом – 20-30 кгр (разворот на 360").

Во время движения машины на 3-й и 4-й передачах, усилия, прикладываемые к рычагам борт, фрикционов при поворотах не превышали 15 кгр.

Выводы комиссии

1. Исходя из данных, полученных в процессе испытаний, комиссия считает целесообразным ввести в серийное производство предлагаемую т. Васильевым конструкцию механического сервоуправления для маш. «А-34», как принципиально отвечающую предъявляемым ей требованиям (взамен пневматического сервоуправления) и имеющую ряд преимуществ перед пневматическим сервоуправлением, а именно:

а) Простое в изготовлении.

б) Не требует сложного ухода при эксплоатации.

в) Не требует особых навыков от водителя в управлении машиной.

г) Не вызывает заметной усталости у водителя во время вождения машины.

2. Комиссия считает необходимым оборудовать первую опытную партию машин «А-34» механическим сервоуправлением, испытанной конструкции, взамен пневматического.

3. В процессе окончательного оформления чертежей механического сервопривода для серийного производства, бюро 520 предусмотреть максимально возможную прочность и износоустойчивость деталей для обеспечения надежной работы механизма на машине.

4. Кроме указанного, комиссия считает необходимым цеху 540 произвести испытание одного-двух комплектов сервомеханизма на гарантийный километраж. [5].

После проведения испытаний, 21 мая 1940 г., руководство завода №183 отправило в АБТУ и Главспецмаш письмо № С02635 следующего содержания:


Чертеж нижнего носового листа (деталь 34.29.905).


Чертеж балки носа (деталь 34.29.906).


При сем препровождаем один экземпляр акта №0013 от 15/5-40 г. по результатам испытания механического сервопривода на танке «Т-34». Испытания производились на дистанции в 278 км и дали положительные результаты. На основании полученных данных, з-дом им. Коминтерна принято решение ввести конструкцию механического сервопривода (предложенную конструктором завода т. Васильевым П.П.) в серийное производство для танков «Т-34», взамен пневматического сервопривода, ранее установленного на опытных образцах машин «Г-34».

Зам. Директора гл. инженер з-да им. Коминтерна/МАХОНИН/. [6].

В начале июня от АБТУ пришел ответ с указанием устанавливать механическое сервоуправление на машины установочной серии и требованием о предоставлении всех необходимых чертежей на систему для принятия окончательного решения о ее серийном производстве. В конечном итоге система механического сервоуправления была внедрена в производство и стала использоваться на всех серийных машинах, а чертежи на пневматическую систему аннулировали. Но необходимо отметить, что на машинах установочной серии, изготовленных на заводе №183 (танки №311-01-3, 311-04-3, 311-05-3, 311-09-3, 311-15-3, 311-16-3, 311-19-3, 311-21-3 и 311-25-3), систему пневматического сервоуправления было решено оставить, ввиду сложности ее демонтажа и замены на механическую систему на уже собранных машинах.

Параллельно с испытанием системы механического сервоуправления на опытной машине №311-18-3 в мае 1940 г. проводилось испытание литых траков, изготовленных на Сталинградском тракторном заводе из стали Гатфильда. Заметим, что изначально на двух опытных образцах танка Т-34 использовались штампованные траки (трак с гребнем – деталь 34.44.001 и плоский трак – деталь 34.44.002), изготовленные из дорогостоящей стали хромансиль. Данный тип траков был утвержден АБТУ на производство в 1940 г., но из-за сложности и дороговизны, а также дефицита штамповочного оборудования в марте 1940 г. было принято решение о начале опытных работ по изготовлению литых траков для Т-34 из стали Гатфильда, базой для производства которых был выбран СТЗ. В начале мая 1940 г. СТЗ изготовил и поставил на завод №183 опытную партию литых траков в количестве 200 штук.

Испытания литых траков состоялись в период с 12 по 17 мая 1940 г. по утвержденной программе и включали в себя как лабораторные, так и ходовые испытания. Основной целью испытаний являлось определение пригодности литых гусеничных лент из стали Гатфильда к эксплуатации на танке Т-34. Приведем выписки из Отчета №014 Бюро «540» от 21 мая 1940 г. «По испытаниям литых гусеничных лент из стали Гатфильда на танке А-34»:

I. ХАРАКТЕРИСТИКА Гусеничные ленты собраны из траков закрашенных зеленой краской с тремя штампами ОТК, которые, по мнению завода изготовителя (СТЗ им. Дзержинского), являются лучшими из присланной партии траков. Литые траки гусеничных лент (детали 34-44-004 и34-44-005) с шагом 167 мм и шириной 550 мм отличаются от существующих (штампованных материал сталь хромансиль) тем, что опытные траки отлиты из стали Гатфильда. Литые траки гусеничных лент механической обработки не подвергались.

При осмотре траков были обнаружены трещины внутри гребня, от усадки материала при остывании, мелкие раковины у подножия почвозацепов и у проушин на 103 траках из комплекта гус. лент (148 шт.). Из траков с указанными дефектами собраны 2 гусеничные ленты по 74 трака в каждой. Пальцы изготовлены из материала ст. 40СХдиаметром 18-0.2 мм, L=262 – 1.5мм (ставятся по 2 шт. на трак).

При сборке обнаружено, что заусенцы от литья на проушинах, в углах пазов для проушин и перекосы траков не позволяют соединить их пальцами, а если и возможно соединить, то не обеспечится относительное проворачивание траков. Заусенцы от литья на проушинах и боковые кромки проушин были сточены на наждачном точиле и только путем индивидуальной подгонки каждого трака в отдельности были собраны гусеничные ленты.


Система механического сервоуправления бортовыми фрикционами и тормозами (иллюстрация из издания 1941 г. «ТанкТ-34, руководство службы»).


а) Лабораторные испытания.

1. Произведено динамическое испытание траков гусеничных лент на копре (ударом) при весе бабы копра 0,5 тонны при переменной высоте падения.

Траки перед испытанием устанавливались на двух опорах с расстоянием между ними – 400-450 мм. Траки с гребнем устанавливались гребнем вверх, причем удар бабы воспринимался вершиной гребня. Плоские траки устанавливались беговой дорожкой вверх. Углы изгиба траков после удара замерялись с обоих сторон.

Результаты испытаний.

1) Штампованный трак – плоский (из хромансиля)

а) Высота падения бабы Н = 2 мт. – трак согнут на 10’, следов трещин нет.

б )Н = 3,5 мт. – трак лопнул на 2 части по середине при изгибе на угол – 25°.

2) Литой трак – плоский (сталь Гзтфильда)

а) Н = 2мт. – трак согнут на угле 20-30°, следов трещин нет.

б) Н = 3,5 мт. – трак согнут на угле 30-40°, следов трещин нет.

в) Н = 6 мт. – трак согнут на угле 30-45°, трещина-разрыв на почвозацепе глубиной 25 мм.

3) Штампованный трак с гребнем (из хромансиля)

а) Н = 2мт. – трак согнут на угле 15°, следов трещин нет.

б) Н = 4 мт. – трак согнут на угле 20-25°, трещина-разрыв на почвозацепе глубиной 25 мм.

в) Н = 6мт. -трак согнут с одной стороны на угол 60°, трещина- разрыву гребня, выходящая на плицу с одной стороны на 10мм, ас другой стороны на 40 мм.

4) Литой трак с гребнем (сталь Гзтфильда)

а) Н = 2мт. – трак согнут на угле 30°, трещин нет, смятасредняя проушина и вершина гребня.

б) Н = 4мт,- трак согнут на угле 35°, следов трещин нет, смята и погнута вершина гребня.

в) Н = 6 мт. – трак согнут на угле 30°, заметное удлинение (вытяжка) почвозацепа, смята средняя проушина и согнута вершина гребня.

Данные по испытаниям на копре говорят за то, что литые траки из стали Гатфильда по вязкости лучше чем штампованные из стали Хромансиль.

2. Произведено статическое испытание траков на изгиб под прессом.

Траки устанавливались на одну опору по центру. В верхней упорной част были установлены две опоры, расстояние между которыми равно 440 мм.

Траки устанавливались на опоры так, что изгиб происходил в сторону почвозацепа – аналогично действию сил на изгиб траков установленных на танке. Испытаниям на изгиб подвергались только плоские траки, т.к. на существующем прессе в лаборатории невозможно было установить гребневые траки. Результаты испытаний: см. в таблице №1.


Таблица №1
Наименование трака Нагрузка в кг. Угол Примечание
    изгиба  
Штампованный плоский трак (сталь Хромансиль) 15600 45° Трещина посередине почвозацепа
  20600 30° Трещин нет
  21600 30° Трещин нет
Плоский литой трак из стали Гатфильда 8800 45° Трещина посередине почвозацепа
  10200 45° Трещин нет
  9600 30° Трещин нет

Литые траки из стали Гатфильда (34.44.004 – трак с гребнем и 34.44.005 – плоский трак). Фотографии любезно предоставлены Военно-историческим проектом «Немиров-41».


Данная таблица показывает, что литые траки из стали Гзтфильда при меньшей нагрузке дают больший угол и при этом дефекты такие же как и у штампованных траков при большей нагрузке и при меньших углах изгибов.

б) Ходовые испытания.

1. Комплект литых гусеничных лент, собранных из траков ст. Гатфильда был смонтирован на танк А-34 №311-18-3 и за период с 12/7-40 по 17/7-40 г. прошел 417км., из них: по грунтовой дороге – 195 км., по песчаной дороге – 80 км и по булыжному шоссе – 142 км. Средняя скорость чистого движения за время испытаний была по грунтовой дороге – 22,9 км/час и 37 км/час по булыжному шоссе.

2. За пройденный километраж имело место: сработка заклепок и утеря их на 50%, выход пальцев из проушин (2 случая в начале испытаний, первый на 61 км, второй на 120 км пути). Выход пальцев из проушин объясняется тем, что палец еще не приработался по месту благодаря большим зазорам в отверстиях проушин для пальца (Ф18 + 1,0 мм, а палец Ф18 – 0,12 мм). Кроме этого производилась 3 раза подтяжка гусеничных лент.

3. Гусеничные ленты излитых траков подвергались специспытаниям на булыжном шоссе, которые заключались в следующем:

а) Движение танка по булыжному шоссе на IV передаче при 1700- 1800 об/мин коленвала мотора.

б) 3 торможения на 17 передаче при 1700-1800 об/мин коленвала мотора.

в) Движение танка по камням (булыжник).

При движении танка по булыжному шоссе на 17 передаче при 1700-1800 об/мин коленвала мотора была выдержана скорость 36-37 км/час – танк прошел 111 км. Дефектов в пути по гусеничным лентам не обнаружено, за исключением утери шплинтов пальцев.

Торможение:

1) При 1600 об/мин коленвала мотора на 17 передаче с разгона 300-350 метров было произведено торможение – путь торможения 7 метров, при этом дефектов не обнаружено.

2) Разгон 360-400 метров на 17 передаче при 1800об/мин коленвала мотора произведено торможение – путь торможения 12 метров за время 4 секунды. Дефектов не обнаружено.

3) Разгон 250-300 метров на IV передаче при 1800 об/мин коленвала мотора произведено торможение – путь торможения 12 метров за время 5 секунд. Дефектов не обнаружено.

После пройденного километража и специспытаний гусеничные ленты были сняты с танка и произведен тщательный осмотр правой гусеничной ленты, при этом было обнаружено отсутствие шплинтов на – 50%. Гусеничная лента была разобрана, и каждый трак в отдельности был осмотрен через лупу.

Результаты осмотра:

1) Плоские траки трещин от ударов и эксплоатации по булыжному шоссе, а также механических повреждений не имеют.

2) Гребневые траки, из количества просмотренных 37 штук, имеют следующие:

а) 6 шт. трещин и повреждений не имеют.

б) 29 шт. – имеют трещины на беговой дорожке у подножия гребня, со стороны соприкосновения гребня с роликом гусеничного колеса (со стороны почвозацепа), размером от 10 мм до 40 мм.

в) 2 шт. – имеют сквозные трещины до середины.

Трещины у подножия гребня во всех просмотренных траках имеют один и тот же характер – это значит, что гребневой трак имеет слабое место у подножия гребня, которое необходимо усилил> (конструктивный дефект), см. эскиз.

Для сравнения были подвергнуты наружному осмотру штампованные траки гусеничных лент, прошедшие 3131 км, при этом была обнаружена только одна трещина размером 15-20 мм на 1-м траке у гребня из просмотренных 40 шт. траков.

5. Проведен замер пальцев и проушин литых траков, результаты замеров следующие:

№№ п.п. Наименование Пройден км Средний износ в мм Макс. износ в мм Примеч.
1 Пальцы литой гусеничной ленты 417 0,25 0,48  
2 Проушины литой гусеничной ленты 417 0.34 0,62  
3 Пальцы штампованной гусеничной ленты 3131 1,2 1.34  
4 Проушины штампованной гусеничной ленты 3131 1,22 1,34  

Данная таблица средних износов пальцев и проушин характеризует то, что пальцы литых гусеничных лент срабатываются меньше, чем проушины траков, а пальцы штампованных гусеничных лент срабатываются также как и проушины траков. Большой износ проушин литых траков из ст. Гзтфильда против пальцев является недостатком гусеничных лент, т.к. при восстановлении гусеничных лент желательно заменять пальцы, а не траки.

ПРИМЕЧАНИЕ: Данные по износу пальцев и проушин как литой гусеничной ленты из ст. Гзтфильда, так и штампованной из ст. Хромансиль, нельзя рассматривать как окончательные, т.к. штампованные траки испытывались в зимних условиях, а литые в летних.

Выводы

Проведенные испытания показали, что машина, оборудованная гусеничными лентами из литых траков стали Гзтфильда за все время испытания (417 км) остановок и аварий по вине гусеничных лент не имела. Работа литой гусеницы на машине проходила нормально, без заклиниваний, соскакиваний и прочих дефектов, и в основном, была аналогична работе штампованной гусеницы.

Результаты сборки и испытаний литой гусеницы выявили необходимость проведения следующих мероприятий:

1 – Устранение литейных пороков траков (трещины и крупные раковины).

2 – Получение более чистых отливок, обеспечивающих нормальное сопряжение траков в проушинах и свободное их относительное проворачивание на пальцах, без индивидуальной подгонки траков, которая имела место при сборке испытываемой гусеницы.

3 – Обеспечение чистоты отверстий проушин траков для лучшей приработки пальцев.

4 – Проведение усиления гребневого трака у подножия гребня для исключения появления трещин в указанных местах.

Считаем, что проведенные испытания подтвердили полную возможность применения на маш. «А-34» литой гусеницы из ст. Гзтфильда взамен штампованной и с приведением вышеперечисленных мероприятий литая гусеница будет пригодна для эксплоатации на машине «А-34». Литая гусеница, как не требующая механической обработки и дорогостоящего штамповочного оборудования, является нетрудоемкой в изготовлении и экономически выгодной.

Что же касается срока службы литой гусеницы, то для дачи окончательного заключения необходимо гусеницу, изготовленную с учетом всех указанных мероприятий, подвергнуть испытаниям на гарантийный километраж в летних условиях. Одновременно считаем необходимым, продолжать испытания первой гусеницы, прошедшей 417 км, до ее окончательного износа, согласно имеющийся программы, для определения влияния выявленных дефектов на работоспособность гусеницы. [7].

Данный отчет, утвержденный А.А. Морозовым, был отправлен 3 июня 1940 г. в АБТУ для рассмотрения и принятия решения о вводе литой гусеницы в серийное производство. В конце июня начальник 8 отдела АБТУ Военинженер 1 -го ранка С А Афонин уведомил письмом №74005с от 29 июня 1940 г. о своем решении по данному вопросу руководство завода №183 и Главспецмаш:

Хотя предварительные испытания литой гусеницы дали ряд положительных результатов, но, несмотря на это окончательного вывода о введении на серийное производство сделать нельзя, так как пройденный километраж за время испытаний (417 км) недостаточен. АБТУ КА считает необходимым испытываемый образец литой гусеницы подвергнул, испытанию до полного ее износа. Необходимо устранить указанные в отчете недоработки по тракам и изготовить 2 комплекта этой гусеницы, которые подвергнуть испытанию на гарантийный километраж на танках, предъявленных госкомиссии для испытания двигателя М-250. [8].

Несмотря на то, что литые траки из стали Гатфильда на майских испытаниях показали неоднозначные результаты и решение об их утверждении на серийное производство принято не было, руководство АБТУ в середине июня обратилось к СТЗ с просьбой ускорить отливку более крупной партии траков для обеспечения ими танков Т-34 установочной серии.

Кроме опытных работ по внедрению в производство системы механического сервоуправления и литой гусеницы из стали Гатфильда, в конце первого полугодия 1940 г. силами специалистов опытного отдела завода №183 были проведены испытания нового танкового прицельного прожектора (ТПП), изготовленного московским заводом «Электросвер> и предназначенного для освещения мишени при стрельбе в ночное время. Следует отметить, что прожектор ТПП был призван заменить собой менее мощный прожектор, устанавливаемый на серийных танках в конце 1930-х тт. (в табл. №10 приведены сравнительные данные серийных прожекторов и прожектора ТПП).


Эскиз расположения трещин на литом гребневом траке.


Таблица №10
  Серийный прожектор Прожектор ТПП
Отражательная поверхность Диаметр 200 мм Диаметр 240 мм
Мощность источника освещения 100W (12V) 250W (24V)
Патрон Двухконтактный Одноконтактный
Стекло Гладкое толщиной 4 мм Гладкое толщиной 4 мм
Крепление прожектора к кронштейну Болтом Хомутом
Сечение подводящего провода 2,5 мм² 4 мм²

Серийный прожектор

Основными целями испытания прожектора ТПП являлись:

– оценка удобства монтажа и регулировки прожектора на машине;

– выяснение качества освещения местности (параллельность лучей, интенсивность и равномерность освещения) при движении и стоянке на различных расстояниях от машины;

– определение механической прочности отдельных деталей (стекла, электролампы, рефлектора и т.д.), а также механической прочности всей конструкции при работе на машине;

– определение влияния выстрела на стекло, электролампу и крепление прожектора на системе.

Испытания прошли по утвержденной программе и включали в себя следующие этапы:

1. Установка прожектора ТПП.

Опытный прожектор ТПП 17 февраля 1940 г. был установлен на машину БТ-7М (заводской номер 327-45) для проведения испытания на гарантийный километраж. С системой прожектор соединялся при помощи установочного кронштейна, жестко закрепленного на бронировке 45-мм пушки. Недостатком такой конструкции являлось то, что кронштейн позволял производить регулировку направления прожектора только в горизонтальной плоскости (путем поворачивания ТПП в хомуте), регулировка же в вертикальной плоскости при данной конструкции кронштейна была невозможна.

2. Испытание прожектора ТПП на тряску на машине БГ-7М в течение ее гарантийного пробега.

В период с 22 февраля по 26 апреля 1940 г. танк БТ-7М №327-45 с установленным прожектором ТПП прошел гарантийный пробег в 2563 км. В течение всего пробега электролампа в прожекторе отсутствовала, так как повреждение имевшейся лампы и отсутствие ламп в запасе могло прервать дальнейшее испытание ТПП. После пройденных машиной 1444 км, из-за поломки шпильки в штепсельном гнезде, произошедшей вследствие тряски, прожектор ТПП был отремонтирован. Других неполадок прожектора в ходе пробега не наблюдалось.

3. Специальные испытания в ночных условиях.

5 мая 1940 г., после окончания гарантийных испытаний БТ-7М №327-45, прожектор ТПП подвергли ночным испытаниям, в результате которых были получены следующие результаты.

Мишень, находившаяся от машины на расстоянии до 300 м, освещалась прожектором хорошо, видимость мишени на таком расстоянии через оптический прицел была признана хорошей.

Мишень, находившаяся от машины на расстоянии от 300 до 500 м, освещалась прожектором удовлетворительно, при этом видимость мишени через оптический прицел на таком расстоянии значительно ухудшалась. Прицеливание по крупным мишеням в таких условиях было признано возможным, но затруднительным.

Прицеливание через оптический прицел по мишеням, освещенным прожектором ТПП на расстоянии более 500 м, признали невозможным ввиду слабого освещения цели.

После проведения ночных испытаний прожектор ТПП сняли с машины и разобрали для осмотра, в результате которого было обнаружено:

а) вследствие неравномерного нагрева лопнуло стекло рефлектора.

б) внутренняя и наружная поверхности защитной полусферы, расположенные около электролампы, проржавели.

в) из-за тряски отошли винты, присоединяющие электропровода к патрону рефлектора.

г) прожектор ТПП находится в хорошем состоянии и после устранения указанных дефектов может быть пригоден к дальнейшей работе.

Испытания по определению влияния выстрела на прочность прожектора ТПП было решено не проводить, так как в ноябре 1939 г. на БТ-7 №610-45 с установленным прожектором ТПП было произведено 100 выстрелов из 45-мм пушки, и при этом повреждений стекла, электролампы и всего прожектора обнаружено не было.

В конечном итоге, по результатам испытаний, комиссией были сделаны следующие выводы и заключения:


Фотография кронштейна прожектора ТПП на машине установочной серии №311-25-3.


ВЫВОДЫ

Испытания прожектора ТПП показали, что этот тип прожекторов имеет следующие конструктивные недоработки:

1) Ненадежная защита стекла прожектора от чрезмерных перегреваний при включенной эл. лампе.

2) Отсутствует уплотнение между крышкой рефлектора, в которой укреплено стекло, и корпусом ТПП, вследствие чего внутрь прожектора возможно проникновение влаги.

3) Ненадежное присоединение эл. проводов к патрону. Провода необходимо крепить при помощи винтов с плоской головкой и предохранить их от самовыворачивания. На все провода необходимо напаивать наконечники.

4) Шпильки для крепления прожектора в гнезде не обеспечивают надежного крепления ТПП на системе. При затяжке гаек шпильки вываливаются из мест приварки их в гнезде.

5) Ввиду того, что приданных испытаниях констатировано плохое освещение прожектором объектов на расстоянии 500 мт и более, есть основание предполагать, что в данном прожекторе неточно выдержано фокусное расстояние в связи с применением не одной и той же эл. лампы при регулировке ТПП на з-де Электросвет и при испытаниях. Патрон прожектора ТПП должен иметь приспособление для регулировки фокусного расстояния в соответствии с поставленной в прожектор эл. лампой.

Дефекты электролампы 250W 24в

1) Ненадежное крепление накальной нити электролампы. От тряски на машине нить обрывается в местах приварки ее к стойкам. Крепление стоек в местах приварки к стеклянному держателю также не надежно, от тряски стойки обламываются.

2) Выступы на цоколе лампы, удерживающие ее в патроне, непрочны. При вдевании лампы в патрон эти выступы деформируются.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Испытания ТПП показали, что прожектор данной конструкции при условии устранения дефектов, указанных в заключении, пригоден для установки на машинах типа «А».

Для обеспечения правильной установки прожектора на машине, 520 необходимо разработать специальную конструкцию установочного кронштейна, допускающего как вертикальную, так и горизонтальную регулировку прожектора на системе. [9].

Отметим, что после устранения указанных комиссией дефектов и недостатков прожекторы ТПП планировалось устанавливать и на серийные танки Т-34, из расчета один прожектор на каждую пятую машину. Но поскольку по тактическим требованиям особой необходимости в прожекторе не было, в конце августа 1940 г. начальником ГАБТУ Я.Н. Федоренко было принято решение не устанавливать ТПП на танк Т-34. Однако часть машин, собранных до сентября 1940 г., имела на лобовой крышке защиты Л-11 установочный кронштейн для крепления прожектора к системе.


Список источников

1. РГВА. Ф.31811. Оп.2. Д. 1176. Л. 153.

2. РГВА. Ф.31811. Оп.2. Д. 1176. Л. 152.

3. РГВА. Ф.31811. Оп.2. Д. 1176. Л. 145.

4. РГВА. Ф.31811. On,2. Д. 1176. Л. 176.

5. РГВА. Ф.31811. Оп.2. Д. 1181. Л. 106-107.

6. РГВА Ф.31811. Оп.2. Д. 1181. Л. 105.

7. РГВА. Ф.31811. Оп.2. Д. 1181. Л. 119-126.

8. РГВА. Ф.31811. Оп.2. Д. 1181. Л. 117.

9. РГВА. Ф.31811. Оп.2. Д. 1168. Л.51-52.

Из истории создания и боевого применения артиллерийских снарядов типа «картечь»

АЛ. Платонов, д.т.н. (ФГУП «НИМИ»),

Ю.И. Сагун, к.т.н., А.В. Растопка (ВУНЦ СВ «Общевойсковая академия ВС РФ»), М.Ю. Шапорев (МГТУ им. Н.Э. Баумана)


В знаменитом произведении М.Ю. Лермонтова «Бородино» есть такие строки:

«Звучал булат, картечь визжала,
Рука бойцов колоть устала,
И ядрам пролетать мешала
Гора кровавых тел»

Поэт в этих строках довольно четко определил роль картечи*, и даже читатель, имеющий отдаленное представление об артиллерийских боеприпасах, понимает, что это именно она несет гибель всему живому, встретившемуся на пути.

В этой статье сделана попытка обобщить конструктивные решения картечных снарядов, принципа их действия и особенностей боевого применения.


* В Военном энциклопедическом словаре даются следующие толкования термина «картечь»:

КАРТЕЧЬ (от итал. cartoccio, букв, «сверток»):

1) Артиллерийский снаряд для поражения открытой живой силы противника на расстоянии до 300 м. В XIV-XVII вв. снаряд заполнялся мелкими камнями и кусками железа: в XVII-XIX вв. сферическими чугунными или свинцовыми пулями в железный (стальной) или картонный корпус.

2) Крупная (диаметром св. 5 мм) дробь для охотничьих ружей”.


Раннее европейское артиллерийское орудие ведет огонь «дробом».


Считается, что с XIV в., когда для метания боеприпасов стали активно использоваться пороха, а на вооружение приниматься гладкоствольные артиллерийские орудия, начался этап развития артиллерии и боеприпасов (XIV-XVII вв.), который историки назвали архаическим. В этот период в качестве боеприпасов служили различные твердые предметы: камни, свинцовые и железные пули, ядра и др. Практически с появлением огнестрельного оружия для стрельбы по открытым живым целям стали применять картечь. Материалом для картечи являлись куски камня, кирпича (весьма разнообразные по размеру: «с яблоко», «с куриное яйцо»), рубленое железо («усечки»), куски железного шлака, «дроб железный» и т.п. Выстрел, снаряженный кусками металла или гвоздями, называли «ежовым»: перечисленные предметы засыпали в ствол орудия после того, как боевой (метательный) заряд пороха был закрыт пыжом из травы или соломы.

В дальнейшем для уменьшения угла разлета поражающих элементов и предохранения ствола от быстрого износа каменную картечь стали насыпать в плетеную корзину с поддоном, предварительно вложенную в ствол поверх боевого заряда.

Между прочим, каменная картечь, помещенная в плетеную корзину, применялась даже в первой половине XIX века – для стрельбы из мортир крупного калибра.

С появлением чугунных ядер каменную картечь стала постепенно вытеснять картечь с чугунными или (что бывало реже) свинцовыми пулями сферической формы. При этом свинцовые пули при выстреле сильно деформировались, даже слипались, что сильно ограничивало дальность их полета. Напротив, чугунные пули не имели таких недостатков, однако иногда раскалывались и портили стенки канала ствола. В этом отношении железные пули были более предпочтительны, хотя их изготовление являлось более трудоемким.

Картечь со сферическими пулями впервые появилась на вооружении артиллерии в XVI веке. Снаряд состоял из шпигеля со стержнем, на который надевался холстинный мешок или сетка со сферическими пулями. Мешок, туго обмотанный веревкой, связывался у головки стержня и осмаливался.


Корзина с каменной картечью.


Картечь в холстинном мешке.


Страница из русского перевода классической книги де Сен-Реми «Мемории или записки артиллерийские», изданного в Санкт-Петербурге в 1733 г., с изображением различных вариантов картечи: D – картечь «холщовая» с пороховым зарядом в картузе, Е – «деревянная» картечь со свинцовыми пулями, G и H – жестяная картечь, I и К – картечь поверх ядра, L и М – «вязаная» картечь с сеткой.


Такое устройство позволяло сохранять цилиндрическую форму снаряда и было удобным для заряжания орудия, к тому же такой снаряд меньше разбивал стенки ствола. Снаряд имел название «вязаная картечь» (его именовали также «сосновой шишкой» и «виноградной гроздью»).

В русской армии эффективность стрельбы картечью продемонстрировала, например, артиллерия стрелецких полков в 70-е гг.

XVII века. К этому времени уже было введено сочетание картечи в виде единого снаряда и порохового заряда в картузе (кстати, предполагают, что в русский язык слово «картечь» могло прийти не только от итальянского cartoccio, но и как вариант польского karteczawm германского Kartatsche). Введение такого выстрела привело к изменению «системы артиллерийского вооружения». Довольно быстро заряжание орудий полевой и крепостной артиллерии картечью и порохом в картузе положило конец использованию многоствольных орудий со стволами ружейных, карабинных или пистолетных калибров – «органов» или «сорок», имевших немалое распространение в XVI веке.

О роли картечи в русской артиллерии в первой четверти XVIII века (эпоха реформ Петра Великого) можно судить по таким соотношениям: пушки и гаубицы полевой артиллерии и полковые пушки должны были иметь в боекомплекте 120 ядер и 30 картечей, пушки осадной артиллерии – 475 ядер и 25 картечей. Любопытна попытка в этот период совместить в ближнем бою огонь полковой артиллерии картечью и гранатами: 3-фунтовая полковая пушка, разработанная в 1706 г. поручиком В.Д. Корчминым, несла на станинах лафета две небольшие 6-фнт «гранатные» мортирки.

Развитие боеприпасов позволило примерно с середины XVII века перейти к изготовлению так называемой «жестяной картечи», т.е. картечи, размещенной в тонкой железной оболочке.


Страница из книги «Учение и практика артиллерии» поручика саксонской службы Иоганна Зигмунта Бухера, переведенной и изданной в Москве в 1711 г. «Фигуры» 120 и 121 изображают жестяной цилиндр с «дробом сеченым», 122 – «вязаную» картечь, 123 – картечь с «покрышкою».


Картечь в металлической оболочке.


«Секретная» гаубица генерал- фельдцейхмейстера Шувалова, 1754 г. Экспозиция ВИМАИВВС, Санкт-Петербург.



Таблица 1
Единороги 2-пуд. 1-пуд. ½ -пуд. 12-фн 8-фн 3-фн
Калибр, мм 245 196 152 120 95 76
Длина ствола, клб 7,5 9 9 9 10 11
Боекомплект, шт.
Ядра   - 40 10 - -
Бомбы 90 70 50 - - -
Гранаты - - - 60 50 50
Картечь 50 70 50 50 40 40
Брандкугели 10 10 - - - -
Каркасы книппелей - - 10 - 10 10
ВСЕГО 150 150 150 120 100 100

«Жестяная картечь» конструктивно представляла собой боеприпас, состоящий из чугунных пуль, уложенных в определенном порядке в жестяном цилиндре, нижним основанием которого служил железный поддон, а верхний ряд пуль поджимался верхней крышкой из листового железа, на которой были закантованы зубчатые края цилиндра.

Картечь помещалась в орудие поддоном к заряду. При выстреле поддон под действием давления пороховых газов создавал усилия между пулями, направленные в разные стороны, которые разрывали цилиндр и по выходу за срез орудия пули разлетались в стороны от оси канала. Явным преимуществом жестяной картечи перед «вязаной» была скорость изготовления и то, что после выстрела она не оставляла в стволе лишних горящих обрывков, создающих опасность самопроизвольного воспламенения порохового заряда при заряжании: при «скороспешной» стрельбе в ближнем бою расчеты не всегда успевали «пробанить» ствол.

В таком виде картечь широко применялась в гладкоствольной артиллерии. К концу XVIII века ее содержание в боекомплектах орудий полевой артиллерии достигало 20-25%. В качества иллюстрации в табл. 1 приведены данные по боекомплектам единорогов системы 1760 г.

В истории развития отечественной артиллерии интересен момент, когда в 1753 г. граф Петр Иванович Шувалов, впоследствии генерал-фельдмаршал, назначенный на должность генерал-фельдцейхместера, предложил проект так называемой «секретной гаубицы». Разработку ее поручили майору Мусину-Пушкину и мастеру Степанову, и уже в 1754 г. эти орудия стали поступать в полки. Всего изготовили около 70 «секретных гаубиц».

Секрет, за раскрытие которого полагалась смертная казнь, заключался в создании эллипсовидного, расширяющегося по горизонтали до трех калибров к дулу канала ствола, что было сделано для лучшего разлета картечных пуль. С целью обеспечения секретности после стрельбы на дульную часть гаубицы надевали специальные чехлы.

Первое боевое крещение «секретные гаубицы» получили 19 августа 1757 г. в знаменитом сражении при Гросс-Егерсдорфе, когда русские казаки вывели окрыленных временным успехом прусских кирасиров прямо под залп русских «секретных гаубиц», что и обеспечило победу в сражении.

В дальнейшем практические стрельбы из этих гаубиц показали, что поражающее их действие мало отличается от обычных гаубиц. В то же время другими типами боеприпасов они эффективно стрелять не могли, что и послужило основанием снижения к ним интереса. Вместе с тем, вплоть до кончины Шувалова в 1762 г. «секретные гаубицы» состояли на вооружении русской артиллерии.

Та же идея использовалась и в короткоствольных крупнокалиберных ружьях под картечный заряд – мушкетонах, использовавшихся в XVII-XIX веках в разных странах. Часть их имела расширение дульной части ствола эллиптического сечения – именно для расширения картечного «веера». Идея оказалась удивительно живучей: уже в 1970 г. Гарри Уэлхелм и Марк Йеллин в США получили патент на однозарядный складной пистолет для поражения групповой цели: ствол пистолета имел вид плоского горизонтального раструба с углом раскрытия 60" и снаряжался специальным картечным патроном в виде плоского параллелепипеда с одной выпуклой стороной (со стороны расположения картечи). При выстреле картечь должна была разлетаться широким веером.

Но вернемся к артиллерии. Другой тип гладкоствольного орудия, введенный в русскую артиллерию в 1757 г. усилиями того же графа Шувалова, – единорог (длинная гаубица с конической пороховой каморой), созданный М.В. Даниловым и М.Г. Мартыновым, – оказался куда более удачным и долговечным. Единороги, кроме ядер, бомб и зажигательных брандкугелей, вели огонь также картечью.

Пособие «Практика единорогов», изданное в Санкт-Петербурге в 1760 г., сообщало, что 8-фнт единорог ведет огонь снарядами картечи в 60 «трехлотовых» (т.е. по 38,4 г) пуль, 12-фнт – в 60 «пятилотовых» (64 г) или 100 «трехлотовых», причем «трехлотовой» – на дальности до 70 сажен (149 м), а «пятилотовой» – до 100 сажен (213 м). Вообще дальность стрельбы картечью значительно различалась в зависимости от системы орудия, конструкции снаряда, размеров и массы картечных пуль. В период Семилетней войны 1756-1763 гг. расчетам русских 12-фунтовых пушек разрешалось открывать огонь картечью с дальности 120 сажень (212 м), «не наблюдая очереди между орудиями». Из орудий русской артиллерии системы 1805 г. 12-фунтовые пушки вели действительный огонь картечью до 150 саженей (319 м), а четвертьпудовый единорог – до 250 саженей (532,5 м).

В 1807 г. Ученый комитет по артиллерийской части испытал картечь с жестяным цилиндром и железным поддоном и специально рассчитанным диаметром пуль – для более полного заполнения цилиндра при насыпке. Была составлена «Таблица сравнительным выстрелам картечью с деревянным и картечью с железным поддоном» из 12-фнт пушки «средней пропорции». Стрельба велась по вертикальным щитам на дальностях 400,350 и 300 сажен (соответственно 852, 745,5 и 639 м). При этом выстрелы с деревянным поддоном не произвели почти никакого действия, а с железным поддоном дали попадания на дальности 400 сажен 1/7 части пуль, на 350- 1/5 и на 300-почти половины пуль. Вместе с сохранением пулями пробивной способности на больших дистанциях это увеличивало дальность действительной стрельбы картечью вдвое.

Широкое применение картечи потребовало ее классификации, что и было сделано путем деления на две основные группы: на «прицельную» (настильную) и «навесную».

Прицельная картечь предназначалась только для настильной стрельбы и находилась в составе боекомплекта большинства гладкоствольных орудий. В дальнейшем, с 1811 г., прицельная картечь была подразделена на «ближнюю» и «дальнюю»: «ближняя» применялась для ведения стрельбы на дальности в пределах 400 м, а «дальняя» – 600 м. Для снаряжения «ближней» картечи использовались чугунные пули малой массы и, соответственно, большой массы для «дальней» картечи.

Картечные пули по форме были сферическими и с 1807 г. изготовлялись из чугуна. Они имели строго ограниченные массогабаритные характеристики и делились на 10 категорий, представленных в табл. 2.

Можно сравнить данные «дальней» и «ближней» жестяных картечей для нескольких орудий русской артиллерии системы 1805 г. (см. табл. 3).

В 12-фнт пушках «дальняя» картечь составлялась из пуль №8, «ближняя» – №3, в четвертьпудовом единороге «дальняя» картечь набиралась из пуль №5 или №4, «ближняя» – №3.

«Навесная» картечь предназначалась только для стрельбы из 5-пудовых (калибр около 350 мм) мортир и применялась при осаде и обороне крепостей. Она содержала самые тяжелые чугунные пули (2,5 фунта каждая). В отличие от «прицельной» картечи, оболочка навесной картечи не имела верхней крышки, так как при навесной стрельбе она была не нужна. Стрельба такой картечью производилась на дальность не более 150 м.

Изготовление картечи (так же, как и гранат, брандкугелей, светящих ядер и картузов с пороховыми зарядами) велось в лабораторных ротах (лабораториях) и запасных артиллерийских парках. Неслучайно Н.В. Гоголь в «Мертвых душах» упоминал, что обычным встречным на русских дорогах был «солдат верхом на лошади, везущий зеленый ящик с свинцовым горохом и подписью: такой-то артиллерийской батареи».

Еще один тип боеприпаса разработали в середине XVII века для стрельбы только из мортир на дальность не менее 250 м и вплоть до 350-400 м – «гранатная картечь». Его создание было вызвано стремлением максимально повысить поражающее действие картечи путем замены сплошных пуль разрывными снарядами.



Русский мушкетон лейб-гвардии гусарского полка, 1798 г. При калибре ствола 15 мм раструб имеет размеры 50x27 мм.


Гранатная картечь.


Таблица 2
№№ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
Средний диаметр, мм 21,6 22,9 23,6 25.9 30,5 34,3 37,3 38.1 49,3 65.8
Средняя масса, г 37,3 44.4 47,8 65,1 104.9 150,2 195,4 213,3 451.3 1023.8
Таблица 3
Тип орудия Вид картечи Количество рядов Количество пуль в снаряде Масса снаряда, кг Масса заряда со шпигелем, кг
12-фнт пушка средней пропорции (калибр около 122 мм) дальняя 6 41 9,738 1,728
  ближняя 8 151 8,122 1,740
12-фнт пушка малой пропорции дальняя 5 34 8,216 0,823
  ближняя 7 132 7,222 1,122
6-фнт пушка (калибр около 95 мм) дальняя 6 41 4.782 0,887
  ближняя 8-9 99 4,663 0,892
¼-пуд единорог (калибр около 155 мм) дальняя 5 60 6,744 0,910
  ближняя 8 151 8,079 0,892

«Гранатная картечь» имела обычную для такого типа боеприпасов оболочку, внутри которой находились уложенные в определенном порядке деревянные диски с гнездами, где размещались гранаты небольшого калибра с трубками. Через жестяную оболочку картечи проходил стопин – хлопчатобумажная нить, пропитанная селитрой и опудренная пороховой мякотью. Нити стопина обеспечивали огневую связь между стопином и трубками гранат. Любопытно, что ранее ту же задачу – увеличения площади поражения одновременным выстрелом большого количества небольших разрывных снарядов – тоже пытались решить увеличением числа стволов (сборная многоствольная «складная пушка» Ивана Федорова, 1583 г., 100-канальная пушка Андрея Чохова, 1588 г.), но дальше опытов дело не пошло.

В боекомплект 5-пудовой мортиры обр. 1805 г. входила гранатная картечь массой 59,8 кг, снаряженная 36 3-фн гранатами. Масса гранаты составляла 1,36 кг, в качестве взрывчатого вещества она несла 64 г артиллерийского пороха. Время горения трубки составляло 11-12 с.

При выстреле от действия пороховых газов боевого заряда через отверстие в чугунном поддоне происходило воспламенение стопина и от него – трубок гранат. В процессе движения снаряда по каналу ствола оболочка разрушалась. После вылета из канала ствола орудия гранаты разлетались практически так же, как чугунные пули «обычной картечи», а затем разрывались и поражали осколками пехоту и конницу.

Поражающее действие «гранатной картечи» по массовым целям было значительно эффективнее обычной картечи.

Ограничения по дальности определялись прежде всего тем, что при стрельбе на малые дальности «гранатная картечь» была опасна для своих войск, а на больших – имело место большое рассеивание гранат.

Технология изготовления таких боеприпасов была значительно сложнее, что не позволяло применять «гранатную картечь» ко всем типам артиллерийских орудий. Вместе с тем, «гранатная картечь» оставалась на вооружении до полного перехода к нарезной артиллерии, а в период Первой мировой войны (1914-1918 гг.) устройство гранатной картечи послужило образцом при создании шрапнели с разрывными элементами для стрельбы по самолетам.

Далее следует напомнить некоторые особенности устройства и применения картечи для гладкоствольной корабельной артиллерии XVIII-XIX вв. В русском флоте использовались три типа картечи: «картечь в корпусе», «картечь вязаная» и «картечь в кругах».

Устройство «картечи в корпусе» практически полностью соответствовало устройству «жестяной картечи», рассмотренной выше. В качестве снаряжения использовались свинцовые или чугунные пули. Первоначально картечь помещалась в жестяной корпус и деревянный поддон, но, начиная с 1810 г., было решено помещать ее только в железный корпус. «Картечь в корпусе» входила в боекомплект единорогов, бомбовых пушек, Фальконетов и карронад. Основные данные «картечи в корпусе» представлены в табл. 4.

«Вязаная картечь» и «картечь в кругах» именовались, соответственно, как ближний и дальний «дрейфгагель». Название «дрейфгагель» (от англ. drife, что означает «сносить в сторону», и gaggle- «рокотать») связано с характером траектории пуль (ядер) и звуком, который они издавали в полете.

Ближний «дрейфгагель» использовался для стрельбы из пушек на близких дистанциях и состоял их железного круглого поддона со стержнем (шпигелем) в центре, вокруг которого укладывались в мешке пули; все сплеталось тонкой веревкой и осмаливалось. Всего в каждой картечи было 30 ядер (пуль). Ядра (пули) укладывались в пять рядов, в каждом из которых находилось по 6 ядер (пуль). Данные по «вязаной картечи» представлены в табл. 5.

«Картечь в железных кругах» (дальний дрейфгагель) использовалась для дальней стрельбы и независимо от калибра орудия состояла из девяти ядер и четырех железных кругов с отверстиями со впадинами, между которыми помещалось по три ядра.

Все круги соединялись проходящим по оси железным стержнем (шпигелем) диаметром 12,7 мм. Верхний круг крепился к торцу стержня винтовой гайкой. Основные характеристики «картечи в кругах» представлены в табл. 6.

«Картечь в кругах» была эффективной при стрельбе по живой силе на дальностях до 1 км. Кроме того, она позволяла разрушать такелаж и надстройки кораблей.

Морские артиллеристы с успехом использовали и комбинированные снаряды «картечь поверх ядра»: на деревянный шпигель накладывалось осмоленное ядро, поверх которого насыпалась картечь, затем снаряд укрывался холщовым мешком. Картечные пули сметали живую силу на палубе вражеского корабля, а ядро пробивало борт либо ломало оснастку. «Картечи поверх ядра» использовал, например, британский флот в Трафальгарском сражении 1805 г., хотя упоминается о применении этих боеприпасов и британской сухопутной артиллерией – в битве при Ватерлоо в 1815 г.


Дальний дрейфгагель.


Таблица 4
Орудие Единороги Бомбо­вые пушки Фальконеты Карронады
Калибр 1-пуд. ½-пуд. 96-фн 2-пуд 3-фн 1-фн 68-фн 36-фн 24-фн 18-фн 12-фн 8-фн
Высота корпуса, мм 244 188 318 259 124 78 292 218 188 183 160 140
Число пуль 8 ряду, шт. 14 14 14 17 8 5 12 14 14 14 14 13
Число пуль в картечи, шт. 84 84 84 86 48 30 72 84 84 84 84 78
Масса пули, г 205 102 410 384* 25,6 12,8 384 154 102 76,8 51,2 38,4

* В середине каждого ряда помешается одна пут массой 12 потов; всего шесть таких пуль в картечи. Картечь имела железный поддон толщиной 5—12 мм.


Таблица 5
Калибр 36-фн 30-фн 24-фн 18-фн 12-фн 8-фн 6-фн 3-фн
Масса, кг 16,2 157 13,2 11,1 6,2 4,2 2,9 1,7
Масса одной пули, г 536 467 375 264 184 145 93 50
Диаметр пули, мм 52,8 49,5 46 42 36,6 32 29 23
Таблица 6
Тип орудия Пушка Бомбовая пушка 2-пуд.
Калибр орудия 48-фн 36-фн 24-фн -
Число ядер в картечи, шт. 9 9 9 9
Масса ядра, кг 1,64 1,23 0,82 2,46
Длина стержня полная, мм 283 264 232 324

Как известно, более пяти веков длился период господства гладкоствольной артиллерии, в течение которого «картечь» совершенствовалась и являлась одним из основных типов боеприпаса, применяемого для стрельбы из большинства типов артиллерийских орудий. В истории войн этого периода имеются интересные и поучительные примеры удачного применения «картечи» в бою, перечислять или комментировать которые нет необходимости. Достаточно вспомнить хотя бы, как часто упоминается огонь картечью и причиняемые им потери в описаниях Бородинского сражения 26 августа 1812г.

Во второй половине XIX века мощный подъем промышленности создал предпосылки для технического переворота в области артиллерии: наступила эпоха казнозарядной нарезной артиллерии. Для изготовления орудийных стволов начали использовать литую сталь, а в последней четверти века был создан бездымный порох.

В России первыми серийными нарезными пушками, принятыми на вооружение приказом по артиллерии от 10 августа 1860 г., стали 4-фн (87-мм) нарезные орудия по «французской системе», заряжаемые с дула. В их боекомплекте предусматривалось три типа продолговатых снарядов: чугунная граната, шрапнель и картечь.

Картечь представляла собой боеприпас массой 4,81 кг, содержавший 48 пуль массой 74 г и диаметром 24,1 мм. Заряд состоял из 614 г артиллерийского пороха, который обеспечивал дальность стрельбы 533 м.

В период с 1865 по 1877 г. в России последовательно были приняты на вооружение артиллерийские системы, заряжаемые с казенной части, – орудия обр.1867 г. (т.е. с каналом ствола обр. 1867 г.) и обр. 1877 г.

Основные характеристики картечей, применяемых для стрельбы из 4-фн и 9-фн артиллерийских орудий обр. 1867 г., представлены в табл. 7.

В боекомплекте 4-фн и 9-фн пушек обр.1867 г. картечи полагалось иметь по 10 шт. на каждое орудие.

В 1871 г. в полевую и осадную артиллерии были введены картечные гранаты (шрапнель). Приказом по артиллерии от 7 мая 1874 г. картечь исключили из снабжения нарезных орудий 12-фунтовых и больших калибров, кроме орудий, предназначенных для обороны рвов.

Следует отметить, что развитие нарезного стрелкового оружия в этот период позволило значительно увеличить дальность стрельбы ружей – до 1000-1500 шагов (приблизительно 600-900 м) и более, а также уменьшить калибр. Пехотные подразделения теперь могли более эффективно бороться с артиллерийскими батареями, особенно при стрельбе залпами. Это сказалось еще в Крымскую войну. Характерен большой расход картечных выстрелов русской гладкоствольной артиллерией во время обороны Севастополя в 1855-1856 гг.: пехота противника подходила к позициям артиллерии не расстроенной, и огонь по ней приходилось вести уже накоротке. Так, прославившаяся батарея №38 лейтенанта Н.И. Костомарова, выдвинутая перед четвертым бастионом, сама оставаясь под обстрелом, долгое время срывала атаки французов стрельбой в упор картечью из исправных орудий, держа также наготове заряженные «дробом» и «насечкой» закопанные в землю неисправные орудия.

Однако и принятие нарезной бронзовой артиллерии незначительно изменило ситуацию. Увеличение дальности ведения огня пехотой до 850- 1000 м значительно затрудняло артиллерии выезд на дальность картечного выстрела. Это породило кратковременное увлечение в 1860-1870-х гг. скорострельными многоствольными орудиями малых, «ружейных», калибров (опять противостояние картечного снаряда и многоствольной системы): они должны были дать артиллерии возможность поражения противника в пределах дальности стрельбы пехоты. Характерно, что эти орудия именовались «картечницами» (французское mitrailleuse, от mitraille – «картечь»), хотя стреляли отнюдь не картечными зарядами, а пулями. Правда, для картечниц калибра около 1 дм (25,4 дм) предлагались и картечные патроны. Но значительно перспективнее оказался путь совершенствования артиллерийских орудий в соответствии с развитием тактики ведения боевых действий и военной науки.

В развитие этой тенденции в России разрабатывается и принимается новая система стальных орудий обр. 1877 г., согласно которой артиллерийские орудия впервые получили названия не по техническому признаку, а по тактическому, например, «полевая легкая пушка обр. 1877 г.», «батарейная пушка обр. 1877 г.» и т.п.


Общее устройство картечи для орудий обр. 1867 г.


Общее устройство картечи для орудий обр. 1877 г.


Таблица 7
Снаряд Масса, кг Материал корпуса Количество пуль, шт. Диаметр пули, мм Масса пули, г Масса заряда в картузе, кг
4-фн пушка обр.1867 г.
Картечь полевая 4,87 Листовой цинк 48 24 74 0,61
Картечь австрийская* 7,27   108 20,3 43,7  
9-фн пушка обр.1867 т.
Картечь полевая 10,4 Листовой цинк 108 24 74 1,23
Картечь австрийская* 12,5   190 20,3 43,7  

* Штатная крепостная картечь.


Таблица 8
Снаряд Масса снаряда, кг Количество пуль, шт. Диаметр пули, мм Масса пули, г Масса заряда, кг Дальность стрельбы, м
4,2-дм (107-мм батарейная пушка обр.1877 г.
Картечь 12.3 23,6 50,1 2,0 425
3,42-дм (81-мм) легкая и конная пушка обо. 1877 г.
Картечь 6,76 102 23,6 50,1 1.5 425

По видам и назначению снаряды остались те же, что и в системе 1867 г., однако их ряд претерпел значительные доработки и усовершенствования. Основные характеристики картечи представлены в табл. 8. Масса картечного снаряда и количество пуль в нем возросли по сравнению с прежней системой.

В боекомплекте батарейных, легких и конных орудий в этот период 50% должны были составлять гранаты, и 50% – шрапнели и картечи.

С принятием на вооружение во многих странах мира шрапнельных артиллерийских снарядов, которые с ростом технического прогресса постоянно совершенствовались, и достижением высоких поражающих характеристик снарядов потребность в картечи резко пошла на убыль. Более того, использование дистанционных взрывателей (трубок) в шрапнели, позволяющее артиллеристам решать задачи поражения пехоты и конницы на ближних и дальних дистанциях стрельбы, сформировало мнение о том, что картечь должна быть исключена из состава боекомплекта.

Как известно, конец XIX и начало XX века в развитии мировой и отечественной артиллерии характеризуется принятием на вооружение пироксилиновых и нитроглицериновых бездымных порохов, что, в свою очередь, позволило приступить к разработке скорострельных орудий. В этот же период активно создаются и принимаются на вооружение выстрелы унитарного (патронного) заряжания с металлическими гильзами.

В начале 80-х гг. XIX века русское Морское ведомство заказало во Франции несколько типов малокалиберных скорострельных пушек Гочкиса, которые предполагалось использовать против миноносок и мин. В дальнейшем 8 России было развернуто собственное массовое производство одноствольных 37-мм пушек «Гочкис». Такие пушки довольно активно использовалось многими странами во время Первой и Второй мировых войн.

37-мм пушками, которые представляли собой несколько измененный вариант морской пушки «Гочкис», были вооружены танки (французский «Рено» FT-17, советские МС-1, Т-26), бронеавтомобили (БА-27, БА-27М, БА-И) и самолеты (русский четырехмоторный «Илья Муромец», французские «Вуазен» и «Спад 12С1»). Для 37-мм пушки «Гочкис» были разработаны артиллерийские выстрелы унитарного заряжания с различными снарядами, среди которых была и картечь.

В качестве снаряжения традиционно использовались сферические пули (28 шт.) диаметром 14,5 мм. Длина снаряда составляла порядка 107-109 мм.

При использовании сферических пуль других диаметров их количество в стандартном латунном корпусе, соответственно, было меньше: например, при диаметре 16,3 мм в корпусе размещались 16 пуль.

По оценкам специалистов того времени, эффективность 37-мм картечных снарядов оказалась крайне низкой как при ведении огня по пехоте, так и по другим целям. Общее количество этих снарядов в боекомплектах было невелико, хотя истории известны примеры весьма удачного использования 37-мм выстрелов из пушки «Гочкис». Так, 9 мая 1918 г. французский ас Рене Фонк на истребителе «Спад 12С1», вооруженном 37-мм мотор-пушкой «Гочкис» (ствол пушки проходил через пустотелую втулку винта), в одном бою сбил шесть немецких самолетов: в боекомплект мотор-пушки входили осколочные и картечные снаряды.

Представляет интерес конструкция картечного снаряда к 37-мм пушке «Гочкис», где в качестве снаряжения использовались шесть равновесных блоков, в каждом из которых в центре располагалась сферическая пуля, окруженная шестью готовыми поражающими элементами призматической формы.

Как показывает анализ, совместное использование сферических пуль и призматических поражающих элементов было обусловлено стремлением обеспечить при стрельбе по воздушным целям поражение как непосредственно пилота, так и самолета, поскольку в период Первой мировой войны бронирование самолетов было весьма незначительным или отсутствовало вообще. К сожалению, не удалось найти каких-либо статистических данных по эффективности применения этого картечного снаряда, однако опыт его разработки оказался весьма ценным при проектировании других типов боеприпасов, снаряженных готовыми поражающими элементами.

Несмотря на увеличение дальности и действительности артиллерийского огня, развитие шрапнели, осколочно-фугасных снарядов («гранат» – уст.) и принятие на вооружение контактных и дистанционных взрывателей (трубок) с несколькими установками (в том числе и «на картечь») привело к отказу многих стран от картечи. Однако этот период оказался кратковременным, и вскоре о ней вновь заговорили, что может быть объяснено следующим образом.

Как известно, при оценке совершенства конструкции картечных и шрапнельных снарядов одной из основных характеристик является коэффициент использования а, значение которого может быть вычислено по формуле

альфаα = n * р * 100% / q, где

n – число пуль; р – масса одной пули; q – масса окончательно снаряженного снаряда.

Для пулевых шрапнелей коэффициент использования не превосходил 45%, для стержневых шрапнелей составлял всего около 34%, тогда как для картечей с металлической оболочкой он достигал 65-80%, а с картонной оболочкой – 95%. Так что не зря в работе «Курс артиллерии» (1941 г.) отмечалось: «В настоящее время картечь находит широкое применение в танковой и противотанковой артиллерии».

Основные характеристики картечи, состоявшей на вооружении отечественных танковых и противотанковых систем, представлены в табл. 9.

Корпус (оболочка) картечи изготавливался из листового железа или картона высокой прочности. Картонные и деревянные части корпуса картечи пропитывались специальными составами, предохраняющими их от влаги. Металлический корпус обычно сваривался по продольному шву и снабжался металлическими желобами, вкладываемыми внутрь и представляющими цилиндр, разрезанный по производящим на две или три части.

Корпус картечи мог иметь цилиндрическую или цилиндро-оживальную форму (такая применялась, главным образом, в германских картечах периода Второй мировой войны).

Для фиксации положения картечи в гильзе в выстрелах патронного заряжания или в каморе ствола (при выстрелах раздельного заряжания) на металлической оболочке выдавливался кольцевой выступ, а к картонной оболочке прикреплялся поясок из нескольких слоев тесьмы, пропитанных специальным клеем. При выстреле этот выступ или поясок картечи функций ведущего пояска не выполнял и для этой цели не предназначался. На некоторых корпусах картечи после их окраски эмалью наносилась черной краской кольцевая полоса, служащая для обозначения фиксации положения в гильзе при патронировании.

Картечные пули изготавливались из сплава свинца и сурьмы, при этом в отечественных картечях обычно ничем не заливались и имели возможность некоторого перемещения внутри корпуса. В немецких и французских картечях пули заливались гипсом, озокеритом или пересыпались песком.

В Советской Армии картечь в разные периоды времени состояла на вооружении танковой, противотанковой, батальонной, полковой и дивизионной артиллерии в калибрах 37,45, 57 и 76 мм, т.е. входила в боекомплект орудий, действующих непосредственно на передовой. Картечный снаряд [Д-240 (выстрел УЩ-243), входивший в боекомплект 45-мм противотанковых (батальонных) пушек 19-К, 53-К, М-42, танковых 20-К и 20-КМ, включал 137 пуль. Картечь оставалась на вооружении и в первые послевоенные годы и входила в состав боекомплектов артиллерийских орудий, предназначавшихся для укрепленных районов.


Блок готовых поражающих элементов.


Схема устройства 37-мм унитарного выстрела с картечью.


105-мм германская картечь периода Второй мировой войны.


Таблица 9
Калибр, мм Материал корпуса (оболочки) Масса картечи, кг Количество пуль, шт Диаметр пули, нм Масса пули,г Коэффициент использования α, %
45 сталь 2,15 128 12,7 10,8 65,5
45 картон 1,55 137 12.7 10,8 95,5
76.2 картон 6,23 549 12,7 10,8 95,0

Иллюстрация по устройству и принципу действия картечи.


120-мм картечный снаряд М1028.


Артиллеристы и танкисты хорошо знали, что наиболее эффективное применение картечи наблюдалось на коротких дистанциях и по открытой живой силе. Например, в книге «Артиллерия» (1938 г.) имеется иллюстрация, где наглядно показан принцип действия картечи. Опыт применения таких боеприпасов в советско-финляндской войне 1939-1940 гг., а также в годы Великой Отечественной войны подтвердил отличные свойства картечи как могущественного средства борьбы артиллерии с атакующей пехотой и сопровождающими ее открыто расположенными огневыми средствами противника.

Во-первых, при выстреле картечью артиллеристам не требовалось прицеливания, как при использовании других типов снарядов.

Во-вторых, поражаемая пулями зона составляла для 45-, 57- и 76-мм танковых, противотанковых и полковых пушек, соответственно, – до 150, 200 и 250 м в глубину, при этом ширина поражаемой площади по фронту составляла 30, 40 и до 50 м. Плотность поражения при стрельбе картечью по сравнению со стрельбой шрапнелью с установкой взрывателя «на картечь» была значительно выше.

В-третьих, если перед огневой позицией находился твердый (скалистый) грунт, то эффективность поражения возрастала за счет рикошетирующих от него пуль.

Расчеты полковой и противотанковой артиллерии применяли картечь до конца Великой Отечественной войны. Так, Герой Советского Союза, участник штурма Берлина капитан М.Ф. Толкачев вспоминал эпизод боя истребительно-противотанковой батареи: «Немцы снова пошли в атаку. На этот раз пехота шла в сопровождении бронетранспортеров, с которых немцы стреляли из пулеметов… Немцы наседали, стремясь обойти нас с флангов. Одной группе немцев удалось довольно близко подойти справа к нашей батарее. Я приказал расчету Кордюка повернуть орудие на 90 градусов и ударить картечью, а сам прильнул к ручному пулемету. Эта атака также закончилась для немцев провалом; оставляя убитых, они отошли на исходный рубеж. Так удерживали мы в своих руках автостраду до подхода нашей пехоты».

Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский, описывая отражение 40-м стрелковым корпусом контрудара противника из района Руммельсбурга 3 марта 1945 г., указывал: «Решающую роль сыграли отвага и мастерство артиллеристов истребительнопротивотанковых частей. Развернувшись на виду у противника, они били прямой наводкой по его танкам, а картечью уничтожали пехоту. Бой был жестоким. Мы его выиграли…»

В то же время на использование картечи имелись технические ограничения. Известно, что категорически запрещалось ведение стрельбы картечью из орудий, имеющих дульный тормоз, так как разрушение корпуса картечи в процессе выстрела происходило в канале ствола.

Аналогичные ограничения действовали и в германской артиллерии в период Второй мировой войны: использовать картечь для стрельбы разрешалось только из определенных типов артиллерийских орудий, таких как: 105-мм средняя башенная пушка (т. 10 cm К.Т.), средняя казематная пушка (т. 10 cm К.К.), 105-мм удлиненная башенная пушка (lg. 10 cm К.Т) и 150-мм тяжелая башенная гаубица (s.H.T.), в состав боекомплектов которых входили картечные снаряды 105-мм и 150-мм.

В наши дни, когда о картечи вновь стали основательно забывать, появилась информация, что в декабре 1999 г. штаб контингента войск США в Южной Корее выдвинул требования на разработку 120-мм танкового выстрела для поражения живой силы на дальности 100-300 м, а в декабре 2004 г. на вооружение уже был принят 120-мм унитарный выстрел с картечным снарядом М1028. В настоящее время ведется его мелкосерийное производство.

По материалам зарубежной печати известно, что к выстрелу предъявлялись следующие требования:

– поражение не менее 50% наступающего пехотного отделения одним выстрелом;

– поражение не менее 50% наступающего пехотного взвода двумя выстрелами;

– эффективная дальность поражения: 200-500 м (минимальное требование), 100-700 м (цель разработки).

В окончательном варианте выстрела используются малочувствительный порох, обрезиненный воспламенитель (выстрел еще называют «первым танковым выстрелом, соответствующим требованиям к малоуязвимым боеприпасам»).

Снаряд М1028 содержит порядка 1100 сферических поражающих элементов из сплава на основе вольфрама, а его корпус и крышка выполнены из алюминиевого сплава.

Иностранными военными специалистами были проведены дополнительные испытания эффективности действия снаряда при стрельбе по группе из пяти фанерных мишеней (толщина фанеры 19 мм), расположенных за кирпичной стенкой высотой 3 и шириной 6 м. Стенка располагалась под углом 45° к линии стрельбы. Кроме того, дополнительные испытания эффективности действия снаряда проводились стрельбой по препятствию из трех спиралей колючей проволоки и по легковому автомобилю.

Более того, в информации по снаряду М1028 явно просматривается возможность применения картечи по живой силе, облаченной в бронежилеты, и легкобронированным танкоопасным целям.

Как уже упоминалось, идею картечного выстрела применяли и к боевому стрелковому оружию – картечь как средство ближнего боя роднит артиллерийское и стрелковое вооружение. Так, в 1726 г. в русской армии солдат пехоты должен был иметь 50 пулевых и 20 картечных патронов. В Саксонии в 1741 г. ввели патроны Эттнера с восемью пулями, зашитыми в холщовый мешочек – для стрельбы по плотным строям противника на дальности 50-60 шагов. «Ружейная картечь» часто представляла собой просто расщепленные на несколько частей калиберные ружейные пули и носилась отдельно на случай отражения внезапных атак кавалерии накоротке. Позднее идея несколько трансформировалась.

В США с 1962 г. разрабатывалась «винтовка средней дальности» по проекту SALVO. Позднее эту программу стали называть «индивидуальное оружие специального назначения» SPIW. Одной из концепций являлось самозарядное оружие, выстреливающее одним выстрелом пакет оперенных стреловидных пуль (от 3 до 25) диаметром 1,5 и длиной 25 мм. Пакет стрел размещался в пластмассовом поддоне, который отделялся после вылета из канала ствола. А в 1987 г. в рамках работ подругой программе, ACR («перспективная боевая винтовка»), фирма «Макдонелл-Дуглао представила стендовый вариант беззатворного оружия, которым занималась уже давно и в котором использовался оригинальный плоский телескопический патрон. Причем в конечном варианте патрон снаряжался тремя стреловидными пулями массой 0,62 г каждая, расположенными и выстреливаемыми «пачкой». Но этот проект, как и проект SPIW, был закрыт.

Та же судьба ждала и программу CAWS («система оружия ближнего боя»), в соответствии с которой в 1980-е тт. в США велись работы над автоматическим боевым гладкоствольным оружием 12-го калибра – здесь среди вариантов снаряжения были картечный патрон и патрон с 20 стреловидными пулями. Картечные патроны (вроде американских М162 и М257) входят в боекомплект ряда «боевых дробовиков», используемых преимущественно в полицейских или специальных операциях. А в Швейцарии в 1974 г. был создан 24-мм ручной самозарядный гранатомет «Фальконет» с «наступательным» выстрелом с осколочной гранатой и «оборонительным» с 12 оперенными пулями.

Во Вьетнаме американцы широко использовали ручной однозарядный 40-мм противопехотный гранатомет М79. Для самозащиты в условиях ближнего боя в зарослях к нему был создан картечный боеприпасХМ561 с 20 сферическими пулями, которые при выстреле приобретали начальную скорость 230 м/с, а максимальная эффективная дальность поражения цели составляла 35 м. Впоследствии в боекомплект 40-мм гранатомета М79 и подствольного М203 вошел картечный выстрел М576 «Beehive», снаряженный 20 картечными пулями №4 (диаметром 7,5 мм).


Патроны к картечницам Гатлинга, включая картечный. Хотя основным патроном у всех картечниц был все же пулевой.


Ручной гранатомет РГС-50М и выстрелы к нему, включая выстрел ЭГ-50М с резиновой картечью (второй слева).


Опытные образцы 40-мм картечного выстрела М576 (ХМ576Е1 иХМ576Е2) к противопехотным гранатометам.


Патрон фирмы «Олин» со сферическими пулями к автоматическому гладкоствольному оружию 12-го калибра, разработанный по проекту CAWS. США/ФРГ, 1980-е гг.


Патрон фирмы «Олин» со стреловидными пулями, разработанный по проекту CAWS. США/ФРГ.

Подготовил к печати С.Л. Федосеев


Источники и литература

1. Агренич А.А. От камня до современного снаряда. – М.: ВИ МО СССР, 1954.

2. Артиллерия -М., ГВИ НКО СССР, 1938.

3. Барсуков ЕЗ. Русская артиллерия в мировую войну-М.: ВИ МО СССР, 1938.

4. Бескровный Л.Г. Русская армия и флот в XIX в.-М.: Наука, 1973.

5. Богданов Л.П. Русская армия в 181 2году. – М.: ВИ МО СССР, 1979.

6. Боеприпасы к 76-мм орудиям наземной, танковой и самоходной артиллерии. Руководство. – М.: ГАУ МО СССР ВИ МО СССР, 1949.

7. Бомбардир. 2007, №19.

8. Военно-энциклопедический словарь. – М.: Институт военной истории МО СССР, 1983.

9. Клюев А. И. Боеприпасы артиллерии. Учебник ВАКА. – Л., 1959.

10. Краткий артиллерийский военно-исторический словарь / Сост. С А Смирнов. – М.: ГИМ, 2006.

11. Материалы Международной научной конференции VICTORIA, GLORIA. FAMA, посвященной 300- летию ВИМАИВиВС. – СПб., 2003.

12. Нилус А.А. История материальной части артиллерии. – СПб., 1904.

13. Практика единорогов, изобретенных генерал-фельдцейхмейстером и кавалером графом Петром Ивановичем Шуваловым. – СПб. : Императорская Академия Наук, 1760.

14. Рдултовский В. И. Исторический очерк развития трубок и взрывателей. -М.: Оборонгиз, 1940.

15. Рокоссовский К. К. Солдатский долг. – М.: Воениздат, 1997.

16. Сборник исследования и материалов АИМ. Вып. IV. -Л.:АИМ, 1959.

17. Свирин М.Н. Артиллерийское вооружение советских ганков 1940-1945. – Армада Вертикаль, №4, 1999.

18. Средства поражения и боеприпасы. – М.: МГТУ им.Н.Э. Баумана, 2008.

19. Третьяков Г.М. Боеприпасы артиллерии. – М.: ВИ МО СССР, 1947.

20. Широкорад А.Б. Энциклопедия отечественной артиллерии. – Минск: Харвест, 2000.

21. Штурм Берлина. Воспоминания, письма, дневники участников боев за Берлин. – М.: ВИ МВС СССР. 1948.

Механическая тяга

Александр Кириндас


См. «ТиВ» №9,11.12/2010 г., №1,5/2011 г.

Автор выражает глубокую благодарность Отделу внешних связей ОАО «ГОЗ Обуховский завод» за содействие вподготовке материала.


Железный «Большевик»

Подлинной революцией в тракторостроении начала XX века стало появление работоспособного гусеничного трактора. По сравнению с колесным трактором гусеничный, будучи тяжелее, сложнее и дороже из-за металлоемкости и трудоемкости изготовления, являлся значительно более эффективным при тяговой работе на разных типах дорог и бездорожье. Гусеничный трактор стабильно демонстрировал высокие тяговые показатели практически независимо от состояния грунта и погодных условий.

Вопрос о первенстве в деле разработки гусеничных тракторов является дискуссионным. Остается лишь заметить, что построенный русским изобретателем Ф.А. Блиновым гусеничный трактор не был положительно оценен соотечественниками, поэтому на приоритет внедрения трактора с гусеничным ходом претендуют иностранцы – Hornsby, Lombard и Holt. 1*

Первым из гусеничных тракторов в России в апреле 1913 г. испытывался образец завода Холта. Испытания проводило Главное управление землеустройства и земледелия в Киеве при Акимовском отделении Бюро сельскохозяйственной механики. Эта машина также демонстрировалась на автомобильной выставке в Петербурге.

Трактор «Холт» не был собственно гусеничным в современном понимании и снабжался передним рулевым колесом. Это было связано с тем, что силовые установки обладали значительными габаритами, а трансмиссии и поворотные устройства оказались на тот момент недостаточно совершенными и компактными 2* . Благодаря применению гусеничного хода вместо задних колес трактор обладал сравнительно низким удельным давлением на фунт («давление на полотно дороги при гусенице настолько меньше, что такое же давление у колесного трактора может получиться лишь при условии диаметра колеса в 50 метров»).


1* В документах и литературе Холт или Хольт.

2* На первых тракторах «Ломбард-для машиниста имелась своя кабина в задней части, а в передней части для водителя оборудовался специальный рулевой пост.


Проект гусеничного локомотива мощностью 650 л.с. П.В. Бехтерева и Г.Д. Дубелира.


Проведенные испытания с очевидностью доказали преимущество гусеничных тракторов перед колесными тракторами сельскохозяйственного типа. Но вопрос об их широком применении для различных целей (в частности, и для перевозки орудий) был впервые серьезно рассмотрен только осенью 1916 г. сначала военным ведомством, а затем, весной 1917 г., – и другими организациями. В результате осенью 1916г. в Америке военное ведомство заказало 200 гусеничных тракторов, а в 1917 г. предполагалось закупить еще 1500 машин.

Весной 1917 г. на особом совещании при ВПК с участием представителей Министерства земледелия, Военного министерства, Министерства путей сообщения, Земского и городского союза (Земгор) и Русского автомобильного общества (РАО) впервые в государственном масштабе изучалась возможность организации производства гусеничных тракторов в России. Комиссия постановила, что отечественные гусеничные тракторы крайне необходимы как для сельского хозяйства, так и для общего и военного транспорта. Общая цифра единовременной потребности в тракторах была определена в 20000 шт. с тем, чтобы ежегодно в России изготавливалось не менее 4000 машин. Планировалось также закупить за рубежом 2800 тракторов с четырьмя ведущими колесами. Обсуждался вопрос и об организации постройки тракторов в России путем привлечения к этому заграничных заводов. Из-за глубокого экономического и политического кризиса все эти начинания не были реализованы.

Кроме того, в нашей стране в период становления тракторной отрасли велось проектировние и оригинальных конструкций. В частности, П.В. Бехтерев и Г.Д. Дубелир в своей работе «Организация перевозки грузов и пассажиров по грунтовым дорогам» теоретически показали возможность создания трактора собственной массой 82 т мощностью 650 л.с., способного буксировать поезд из трех платформ общей массой 200 т и суммарной грузоподъемностъю 180 т.

«В конструкцию этого трактора-гиганта нами введены следующие особенности: рама трактора монтируется на поворотных гусеничных тележках, причем по устройству механизма поездной сцепки в достаточной степени обеспечена правильность хода поезда по дороге; повороты достигаются поворотом гусеничных тележек при помощи сильных гидравлических (масляных) приводов; каждая гусеница (всего четыре – по две на каждой тележке) имеет независимо действующую двухцилиндровую паровую машину (всего 4 машины), таким образом механизм дифференциала в конструкции отпадает; гусеницы подрессорены на рессорах паровозного типа, а башмаки их сделаны деревянными; в тракторах применены два котла с перегревом, по общему типу Вульфа; весь трактор имеет совершенно симметричную форму как в поперечном, так и в продольном направлении, что облегчает маневрирование в тесных местах. Кроме того укажем, что конструкция выдержана близко к железнодорожным габаритам, и по весу трактор соответствует весу тяжелого товарного паровоза. […] Управление в нем предусмотрено механическое от штурвала пароходного типа.»

Детально, со всей тщательностью проработанный проект тяжелого гусеничного парового трактора выделялся смелостью и масштабностью. В целом проект полностью соответствовал представлениям и уровню развития технической мысли своего времени, и специалистами, например, А.Л. Крживицким, никаких принципиальных возражений технического порядка по нему сделано не было. Однако в условиях тотальной разрухи воплощение этого проекта оказалось невозможным.


Трактор «Холт» 75 HP постройки Обуховского («Большевик») завода («Русский Холт»)

Вновь к организации тракторостроения на государственном уровне обратились уже в период становления советской власти. 26 декабря 1917 г. Обуховскому заводу Наркомзем выдал заказ на изготовление партии тракторов. В качестве прототипа был выбран хорошо известный, хотя и не самый современный «Холт» 75 HP (мощностью 75 л.с.). Однако решение о серийном выпуске было скорее номинальным, так как еще 22 декабря 1917 г. Обуховский завод остановился, а 28 января 1918 г. все рабочие (12 тысяч) были рассчитаны.

Подобное положение сложилось и на других промышленных предприятиях Петрограда, пребывавших в глубоком кризисе. Из-за германских успехов на фронте возникла угроза захвата города, и Временное правительство в августе 1917 г. организовало Комиссию по разгрузке Петрограда. После разгрома красных частей и их отступления в феврале 1918 г. уже советское правительство оказалось перед угрозой оккупации Петрограда наступающими немецкими войсками. В этих условиях было принято решение об эвакуации предприятий и переносе столицы в Москву. 22 февраля была сформирована Чрезвычайная комиссия по эвакуации и разгрузке Петрограда, а 4 марта – Центроколлегия (ранее образованная Чрезвычайная комиссия влилась в состав Центроколлегии как один из отделов). В марте начался вывоз из Петрограда первых промышленных предприятий. Параллельно происходил перенос столицы. Транспортные перевозки осложнялись плохим состоянием подвижного I состава железных дорог, хроническим недостатком топлива и т.д. Производственное оборудование прежде всего вывозилось с крупных оборонных предприятий.

Ход и результаты эвакуации оценивались весьма скептически. Так, в 1925 г. в письме к председателю РВСР М.В. Фрунзе Управление военной промышленности констатировало: «Процесс расстройства заводов был в значительной степени усилен эвакуацией ленинградских военных заводов, имевшей место в начале 1918 г. Эта эвакуация была проведена в спешном порядке при отсутствии заранее разработанного плана вывоза заводов, а также при отсутствии заранее выбранных пунктов для размещения эвакуированных единиц. В результате крупнейшие военные заводы были вывезены из Ленинграда либо полностью (патронные и орудийные), либо частично (трубочный, Охтинский, Обуховский, Арсенал). При эвакуации часть оборудования погибла в пути, растерялась на железной дороге или утонула при водных перевозках. Другая часть осела в пунктах, которые нельзя было признать удобными для \ размещения крупных и важных производственных единиц. В итоге производственная мощность отдельных групп заводов, в особенности патронных и арсенальных, значительно понизилась» 3* .

Недостаток сырья и материалов, квалифицированных кадров, продовольствия и т.п. усложняли и без того труднейшее положение промышленности. Оставшиеся в Петрограде предприятия испытывали жесточайший дефицит топлива и электроэнергии. Например, поданным Петроградского совнархоза на апрель 1918г., три электрические городские станции развили мощность 113812 л.с., тогда как работавшая на оборону промышленность потребляла 230137 л.с., а вся промышленность города – 344508 л.с., т.е. электростанции покрывали едва ли треть ее потребностей в электроэнергии.

В развитие изданного 28 июня 1918 г. декрета о национализации Обуховский завод был переведен в ведение Морского отдела Главного управления военной промышленности. Завод возобновил выпуск артиллерийских орудий, стал выполнять заказы коммунального хозяйства города. В 1918 г. приступили к работам по тракторостроению. Образец трактора «Холт» 75 HP был доставлен на завод и разобран для изготовления чертежей. Для сборки первых тракторов использовалась артиллерийская мастерская, изготовлявшая затворы и прицелы для орудий, однако, как отмечалось, ее оборудование «частью недостаточно отвечает поставленным задачам».

С началом Гражданской войны над Петроградом вновь нависла угроза захвата – на этот раз в период наступления Юденича. 2 мая 1919 г. Совет рабоче-крестьянской обороны Республики объявил на осадном положении город Петроград, Петроградскую, Олонецкую и Череповецкую губернии. Однако выполнение оборонных заданий продолжалось: в июле 1919 г. уже велась сборка первых тракторов. В следующем месяце их предполагалось отправить на фронт.

В октябре 1919 г., с началом второго (осеннего) наступления Юденича, когда возможной ареной боев мог стать и Обуховский район, был сформирован штаб внутренней обороны. Штаб выставил дозоры у ближайших железнодорожных станций Обухово и Славянка. Во Дворце коммунистов (бывшем доме начальника завода) для вооружения защитников завода были собраны один пулемет, 687 винтовок с запасом патронов и гранаты. В казармах при Обуховском заводе расположился отряд из 60 добровольцев, включавших 30 чел. караульного отряда, 20 чел. команды связи и 10 чел. пулеметной команды. На перекинутом через полотно Николаевской железной дороги мосту по дороге от Александровской фермы к Солдатскому кладбищу был установлен пулемет.

Осадное положение города, перебои со снабжением завода и другие негативные факторы затрудняли выполнение заказов на тракторы, поэтому цифры заказанных машин постоянно корректировались. Например, в 1919 г. завод должен был собрать 200 тракторов, из которых 25 предназначались для артиллерии, а остальные для Наркомзема. По ряду причин заказ не был выполнен, и к сдаче ГАУ собрали только три трактора, а тракторы для Наркомзема вообще не были изготовлены.

После окончания Гражданской войны работы возобновились. В докладе о положении с тракторостроением на Обуховском заводе 1 декабря 1920 г. отмечалось: «Три трактора Холта собраны, испытаны и сданы. На 10 тракторов готовы все сложные части, тракторы будут готовы к 1-му мая 1921 г. при условия добавления 15 человек слесарей.

На следующие 12 тракторов 70% деталей заготовлены. Тракторы будут собраны к 1 сентября 1921 г.

Заготовительные цеха /за исключением сталелитейной/выполнили детали трактора на 100 комплектов. Инструмент и приспособления изготовлены в расчете на изготовление 350 шт.

При условии снабжения завода топливом в количестве: 600 пудов кокса, 70 кубических сажен дров, 1500 пудов кузнечного угля в месяц и помощи заводу рабочей силой, согласно прилагаемой таблицы, производство тракторов может быть увеличено до 10 штук в месяц».

Указанные в докладе тракторы были теми самыми, что собирали на заводе в период наступления Юденича. О них также говорилось: «Первых три агрегата таковых были выпущены в 1920 году и переданы Артиллерийскому Управлению».

К числу недостатков первых тракторов постройки Обуховского завода, на которых «завод учился тракторостроению», относились недостаточная мощность двигателя, низкое качество и несоответствие технологии изготовления ряда узлов. Поэтому тракторы отличались неудовлетворительной динамикой и низкой надежностью. В связи с возобновлением тракторостроения и началом поставки тракторов ГАУ 7 августа 1922 г. прошло совещание Комиссии по применению механической тяги в артиллерии (Комета) по вопросу тракторостроения на Обуховском заводе 4* . Констатировалось, что в предъявленном виде тракторы не удовлетворяют требованиям военных, однако были заслушаны и особые мнения. В частности, член комиссии А.А. Крживицкий отмечал: «Следует всеми мерами поддерживать русскую промышленность и не губить ее начинаний, с каковой целью необходимо дать Обуховскому заводу возможность не только закончить ту партию «Холтов», которые уже начаты, и на которые у завода имеются и материалы и главнейшие детали, но и продолжить строение «Холтов» заказанного типа, так как единственным их недостатком с точки зрения артиллерийской является лишь тихоходность. […] Предписывать же заводу прекратить начавшиеся работы – значило бы надолго убить в России зарождающееся тракторостроение».

Заводу все же удалось заметно улучшить качество изготовляемых тракторов. Была повышена мощность их двигателей, возросла скорость, изменилась конструкция радиаторов и усовершенствованы отдельные узлы и агрегаты. Тракторы стали приобретать различные учреждения народного хозяйства (в частности, Сахаротрест и Азнефть). Тракторы изготавливались небольшими сериями до 1925 г. Всего собрали 50 тракторов «Холт» 75 HP. Три машины последней серии получили военные: один трактор предназначался к отправке в ЛВО для КУКС, а два – в 4-й артиллерийский дивизион.


Краткое описание конструкции трактора «Холт» 75 HP 5*

Трактор «Холт» принадлежит к так называемым «гусеничным» тракторам; особенность устройства этого трактора, по сравнению с колесным, заключается в том, что его ведущие задние колеса, несущие почти всю тяжесть машины, окружены подвижными рельсами в виде бесконечных цепей-гусениц.

Трактор «Холт» приводится в движение 4-х цилиндровым, четырехтактным, вертикальным двигателем автомобильного типа. Топливо для работы двигателя: бензин и керосин; пуск двигателя в ход на бензине.

Приготовление рабочей смеси происходит в пульверизационном карбюраторе «Кингстон» с подогревом воздуха отработанными газами.

Подача топлива из бака к карбюратору осуществлена с помощью воздушного насоса (вакуум-бачка) системы Стюарта.

Зажигание рабочей смеси – от магнето высокого напряжения.

Регулирование хода двигателя достигается изменением количества всасываемой рабочей смеси с помощью центробежного регулятора, действующего на дроссельную заслонку; помимо автоматического регулирования имеется и ручное, тоже действующее на дроссельную заслонку.

Газораспределение осуществлено с помощью тарельчатых клапанов, размещенных по одну сторону двигателя; клапаны – сверху, в головке цилиндра; выпуск отработанных газов – через глушитель.

Смазка двигателя двойная: 1) разбрызгиванием и вто же время циркуляционная, с помощью зубчатого насоса, помещенного в коробке, привернутой к картеру двигателя; масляный насос получает свое движение от распределительного вала двигателя и 2) принудительная, при помощи масленки-лубрикатора (смазка стенок цилиндров).

Охлаждение двигателя – водяное, при помощи трубчато-ребристого радиатора, и при помощи вентилятора, приводящегося в движение ремнем, сидящим на коленчатом валу двигателя. Охлаждение воды циркуляционное, с помощью центробежного насоса, приводящегося в движение, как и вентилятор, от главного вала двигателя.

Ходовое приспособление трактора – гусеницы, состоящие из отдельных башмаков (плит), соединенных между собою шарнирно в замкнутую цепь; цепь с внутренней стороны имеет рельсы, по которым катятся ролики, несущие на себе всю тяжесть самохода.

Движение ходового приспособления трактора от главного вала двигателя осуществлено при помощи дисковой муфты, ряда зубчаток и цепей на ведущие зубчатки гусениц.

Включение передачи на гусеницы производится с помощью фрикциона, действующего или сразу на обе гусеницы, или же на каждую в отдельности. Выключением одной из гусениц можно делать крутые повороты трактора на месте.

У трактора имеется одно переднее колесо, ось которого покоится в особой тележке с поворотным кругом; тележка снабжена отдельными пружинами, смягчающими удары от толчков при езде по неровной поверхности.

Трактор имеет приводной шкив для передачи вращения на машины-орудия.

Прицепной прибор трактора для тяги: сзади шкворень, спереди две петли. Скорость трактора: 1 -я около 3 вер., 2-я – около 5 вер. в час и задний ход.


3* Мелия А.А. Мобилизационная подготовка народного хозяйства СССР – М.: Альпина Бизнес Букс, 2004, с. 52, со ссылкой на РГАЭ, Ф. 4372, on. 91, д. 149, л. 12.

4* 4 ноября 1922 г. по решению Петросовета Обуховский сталелитейный завод был переименован в Петроградский государственный орудийный оптический и сталелитейный завод «Большевик». В 1992 г. завод стал именоваться ФГУП Государственный Обуховский завод. В 2003 г. преобразован в ОАО ГОЗ «Обуховский завод».

5* Приводится по: Белянчиков П. Русские тракторы. -М., 1925, с.29-31.


Трактор «Холт» 75 HP постройки Обуховского завдоа, предназначенный для Азнефти. 1922 г.


«Холт» 40 HP (5-тонный «Холт» 6* )

По окончании Гражданской войны возобновились поставки тракторов иностранного производства в нашу страну. В частности, для военного ведомства были приобретены новые тракторы «Холт» 40 HP (мощностью 40 л.с.).

8 июля 1922 г. согласно приказу по Арт- ведомству №64 Комиссия по техническому осмотру автоимущества, прибывающего из-за границы, в составе председателя Начарта РККА А.К. Руктешель, постоянного члена Арткома Ф.Л. Хлыстова, младшего артиллерийского инженера II секции Арткома Б.Н. Маркова под председательством начальника отдела Тяжелой артиллерии ГАУ Н.Н. Старцева произвела на московском крепоскладе технический осмотр партии прибывших из- за границы гусеничных 5-тонных гусеничных тракторов «Холт».

На основании внешнего осмотра и изучения прилагаемых к каждому трактору описаний и инструкций на английском языке члены комиссии установили их основные характеристики:

«Число цилиндров – 4, диаметр 4 ¾, дюйма.

Ход поршня 6 дюймов, что соответствует мощности мотора около 40 лош. сил.;

Число скоростей для переднего хода 3- в 2,25 верст, в 4,5 верст и 8,55 верст/ в час и для заднего хода I скорость – 1,5 верст/в час.

Число оборотов мотора – 1050 в минуту;

Вес трактора – 9400 англ фунтов, что составляет приблизительно 260 пудов.

Отличительными особенностями осмотренных тракторов являются по сравнению с тракторами ХОЛЬТ прежних типов:

1. Отсутствие переднего направляющего колеса;

2. Более компактов расположение машины и меньшие размеры всего трактора;

3. Воздухоочиститель для очистки воздуха, поступающего в карбюратор.

Каждая гусеница состоит из 40 башмаков, причем каждый трактор имеет комплект легко надевающихся на башмаки шпор, для увеличения сцепления с грунтом при особо трудных условиях пути. Для поворота трактора производится тормажение одной из гусениц, вследствие чего трактор обладает большой поворотливостью и, работая одной и правой или левой гусеницей, может произвести полный поворот на весьма небольшой длине, не выходя из пределов круга с диаметром, равным длине гусеницы.

Для увеличения гибкости гусеницы, система поддерживающих ее роликов разбита на две части: переднюю и заднюю – короткую. Каждая из двух частей имеет продольное качание вокруг неподвижных концевых осей, а передняя часть, для достижения независимости гусениц, подвешена передними своими концами к подрессоренным концам поперечного коромысла, могущего иметь качание около средней оси, расположенной параллельно длине трактора.

Пуск в ход, производится рукояткой автомобильного типа, расположенной спереди трактора. Зажигание при помощи магнето. Мотор предназначен для работы на газолине. Емкость газолинового бака – 38 галлонов, что составляет около 7,5 пуд.

К недостаткам осмотренных тракторов следует отнести:

1/Отсутствие глушителя.

2/Отсутствие платформы – нагрузить что бы то ни было на трактор невозможно, так как все место занято сидением для шоффера и машиной, что с другой стороны создает компактность системы;

3/ Отсутствие лебедки.

4/Слишком низкое расположение прицепного приспособления, представляющего собою массивную И-образную скобу с рядом круглых отверстий и находящуюся на 350 м. м. от поверхности земли, каковое расстояние у дышла передка полевой артиллерии, при горизонтальном положении – 635 м. м.»

Прибывшие тракторы были совершенно исправными и после заполнения баков горючим «собственными средствами сгружались с железнодорожных платформ и спускались с разгрузочной площадки до склада». Почти все закупленные тракторы предназначались для 14-го легкого артиллерийского дивизиона.

В виду того, что конструкция 5-т тракторов «Холт» была совершенно незнакома отечественным специалистам, Комиссия сочла необходимым подготовить в срочном порядке перевод инструкций на русский язык. Поскольку тракторы были оценены высоко, один из «Холтов» 40 HP решили отправить на завод «Большевик» как образец для копирования. На заводе трактор оперативно разобрали и приступили к выполнению его чертежей.

Однако после получения опыта эксплуатации тракторов «Холт» 40 HP военные несколько изменили отношение к ним. Трактор не имел глушителя: «этот Хольт в настоящем своем виде не может быть признан пригодным для артиллерии уже потому одному, что при работе производит далеко слышный шум». Указывалось, что трубопроводы необходимо снабдить мягкими соединениями, так как «жесткие при тряске во время езды быстро расстраиваются». Кроме того, выдвигались и совершенно несообразные требования, например, о размещении на тракторе платформы для перевозки артиллерийских выстрелов. Было высказано пожелание защитить «жизненные части» и прислугу от попадания пуль и осколков броней из щитовой стали толщиной не менее 6 мм. Необходимость согласования периодически изменяющихся требований задерживала изготовление и утверждение чертежей. В конечном итоге от большинства требований военным пришлось отказаться, поскольку их выполнение фактически означало создание совершенно нового трактора, что осуществить в сжатые сроки было просто невозможно.

В августе 1924 г. на заводе «Большевик» собрали первый отечественный 5-т трактор («почти копия конструкции американского Холта, но с заменой некоторых ответственных частей стальными отливками вместо чугунных»). По проекту его предполагалось оснастить глушителем, легким тентом и шкивом для привода машин, но в первом образце это не было реализовано. Первоначально в документах отечественный аналог именовался «Холт» (или «Хольт») постройки завода «Большевик» (бывшего Обуховского), иногда – «трактор Большевика». Позднее, в конце 1920-х гг., стало использоваться имя собственное «Большевик» уже применительно к трактору, а наименование «Хольт» вышло из употребления.


6* 5т- округленный вес трактора.



Трактор «Холт» 40 HP и его отечественный аналог постройки завода «Большевик».


Внешний вид 5-т трактора завода «Большевик» (проект).


Проведенные в сентябре-октябре 1924 г. в Москве в сельхозакадемии испытания «дали блестящие результаты и показали, что экономичностью в расходе горючего трактор Большевика превосходит свой американский прототип и ни в чем ему не уступает в эксплуатационном отношении».

В то же время основным потребителем мощных гусеничных тракторов являлось военное ведомство, которому трактор представили уже в конце лета. Помимо проведения испытаний отдельных тракторов, устраивались и специальные пробеги. В частности, в 1923 г. ГВИУ был организован пробег грузовиков и тракторов. Технический комитет ГВТУ (ВТУ), созданный весной 1924 г. вместо инженерного комитета ГВИУ РККА, организовал летом и осенью 1924 г. три пробега с целью определения пригодности тракторов к эксплуатации в армии. Командором пробегов 1924 г. был избран председатель секции Механического транспорта техкома ВТУ А.А. Крживикий, заведующим технической частью – представитель НАМИ Д.К. Карельских. В 1925 г. вопросами проведения тракторных пробегов также занимался МАК ВПСТР.

Главной задачей первого пробега 1924 г. являлось испытание иностранных образцов. В пробеге приняли участие тракторы «Фордзон», «Павези» Р4, «Ханомаг» WD25 и WD50, «Стевер» (Stoewer 3S; в ряде источников – «38», что явилось следствием опечатки при наборе текста) и «Румели». Основной задачей второго пробега стало испытание трактора «Холт», построенного на заводе «Большевик», а третьего – испытание трактора «Коммунар» постройки ХПЗ в сравнении с ранее испытанными иностранными образцами. Тракторы буксировали груженые песком повозки и иные прицепки по различным дорогам и по пересеченной местности, преодолевали броды.

Во всех трех пробегах тракторы оценивались по проходимости, динамике и надежности, а в первом пробеге – и по экономичности. Все поломки и дорожные ремонты учитывались начислением штрафных очков. Время, необходимое для установки или приведения в действие штатных приспособлений повышения проходимости (шпор, ободьев с развитыми грунтозацепами и т.п.), не фиксировалось, а шло в учет скорости прохождения перегона. Поскольку 5-т трактору завода «Большевик» были свойственны недостатки, унаследованные от американского прототипа (в частности, низкая приспособляемость к местности, меньшая по сравнению с тракторами «Коммунар» и WD50 мощность, а соответственно – и меньший вес буксируемого груза), целесообразно сопоставить надежность отечественного трактора и зарубежных образцов, испытанных совместно с ним во втором пробеге.

При рассмотрении итогов пробегов «неисправности, устранимые подтягиванием и подвинчиванием гаек комиссией откинуты», поэтому «в окончательном итоге остались штрафные очки в таком количестве: Хольт – 10, WD25 – 25, Фордзон – 20, №50 – 110, Стевер – 130». В ходе испытаний трактор «Холт» 40 HP отечественной постройки показал достаточно высокую надежность, превзойдя большинство зарубежных образцов или крайне незначительно им уступая, что можно по праву считать достижением молодого отечественного тракторостроения.

Постройка тракторов «Большевик» осуществлялось сериями, имевшими конструктивные и производственные отличия по отдельным узлам и агрегатам. Например, был введен глушитель, на некоторых тракторах имелся шкив привода машин. До прекращения производства в 1930 г. завод ежегодно выпускал небольшие серии тракторов, примерно по 10-20 единиц в каждой. Так, к 3 августа 1925 г. было изготовлено четыре серии: 18 тракторов l-й серии, 12 тракторов ll-й серии, 15 – Ill-й серии, 6 – IV-й серии.



Испытания 5-тонного трактора постройки завода «Большевик» в сельскохозяйственной академии. Сентябрь-октябрь 1924 г.


Таблица учета неисправностей во втором тракторном пробеге ГВТУ 1924 г.
Название трактора Перечисление дефектов, обнаруженных в пути и после прибытия на финиш Число начисляемых за неисправность штрафных очков Итог начисленных штрафных очков
«Фордзон» Поломка кронштейна левого крыла на 1-м перегоне, отвалившегося на 3-м. Ослабление гаек упорной вилки передней оси. 20 25
    5  
«Павези» Ослабление 3 спиц в колесе, устранимое подтяжкой гаек. 6 6
«Холт» Поломка направляющего кожуха вентилятора. Одевание шпор вне нормы (не учтено). 10 10
«Стевер» Неоднократное соскакивание ремня вентилятора. Обрыв этого ремня. 5 130
  Погнутие передней оси и рулевой продольной тяги. Поломка ручки декомпрессора. 50  
    50  
    25  
WD50 Пробуксовка ремня вентилятора; обрыв его; кипение радиатора; доливка в него воды. Смена жиклера. 5 110
  Поломка гусеничного болта. 30  
    75  
WD25 Подтяжка гусеницы в пути. 10 20
  Трещина в кронштейне, подцерживающем керосиновый бак. 10  
«Румели» Ослабление гаек, крепящих кулаки поперечной рулевой тяги к поворотным цапфам передней оси. 5 5

На 1930 г. «Большевики» числились в XI- м, 110-м, 120-м и др. артиллерийских полках, а также в 127-м стрелковом и в 3-м танковом полках. Кроме того, они использовались в инженерных частях, где хорошо показали себя при работе с инженерным вооружением.

В связи с прекращением производства «Большевики» постепенно стали вытесняться тракторами «Коммунар» и уже к середине 1930-х гг. служили в основном в качестве аэродромных машин: с их помощью осуществлялась буксировка самолетов и некоторых грузов, подвеска бомб. К началу Великой Отечественной войны «Большевики» уже не могли всерьез рассматриваться как средство механической тяги.

Малосерийное (фактически индивидуальное) производство удорожало продукцию и затрудняло снабжение запасными частями. Кроме того, завод «Большевик» с 1928 г. выполнял программу танкостроения. Поэтому актуальной являлась организация массового производства мощных гусеничных тракторов на специализированном предприятии. Такой трактор был изготовлен уже 15 февраля 1931 г., но это совсем другая история.


Краткое описание конструкции 5-т трактора «Большевик» 7*

Гусеничный трактор «Большевик» представлял собою двухгусеничную рамную машину с колеей 1,25 м.

Двигатель трактора – четырехцилиндровый, четырехтактный, с вертикальным расположением цилиндров вдоль оси трактора. Цилиндры двигателя были отлиты попарно. Отлитый из алюминия картер двигателя состоял из двух частей, причем нижняя часть служила резервуаром для смазки. Двигатель крепился к раме в трех точках.

Рабочим топливом являлся бензин второго сорта. Цилиндры двигателя имели съемные головки с клапанами подвесного типа. Система зажигания рабочей смеси – током высокого напряжения от магнето Бош.

Система охлаждения – водяная, при помощи секционного радиатора (из восьми секций), центробежного насоса и вентилятора. Количество воды в системе охлаждения – около 35 кг.

Смазка двигателя производилась принудительно при помощи шестеренчатого насоса, расположенного в масляном резервуаре картера двигателя.

Подача топлива к карбюратору из бака (позади сиденья тракториста) шло самотеком или при помощи ручного насоса. Подогрев рабочей смеси осуществлялся отработанными газами. Очистка воздуха происходила в центробежном сухом очистителе.

Регулировка двигателя – центробежным регулятором. Муфта сцепления трехдисковая: ведущий диск – стальной с обкладкой из ферродо и два ведомых чугунных.

Трактор имел три скорости вперед: 1 -я скорость – 2,3; 2-я – 4,5 и 3-я – 10,5 км/ч.

Для работы с машинами на некоторых тракторах имелся приводной шкив диаметром 300 мм и шириной 215 мм, помещенный сзади. Привод от шкива осуществлялся ременной передачей. Число оборотов шкива -1180 в минуту при числе оборотов двигателя 1050 в минуту.

У ряда тракторов шкив отсутствовал, а в задней части располагался специальный сцепной прибор. Прицепное приспособление трактора в форме крюка снабжалось амортизаторной (буферной) пружиной.

Остовом трактора служила стальная литая рама, к которой крепились две передних и две задних тележки гусеничного хода.

Вес трактора через раму передавался на опорные ролики тележек; каждая из четырех тележек имела по три ролика, из которых крайние были снабжены наружными, а средние – внутренней ребордой. Рельсы гусеницы были отлиты за одно целое с башмаками. Шаг зацепления гусеничных лент составлял 152 мм, а ширина гусеницы – 278 мм. Для лучшего сцепления гусениц с фунтом на гусеничные башмаки могли одеваться шпоры из углового железа.

Спереди на передних гусеничных тележках было установлено по одному натяжному ленивцу. Вверху гусеничная лента поддерживалась четырьмя роликами, оси которых помещались в специальных стойках, укрепленных по две на каждой тележке.

Передача движения гусеницам производилась с помощью зубчатых колес, приводимых в движение двигателем через коробку скоростей.

Управление трактором производилось посредством выключения гусениц с помощью двух дисковых муфт, состоящих каждая из одиннадцати дисков, находившихся под давлением восьми спиральных пружин.

Поворот трактора достигался посредством выключения одной из гусениц путем отжима пружин.


7* Приводится по: Белянчиков П. Русские тракторы. -М., 1925, с.32-35.


Трактор «Большевик» l-й серии.


«Малютка»

С окончанием Гражданской войны был поднят вопрос об утверждении государственной программы отечественного тракторостроения, для чего при Госплане организовали специальную комиссию. Итоги ее работы подвели во второй половине 1922 г.: «Тракторостроение в буквальном смысле этого слова в РСФСР в настоящий момент не существует, если не считать кустарного изготовления тракторов заводом Мамина в Балакове Самарской губернии, завода Доброва-Нобгольц в Нижнем Новгороде собирающего Эмерсоны и выпустившего уже до 10 штук тракторов этой системы, завода бывшего Ильина в Москве, изготавливающего Фаулера, признанные практикой безусловно непригодными, и одного завода в Петрограде Путиловского или Обуховского собирающего Хольт в единичных экземплярах».

Комиссия приняла решение об организации производства мощных тракторов – преимущественно военного назначения, простейшего сельскохозяйственного трактора, а также, в перспективе, трактора мощностью 16-30 л.с.

На Обуховском заводе («Большевик») в развитие решения о создании трактора мощностью 16-30 л.с. спроектировали 1,5-тонный гусеничный трактор под двигатель мощностью 20 л.с. (для работы с двухкорпусным плугом), ставший самостоятельной разработкой предприятия. Хотя трактор и считался сельскохозяйственным, предполагалось его использование в артиллерии. Трактор оснащался автомобильным мотором и имел четыре скорости вперед и четыре назад (2,3,6 и 12 верст/ч). Ширина башмаков гусеницы была равна 175 мм. Удельное давление составляло 0,3 кг/см² . Клиренс равнялся 300 мм. Наибольшее развиваемое трактором тяговое усилие, по заявлениям завода, должно было составлять 60 пудов.

ГУВП было решено показать трактор на сельскохозяйственной выставке. Поскольку другие экспонировавшиеся тракторы имели собственные наименования («Коломенец», «Запорожец»), специально для прессы трактор завода «Большевик» назвали «Малютка». Под этим именем он фигурировал в публикации «Вестника Металлиста» о выставке. Однако в официальных документах это название не использовалось.

Трактор был продемонстрирован на территории завода 22 ноября 1923 г. начальнику Морского отдела ГУВП. Без прицепки трактор легко поворачивался на ширине дороги, почти на месте, т.е. обладал исключительной маневренностью по сравнению с колесно-гусеничными тракторами мощностью 75 л.с. Одновременно с этим выявились и дефекты конструкции: «Из произведенного кратковременного испытания (около 20 минут) выяснилось, что на мостовой с небольшим подъемом, примерно до 2%, трактор не может везти прицепной груз в 2,6 8* тонны. Трактор недостаточно устойчив относительно своей поперечной оси, а потому требует в этом отношении переконструировки». На местности трактор не испытывался, так как продолжительные дожди «обратили грунтовые дороги и поле в жидкую грязь».

29 ноября инженер-технолог Ф.Л. Хлыстов, наблюдающий за постройкой тракторов для ГАУ на заводе «Большевик», произвел детальное испытание трактора. После осмотра и испытаний на территории завода были организованы испытания на местности для определения пригодности трактора для нужд артиллерии, поскольку после выпадения снега и нескольких дней с заморозками появилась возможность опробовать его на фунтовой дороге и в поле.

«Трактор с прицепкой легко двигался на третьей скорости по мостовой внутри завода; перешел через 3-х дюймовую доску и сделал поворот на ширине дороги около 25 шагов. Наибольшее тяговое усилие по динамометру было около 500 кгр., т.е. 30 пудов; среднее тяговое усилие было около 250 кгр. При этом испытании было обнаружено, что центр тяжести трактора находится не посередине, а ближе к его задней части, а потому при малейшем препятствии, передняя его часть отделяется от земли и трактор стремится стать на дыбы. Сцепное приспособление помещено очень низко, а потому с прицепкой указанное выше свойство трактора обнаруживается еще сильнее».

В 11 ч 35 м трактор с этой же прицепкой в 155 пудов выехал со двора завода и перешел на фунтовую дорогу, покрытую снегом. Он буксировал прицепку с большим трудом на 1 -й скорости, причем глубина колеи орудийных колес была около 10 см: под тонким слоем снега был и сырой фунт. Первую канаву с пологими скатами при переходе с мостовой на фунтовую дорогу трактор взял легко. Затем он преодолел вторую канаву – также с пологими скатами, но с ручьем, покрытым льдом глубиной около 20 см и шириной около 50 см. После этого испытатели свернули на боковую обочину, на которой трактор завяз и вытянуть прицепку не мог.

Орудия отцепили, и трактор с одним передком пошел по полю, но, пройдя небольшое расстояние, завяз, так как под снегом фунт был пропитан водой, и грязь забила гусеницу. Затем был отцеплен и передок, но вернуться на дорогу трактор смог лишь с помощью трех подталкивающих его человек.

Выйдя на мощеную дорогу, он без прицепки едва двигался – гусеничный ход забился грязью. Передок и орудия оставили в поле, а трактор по мощеной дороге в 12 ч 15 мин вернулся на завод. «При остановках трактора гусеница его почти не буксовала и видно было, что мощность мотора недостаточна».

Данное испытание позволило сделать вывод, что трактор был совершенно не приспособлен для работы в тяжелых условиях (в распутицу). Согласно имевшимся в распоряжении Хлыстова каталогам и литературе, аналогичный американский трактор «Клетрак» весил также 90 пудов, но оснащался мотором мощностью 20 л.с. По расчетам, произведенным Хлыстовым, следовало, что трактор весом 1,5 т при наименьшей скорости 2 км/ч должен был иметь мотор мощностью 18 л.с. Конструктор трактора Каргополов разъяснил Хлыстову, что предполагал использовать двигатель такой мощности, но под руками его не оказалось и для первой пробы использовался имевшийся двигатель в 12 сил.


8* На испытании к трактору было прицеплено два 3-дюймовых полевых орудия на лафетах весом 65 пудов каждое и передок без патронов весом 25 пудов (т.е. 155 пудов, или 2,6 т).



Трактор «Большевик» с грейдером ГЛ Онежского завода (г. Петрозаводск) и с дорожным плугом. Белоруссия, 1930 г.


Подвеска бомбы под самолет ТБ-3 с помощью трактора •Большевик».


К 13 декабря 1923 г. трактор разобрали и приступили к его переделке: «главным образом с целью дать ему большую устойчивость около поперечной оси (длина трактора увеличивается в его задней части и таким образом центр его тяжести будет ближе к новой его середине)».

Доработанный трактор получил двигатель специальной конструкции мощностью 20 л.с. В дальнейшем переделкам подверглись гусеничный ход, ряд других узлов и агрегатов.

В новом тракторе передача от вала двигателя на ведущие гусеницы производилась с помощью конуса и ряда зубчаток. Выключение гусениц происходило с помощью дисковых муфт. Подача топлива из бака к карбюратору осуществлялась самотеком. Охлаждение двигателя – водяное, термосифонное. Зажигание рабочей смеси осуществлялось током высокого напряжения от магнето. Трактор имел четыре скорости вперед (1-2, 2-3, 3-6 и 4-12 верст/ч) и одну заднюю скорость (4 версты/ч). Управление трактором производилось рукояткой, закрепленной на вертикальной оси: поворотом ее вправо выключалась правая гусеница, поворотом влево – левая гусеница. Для быстрой остановки трактора использовалась добавочная рукоятка, выключавшая одновременно обе гусеницы сразу.

Как и предшественник, трактор работал с 2-корпусным плугом, а также мог буксировать артиллерийское орудие с передком. В целом новый образец по своим эксплуатационным параметрам соответствовал требованиям народного хозяйства. Однако к числу своеобразных недостатков гусеничных тракторов относилась их высокая металлоемкость, а соответственно-и значительная стоимость. Советские специалисты оценивали тракторы по такому параметру, как «цена одной лошадиной силы». В среднем цена одной лошадиной силы колесного трактора составляла около 100-125 руб., а цена одной лошадиной силы гусеничного трактора около 200 руб., поэтому гусеничный трактор стоил в 1,7-2 раза дороже колесного трактора аналогичной мощности.

В то же время к числу достоинств гусеничных тракторов относилась возможность работы не только на твердых почвах, но и на влажных и заболоченных фунтах. Вместе с тем, гусеничные тракторы были конструктивно сложнее, чем колесные. Для нужд военных (в частности, для буксировки артиллерийских орудий) трактор оказался недостаточно мощным, а для народного хозяйства – слишком дорогим. По этой причине гусеничные тракторы с моторами малой мощности не получили широкого распространения: предпочтение было отдано тракторам колесным.

Еще одним направлением развития отечественного тракторостроения являлось создание трактора так называемого “русского типа», предельно простого конструктивно, работающего на сырой нефти. Изготовление таких тракторов было организовано в Кичкассе («Запорожец»), на Коломенском и Брянском заводах («Коломенец»), в Баронске («Карлик»). Не остался в стороне и завод «Большевик». На постройку нефтяного колесного трактора было ассигновано 21800 руб., и в 1925 г. на заводе изготовили опытный образец. Он имел задние ведущие колеса диаметром 1200 мм и шириной 300 мм со шпорами из угольников размером 70x50x9.

База трактора составляла 1850 мм. Клиренс был равен 300 мм, а ширина хода – 1250 мм. Передние управляемые колеса имели диаметр 700 мм и ширину 150 мм. Трактор получил «двигатель повышенного сжатия двухцилиндровый, с продувкой из кривошипной камеры».

Нефтяной трактор проходил испытания 11 августа 1925 г. буксировкой трехдюймовой пушки с передком общим весом 140 пудов. Он также демонстрировался в том же году на автомобильной выставке. С Манежной площади, где проходила выставка, нефтяной трактор с грузовым прицепом прошел по улицам города до Поклонной горы.

По своим эксплуатационным параметрам этот трактор превосходил другие отечественные образцы с нефтяными моторами, однако в связи с организацией массового производства тракторов типа «Фордзон» работы по тракторам «русского типа» были прекращены. Поэтому колесный нефтяной трактор завода «Большевик» не изготавливался серийно.


Трактор 12 HP с двухкорпусным плугом.


2,5-тонный трактор с пушкой на параде.


Основные характеристики тракторов завода «Большевик»
Тип трактора Гусеничный 75 HP «Большевик» Гусеничный 1,5-т Гусеничный 2,5-т Колесный нефтяной трактор
Длина, м 6 3150 1.8 2,3(2,33) 2,850
Ширина, м 2,6 1,600 1,2 1,350(1,33) 1,550
Высота, м 2,75 1,625(1,63) 1,4 1,650(1,67) 1,400
Вес трактора 650 пудов 4600 кг Около 80 пудов, с бензином и водой около 90 пудов - 1800 кт
Скорости движения Около 3,5 верст в час 1* 4,5 км/ч 3* 9.2 км/ч 4* 2—12 верст/ч -
  1 скорость 3 версты в час 2*        
  2 скорость 5 верст в час 2*        
Двигатель Четырехцилиндровый, бензиновый четырехтактный Четырехцилиндровый, бензиновый четырехтактный Четырехцилиндровый, бензиновый четырехтактный Четырехцилиндровый, бензиновый четырехтактный Нефтяной двухцилиндровый
Диаметр цилиндра, мм 188 121 72 95 170
Ход поршня, мм 200 150 110 130 200
Мощность, л.с. 65'/75' 40 12 20 л.с. 25

1 Трактор первой партии

2 Тракторы позднего выпуска.

3 На шоссе и легкой дороге с грузом 8000 кг.

4 На тяжелой дороге с грузом 3300 кг.


Помощь в работе над статьей оказали Дмитрий Джепа и Александр Буздин.

Использованы иллюстративные и документальные материалы РГВА, РГАЭ, РГАКФД, ОАО «ГОЗ Обуховский завод» и частных коллекций.


Литература

1. Обуховский завод 1863-2008. Очерки истории. – СПб., 2010.

2. Белянчиков П. Русские тракторы. – М., 1925.

3. Белянчиков П. Тракторы. – М., 1930.

4. Техника и снабжение Красной Армии, №113, 119, 176.

5. КрживицкийА. Исследование средств механической перевозки грузов по обыкновенным путям. – М. 1922.


Сборка тракторов «Холт» 75HP на обуховском заводе в период наступления Юденича на Петроград в июле 1919 г.


Тракторы «Холт» 75 HP и 40 HP в цеху Обуховского завода.


Тракторы «Холт» 75 HP на железнодорожных платформах перед отправкой заказчикам. 1924 г.

Фото предоставлены ОАО «ГОЗ Обуховский завод».


Автомобили для бездорожья

К 55-летию Специального конструкторского бюро Московского автомобильного завода им. И.А. Лихачева

Р. Г. Данилов

В статье использованы фото из архива ОГК СТ АМО ЗИЛ.

Продолжение.

Начало см. в «ТиВ» №7-11/2009 г., №1-5,7-12/2010 г., №1-6/2011 г.


Сухопутные вездеходы ЗИЛ

14 ноября 1989г. Генеральному директору ПО ЗИЛ Е.А. Бракову пришло письмо от заместителя министра гражданской авиации A.M. Горяшко следующего содержания: «В соответствии с Решением Государственной комиссии Совета Министров СССР от 15.02.88 г. Министерство гражданской авиации приступило к оснащению службы поискового и аварийно-спасательного обеспечения полетов специальной транспортной техникой. Учитывая опыт создания Вашим предприятием поисково-спасательного комплекса для ЕГ АПСС СССР, прошу Вас рассмотреть вопрос о создании в 1990 году образцов пассажирской и грузовой поисково-спасательных машин для службы поискового и аварийно-спасательного обеспечения полетов и возможности их серийного производства, начиная с 1991 года, при ежегодном объеме производства 250-300 машин».

Из приложения следовало, что пассажирскую (ПЭМ-П) и грузовую (ПЭМ-Г) машины требовалось создавать на неплавающем шасси, аналогичном по конструкции шасси амфибии ЗИЛ-4906. Пассажирская машина должна была перевозить 20-25 пассажиров. На грузовой машине, кроме 3 человек в кабине, предполагалось размещение 3 человек в десантном отделении. Обязательным условием стала установка крана грузоподъемностью 3,4 т, при этом грузоподъемность шасси должна была составлять 4 т. Автомобили планировалось перебрасывать к месту назначения самолетами Ил-76 и вертолетами Ми-26. Ориентировочная стоимость машины не должна была превышать 55 тыс. руб.

9 декабря 1989 г. у зам. генерального директора ПО ЗИЛ В.Д. Кальнера состоялось совещание с участием зам. главного инженера ПО ЗИЛ В.А. Шатова, главного конструктора ОГК-СКБ ЗИЛ И.И. Сальникова, зам. главного конструктора В.Б. Лаврентьева, начальников бюро ОГК-СКБ А.И. Алексеева и В.И. Замотаева, начальника службы поискового и аварийно-спасательного обеспечения полетов (СПАСОП) ГА Л.М. Червякова и начальника отдела СПАСОП Э.Л. Тимошина. Министерству гражданской авиации предписывалось подготовить технические требования на специальные автомобили и участвовать в разработке системы радиотелефонной космической связи. ЗИЛ должен был в I квартале 1990 г. представить план- график работ по проектированию и изготовлению двух опытных специальных автомобилей и программу их испытаний.

Для увеличения объемов производства требовалось найти дополнительных заказчиков. Новые машины заинтересовали Минэнерго СССР. 9 января 1990 г. на имя Генерального директора ПО ЗИЛ Е.А. Бракова поступило письмо из Главэнергомеханизации: «Изучая опыт создания Вашим предприятием автомобилей повышенной проходимости, Минэнерго СССР просит рассмотреть возможность выпуска, начиная с 1990 г., автомобилей на базе ЗИЛ- 132Р для перевозки строительных материалов и пассажиров при строительстве и эксплуатации линий электропередач. Потребность в указанных автомобилях составляет до 350 единиц ежегодно». В отличие от СПАСОП, энергетики настаивали на установке на машину дизельного двигателя.

6 июля 1990 г. технические требования на разработку и изготовление комплекса поисково-эвакуационных машин гражданской авиации (КПЭМ ГА) были утверждены начальником ГОС НИИ ГА В.А. Горячевым. 15 мая 1992 г. техническое задание на разработку специального автомобиля высокой проходимости для обслуживания и ремонта линий электропередачи утвердил президент корпорации «Росэнерго» Минтопэнерго РФ О.В. Бритвин. Требования в целом оказались схожими и отличались главным образом составом оборудования на пассажирской машине комплекса: если СПАСОП нуждалась в вахтовом автобусе с возможностью его трансформации в мобильный госпиталь, то энергетики хотели получить автобус с элементами автономного проживания.


Сборка макетного образца шасси в КЭП.


Ввиду большой загруженности конструкторских служб КЭП-ВТС (так в то время назывался СКБ ЗИЛ), к работе над автомобилем, получившим временное заводское обозначение ЗИЛ-132К, были подключены конструкторы КЭП.

Над созданием семейства автомобилей работали: конструкторы И.И. Сальников (главный конструктор-начальник КЭП-ВТС), А.Н. Горчаков (руководитель проекта), Ю.И. Соболев (разработчик проекта), М.И. Сугробов (ведущий конструктор), Э.И. Грицай, В.Е. Мочедловский, А.Д. Стукалов, Ю.Н. Аксенов, А.Г. Мотовилов, Л.С. Пружанский, М.Ю. Земеров, В.Г. Ступин, И.Е. Малахов, Е.С. Петрухин, О.Ю. Барановский, А.М. Гулюткин, А.Г. Ульянкин, С.С. Белоусов, А.В. Краснов, АП. Бланк, В.Н. Семиохин, в доработке машин по спецзаказам участвовали В.А. Чугунов, А.В. Лосев; макетчики А.П. Кудрявцев, В.Н. Руднев, Ю.Е. Мамонов, А.Т. Кирсанов, А.И. Мищенков, А.В. Малов; испытатели В.Б. Лаврентьев, А.И. Алексеев, Д.В. Иванов (ведущий испытатель), В.Г. Иванов, Д.С. Писарев, В.И. Замотаев, Ю.В. Жигачев, В.М. Коржуков, В.Л. Коновалов; водители-испытатели П.В. Иванов, Е.А. Смирнов, B.C. Буянкин, В.В. Галкин, А.А. Рязанов; контролер Т.И. Смирнова.

Проработку установки крана-манипулятора на грузовой вездеход выполняло АО «Машлес» под руководством зам. генерального директора В.Л. Вожака. В дальнейшем установкой кранов-манипуляторов занимались конструкторы В.П. Соловьев, В.В. Шестопапов и А.Г. Свиридонов.


Продольный разрез двигателя ЗИЛ-645.


Силовой агрегат и кабина установлены на надрамнике.


Размещение топливных баков на правом лонжероне, глушителя – за задней осью.


Лебедка с механическим приводом.


Краткое описание конструкции

На основании договора между ПО ЗИЛ и Министерством гражданской авиации от 15 июня 1991 г. одновременно с проектированием (июль 1991 г.) началась сборка макетного образца шасси автомобиля. На козлах установили макет рамы, на котором монтировали агрегаты и системы автомобиля. В отличие от предварительной компоновки, при макетировании системы выпуска отработавших газов выбрали трассу вдоль левого лонжерона. Глушитель закрепили на левом лонжероне рамы. После рассмотрения ряда вариантов топливные баки расположили на правом лонжероне за средней и задней осями. На правом лонжероне, соответственно, разместили основные и дополнительные аккумуляторные батареи. Тормозную аппаратуру и воздушные ресиверы смонтировали под кабиной за левой подножкой.

В конструкции сухопутного вездехода изначально была предусмотрена максимально возможная унификация и взаимозаменяемость его агрегатов с агрегатами автомобилей действующего производства семейств ЗИЛ-4331 и ЗИЛ-4906. Так, от ЗИЛ-4331 новая машина получила однорядную (для пассажирского варианта) или двухрядную двухдверную (для грузового варианта) кабину, а также силовой агрегат. Агрегаты трансмиссии, подвески и ходовой части были унифицированы с агрегатами амфибии ЗИЛ-4906. На ЗИЛ-1Э2К использовалась оригинальная сварная стальная рама, по конструкции напоминавшая раму ЗИЛ-4906, но более жесткая, с надрамниками для двигателя, крана и платформы и изготовленная из углеродистой стали.

Перед кабиной установили дизельный двигатель ЗИЛ-645 мощностью 185 л.с., агрегатированный с однодисковым сцеплением и 9-ступенчатой коробкой передач ЗИЛ-4421. Для запуска в холодное время года имелись предпусковой жидкостный подогреватель и электрофакельное устройство. С помощью предпускового подогревателя можно было обогревать кабину при неработающем двигателе.

Кинематическая схема бортовой трансмиссии повторяла схему трансмиссии амфибии ЗИЛ-4906 и включала раздаточную коробку, бортовые и колесные редукторы и карданные передачи (по конструкции аналогичные установленным на ЗИЛ-4906). Для синхронизации дизельного двигателя с трансмиссией ЗИЛ-4906 передаточные числа раздаточной коробки были изменены.

В передней части ЗИЛ-132К смонтировали лебедку с червячным редуктором и механическим приводом, предназначенную для самовытаскивания автомобиля при преодолении трудных участков пути, а также для оказания помощи другим застрявшим машинам. Привод лебедки осуществлялся карданным валом от коробки отбора мощности, установленной на боковом люке коробки передач.

Автомобиль был оснащен оригинальной системой рулевого управления с рулевой колонкой от автомобиля ЗИЛ-4331, рулевым механизмом MA3-5336, передними и задними управляемыми колесами с двумя гидроусилителями и жесткой механической связью, с механизмом запаздывания поворота задних колес.

Систему тормозов на ЗИЛ-132К тоже выполнили оригинальной. В отличие от ЗИЛ-4906, тормозные механизмы установили на средних и задних бортовых редукторах. Конструкция дисковых тормозных механизмов была аналогична ЗИЛ-4906 – с гидравлическим приводом двух независимых контуров. Стояночный тормоз с пневматическим приводом, с пружинным энергоаккумулятором действовал на рабочие механизмы тормозов средних бортовых редукторов.

Система электрооборудования – с двумя уровнями напряжения и двумя источниками энергии, работавшими автономно, напряжением 12/24 и 24 В. Первая подсистема обеспечивала работу двигателя и других систем автомобиля, вторая – работу дополнительных потребителей энергии (в том числе предпускового подогревателя и световых маяков). Первая подсистема оснащалась генератором напряжением 14 В и максимальной силой тока 95 А, вторая – двумя генераторами со встроенными полупроводниковыми бесконтактными регуляторами напряжения. Для каждой подсистемы на машине имелось по две аккумуляторные батареи.

Кабина (от автомобиля ЗИЛ-4331) – трехместная. Впоследствии для грузовой машины сделали двухрядную, двухдверную, семиместную кабину. Оперение кабины (крылья, капот и облицовка радиатора) представляло собой общий блок, откидывающийся вперед. Система отопления кабины – воздушно-жидкостная, с отбором тепла от системы охлаждения двигателя. Вентиляция осуществлялась через заборник воздуха вентилятором системы отопления, через люк крыши, поворотные форточки и опускные стекла дверей. Кабина оснащалась трехщеточным стеклоочистителем с электроприводом.

Сиденье водителя – подрессоренное, регулировалось по росту и массе водителя. Пассажирское сиденье – двухместное, нерегулируемое. В кабине размещались КВ радиостанция «Ядро», две УКВ радиостанции («Баклан-5» и Р-838КА24) и две переносные УКВ радиостанции (Р-855УМ и «Авария-1»), а также бортовой магнитофон П-503. Для связи кабины с пассажирским салоном служили самолетные переговорные устройства СПУ-9 и СГУ-15.

В качестве кузова-фургона для пассажирской машины ПЭМ-П использовался КУНГ производства Шумерлинского завода спецавтомобилей. Кузов-фургон – цельнометаллический, клепанный, каркасного типа, теплоизолированный пенопластом. Он был оборудован задней двухстворчатой дверью, дверью с правой стороны, люком с левой стороны и восемью окнами в боковых скатах крыши. Отопление кузова-фургона осуществлялось с помощью независимого воздушного отопителя и вентиляционной установки с электродвигателем. На задней стенке кузова размещалась осветительная мачта СТК-132К.

В бортовом кузове грузовой машины ПЭМ-Г были предусмотрены места для четырех контейнеров с инструментом и специальным снаряжением.

Путь в серию

В начале 1992 г. машине ПЭМ-П было присвоено обозначение ЗИЛ-4972, грузовой машине с двухбалочным неповоротным краном ЗИЛ 4973 грузовой машине с краном-манипулятором – ЗИЛ-4975.

Защита эскизного проекта КПЭМ, которая проходила под председательством главного специалиста управления развития машиностроения Минтопэнерго А.И. Королевича, в части конструкции автомобилей ЗИЛ-4972 и ЗИЛ-4975 состоялась 14 апреля 1992 г., а радиотехнического комплекса и проекта размещаемого на грузовом автомобиле ЗИП-4975 крана-манипулятора – 17 апреля 1992 г. в помещении КБ перспективного проектирования КЭП-BTC. Основные замечания комиссии состояли в том, что лебедку следует дополнительно укомплектовать блоком-полиспастом, в пассажирском автомобиле ЗИЛ-4972 необходимо предусмотреть место для подогрева пищи, а в кабине грузовой машины ЗИЛ-4975 – возможность организации двух спальных мест.

В начале 1992 г. к созданию семейства вездеходных машин подключился Государственный комитет по чрезвычайным ситуациям (ГКЧС) России. 29 апреля 1992 г. первый заместитель председателя ГКЧС России ЮЛ. Воробьев утвердил техническое задание на разработку и изготовление машин для аварийно-спасательных частей.

В соответствии с планами заинтересованных сторон серийный выпуск ЗИЛ-4972 предполагался на уровне почти 2 тыс. автомобилей в год. Для реализации этого проекта был задействован Правдинский завод радиорелейной аппаратуры (ПЗРА), согласившийся осваивать производство новых машин. 30 марта 1992 г. на техническом совещании, проходившем на ПО ЗИЛ, было принято решение об учреждении АО «Вездеход ГВА», задачами которого являлись: согласование комплектации поисковых машин с заказчиком, контроль своевременного поступления конструкторской документации на ПЗРА и реализация готовых изделий заказчику.

Испытания

Первое шасси ЗИЛ-4972 изготовили в КЭП-ВТС 15 октября 1992 г. Приемо-сдаточные испытания начались 3 ноября и проходили до 30 ноября на полигонах и дорогах ПФ НАТИ и НИИИ-21. Автомобиль преодолел по дорогам с асфальтобетонным покрытием в снаряженном виде 450 км, в загруженном виде с габаритно-весовым макетом – 200 км. Агрегаты, системы и приборы машины успешно выдержали испытания. Температура узлов и агрегатов соответствовала ТУ, подтекания смазки не наблюдалось. Минимальный радиус поворота ЗИЛ-4972 составил 8709 мм при повороте вправо и 8283 мм при повороте влево. На испытаниях была достигнута максимальная скорость 75 км/ч. Время разгона до скорости 75 км/ч составило 87 с. Выбег автомобиля со скорости 75 км/ч равнялся 555 м.


Шасси автомобиля ЗИЛ-4972.


Шасси ЗИЛ-4972 с габаритно-весовым макетом на приемо-сдаточных испытаниях.


ЗИЛ-4973, оснащенный краном портального типа.


В июле 1993 г. шасси ЗИЛ-4972 оснастили кузовом-фургоном и построили новый пассажирский ЗИЛ-4972 и грузовой ЗИЛ-4973, оборудованный гидравлической крановой установкой грузоподъемностью 3,4 т от амфибии ЗИЛ-4906. С 30 июля начались их всесторонние заводские испытания.

26 августа в КЭП-ВТС собрали грузовой ЗИЛ-4975, оснащенный краном-манипулятором МКС-4531. Приемо-сдаточные испытания этот автомобиль проходил со 2 сентября по 11 октября 1993 г. на комплексно-испытательной трассе НИИИ-21, на Рязанском шоссе в районе г. Бронницы и на дорогах в районе базы «Чулково» и г. Жуковский. С 20 сентября в ЛИИ проводились испытания установленного на нем радиотехнического комплекса. За время испытаний ЗИЛ-4975 преодолел 580 км, из них 557 км – по асфальту и 23 км – по фунту. Максимальная скорость равнялась 72 км/ч, радиус поворота -8,2 м, тормозной путь с 50 км/ч -17,37 м. Кран-манипулятор МКС-4531 работал без нареканий. Пожалуй, единственный отмеченный недостаток манипулятора – сложность складывания в походное положение. При установке крана-манипулятора в задней части машины оказалось, что его выносные опоры расположены низко и задевают за края колеи при движении по мягкому фунту.

В период осенней распутицы 1993 г. и зимы 1994 г. в окрестностях Бронниц и в пойме р. Оки у Каширы состоялись испытания по оценке проходимости ЗИЛ-4972 с опытными шинами мод. ИЯ-333 и второго образца ЗИЛ-4972 с серийными шинами мод. И-159. Для сравнения в испытаниях участвовали автомобили КамАЗ-4350 семейства «Мустанг», вахтовый автобус КамАЗ-4208 на шинах 16.75/85R-21 мод. Кама-1260 и многоцелевой ЗИЛ-433410 на шинах 12R20 мод. КИ-113.

Испытания проводились по методике НИИИ-21. В процессе испытаний передвижная лаборатория определяла основные показатели опорной проходимости, включающие максимальную удельную силу тяги на крюке и максимальную скорость движения, а также минимальный по условиям движения радиус поворота. В тяжелых условиях движения (особенно на опытных шинах) ЗИП-4972 показал заметное превосходство над одними из лучших по опорной проходимости многоцелевыми автомобилями.

На ровном поле, замокшем после уборки картофеля, с тяжелым сырым суглинком влажностью около предела насыщения запас максимальной удельной силы тяги у ЗИЛ-4972 оказался в 1,43-1,74 раза выше, чем у близких по массе автомобилей КамАЗ. ЗИЛ-4972 в этих условиях продемонстрировал также большую скорость (15,6 км/ч против 12 км/ч у КамАЗ-4208 и 11,2 км/ч у КамАЗ-4350). Наименьший радиус поворота на поле у ЗИЛ-4972 составил 10 м, у КамАЗ-4208 – 16 м, у КамАЗ-4350 – 21 м. Причем при движении по полю, когда встречались участки с ухудшением грунтовых условий, ЗИЛ-4972 продолжал уверенно двигаться и маневрировать, в то время как КамАЗы теряли проходимость даже при прямолинейном движении.

На ровных участках сыпучего песка с небольшим (до 2-3 см) слоем снега и слегка подмороженной коркой песка запас максимальной удельной силы тяги у ЗИЛ-4972 на шинах ИЯ-333 был в 1,5 раза выше, чем у ЗИП-4972 на шинах И-159, и в 1,6 раз выше, чем у автомобилей КамАЗ.

На снежной целине с довольно плотным (0,3 г/см³ ) кристаллизовавшимся снегом температурой около – 5°С и глубиной 0,6-0,65 м вездеход ЗИЛ-4972 на опытных шинах развил скорость 18,8 км/ч. ЗИЛ-433410 по снегу глубиной 0,6 м двигаться не смог, а на снегу глубиной 0,5 м запас удельной силы тяги у него оказался в 1,48 раза меньше, чем у ЗИЛ-4972 на более глубоком снегу. ЗИЛ-4972 уверенно двигался и по снегу глубиной 0,7 м. Однако из-за отсутствия в Московской области снега большей глубины определить предельно возможные параметры проходимости автомобиля в зимних условиях не удалось.


ЗИЛ-4975 с краном-манипулятором МКС-4531.


ЗИЛ-4972 на спецучастке НИИИ-21.



ЗИЛ-4972 на снежной целине.


ЗИЛ-4972 на трассе «косоволновые неровности» НИИИ-21.


Способность маневрирования ЗИЛ-4972 в тяжелых грунтовых условиях благодаря передним и задним управляемым колесам при повороте позволила получить минимальное несовпадение следов колес, что было очень важно с точки зрения получения наименьшего сопротивления движению при повороте на деформируемых фунтах. Этот фактор предопределил получение минимальных радиусов поворота, близких по значению полученным на твердой опорной поверхности.

Государственные испытания, проходившие с августа по ноябрь 1993 г., показали, что ЗИЛ-4972 и ЗИЛ-4975 в основном соответствовали техническому заданию Государственного комитета ГОЧС. Эти автомобили обеспечивали выполнение работ в степной, пустынной, лесной, болотистой, горной местностях и на снежной целине как в дневное, так и в ночное время суток и в сложных метеорологических условиях с помощью бортовых радионавигационных и радиотехнических средств. Радионавигационный комплекс позволял обнаруживать и пеленговать радиопередатчики объекта поиска и радиостанции Р-851 коротковолновым пеленгатором 10Р-26 во всем диапазоне частот от 4 до 30 км, а также радиопередатчиков объекта поиска и радиостанций Р-855УМ и Р-863 УКВ радиолокатором АРК- УД во всем диапазоне частот от 2 до 12,5 км.

На государственных испытаниях максимальная скорость ЗИЛ-4972 достигла 82,4 км/ч, время разгона до 60 км/ч – 31,3 с. Угол поперечной статической устойчивости – 39°26'. Автомобиль уверенно преодолевал крутые подъемы от 18,3 до 28,3° на размокших суглинках, грунтовой дороге и сыпучем песке. Контрольный расход топлива при движении по сухой бетонной дороге со скоростью 50 км/ч составил 25 л/100 км, запас хода – 1000 км. Эксплуатационный расход топлива на сухом асфальтированном шоссе был равен 36 л/100 км, на мокрой грунтовой дороге – 55 л/100 км, на бездорожье – 101 л/100 км, на снежной целине глубиной более 400 мм – 330 л/100 км.

ЗИЛ-4972 свободно преодолевал подъем в 60% (31*30') – без рывков, пробуксовки сцепления и падения давления масла в двигателе. Столь же уверенно он пересекал брод глубиной 1,5 м.

В марте 1994 г. ПЗРА изготовил первые два ЗИЛ-4972, оснащенные кузовом-фургоном КЦ-4972 производства Шумерлинского завода спецавтомобилей. На АМО ЗИЛ эти машины прибыли своим ходом и успешно выдержали приемо-сдаточные испытания. Автомобили развивали максимальную скорость 75 км/ч. Тормозной путь со скорости 50 км/ч составил 14,68 и 18,23 м (для этого типа автомобилей требовалось 23 м). Стояночный тормоз выдержал испытания на подъеме в 15°45', что было больше 27%, необходимых по техническому заданию. Наименьший радиус поворота по внешнему колесу обоих автомобилей не превысил 8,14м. Угол опрокидывания автомобиля с кузовом-фургоном составил 44°05', шасси автомобиля без кузова-фургона – 38°30’.

В июле 1994 г. грузовые ЗИЛ-4973 и ЗИЛ-4975 проходили эксплуатационные испытания в лесисто-болотистой местности на строительстве линий Череповецких электросетей. Обычно для этих целей использовались серийные автомобили ЗИЛ-131, Урал-375 и ГАЗ-66, которые буксировались к месту разгрузки гусеничными тракторами. ЗИЛ-4973 и ЗИЛ-4975 без посторонней помощи доставили технологическое оборудование и контейнеры с изоляторами непосредственно к опорам строящихся ЛЭП и разгрузили их собственным краном.

За время испытаний эти автомобили зарекомендовали себя с лучшей стороны, как на дорогах общего пользования, так и вне дорог на труднопроходимой местности. Испытания подтвердили заинтересованность РАО «ЕЭС России» в создании комплекса специальных машин высокой проходимости для технического обслуживания и ремонта ЛЭП.

В1994 г. в КЭП-ВТС собрали еще один опытный образец – автомобиль ЗИЛ-4975М1, у которого кран-манипулятор располагался за однорядной кабиной.

В апреле 1995 г. на АМО ЗИЛ работала межведомственная комиссия с участием В.П. Аксенова (НИИИ-21), В.А. Ковригина (Минтопэнерго РФ), Л.Л. Суздальцева (НИЦ ГАИ МВД РФ), И.И. Сальникова, А.Н. Горчакова, В.В. Лаврентьева, Э.И. Грицая (АМО ЗИЛ), которая провела испытания автомобилей ЗИЛ-4972 и ЗИЛ-4975 и подтвердила их соответствие техническому заданию Минтопэнерго. Началось серийное производство. В том же году автомобили прошли сертификационные испытания и получили одобрение типа транспортного средства.

В 1996 г. после достаточно большой технологической проработки на АМО ЗИЛ изготовили двухрядную двухдверную кабину. С этой кабиной был собран 7-местный аварийно-спасательный автомобиль ЗИЛ-4975М2, оснащенный краном-манипулятором МКС-4032, установленным за кабиной.


Разгрузка контейнера с автомобиля ЗИЛ-4973.


Аварийно-спасательные машины ЗИЛ-4975М1 (слева) и ЗИЛ-4975М2.


В октябре 1996 г., в соответствии с письмом НАМИ №20/12-29-619 от 30 сентября 1996 г., специальные автомобили были переименованы. Пассажирский автомобиль ЗИЛ-4972 получил обозначение ЗИЛ-497200, ЗИЛ-4973 с портальным краном ЗИЛ-4906 – ЗИЛ-497201, ЗИЛ-4975М1 с однорядной кабиной и краном-манипулятором за кабиной – ЗИЛ-497202, ЗИЛ-4975 с однорядной кабиной и краном-манипулятором на корме – ЗИЛ-497204, семиместный автомобиль ЗИЛ-4975М2 с двухрядной кабиной и краном- манипулятором за кабиной – ЗИЛ-497205.

В соответствии с ОКР «Расширение тактико-технических характеристик ПЭМ и подготовка их к выполнению поисково-спасательного обеспечения полета орбитального комплекса «МИР» на АМО ЗИЛ в 1997 г. подготовили техническое предложение по созданию комплекса сухопутных поисково-спасательных машин, предназначенного для наземного поиска и эвакуации экипажей спускаемых аппаратов (СА) и самих пилотируемых и беспилотных СА В состав комплекса вошли пассажирская машина типа ЗИЛ-497200 и грузовая машина, оборудованная краном-манипулятором, с одно- или двухрядной кабиной. Этот комплекс машин мог транспортироваться на самолетах Ан-70 и ИЛ-76Т. АМО ЗИЛ провел испытания по погрузке и транспортировке СА на грузовой поисково-спасательной машине типа ЗИЛ-497205. К сожалению, из-за отсутствия финансирования это интересное направление дальнейшего развития не получило.

В период со 2 по 5 сентября 1997 г. автомобили ЗИЛ-497200 и ЗИЛ-497202 принимали участие в учениях АК «Транснефть» на р. Коростель в районе Ярославля. Для выявления пригодности к эксплуатации в Ярославском районном нефтепроводном управлении (РНУ) эти машины совершили пробег протяженностью 63 км, из них 20 км – по трассе нефтепровода и 43 км – по шоссе, полям и фунтовым дорогам. Дорога по трассе нефтепровода была фунтовой, заросшей мелким кустарником. С весны по ней машины не ходили, обычно по ней перемещались гусеничные транспортеры. Дорога изобиловала глубокими колеями. Над ниткой нефтепровода встречались ямы, плохо засыпанные после ремонта трубопровода.


Транспортировка СА на ЗИЛ-497205.


Движение колонны (ЗИЛ-497201, ЗИЛ-49061 и ЗИЛ-497200) по снежной целине.


На 12-м километре располагалось непроходимое болото с плавающими кочками и окнами воды. Гусеничные транспортеры здесь проходили только после глубокого промерзания почвы. Оба автомобиля обошли болото слева по колее гусеничных машин. В наиболее глубоком месте ЗИЛ-497202 застрял (сел на раму), но самостоятельно вышел, применив штатную лебедку. Трос лебедки зацепили напрямую за толстое дерево.

Водитель ЗИЛ-497202 А.А. Рязанов не был знаком с трассой, поэтому опасные места проходил осторожно, на понижающей передаче в раздаточной коробке и при включенной блокировке. Блокировка в раздаточной коробке выключалась только на крутых поворотах во избежание ее поломки.

Водитель ЗИЛ-497200 П.В. Иванов, имея представление о дороге и ориентируясь на колею впереди идущего автомобиля, уверенно вел свою машину на 6-й передаче в коробке передач и на 1 -й передаче в раздаточной коробке, без блокировки.

На пути встретились два нешироких (10-12 м) ручья. Первый ручей – глубиной 0,7 м с пологим входом и крутым противоположным берегом высотой 1,5 м, крутизной около 70°. Перед ручьем имелась низина, залитая водой (глубина 0,6-0,7 м). ЗИЛ-497202 преодолел низину, ручей и уперся бампером в крутой берег. Вторая попытка пройти ручей с разгона, в надежде сдвинуть фунт бампером, оказалась также неудачной. Бампер уткнулся в берег, а колеса буксовали на дне ручья.

Пришлось прокладывать новую колею правее прежней на 1,5 корпуса автомобиля. Берег здесь оказался более пологим, высотой до 0,7 м, но зарос молодыми деревьями диаметром до 80 мм и густым кустарником. По новому следу прошли оба автомобиля, но ЗИЛ-497200 вышел на противоположный берег с погнутыми нижними концами лестницы и деформированной трубой, на которую опиралась лестница.

Второй ручей был с обоими пологими берегами. Противоположный берег – с затяжным подъемом около 50 м с крутизной около 30°. Этот участок трассы оба автомобиля прошли уверенно.

По приезде на стоянку из радиаторов обоих машин пришлось выбирать пух от отцветших цветов, набившихся во время движения по трассе нефтепровода.

По оценке начальника линейного участка Ярославского РНУ В.Г. Зверева, ЗИЛ-497200 и ЗИЛ-497202 были вполне пригодны для обслуживания трасс нефтепровода. ЗИЛ-497200 оснащался всем необходимым оборудованием, позволявшим бригаде из четырех человек проводить ремонтные работы на нефтепроводах: имелись шкафы для размещения имущества, емкости с достаточным количеством воды, два спальных места на носилках, два стола, которые с четырьмя спаренными сиденьями у столов трансформировались в дополнительные два спальных места.

На ЗИЛ-497202 в контейнерах (или на специальной платформе) можно было разместить электростанцию, сварочную аппаратуру, перевозить фрагменты труб и пр. Крайне полезным оказался кран-манипулятор, установленный на этом автомобиле. Однако для поставки в АК «Транснефть» требовалось произвести небольшие доработки машин: увеличить емкости для топлива, снизить шум в кузове-фургоне и оборудовать его качественными шторками стеллажей.

Общий пробег автомобилей с учетом движения по шоссе Москва – Ярославль – Москва достиг 860 км, расход топлива за время испытаний у ЗИП-497200 составил 472 л, у ЗИЛ-497202 – 457 л.

Всего с 1995 по 1999 г. на ПЗРА изготовили около 40 автомобилей ЗИЛ-497200 и ЗИЛ-497205, которые в течение ряда лет эффективно использовались в подразделениях МЧС, РАО «ЕЭС России», Министерства путей сообщения, в нефтегазовом комплексе при аварийно-спасательных, восстановительных работах и для доставки ремонтных, спасательных групп и спецоборудования в условиях бездорожья.

Двенадцать автомобилей ЗИЛ-4972, оснащенные по спецзаказу двигателями Caterpillar (получили обозначение ЗИЛ-4972Н), были поставлены в Петропавловск-Камчатский. Приведем отзыв водителя, отработавшего на ЗИЛ-4972 восемь лет: «В работе использовали две машины, раз в неделю совершали рейс в горы -66 км зимнего бездорожья. ЗИЛ-4972 имеет 12 мест в кузове и два в кабине, 2 спальных места, оснащен кухней, раздевалкой, бортовой электростанцией, обеспечивающей 36 часов автономной работы. По проходимости «Уралы» ни в какое сравнение не идут. Иногда, особенно на влажном снегу, ЗИП-4972идет лучше гусеничных машин. В сравнении с «Уралом», «Камазом» и чем угодно, когда собирали колонну автомобилей, подрядчики прибегали выяснять, пойдет ЗИЛ-4972 или нет. Если пойдет, то они в любую пургу подписывались грузы возить. Ставили ЗИЛ-4972 впереди колонны и вперед. Иногда вставшую колонну ЗИЛ-4972 нагонял, обходил по целине, и вел за собой. Однажды с Верхне-Опальских источников выволокли в дождь одной связкой ГАЗ-66 и две «Нивы» к нему прицепленные…»

К сожалению, с начала 2000-х тт. и МЧС, и РАО ЕЭС потеряли интерес к колесным вездеходам ЗИЛ-4972. Ни новых заказов, ни обещанных денег на освоение полноценного серийного производства в Правдинске и на АМО ЗИЛ так и не дождались. Последние машины отрабатывают свой ресурс и постепенно заменяются обычными серийными «Уралами» и «КамАЗами» – в надежде на русское авось: а может снег зимой выпадать перестанет в связи с грядущим глобальным потеплением? Тогда точно никакие вездеходы не понадобятся.


ЗИЛ-4972Н с двигателем Caterpillar на испытаниях.


Технические параметры ЗИЛ-497200

Колесная формула 6x6 </emphasis>

Число мест в кабине 3

База автомобиля, мм 2400+2400

Колея колес, мм 2000

Длина автомобиля, мм 9400

Ширина, мм 2550

Высота, мм 3200

Дорожный просвет по раме, мм 580

Дорожный просвет по кронштейнам подвески, мм 475

Радиус поворота по переднему внешнему колесу, м 9,0

Наружный габаритный радиус поворота, м 12

Ширина преодолеваемого рва, м 2,0

Преодолеваемый подъем 30

Допустимый крен при движении по косогору 15

Угол свеса передний 31,5

Угол свеса задний 23,5

Масса снаряженного автомобиля, кг 9680

Распределение снаряженной массы автомобиля, кг:

на передние колеса 2880

на средние колеса 3620

на задние колеса 3180

Грузоподъемностъ автомобиля, кг 2354

Полная масса автомобиля, кг 12034

Распределение полной массы автомобиля, кг:

на передние колеса 2888

на средние колеса 3851

на задние колеса 5295

Двигатель ЗИЛ-645

Тип двигателя Дизельный

Номинальная мощность, л.с./кВт 185/136

Частота вращения при номинальной мощности, мин-1 2800

Максимальный крутящий момент, кгс м/Н м 52/510

Частота вращения при макс. крутящем моменте, мин-1 1400-1600

Число и расположение цилиндров 8, V-образное 90

Диаметр цилиндра, мм 110

Ход поршня, мм 115

Рабочий объем, л 8,74

Степень сжатия 18,5

Трансмиссия

Сцепление Однодисковое, сухое

Коробка передач Механическая, 9-ступенчатая

передаточные числа I-я – 11,4;2-я- 8,26;

3-я – 6,1; 4-я – 4,52; 5-я – 3,33;

6-я – 2.48; 7-я – 1,83; 8-я – 1,355;

9-я- 1,0; ЗХ-8,0

Раздаточная коробка Механическая с межбортовым блокируемым дифференциалом передаточные числа I -я – 2,48; 2-я -0,867

Бортовая передача Одноступенчатая, коническая, передаточное число 2,09

Колесный редуктор Одноступенчатый, цилиндрический, передаточное число 4,27

Шины 16.00-20, мод- ИЯ-333

Эксплуатационные данные

Объем топливного бака, л 250+125

Объем масляной системы двигателя, л 18,0

Объем системы охлаждения, л 26,5

Контрольный расход топлива при 50 км/ч на 100 км, л 25

Максимальная скорость, км/ч 82,4


Литература

1. Агейкин Я.С., Чистов М.П. Заключение по оценке опорной проходимости специальных автомобилей типа ЗИЛ-4972, ЗИЛ-4906. – Бронницы, 21-НИИИ (АТ), 1994. -4 с.

2. Акт по результатам приемочных (государственных) испытаний аварийно- спасательных автомобилей ЗИЛ-4972, ЗИЛ-4973, ЗИЛ-49061 производства Акционерного Московского общества «Завод им. ИЛ Лихачева». – М.: АМО ЗИЛ, 1993. -53 с.

3. Анюгин И.Я, Российский AS., Снисаренко П.И. и др. Руководство по техническому обслуживанию аварийно-спасательного автомобиля ЗИП-497200 (ЗИЛ-497202). – М.: ВНИИ ГОЧС, 1997. – 141с.

4. Горчаков А.Н., Грицай Э.И., Мочедловский В.Е. Разработка конструкции, выпуск конструкторской документации и конструкторское сопровождение изготовления опытных образцов шасси автомобиля ЗИЛ-4972: Технический отчет. – М.: ЗИЛ, 1991.- 15 с.

5. Иванов В.Г. Технический отчет о проведении приемо-сдаточных испытаний автомобиля ЗИЛ-4972шасси №00293, №00393производства Правдинского завода радиорелейной аппаратуры. – М.; ЗИЛ, 1994. -84с.

6. Иванов В.Г. Технический отчет о проведении приемо-сдаточных испытаний автомобиля ЗИЛ-4975. -М.: ЗИЛ, 1994.-27с.

7. Иванов В. Г., Иванов Д. В. Замечания по работе автомобилей ЗИЛ-4906, ЗИЛ-49062.20, ЗИЛ-497200, ЗИЛ-497202, изделия 29061 и вспомогательного автомобиля ЗИЛ-497206во время учений АК *Транснефть» в период с 28 августа по 5 сентября 1997 года в районе г. Ярославля: Информационная записка. – М.: ЗИЛ, 1997. – 12с.


Поисково-спасательные машины КЭП-ВТС на летних испытаниях 1995 г.



Пассажирский поисково-спасательный автомобиль ЗИЛ-497200.


Грузовой автомобиль ЗИЛ-4973.




Грузовой бортовой автомобиль ЗИЛ-497505. На фото в центре справа – бортовой автомобиль ЗИЛ-497506.


Фото предоставлены ОГК СТ АМО ЗИЛ.


Вверху: Ми-8Т рулит по металлической полосе аэродрома Газни. Машина доработана с установкой АСО-2В и «Липы», нечастой на «ташках», однако не имеет эжекторов на соплах, съедавших и без того недостаточную мощность. Стоящий позади Ми-8МТ имеет полный комплект новшеств афганского образца, включая ЭВУ на соплах и ПЗУ на воздухозаборниках.

Вертолетная война. Вертолеты Ми-8

Виктор Марковский

Продолжение.

Начало см. в «ТиВ» №3,4,6/2011 г.

Фото предоставлены автором.


В статьях цикла «Вертолетная война» использованы фото В. Максименко, А Артюха, В. Паевского, Л. Мельникова, Д. Евсютина, С. Пазынича, Н. Гуртового, Н. Лисового.


Решающим доводом в пользу назревшего «разоружения» вертолетов стало то, что проведенные доработки, накопившись, повлекли за собой рост массы вертолета. Потяжелевший более чем на полтонны Ми-8Т с трудом взлетал с полной нагрузкой и мог висеть лишь в полуметре над землей. Недостатки приобрели хронический характер и стали нетерпимыми, заставив снять утратившие эффективность ферменные пулеметы и АГС. Показательно, что в неприкосновенности оставили средства защиты: броню, АСО-2В и дополнившую их станцию постановки помех тепловым зенитным ракетам «Липа», позволившую иногда снимать и объемистые «лопухи» ЭВУ (это делали на Ми-8Т, страдавших ощутимой слабостью двигателей). В составе стрелкового вооружения остались носовой и незаменимый для защиты хвоста кормовой пулеметы, часто дополнявшиеся запасным «ручником» в грузовой кабине для стрельбы через дверь и боковой блистер.

Использование кормовой стрелковой установки во многих случаях позволяло избежать неприятностей. Не будет преувеличением сказать, что само ее наличие служило хорошим сдерживающим фактором для противника. Свидетельством тому было резко уменьшившееся количество случаев ведения огня по вертолетам с кормовых ракурсов: убедившись в том, что при попытке обстрелять «восьмерку» сзади можно нарваться на пулеметную очередь, душманские стрелки проявляли понятную сдержанность (а самые непонятливые платили за это головой). Убедительным свидетельством тому были цифры статистики по отмеченным случаям обстрела вертолетов – у Ми-8 число попаданий при заходе на цель было втрое выше, чем при выходе из атаки, составляя 73-75% и 25-27% соответственно (другими словами, на «восьмерках» наличие огневой защиты задней полусферы втрое снизило ее уязвимость). Подтверждением являлись также данные по поражаемости вертолетов Ми-24, такой стрелковой установки не имевших, где распределение попаданий на этих этапах было почти одинаковым: пользуясь возможностью, противник вел огонь по вертолету с равной интенсивностью как при заходе вертолета на цель, так и при отходе, как с передних, так и с кормовых ракурсов.


Ми-8МТ заходит на посадочную площадку у горной заставы под Кабулом. Рядом кружат Ми-24 прикрывающей пары.


В итоге «восьмерка», существенно преобразившаяся после модернизаций силовой установки, системы управления и гидравлики, направленных на повышение характеристик, живучести и надежности, мало изменилась в части вооружения. В число немногих новшеств вошло обеспечение возможности применения на вертолетах пушечных контейнеров УПК-23-250 с 23-мм пушками ГШ-23А. Доработанные Ми-8МТ могли нести два таких контейнера, подвешиваемых на наружные держатели. Пушки оказались неожиданно эффективным средством против толстостенных глинобитных дувалов, где малодейственными были и осколочные бомбы-«сотки», и ракеты типа С-5, неспособные пробить метровой толщины преграды. В то же время пушечные снаряды с их высокой начальной скоростью обладали хорошим пробивным действием, прошивали дувал насквозь и поражали засевшего там противника.

В целом, пройдя круг перемен, оружие Ми-8 стало соответствовать принципу разумной достаточности. Избыточное его усиление мешало основному назначению вертолета (лучшим подтверждением чему был чисто транспортный Ми-6, вопрос о «довооружении» которого вообще не поднимался). При необходимости Ми-8 вполне обходился наружной подвеской вооружения, где в большинстве случаев хватало пары блоков НАР. Вместе с тем, как неизбежные исключения, появлялись самодеятельные доработки, большей частью как реализация собственных взглядов на возможности вертолета. Так, в Газнийской эскадрилье 335-го ОБВП в 1986 г. несколько Ми-8 получили крупнокалиберные ДШК, смонтированные на специальной поворотной раме в двери. Существовал и заводской доработочный комплект для установки в двери более современного крупнокалиберного пулемета «Утес» (НСВ-12,7), однако он также не пользовался популярностью по причинам, аналогичным АТС.

Недолгой оказалась карьера в Афганистане и специального вооруженного варианта Ми-8ТВ – модификации «вертолета-штурмовика», щедро оснащенного разнообразным оружием. Количество держателей вооружения на нем было увеличено до шести против обычных четырех, а бомбовая нагрузка доведена до 1500 кг, включая и бомбы 500-кг калибра. Вертолет нес также комплекс управляемого вооружения «Фаланга» с четырьмя ПТУР типа 9М17М на фермах подвески. Набор вооружения дополняла стрелковая установка с крупнокалиберным пулеметом А-12,7 с боекомплектом 700 патронов и прицелом К-10Т, управлявшаяся вручную, такая же, как и на первых Ми-24. Ввиду ограниченности места в пилотской кабине, боезапас пришлось разместить в грузовой кабине, в патронном ящике на передней стенке, откуда лента по наружному рукаву на борту фюзеляжа тянулась к пулемету. Для управления ПТУР у рабочего места правого летчика установили стойку с аппаратурой комплекса «Радуга-Ф» с оптическим прибором наведения – визиром, заимствованным от танка, довольно громоздким и мешавшим штурману в полете. Помимо этого, вертолет сохранял возможность брать на борт отделение десантников, которые могли вести огонь из личного оружия с помощью шести шкворневых установок в иллюминаторах, для чего предназначался бортовой боезапас в 2500 патронов.


«Восьмерка» мостится на посадку у горного поста. Все оборудование посадочной площадки состоит из конуса-«колдуна», указывающего направление ветра. Высунувшийся в дверь машины борттехник следит за снижением и подсказывает командиру маневры.


Ми-8МТ из состава 50-го ОСАП уходит на облет площадок в зоне охранения Кабула.


Снаряжение кассет АСО-2В тепловыми ловушками. 262-я ОВЭ, Баграм, 1987 г.


Ми-8МТ отстреливает тепловые ловушки из кассет АСО-2В. 50-й ОСАП, окрестности Кабула, 1988 г.


По оснащенности вооружением вертолет ни качественно, ни количественно не уступал Ми-24, а кое в чем даже превосходил его, располагая большим числом узлов подвески и будучи способным, в частности, нести до шести блоков УБ-32А и до полутора тонн бомб. Именуемый «боевым вертолетом» Ми-8ТВ располагал солидным бронированием: кабину экипажа защищали бронеплиты из листовой стали КВК-2 толщиной 5-8 мм общим числом 19 штук. Из броневой стали выполнялись и сиденья летчиков, включая чашки и бронеспинки. Несколько плит брони крепились сзади по переборке со стороны грузовой кабины, а часть остекления спереди была заменена плоскими бронестеклами толщиной 50 мм из нескольких слоев силикатного и органического стекла. Восьмимиллиметровой стальной броней защищались также топливные насосы двигателей, маслобак и агрегаты гидравлики системы управления.

Поскольку машина получилась порядком перетяжеленной и все вновь установленные агрегаты были сгруппированы в носовой части, для сохранения приемлемой центровки пришлось перенести в корму аккумуляторы, где их разместили на створках грузолюка. По замыслу, Ми-8ТВ должен был служить «летающей БМП», пригодной как к высадке десантов, так и уничтожению различных целей, включая танки и прочую бронетехнику, а само наименование внушительно выглядевшего вертолета многие так и расшифровывали как «тяжело вооруженный».

В авиации 40-й армии тяжело вооруженные «восьмерки» имелись в 280-м ОВП, использовали их также вертолетчики пограничных войск, работавшие на севере страны. Количество Ми-8ТВ, однако, исчислялось единичными машинами (их выпуск был ограниченным, и в вертолетные полки такие вертолеты раздавали буквально по несколько штук, в дополнение к обычным «восьмеркам»).

В специфичной афганской обстановке туг же проявились особенности Ми-8ТВ не самого лучшего характера: вооружение и защита вертолета стоили немалой прибавки в весе, притом что силовая установка осталась прежней. Ее мощности, слабоватой даже для обычной «восьмерки», откровенно недоставало для работы с таким перегрузом. При том количестве вооружения и брони, которые имелись на Ми-8ТВ, из-за ослабленных несущих свойств в жарком воздухе высокогорья и «просадки» мощности вертолет попросту не мог взлететь. Выбирая «летучесть», сохранение несущих и маневренных качеств и управляемости, с вертолетов старались снять все лишнее, включая и часть бронеплит. Никогда не использовались ПТУР, а подвески ограничивали максимум парой блоков, и все равно тяжелая машина уступала обычным «восьмеркам» в дальности и продолжительности полета. Даже при проведении доработок по «афганскому комплексу» (иначе – «мероприятия по плану для ВВС 40-й армии») все нововведения для Ми-8ТВ ограничивались установкой системы АСО-2В с кассетами под хвостовой балкой, без использования обязательных на других «восьмерках» эжекторов на выхлопных соплах с их массивными коробами, «крадущими» и без того недостаточную мощность.


Ми-8МТ на пятачке у горного наблюдательного поста вблизи Кабула. Для полетов на снабжение таких точек со сложными схемами захода и непростой посадкой назначались самые опытные и слетанные экипажи.


Отметки боевых вылетов на бронеплите баграмского Ми-8МТ. Звездочка у вертолетчиков обычно соответствовала 50 совершенным вылетам. Декабрь 1988 г.


Борттехник Ми-8МТ на рабочем месте.


В задних карманах жилета НАЗ-И находится пара магазинов к автомату.

Тем не менее вертолеты этой модели имели своих сторонников, в частности, благодаря крупнокалиберному пулемету, огонь из которого был куда внушительнее обычного ПКТ. Так, не упускал возможности полетать (и пострелять из пулемета) генерал Табунщиков, заместитель командующего по армейской авиации ВВС ТуркВО, частенько наведывавшийся к подчиненным в вертолетные части. Два Ми-8ТВ из состава 280-го полка участвовали в известной операции «Юг» в апреле 1982 г. против «Бермудского треугольника» – душманской базы в Рабата-Джали на иранской границе, когда из-за ошибок в организации вертолетная группа численностью в 80 машин оказалась на иранской территории. Почти сразу после этих событий Ми-8ТВ кандагарского полка завершили свою службу в Афганистане: в ходе плановой замены их отогнали в Союз, заменив обычными «восьмерками».

У пограничников Ми-8ТВ задержались несколько дольше. Звено таких машин служило, в частности, в душанбинской эскадрилье авиации погранвойск (с 23 октября 1983 г. развернутой в 23-й отдельный авиаполк), имелись они и в пограничной эскадрилье в Мары (позднее переформированной в 17-й отдельный авиаполк), где использовались весьма активно. Так, в декабре 1981 г. в ходе десятидневной операции по чистке местности в зоне ответственности Пянджского погранотряда на участке между Наиабадом и Дашти-Калой количество использованных боеприпасов на одном из Ми-8ТВ достигло следующих цифр: патроны калибра 12,7 мм – 1590 штук, калибра 7,62 мм – 930 штук, ракеты С-5КПБ – 270 штук и бомбы, включая осветительные при ночных ударах, – 30 штук.

Полугодом позднее, в первой половине мая 1982 г., в районе Куфабского ущелья вновь проводилась спецоперация с широким привлечением авиации. Поскольку речь шла о наведении порядка в крайне неспокойном районе у самой советской границы, для руководства действиями войск прибыла внушительная группа высшего командования во главе с начальником погранвойск КГБ СССР генералом армии В.А. Матросовым, специально прилетевшим из Москвы в здешний Московский погранотряд (погранотряд именовался по месту дислокации в таджикском поселке Московский). Действиями авиации руководил прибывший вместе с ним командующий авиацией погранвойск генерал-майор Н.А. Рохлов, в составе экипажей вылетавший на бомбардировку и штурмовку. В одном из таких ударов в бомбардировке кишлака Муштива участвовали сразу девять вертолетов, атаковавших противника последовательно, колонной звеньев. Экипажем одного из Ми-8ТВ за период операции, продолжавшейся 17 дней, были израсходованы 1845 патронов к пулемету А-12,7, патронов к ПКТ-500 штук, ракеты типа С-5КПБ – 646 штук, бомб калибра 100 и 250 кг и зажигательных баков – 42 единицы, а также десантированы 66 человек и 7850 кг груза. Стоитотметить вполне обоснованную предпочтительность использования крупнокалиберного пулемета, тогда как «Калашникову» на борту отводилась вспомогательная роль и из него отстреляли всего одну ленту.

В ходе этой операции в первый же ее день 2 мая 1982 г. был разбит Ми-8ТВ старшего лейтенанта И.А. Ефремова. Экипаж при вынужденной посадке у Сайдана не пострадал, однако вертолет восстановлению не подлежал.

Пограничные Ми-8ТВ время от времени применяли ПТУР, хотя эффективность управляемого комплекса «Фаланга-М» оставляла желать лучшего. Будучи первенцем среди отечественных систем подобного класса, «Фаланга-М» обладала рядом недостатков и требовала хорошей натренированности в пользовании. Наведение ракетой осуществлялось по радиолинии в ручном режиме – от «встреливания» в поле зрения прицела до удержания на линии визирования вплоть до самого попадания, с буквально ювелирными движениями, из- за чего первостепенным являлось постоянное поддержание навыков оператора. Однако и при этом даже в полигонных условиях и у хорошо подготовленных летчиков вероятность попадания в цель типа танка составляла, в лучшем случае, величину порядка 0,4-0,5, а средние результаты в строевых частях не превышали 0,2.


Вертолетчики 239-й ОВЭ с командиром спецназовцев (в центре, с трофейным «буром»). Трое в группе одеты в жилеты носимого аварийного запаса НАЗ-И, в карманах которого помещаются перевязочный пакет, сигнальные патроны, рация, а также прочие вещи, необходимые для выживания, – пистолет, гранаты и запасные магазины к автомату. Газни, осень 1987 г.


Летчик-штурман Ми-8 50-го ОСАП старший лейтенант А. Дегтярев. На летчике – жилет НАЗ-И, бронешлем ЗШ-56 и автомат АКС-74 с двумя магазинами.


Вертолетчики занимаются подготовкой боеприпасов, вскрывая ящики с реактивными снарядами С-5. Кундуз, 1983 г.


Один из случаев использования ПТУР с «восьмерки» описал замначальника погранвойск генерал-лейтенант И.П. Вертелко, находившийся на борту вертолета вместе с экипажем комэска майора Ф. Шагалеева (свое присутствие генерал объяснял тем, что «дело это было тогда необычным»):

«Душманы постоянно обстреливали участок дороги вдоль Пянджа с одной из господствующих высот. Огневая точка противника находилась в глубокой пещере, практически неуязвимой для наших пуль и снарядов. Добраться туда с нашей территории невозможно – сплошные скалы. Искать тропу с афганской стороны – дело сложное и рискованное. Вот и возникла идея накрыть их ПТУРСом, выпущенным с вертолета. Сделать это вызвался Шагалеев. В назначенный час мы поднялись в воздух. Зеленой гусеницей к опасному месту подползала колонна. Вот-вот «осиное гнездо» заговорит. Точно! На сером фоне скалы обозначились мигающие вспышки выстрелов.

– Цель вижу! – доложил Шагалеев. – Схвачено.

Хитрый снаряд, «учуявший» цель, ушел, посланный легкой рукой Фарида. Спустя несколько секунд в горах прогремел мощный взрыв. Цель была уничтожена с первого пуска» (в эпизоде сохранено изложение генерала, хотя в него вкралась неточность – пускал ракету, разумеется, вовсе не комэск Шагалеев, а штурман вертолета, работавший с визиром и аппаратурой наведения, – летчик в экипаже такой возможности не имел по определению, поскольку вся система управления «Фалангой» была смонтирована у рабочего места штурмана).

Следует заметить, что авиация погранвойск не входила в состав ВВС 40-й армии и действовала самостоятельно. Даже комплектование авиационных частей у пограничников осуществлялось по своим штатам. Так, все части имели смешанный состав из разнотипных самолетов и вертолетов, а в звене у них было по три вертолета вместо четырех в ВВС. В то же время налет у летчиков погранвойск был куда выше, чем в авиации 40-й армии, многие из них имели по тысяче боевых вылетов и больше (таких насчитывалось за 50 человек), а у Героя Советского Союза В. Попкова их было более 2500! Причиной таких достижений являлось то, что экипажи армейской, фронтовой и транспортной авиации, принадлежавшие ВВС, откомандировывались из своих частей для работы в Афганистане сроком на год, после чего возвращались домой (более длительный срок пребывания в боевой обстановке вполне обоснованно считался губительно сказывающимся на здоровье личного состава из-за морального и физического износа организма).

В противовес им летчики пограничной авиации постоянно несли службу на месте, из года в год продолжая летать «на войну». Считалось, что базирование пограничной авиации на своей территории с периодическими вылетами «на войну» носит менее напряженный характер, нежели постоянное пребывание «за ленточкой» ВВС 40-й армии. Так, Фарит Шагалеев выполнил первый вылет на территорию Афганистана в январе 1980 г. и, будучи уже Героем Советского союза в должности командира 23-го ОАП, не прекращал летать «на боевые» до самых последних дней войны. Валерий Попков, начав боевую работу молодым лейтенантом сразу по окончании училища и прихода в пограничную авиацию осенью 1982 г., продолжал выполнять боевые вылеты до самого вывода войск в феврале 1989 г.

Об интенсивности использования Ми-8ТВ в ВВС 40-й армии позволяют судить приводимые в отчетности штаба авиации армии цифры по расходу боеприпасов: так, из общего числа 1310 тыс. патронов к авиационному оружию, подготовленных за 1980 г., 309190 патронов предназначались для пулеметов А-12,7 и 674210 штук-для пулеметов ЯкБ-12,7. Если последние использовались только на Ми-24, то боеприпасы к А-12,7 шли не только на Ми-8ТВ, но и на Ми-6 (впрочем, на т яжелых транспортных «сараях» пулемет если и использовался, то нечасто- разве что при необходимости уточнить ветер при посадке, дав очередь и ориентируясь по поднявшимся фонтанчикам пыли). Названный расход патронов, с учетом немногочисленности Ми-8ТВ, выглядит порядочно завышенным (особенно притом, что использование боеприпасов пограничной авиацией и их Ми-8ТВ, числившихся по другому ведомству, здесь не учитывалось: шедшие для них средства поражения завозились на аэродромы в Союзе по своим заявкам, по линии авиации КГБ СССР). Чтобы израсходовать такое количество боеприпасов, экипажи Ми-8ТВ должны были расстреливать почти по тысяче патронов каждый день, тогда как в приведенных выше случаях реального боевого применения расход крупнокалиберных пулеметных патронов на «восьмерках» составлял, в среднем, порядка сотни штук в день.

Наиболее вероятной причиной такого расхождения и завышенности общих цифр представляется неточность в учете: числящиеся израсходованными боеприпасы могли быть не расстреляны «по назначению», а списаны по утрате. Разумеется, речь не шла об «усушке и утруске» – непременных атрибутах интендантского промысла, в боевой обстановке могла иметь место убыль по самым что ни на есть форс-мажорным причинам. Так, весьма значительных запасов авиация 40-й армии лишилась при пожаре складов боепитания на Кандагарском аэродроме 23 сентября 1980 г. От случайной трассирующей пули караульного бойца занялись ящики, тлевший штабель разгорелся и вскоре полыхающий пожар охватил весь склад. Тушить его было невозможно из-за разрывов бомб, разлетавшихся по всему аэродрому осколков и реактивных снарядов. Сгорело находившееся рядом звено истребителей МиГ-21 и вертолет Ми-6, а рвущиеся в огне ракеты и патроны исчислялись многими тысячами. Случай этот в перечне утрат был далеко не единственным.


Пара санитарных «восьмерок» идет забирать раненых. Для того, чтобы забраться на высокогорные точки, с вертолетов обычно снимали фермы подвесок, а то и створки грузолюка.


Подобная убыль, которая вряд ли может быть отнесена к целевому назначению, списывалась обычным порядком как «израсходованные в ходе боевых действий», всех устраивающим (подобно тому, как и потери авиатехники значились почти повсеместно «боевыми», пусть даже речь шла о машинах, разбитых по вине летчиков или другим причинам, которых насчитывалось до половины). Примером того, как часть значащихся израсходованными боеприпасов отнюдь не шла в дело, могут служить полтора десятка авиационных ракет Р-ЗР, присутствующие в той же отчетности расхода средств поражения за 1980 г. Со всей очевидностью, ракеты класса «воздух-воздух» к истребителям МиГ-21 ни в каких воздушных боях не были использованы, будучи утраченными при том же пожаре и взрыве складов.

Штурмовые удары и налеты дополняли предупредительные меры – минирование окрестностей враждебных кишлаков, подходов к лагерям оппозиции и разрушение горных троп, по которым могли перемещаться отряды противника и шли караваны с оружием. Помимо прочего, минирование позволяло «обездвижить» противника, блокируя его передвижения и лишая одного из главнейших козырей – подвижности и неуловимости. В расчет следовало принимать такую специфичную черту психологического типа противника, как фатализм, свойственный восточному характеру: притаившаяся незримая смерть пугала тех гораздо больше, чем столкновение с врагом в открытом бою, и мины служили надежным «останавливающим средством».

Для минирования часто использовали обычные бомбы, устанавливая их взрыватели на большое замедление с тем, чтобы время от времени гремящие взрывы делали район непроходимым, на несколько суток перекрывая перевал или тропу. Воздействие при этом оказывалось не столько целевым, сколько превентивным, устраняя у противника всякое желание соваться в заминированные места. С весны 1980 г. для минной блокады пошли в дело контейнеры вертолетной системы минирования ВСМ-1. Ми-8 мог нести четыре контейнера, каждый из которых снаряжался 29 кассетами КСФ-1, а их трубы вмещали по 72 противопехотных мины.

Осколочные ПОМ-1 в горах использовались мало, каменистый грунт не позволял им углубиться при падении, а на поверхности стальные шары были слишком заметны. Массовое применение нашли фугасные ПФМ-1 массой всего 80 г, однако содержавшегося в них жидкого взрывчатого вещества ВС-6 было достаточно, чтобы оторвать пальцы или раздробить ступню, обездвижив противника. Мина-«бабочка» в полиэтиленовом корпусе с крылышком стабилизатора, почти не содержавшая металла, оставалась необнаруживаемой миноискателями; крохотный лепесток трудно было заметить под ногами даже на ровном месте.

ПФМ-1 первое время были зеленого цвета, затем их сменили мины «песчаного» желто-коричневого оттенка. Стоило наступить на мягкий пластиковый корпус, чтобы от давления сработал гидростатический взрыватель. Слабость убойного действия «бабочки» на деле была просчитанной и коварной: пострадавший оставался в живых и получал только ранения конечностей, лишившись пальцев или размозжив стопу, однако утрачивал способность самостоятельно передвигаться, и хлопот причинял напарникам побольше, чем в случае гибели, – оттаскивать его должны были по крайней мере два человека, тем самым также терявшие боеспособность.

Вместе с ними рассыпались ПФМ-1C с самоликвидатором, хлопки которых, звучавшие на тропах и в завалах несколько суток, окончательно отбивали охоту пробираться навстречу притаившейся смерти. При этом самоликвидация минного заграждения позволяла ограничить срок блокирования временными рамками, через определенный период открывая путь своим войскам с направления, которое сам противник, оставаясь в неведении, продолжал считать непроходимым. Интервалы и серии сброса задавались пультом в грузовой кабине. За одну минуту Ми-8 мог высыпать 8352 мины, «засеяв» полосу длиной до двух километров при ширине 15-25 м. Плотность такого минного поля (в зависимости от высоты и скорости сброса) составляла от одной мины на 5-6 квадратных метров до нескольких «лепестков» на метр.

Минные постановки обычно сочетали с бомбовыми ударами, делая совершенно непроходимыми забитые обвалами камня ущелья, не позволяя противнику выбираться из завалов и отрезая обходные пути. Ранним утром 24 июня 1981 г., в ответ на душманские вылазки в районе Гульханы, шестерка Ми-8 из состава 181 -го ОВП разбомбила восемью ФАБ-500М62 перевалы на путях к лагерям в Пакистане, сорвав скальные карнизы и вызвав обвалы. Уцелевшие тропы завалили минами, в пяти заходах оставив 8352 противопехотных «бабочки». Общее же количество мин, израсходованных в Афганистане только за первый год войны, превысило полмиллиона штук.


Тяжеловооруженный Ми-8ТВ с крупнокалиберным пулеметом и шестью блоками УБ-32А на подвеске (машина не принадлежит ВВС 40-й армии, снимок сделан дома, в Союзе).


Снаряжение контейнеров вертолетной системы минирования ВСМ-1 кассетами с минами на вертолете Ми-8МТ (борт № 10). Файзабад, июнь 1981 г.


«Трофейный» снимок сбитого Ми-8МТ с подвесными контейнерами ВСМ-1. Разбитую машину фотографировал в Панджшере западный журналист, нелегально пробравшийся в Афганистан.


В декабре 1981 г.у Джелалабада вылет на минную постановку имел скандальные последствия. Требовалось перекрыть минами тропы и перевалы на караванных путях в полосе у пакистанской границы. Задача поручалась экипажам пары «восьмерок» Бабинского и Мартынкина из 335-го ОБВП, прикрытие обеспечивали два Ми-24. Дело, в общем-то, было знакомым и выглядело обычным, однако в вылете пожелал принять участие прибывший из Кабула старший штурман ВВС 40-й армии. Присутствие на борту руководства само по себе не было хорошей приметой, а тут еще начальник сразу взялся «рулить», указывая маршрут и свое направление выхода в нужный квадрат. Летчики рассказывали: «Мест здешних он не знал, по карте что-то вычислил и погнал нас, петляя межгорьями, прямо за «ленточку». Пробовали остановить – мол, там за горой уже Пакистан, но начальник знал лучше и рулил твердой рукой. Найдя на карте похожее место, дал команду сыпать мины. Идя по ущелью, вынырнули из-за склона и вдруг перед нами оказалась железнодорожная станция, народ с узлами возле вагончиков и все такое. Приехали.. .В Афгане-mo железных дорог нет, ясное дело -пакистанская сторона. А мины так и продолжали валиться, так что слегка мы им жизнь подпортили».

Вылеты на минирование были далеко не безопасным делом. Занятие это, на первый взгляд, не очень сложное и даже рутинное («все-таки не на пулеметы идти»), на поверку оказывалось весьма рискованным. По числу приносимых боевых повреждений и потерь вылеты на минирование уступали только десантированию, что с некоторым удивлением воспринималось руководством. При десантировании на занимаемой противником территории причины были понятны: на площадках высадки вертолеты нередко попадали под огонь, однако потери при вылетах на минирование выглядели менее объяснимыми (на этот счет звучала фраза о «неполной корреляции представлений о характере потерь с фактическими данными»). Между тем без ясных представлений о причинах повышенной уязвимости говорить о мерах, позволяющих их избежать, можно было лишь в самых общих фразах.

Минирование практически всегда требовалось производить в самых что ни на есть душманских районах, куда по доброй воле и соваться бы не следовало – в небезопасной близости от душманских баз и селений, на облюбованных и просматриваемых противником караванных тропах, зачастую – в горных теснинах и ущельях, где враг располагал хорошими возможностями для зенитной обороны, а летчикам, напротив, трудно было уклониться от огня. Рискованность таких заданий выглядит вполне убедительной, если добавить к этому достаточно жесткие ограничения на условия постановки минных заграждений, требовавшие соблюдения режима полета с небольшой высотой, выдерживанием курса и отсутствием каких- либо маневров, когда вертолет для точной постановки минного заграждения должной плотности должен был находиться на линии боевого пути продолжительное время.


Противопехотная мина ПФМ-1 при крохотных размерах и защитном цвете пластикового корпуса была практически незаметна под ногами и необнаружима миноискателем.


Борттехник ведет огонь из бортового блистера. На шкворневом узле вместо обычного «ручника” установлен пулемет ПКТ на раме (по-видимому, взятый в качестве запасного или с кормовой точки), вместо штатной патронной коробки лента уложена в деревянный ящик от боеприпасов.


Ми-8МТ спецназовской 205-й ОВЭ ведет просмотр караванных троп под Кандагаром. Задний иллюминатор распахнут для немедленного открытия огня при встрече с противником.


16 мая 1983 г. мины при сбросе начали рваться прямо под Ми-8. Вертолет получил множественные осколочные повреждения фюзеляжа, лопастей несущего винта, пострадали оборудование и топливные баки, что заставило его садиться на вынужденную в горах и ждать помощи. Прибывшая группа ремонтников возилась с машиной почти весь день, латая пробоины, устраняя течи в баках и меняя перебитые трубопроводы, чтобы вертолет мог подняться в воздух и перелететь на базу.

Несколькими месяцами спустя, 9 сентября 1983 г., при минировании местности южнее Файзабада были потеряны сразу два Ми-8 из состава 181-го ОВП. Минную постановку выполнять пришлось в ущелье на высоте 3800 м, где вер толеты вошли в горную узость и попали в засаду. Расстрелянные из ДШК вертолеты упали тут же. Один из них был разбит при жесткой посадке и сгорел, другой с повреждениями успел отвернуть, на отходе сел на вынужденную и разрушился. В кабине сбитого вертолета погиб штурман одного из экипажей – старший лейтенант В.В. Бураго, от тяжелых ран умер командир – комэск майор В.Н. Балобанов, остальные летчики получили травмы и были подобраны ведомой парой.

Продолжение следует

Отечественные бронированные машины 1945-1965 гг.

М. В. Павлов, кандидат технических наук, старший научный сотрудник И. В. Павлов, ведущий конструктор

Продолжение.

Начало см. в «ТиВ- №5-9,11,12/2008 г., N91-5,7-11/2009г., №1-12/2010г. №1-6/2011 г.


Танк Т-54 обр.1949г.

Боевая масса – 35,5-36 т: экипаж – 4 чел.; оружие: пушка – 100 мм, 2 пулемета – 7,62 мм, I пулемет – 12,7 мм зенитный; броневая защита – противоснарядная; мощность двигателя – 382 кВт (520 л.с.); максимальная скорость -48 км/ч.


Танк Т-54 обр. 1949 г. представлял собой усовершенствованный вариант Т-54, на котором были проведены мероприятия первого этапа модернизации согласно постановлению Совета Министров СССР №2620-1039 от 18 июня 1949 г. Первый опытный образец машины с новыми корпусом и башней завод №183 изготовил в августе 1949 г., и в конце того же месяца он поступил на заводские испытания пробегом на 1000 км. В сентябре 1949 г. завод № 183 выпустил два контрольных, а затем еще три модернизированных образца. Проведенные в сентябре-октябре 1949 г. заводские и министерские испытания модернизированных образцов на заводе №183 длительным пробегом и контрольные испытания всех шести машин подтвердили эффективность введенных мероприятий. Серийное производство усовершенствованного Т-54 на заводе №183 началось с октября 1949 г., на заводах №75 и №174 – с ноября того же года и продолжалось до ноября 1951 г. За это время заводы промышленности выпустили 2523 танка данной модификации.




Мероприятия первого этапа модернизации, прежде всего, были направлены на уменьшение боевой массы танка с 36-37 до 35,5-36 т, на улучшение броневой защиты, повышение надежности работы узлов и агрегатов, а также его проходимости по грунтам с низкой несущей способностью. Всего в ходе доработки конструкции Т-54 в 1949 г. из 5620 чертежей его технической документации заменили новыми 1944 чертежа, а 857 – скорректировали.

В результате на машине установили облегченную башню новой конструкции и несколько изменили компоновку боевого отделения (в части укладки боекомплекта пушки) и отделения управления (в части установки вспомогательного оружия). Размещение органов управления движением танка, рабочего места механика-водителя и другого оборудования осталось без изменений, кроме установки у механика-водителя тахометра, сигнального щитка системы ППО и ее звукового сигнала.

Расположение рабочих мест экипажа в боевом отделении осталось прежним, за исключением некоторого ухудшения условий работы заряжающего. Это было связано с изменением положения установки пушки и укладки артиллерийских выстрелов. Один выстрел из кормовой части башни перенесли на ее правый борт, что уменьшило расстояние между ограждением пушки и выстрелом на 110-225 мм. Оставшуюся укладку в нише башни сместили вперед на 95-125 мм. Кроме того, в боевом отделении ввели фонарь для освещения шкалы погона башни, электрофильтр ФГ-57, пуско-переключающее устройство ППУ-2, вместо одного плафона в башне стали устанавливать два, а также дополнительно разместили бачок для питьевой воды, ящик радиостанции, запасные призмы и магазин-коробку с пулеметными лентами ДШК.

Для обеспечения максимальных углов склонения пушки Д-10Т вперед без ущемления люка механика-водителя ось ее цапф сдвинули назад на 60 мм к оси опоры башни и опустили вниз на 25 мм, с соответствующим понижением крыши и общей высоты башни. Высота линии огня равнялась 1750 мм. Пушку оснастили облегченным откидным гильзоулавливателем, измененным кронштейном под прицел и убрали основные уравновешивающие грузы (масса пушки уменьшилась на 65 кг). Углы наводки пушки и спаренного пулемета СГ-43 по вертикали составляли от -4-5 до +17°. В связи с изменением расположения выстрелов в новой башне, а также из-за ухудшения условий работы заряжающего практическая скорострельность при стрельбе из пушки несколько снизилась и составляла 5-7 выстр./мин.

В механизме поворота башни ввели электропривод ЭПБ-4, выполненный по схеме Леонарда, с системой командирского управления, в ручном приводе – измененный маховичок, в рукоятке которого установили кнопку (дублер) электроспуска спаренного пулемета СГ-43. Скорость поворота башни при управлении контроллером составляла от 0,1 до 11 -12 град./с, а максимальная (при целеуказании от командира) – достигала 13 град./с.

Снижение плоскости максимального радиуса обметания башни привело к отказу от установки курсовых пулеметов на надгусеничных полках, так как броневые коробы, в которых они размещались, препятствовали ее вращению. Поэтому вместо двух курсовых пулеметов СГ -43 в отделении управления справа от механика-водителя устанавливался один курсовой 7,62-мм пулемет СГ-43. У спаренного с пушкой пулемета СГ-43 усилили кронштейн его крепления и ввели заднюю опору кронштейна.


ТанкТ-54 обр.1949 г.



Отделение управления танка Т-54 обр.1949 г.


Боевое отделение танка Т-54 обр.1949 г.


Механизм поворота башни танка Т-54 обр.1949 г.


Продольный разрез танка Т-54 обр.1949 г.


Общий вид танка Т-54 обр.1949 г.


Установка спаренного пулемета СГ-43 в башне (вверху) и курсового пулемета СГ-43 в корпусе танка Т-54 обр.1949 г.


Установка пушки Д-10Т и спаренного пулемета СГ-43 в башне танка Т-54 обр. 1949 г.


Улучшили конструкцию турели зенитного пулемета ДШК: ввели ручной привод для вертикальной наводки и установили саму турель на вращающемся погоне основания люка заряжающего. Эти мероприятия в значительной степени облегчили удержание пулемета на цели во время стрельбы, так как усилия наводки по вертикали стали незначительными и находились в пределах в среднем от 0,5 до 3,0 кгс. Усилия наводки зенитного пулемета в цель при вращении турели по горизонтали были в пределах 1 -3 кгс, что обеспечивало его нормальную наводку. Однако в зависимости от крена танка (0-15°) эти усилия резко возрастали и становились неравномерными (в среднем усилия изменялись от 2 до 22 кгс), что затрудняло наводку в цель при углах крена 3-5”и делало ее почти невозможной при углах крена свыше 5°. Вместо прицела К8-Т при стрельбе из ДШК стал использоваться коллиматорный прицел К10-Т. Кроме того, было усилено крепление пулемета ДШК по-походному.

Боекомплект к пушке остался прежним. Боекомплект к спаренному и курсовому пулеметам СГ-43 уменьшили до 3000 патронов (12 лент), а к зенитному пулемету ДШК увеличили со 150 до 200 патронов. В боевом отделении также укладывались 25 ручных гранат Ф-1,7,62-мм пистолет-пулемет ППС обр. 1943 г. (в брезентовом чехле на правом борту башни) с боекомплектом 300 патронов и сигнальный пистолет (ракетница) с 20 сигнальными патронами.

Броневая защита танка – противоснарядная, дифференцированная. С целью снижения боевой массы танка, помимо установки облегченной башни новой конструкции, уменьшили толщины верхнего и нижнего лобовых броневых листов корпуса со 120 до 100 мм. Применение новой башни повлекло за собой изменение конфигурации подбашенного листа и формы люка механика-водителя (со срезанным сегментом). Открывание крышки люка обеспечивалось при любом положении башни и производилось поворотом против часовой стрелки. В крышке люка ввели лючок для вентиляции.

Кроме того, для исключения свисания башни над бортами увеличили габариты выступающего за борта подбашенного листа и бортовых защитных планок. В крыше корпуса над двигателем вместо двух люков, располагавшихся слева, сделали один увеличенный люк (для обеспечения выемки топливного насоса высокого давления). Все выступавшие часта крыши над трансмиссией были значительно понижены, а входные жалюзи сделаны неуправляемыми (устанавливалась жесткая броневая решетка).


Установка зенитного пулемета ДШК на танке Т-54 обр.1949 г.


Турель зенитного пулемета ДШК танка Т-54 обр. 1949 г.


Люк механика-водителя танка Т-54 обр.1949 г.


Укладка боекомплекта в танке Т-54 обр. 1949 г.


Корпус танка Т-54 обр.1949 г.


Схема броневой защиты танка Т-54 обр. 1949 г.


Несколько усилили защиту картеров бортовых редукторов за счет дополнительного экранирования специальной бронировкой, приваривавшейся к среднему и нижнему кормовым листам корпуса и картерам. В днище корпуса за люком аварийного выхода (в районе боевого отделения) появился лючок, закрывавшийся броневой крышкой и предназначавшийся для выпуска отработавших газов из котла подогревателя системы охлаждения и подогрева двигателя.

Конструкция новой облегченной башни с узкой амбразурой для установки пушки (ширину амбразуры уменьшили с 1000 до 400 мм) и переменным углом наклона стенок по высоте, не имела обратных уклонов в передней и бортовых ее частях до середины бортовой проекции. Эти мероприятия повысили уровень защищенности танка, а также устранили вероятность рикошетирования снарядов в крышу корпуса. Максимальные толщины стенок башни в лобовой части соответствовали вертикально расположенному листу толщиной 200 мм; по борту – 160 мм и по корме – 65 мм. Под монтаж спаренной установки оружия в корпусе башни была предусмотрена вварная рамка. Новая конструкция крепления пушки несколько усложнила условия для ее монтажа и демонтажа при поднятой корме башни по сравнению с объемом аналогичных работ по установке пушки в башне предыдущей конструкции.

В связи с введением узкой амбразуры башни изменили форму подвижной бронировки пушки (бронировка стала легче на 285 кг), а отверстия под телескопический прицел TLU-20 и спаренный пулемет СГ-43 выполнили непосредственно в лобовой части корпуса башни. При этом размер отверстий в броне по вертикали значительно возрос по сравнению с размером отверстий в качающейся бронировке прежней башни. Снаружи амбразуры прицела и спаренного пулемета были снабжены защитными окантовками. Обратный подворот (заман), без образования ниши, значительно уменьшили по высоте и сохранили только для обеспечения открывания крышки люка механика-водителя.


Днище корпуса танка Т-54 обр.1949 г.


Башня танка Т-54 обр. 1949 г.


Изменение конструкции броневой защиты пушки и дождевого щитка (вид слева).


Установка пушки Д-10Тв башню танка Т-54 обр. 1949 г.


Командирская башенка танка Т-54 обр.1949 г. и установка смотрового прибора командира ТПК-1.


Командирская башенка танка Т-54 обр. 1949 г.


Схема обзорности из танка Т-54 обр. 1949 г.


Для сокращения площади литых участков в новой башне значительно уменьшили в размерах литую часть крыши (перемычку) за счет увеличения поверхности вварных катаных листов крыши. Было отменено литое подпогонное кольцо, вместо которого к башне по всему внутреннему периметру приваривался катаный донный лист. Диаметр опоры башни в свету составлял 1816 мм. Однако оставшийся в кормовой части башни заман не исключал возможности рикошетирования снарядов малых калибров в крышу корпуса танка при его обстреле со стороны кормы.

В результате выполненных мероприятий удалось уменьшить массу корпуса на 450, а башни – на 453 кг.

На крыше башни устанавливалась командирская башенка новой конструкции. В ней в дополнение к смотровому прибору ТПК-1 (на части машин еще до 1950 г. монтировался смотровой прибор МК-4) и двум призменным приборам для улучшения кругового наблюдения в подвижном основании люка разместили еще три смотровых призменных прибора типа ТНП. Однако, несмотря на некоторое улучшение обзорности, она не обеспечивала командиру танка кругового обзора (не просматривался правый задний сектор 60°). Недостаточными являлись сектора обзора (на корму) для заряжающего и наводчика.

Претерпела изменения и система ППО. Вместо автоматической применили более надежную в работе стационарную полуавтоматическую (с кнопочным включением) углекислотную систему ППО трехкратного действия с термоэлектроизвещателями. Она обеспечивала тушение трех раздельных пожаров в МТО или в боевом отделении, или двух пожаров, возникших одновременно в этих отделениях. Извещение механика-водителя о возникновении пожара осуществлялось световой и звуковой сигнализацией (две сигнальные лампы находились на сигнальном щитке системы ППО, расположенном в отделении управления), которая включалась автоматически при срабатывании термоизвещателей 83* . В системе ППО использовались три пятилитровых баллона с углекислотой, поочередно срабатывавшие при нажатии кнопок. Тушение пожара в МТО осуществлялось путем нажатия кнопки «Моторное отделение» на сигнальном щитке механика-водителя, а в случае пожара в боевом отделении – нажатия кнопки, установленной в башне у командира танка, или второй кнопки «Боевое отделение» на щитке механика-водителя. Прежде чем нажать на одну из кнопок, механик-водитель должен был заглушить двигатель путем прекращения подачи в него топлива. Для тушения каждого раздельного пожара расходовался один баллон, для одновременного тушения пожаров в двух отделениях – два баллона. Управление баллонами осуществлялось переключателем.

Для тушения незначительных пожаров в боевом отделении около баллонов с углекислотой размещался один ручной огнетушитель ОУ-2.

Для постановки дымовой завесы на танке вместо двух дымовых шашек МДШ в кормовой части корпуса стали устанавливаться две дымовые шашки БДШ-5, имевшие аналогичные системы поджига и сброса.

83* При возникновении пожара в боевом отделении или МТО мембрана одного из восьми термоэлектроизвещателей нагревалась, выпрямлялась и замыкала контакты. На сигнальном щитке загоралась одна из ламп, а при пожаре в МТО включался еще и звуковой сигнал.


Полуавтоматическая углекислотная система ППО танка Т-54 обр.1949 г.


Установка БДШ-5 на танке Т-54 обр. 1949 г.


МТО танка Т-54 обр. 1949 г.


Установка воздухоочистителя в МТО танка Т-54 обр. 1949 г.


Система охлаждения двигателя танка Т-54 обр. 1949 г.


Мероприятия по модернизации коснулись и систем, обеспечивавших работу двигателя и трансмиссии танка.

По-новому организованная система охлаждения двигателя отличалась уменьшенным аэродинамическим сопротивлением тракта охлаждающего воздуха.

Кроме того, изменили окно входа охлаждающего воздуха, в котором установили броневую решетку вместо наклонных броневых жалюзи.

В системе воздухоочистки вместо двух воздухоочистителей типа «Мультициклон» применили один новый воздухоочиститель аналогичного типа с четырьмя ступенями очистки (1-я ступень – 16 мультициклонов, 2-я – сочетание внутреннего циклона и отсечной кассеты с масляной ванной, 3-я – кассета с гофрированной круглой проволокой и 4-я – кассета с чулковой канителью) с автоматической (эжекционной) очисткой пылесборников от пыли. Воздухоочиститель располагался в МТО со стороны коленчатого вала двигателя.

Для облегчения пуска двигателя в условиях низких температур окружающего воздуха вместо пародинамического подогревателя использовали форсуночный подогреватель конструкции В.М. Голосова. Подогреватель размещался у левого борта в боевом отделении и имел котел с дымогарными трубами, а также ручной привод к насосному узлу. В систему подогрева дополнительно ввели змеевик в циркуляционном бачке масляного бака системы смазки двигателя (для подогрева масла) и змеевик в коробке котла подогревателя для разогрева дизельного топлива.

Незначительные изменения коснулись и топливной системы двигателя: вместо трех наружных цилиндрических баков на правой надгусеничной полке стали устанавливаться только два топливных бака прямоугольной формы емкостью 100 л каждый, включенных в общую топливную систему. Изменили форму и верхнего топливного бака в моторном отделении (из средней группы баков). Однако емкость внутренних топливных баков осталась прежней (530 л). Запас хода танка по шоссе остался неизменным и составлял 360-400 км.

В системе выпуска отработавших газов двигателя ввели жесткое крепление выпускных труб к борту корпуса и полужесткое соединение – с выпускными коллекторами двигателя.

Для повышения надежности трансмиссии упразднили масляный насос входного редуктора, изменили конструкцию главного фрикциона и внесли некоторые усовершенствования в конструкцию коробки передач, ПМП и бортовых редукторов.

Смазка шестерен и подшипников входного редуктора стала осуществляться за счет разбрызгивания (барботажа) масла, залитого в картер редуктора. Для обеспечения проверки и заливки масла во входной редуктор без снятия воздухоочистителя установили специальную трубку, а для лучшего охлаждения ввели оребренный картер.

В главном фрикционе увеличили момент трения на 13% за счет поджатая пружин на 2 мм и изменения марки стали пружин на 50ХФА. В выключающем устройстве фрикциона установили поджимные пружины. Для исключения случаев поломки дисков трения фрикциона ввели контроль магнитным способом каждого диска на отсутствие трещин, а также установили более жесткий нажимной диск из улучшенной стали с закалкой. Кроме того, применили блокировку горного тормоза с педалью главного фрикциона, а валик педали выключения фрикциона стал монтироваться на игольчатых подшипниках.

В коробке передач, помимо изменений, повышавших надежность работы ее деталей (изменение профиля резьбы стяжных болтов, резиновые сальники и др.), установили новый сапун со свободным объемом и с большим сечением для сообщения с атмосферой.

Все изменения в главном фрикционе, касавшиеся введения поджимных пружин, жесткого нажимного диска и магнитного контроля, были внедрены и в конструкцию блокировочного фрикциона ПМП. В ПМП вместо безсепараторных подшипников-сателлитов установили подшипники с массивным латунным сепаратором и увеличили ход нажимного диска фрикциона путем изменения угла наклона канавок (слезок) для шариков выключающего механизма на Г.

В бортовых редукторах изменили конструкцию узла крепления ведомой шестерни – пробка ведомого вала стала стопориться распорным конусом. Для зубьев шестерен редуктора применили обработку холодом и фосфатацию зубьев с их контролем магнитным способом. Изменили густоту заправляемой смазки (смеси) в картеры бортовых редукторов, увеличив количество консталина с 30 до 40%.

Уменьшение боевой массы машины позволило уменьшить среднее давление на грунт и улучшить ее проходимость. Для дальнейшего снижения среднего давления на фунт и повышения проходимости по фунтам с низкой несущей способностью увеличили ширину траков гусеницы с 500 до 580 мм. Каждая гусеница собиралась из 90 гребневых траков, соединенных между собой шарнирно с помощью 90 пальцев (диаметр пальцев увеличен с 20 до 22 мм). Поперечная жесткость траков была увеличена за счет изменения высоты ребер. Траки отливались из стали ЛГ-13, пальцы изготавливались из стали 37ХС. Среднее давление на фунт составляло 78,5-79,5 кПа (0,8-0,81 кгс/см² ). Выемка в гребне трака обеспечивала в случае необходимости крепление тросика под установку бревна самовытаскивания. С введением уширенных траков от использования шпор временно отказались.

В ходовой часта применили направляющие колеса с увеличенной с 230 до 370 мм шириной дисков и новыми уплотнениями (с двухручьевым лабиринтом и самоподжимным резиновым сальником). Аналогичная конструкция уплотнения была использована и в опорных катках. У венцов ведущих колес изменили профиль зубьев для обеспечения лучшего входа зуба в окно трака. Вместо литых балансиров средних и задних узлов подвески ввели штампованные балансиры с измененной конструкцией буферного устройства (установили два резиновых кольца с зазором вместо одного, что обеспечило объемное сжатие резины). Как и на первой модификации Т-54, каждый балансир устанавливался на двух опорах и от продольного смещения удерживался наружной опорой, выступ которой входил в паз ограничителя, привернутого болтами к балансиру.


Топливная система двигателя танка Т-54 обр. 1949 г.


Система смазки двигателя танка Т-54 обр.1949 г.


Схема крепления бревна для самовытаскивания танка T-54 обр. 1949 г.


Ходовая часть танка Т-54 обр.1949 г.

Трак и палец трака гусеницы танка Т-54 обр. 1949 г.


У торсионов подвески увеличили радиус впадин шлиц на обеих головках с 0,5 до 0,75 мм, ввели шлифовку и накатку цилиндрической поверхности диаметра 52 мм и галтелей с радиусом 100 мм. В гидравлических лопаcтных амортизаторах внедрили тугую посадку рычага на шлицах оси лопасти амортизатора, фильцевый сальник между крышкой и осью лопасти и отменили разрез рычага. В качестве рабочей жидкости амортизатора вместо чистого технического глицерина стала применяться смесь из 90% технического глицерина и 10% этилового спирта.

В системе электрооборудования в качестве источников электрической энергии использовались соединенные последовательно-параллельно четыре аккумуляторные батареи 6СТЭН-140 или 6МСТ-140 общей емкостью 280 А ч и генератор Г-73 мощностью 1,5 кВт с реле-регулятором PFT-30 и отдельным фильтром ФГ-57 (был включен в цепь генератор-реле-регулятор и предназначался для подавления помех радиоприему при работе генератора). Вместо электростартера СТ-16 стал устанавливаться модернизированный стартер СТ-16М. Основными потребителями электроэнергии являлись: электростартер, электропривод башни ЭПБ-4, мотор-вентиляторы МВ-42, реле электроспусков пушки (FT-9) и пулеметов (РП-1), электрический сигнал ВГ-4, приборы наружного освещения и световой сигнализации (фара ФГ-10 и четыре габаритных фонаря со светильниками ОСПТ-37), обогреватели прицела и смотрового стекла защитного колпака механика-водителя, электрические запалы ППО и дымовых шашек, запальная свеча котла подогревателя, радиостанция и переговорное устройство.

Все агрегаты привода ЭПБ-4 были экранированы и имели экранированные выводные зажимы и клеммы. Кроме того, в цепь электропривода был введен фильтр ФГ-57, обеспечивавший подавление помех радиоприему, возникавших при его работе, а также концевое контактное устройство командирского люка, исключавшее висящие провода.

В качестве средств связи на танке устанавливались: для внешней – коротковолновая радиостанция 10РТ-26Э с новым монтажным комплектом, который позволил полностью устранить помехи при радиоприеме и увеличить дальность надежной связи телефоном; для внутренней – танковое переговорное устройство ТПУ-4-47.

Изменениям подверглось размещение ЗИП снаружи машины, а укладку бревна для самовытаскивания перенесли с правой надгусеничной полки на корму корпуса, где к ее среднему листу были приварены специальные кронштейны. Усилили также буксирный трос.

На танке допускалось размещение и транспортировка десанта в количестве четырех человек. Численность десанта обуславливалась возможностью его укрытия за башней и сохранением боеспособности после совершения длительного марша, ведением огня экипажем и десантом во время движения, а также условиями обеспечения нормального эксплуатационного режима работы агрегатов танка.

В процессе серийного производства в танк Т-54 обр. 1949 г. были внесены изменения, повысившие его боевые и эксплуатационные качества 84* .

В 1950 г.:

– с января ввели уплотнение ведомого вала бортового редуктора, которое отличалось от ранее устанавливавшегося использованием самоподжимного резинового сальника (манжеты) и одноручьевого лабиринта.

– в апреле боекомплект к пулеметам СГ-43 увеличили до 3500 патронов;

– ввели фиксатор крышки люка механика-водителя в закрытом положении;

– вместо сигнала ВГ-4 стал монтироваться электрический сигнал С-22;

– вместо установки пробок ввели кран отключения котла форсуночного подогревателя, обеспечившего лучшую герметизацию системы подогрева и полное отключение котла от цепи циркуляции охлаждающей жидкости, а также снижение объема работ при переходе с летней эксплуатации к зимней и наоборот (с августа);

– перешли на заправку бортовых редукторов осерненной смазкой, что значительно уменьшило износ активных поверхностей зубьев шестерен;

– улучшили условия подвода смазки к обеим подшипникам опорного катка, упразднив заправочную (центральную) пробку в колпаке катка и заменив ее двумя пробками (заправочной и воздушной), устанавливавшимися по периферии колпака;

– ввели регулируемое по высоте сиденье механика-водителя, что значительно улучшило условия его работы.

С 1951 г.:

– для повышения надежности работы опорных катков увеличили толщину ребер их дисков с 10-11 до 13-15 мм и установили роликовые подшипники с обрезным буртом;


84* Здесь и далее приводятся основные изменения.



Укладка ЗИП в корпусе, в башне и снаружи танка Т-54 обр. 1949 г.



– вместо аккумуляторных батарей 6СТЭН-140 стали устанавливать сухозаряженные батареи с мипоровой сепарацией – 6СТЭН-140М.

– телескопический прицел TLU-20 заменили более совершенным прицелом ТШ2-22 с переменным и 3,5- и 7-кратным увеличением, оснащенным очистителем защитного стекла прицела, светофильтром и трещоткой в приводе механизмов углов прицеливания (исключала самопроизвольное проворачивание маховичка). Окулярная часть прицела могла регулироваться по направлению (с марта – на заводе №183 и с апреля – на заводах №75 и №174);

– ввели уплотнение цапф пушки для исключения попадания пыли в игольчатую опору (с июня);

– установили уплотнение погона командирской башенки и турели зенитного пулемета, а также дополнительное уплотнение погона башни;

– сократили боекомплект к пулеметам СГ-43 до 3000 патронов, увеличив боекомплект к пулемету ДШК до 500 патронов;

– пулеметы СГ-43 заменили 7,62-мм модернизированными пулеметами СГМ (СГМТ), а вместо пистолета-пулемета ППС обр. 1943 г. стал укладываться 7,62-мм автомат АК-47 с тем же боекомплектом;

– с целью повышения срока службы торсионных валов подвески ввели фосфотацию и накатку их поверхностного слоя;

– с июля стала устанавливаться новая командирская башенка, которая обеспечила лучшее наблюдение за местностью благодаря установке смотровых блоков вместо пентопризм (имели большее искажение). Кроме того, были облегчены выемка и установка смотровых блоков и перевод башенки из походного положения в боевое благодаря введению рукоятки с приводом стопора по-походному;

– ввели надульный чехол для пушки и уплотнение крышек магазинов-коробок для спаренного и зенитного пулеметов (защита от пыли);

– для облегчения работы подающего механизма курсового пулемета установили подающую пружину в его магазин-коробку;

– произвели дополнительное уплотнение моторной перегородки в местах прохода тяг и трубопроводов подогревателя;

– с целью уменьшения пылевого воздействия на механика-водителя при вождении танка ввели резиновые козырьки на передних подкрылках надгусеничных полок, однако впоследствии они не использовались;

– часть машин оборудовалась для навешивания противоминного каткового трала ПТ-54.


Танк Т-54 обр.1949 г., оборудованный под установку минного трала ПТ-54. Машина прошла частичную модернизацию в ходе капитального ремонта (установлен защитный чехол маски пушки, вторая фара со СМУ),1957 г.


Танк Т-54 обр. 1951 г.

Боевая масса – 36 т; экипаж – 4 чел., оружие: пушка – 100 мм нарезная, 2 пулемета – 7,62 мм, 1 пулемет – 12,7 мм зенитный; броневая защита – противоснарядная; мощность двигателя – 382 кВт (520 л.с.); максимальная скорость – 48-50 км/ч.



Начиная с 1960 г. танки Т-54 выпуска 1949-1951 гг. при проведении капитального ремонта на заводах Министерства обороны были подвергнуты модернизации, в ходе которой они последовательно приводились к виду танка Т-54А, а затем и Т-54Б с установкой соответствующего оборудования и различных систем этих машин. Кроме того, часть танков дооборудовали под установку танкового бульдозера БТУ или снегоочистителя СТУ.

Во втором послевоенном периоде часть танков Т-54 обр.1949 г. в ходе капитального ремонта переделали в танковые тягачи БТС-4А.

Танк Т-54обр. 1951 г. являлся модификацией танка Т-54обр. 1949 г., на котором были проведены мероприятия второго этапа модернизации. Опытный образец машины, изготовленный в начале 1951 г. в соответствии с постановлением Совета Министров СССР №2468-983 от 10 июня 1950 г., в период с 27 февраля по 7 марта 1951 г. прошел испытания на НИИБТ полигоне. Серийный выпуск танка развернулся на заводах в Нижнем Тагиле (№183), Харькове (№75) и Омске (№174) с ноября 1951 г. и продолжался по май 1955 г. Всего за время серийного производства изготовили 7009 машин данной модификации.

К наиболее значительным мероприятиям второго этапа модернизации относилась установка башни без замана в ее кормовой части и с улучшенным уплотнением шариковой опоры. Кормовой заман устранили за счет увеличения до 50 мм габаритов обметания кормы и уменьшения внутренних кормовых объемов. В результате масса башни несколько возросла (примерно на 120 кг).

В связи с изменением форм кормовой части башни произвели перекомпоновку размещавшегося в ней оборудования:

– пушку вместе с прицелом сдвинули вперед на 15 мм, а крышу башни с командирской башенкой – назад на 20 мм;

– улучшили условия работы наводчика и командира. Сиденье командира подняли на 40 мм, а сиденье наводчика сместили назад на 22 мм. Изменили конструкцию командирской башенки, сгоризонтировав ее и увеличив проем люка. В связи с этим три смотровых блока для кругового обзора, устанавливавшиеся в подвижном основании люка, стали располагаться непосредственно в крышке люка. Смотровой прибор командира танка ТПК-1 оснастили очистителем входного стекла;

– для увеличения рабочего места заряжающего уменьшили боеукладку выстрелов в нише башни с 6 до 5 шт., что позволило уложить их в один ряд. Крепление самих выстрелов выполнили с односторонним быстродействующим замком. Изъятый из ниши башни выстрел перенесли на правый борт корпуса, где вместо трех стали располагаться четыре выстрела. Выстрелы на правом борту башни приблизили к ее борту. Сиденье заряжающего сделали съемным и складным (перед стрельбой сиденье снималось и в сложенном виде подвешивалось на правом ограждении пушки);

– магазин-коробку пулемета ДШК перенесли с правого борта башни под пушку.

Незначительные изменения претерпела конструкция крыши корпуса над отделением управления. Для обеспечения поворота башни без перекрытия люка механика-водителя ее кормовой частью люк был сдвинут на 45 мм вперед и на 10 мм влево. Сиденье механика- водителя также переместили вперед на 35 мм.

В остальном вооружение, броневая защита, силовая установка, трансмиссия, ходовая часть и электрооборудование танка по сравнению с Т-54 обр. 1949 г. существенных изменений не претерпели.

В боекомплект танка входили 34 унитарных выстрела к пушке, 3000 патронов к пулеметам СГМТ, 500 патронов к пулемету ДШК, 25 ручных гранат Ф-1 и сигнальный пистолет с 20 сигнальными патронами. Кроме того, в боевом отделении, в башне, укладывался автомат АК-47 с боекомплектом 300 патронов.

В системе ППО кнопку командира танка для тушения пожара в боевом отделении заменили кнопкой заряжающего, а с моторной перегородки (в районе средних топливных баков) убрали два термоэлектроизвещателя. Для тушения незначительных пожаров в танке укладывался ручной углекислотный огнетушитель ОУ-2, который крепился в боевом отделении рядом с углекислотными баллонами системы ППО.

В подвеске машины использовались стальные штампованные балансиры и заневоленные торсионные валы, которые по своим размерам были одинаковы, однако валы первого-четвертого левых балансиров и пятого правого балансира были невзаимозаменяемы с валами первого-четвертого правых балансиров и пятого левого балансира.

Для внешней связи в танке устанавливалась радиостанция 10РТ-26Э, для внутренней – танковое переговорное устройство ТПУ-47 на четыре абонента.

Часть выпускавшихся танков была приспособлена для навешивания минного каткового трала ПТ-54.

Начиная с 1952 г. и до конца серийного производства в конструкцию Т-54 обр. 1951 г. внесли существенные конструктивные изменения, повысившие его боевые и технические характеристики:

– с 1 января внедрили эжекционный отсос топлива из картера насоса высокого давления НК-10 и из полости плунжерной пары форсуночного подогревателя, который производился в выпускной патрубок левого блока цилиндров двигателя;

– заменили ручной маслоподкачивающий насос электромаслозакачивающим насосом МЗН-1 с электромотором МВ-43 мощностью 175 Вт (с апреля);

– улучшили условия работы заряжающего, изменив расположение аппарата №3 ТПУ-47;

– ввели закалку ТВЧ зубьев муфт привода вентилятора для повышения износоустойчивости и улучшение уплотнения;

– в системе охлаждения двигателя стальной вентилятор заменили дюралюминиевым;

– в системе смазки двигателя вместо масляного фильтра «Кимаф» установили фильтр «Кимаф-СТЗ»;

– ввели новую тягу стопорения пушки по-походному на максимальном угле возвышения (кроме того, она могла стопориться в трех положениях);

– опустили вниз рукоятку ручного спуска пушки для предупреждения самопроизвольного спуска при работе подъемного механизма;

– увеличили на 6 мм зазор для теплового расширения выпускных коллекторов отработавших газов двигателя;


Танк Т-54 обр. 1951 г.



Отделение управления, боевое отделение и МТО танка Т-54 обр. 1951 г.


Общий вид танка Т-54 обр. 1951 г.


Установка пушки Д-10Т и спаренного пулемета СГМТ в башне танка Т-54 обр. 1951 г.


Корпус танка Т-54 обр.1951 г.


Продольный разрез танка Т-54 обр. 1951 г.


– изменили конструкцию привода выходных жалюзи для обеспечения возможности регулирования их открытия и закрытия с места механика-водителя;

– наряду с ручным приводом редуктора форсуночного подогревателя для улучшения его эксплуатационных качеств применили электромоторный привод (с августа);

– часть танков оснащалась оборудованием под монтаж снегоочистителя СТУ;

– повысили прочность поворотного механизма башни за счет улучшения его крепления (ввели дополнительное крепление, в результате чего изменили верхнюю крышку картера МПБ, а сам картер усилили ребрами) и для удобства в работе клавишу рукоятки поворотного механизма заменили клавишей эллиптического сечения;

– для исключения случаев перегрева котла подогревателя ввели пароотводный патрубок, отводящий пар в трубу, идущую от помпы редуктора;

– установили специальные уплотнения шариковых опор башни и командирской башенки, защитные чехлы: несъемный – на маске пушки и съемные – на отверстия для прицела и спаренного пулемета, а также на колпак вентилятора для обеспечения герметичности обитаемых отделений и защиты от пыли. Кроме того, защитные чехлы от пыли одевались на спаренный, курсовой и зенитный пулеметы, а также механизм поворота башни и кулису привода управления коробкой передач (с ноября);

– на патрубке выброса отработавших газов двигателя стал привариваться специальный фланец для монтажа клапанного устройства в связи с установкой ОПВТ (с ноября).

В 1953 г.:

– с 1 января все крепежные детали танка для предохранения от коррозии стали подвергаться антикоррозийной обработке (фосфатированию, воронению, оцинковке с последующим пассивированием и оксидированием);

– в состав боекомплекта ввели выстрел УБР-412Д с бронебойно-трассирующим снарядом улучшенной бронепробиваемости БР-412Д (с бронебойным и баллистическим наконечниками и взрывателем МД-8 или ДБР-2);

– применили безрупорный сигнал С-57 (меньший по габаритам и лучше защищенный от попадания влаги, пыли и грязи), а генератор Г-73 заменили Г-731 с экранированными выводами;


Днище корпуса танкат-54обр.1951 г.


Башня танка Т-54 обр. 1951 г.


Командирская башенка танка Т-54 обр. 1951 г.


Размещение приборов электрооборудования в корпусе и башне танка Т-54 обр.1951 г.


Система охлаждения двигателя танка Т-54 обр. 1951 г.


– в главном фрикционе и ПМП стали использоваться диски трения с радиальными канавками;

– с июля установили муфту соединения коробки передач с ПМП с двумя секторами без текстолитовых колец и болта. Зубья муфты обрабатывались ТВЧ;

– с сентября внедрили электрическую блокировку электропривода механизма поворота башни ЭПБ-4 при открытом люке механика-водителя (при открытом люке вращение башни с помощью электропривода было невозможно). Кроме того, установили измененный стопор люка механика-водителя с фиксацией рукоятки в закрытом положении;

– в ноябре в форсуночном подогревателе котел дымогарного типа заменили новым жаротрубным кольцевым котлом, полностью взаимозаменяемым со старым. Введение нового котла значительно сократило время нагрева жидкости в системе охлаждения;

– для исключения задержки захвата стреляной гильзы затворной рамой на зенитной установке пулемета ДШК ввели отражательный щиток новой конструкции и расширили наклонную плоскость в люльке самой установки;

– с целью обеспечения стабильности положения отражательных поверхностей гильзоулавливателя курсового пулемета СГМТ установили гильзоулавливатель новой конструкции;

– внешняя защитная окраска танка вместо масляной краски 4БО стала производиться нитропентафталевой НПФ-10.

Во II квартале в ЗИП машины ввели ручной топливозаправочной агрегат для заправки топливных баков (он мог устанавливаться как на левой, так и на правой надгусеничной полке), а также новый гидравлический домкрат увеличенной грузоподъемности.

В 1954 г.:

– с 1 января дистанционные капиллярные контрольно-измерительные приборы (термометры воды и масла, манометр масла) и тахометр с гибким валом ввиду низкой эксплуатационной надежности (особенно при низкой температуре окружающего воздуха) и малого срока службы заменили электрическими контрольно-измерительными приборами (термометры ТУЭ-48Т, манометр ТЭМ-15 и тахометр ТЭ-3), которые имели значительно больший гарантийный срок службы (250 ч вместо 100);

– изменили конструкцию задних грязевых щитков, которые стали откидными, а в нижнем положении поджимались торсионами;

– с апреля стали устанавливаться регулируемые входные и выходные жалюзи;

– в июне для уменьшения инерционных масс, влиявших на работоспособность деталей привода вентилятора системы охлаждения двигателя, ввели 18-лопастной (дюралюминиевый) вентилятор вместо 24-лопастного;

– ввели новый диск направляющего колеса с целью снижения трудоемкости при отливке, а также для очистки беговых дорожек траков от ледяной корки;

– для защиты арматуры форсуночного подогревателя от ног членов экипажа, а также от экстрактированных гильз артиллерийских выстрелов установили защитный съемный кожух;

– для уменьшения усилия в погоне при вращении башни вместо цельного сварного сепаратора ввели разрезной сепаратор, состоявший из десяти отдельных сегментов;

– в июле в виду увеличения боекомплекта к зенитному пулемету ДШК до 500 патронов уменьшили число ручных гранат Ф-1 до 20 шт.

– вместо аккумуляторных батарей 6СТЭН-140М стали использоваться батареи с мипластовой сепарацией 6МСТ-140. В результате этого, а также повышения качества деревянных футляров и мастики срок службы аккумуляторных батарей увеличился до 1000 ч работы двигателя. Однако замена деревянной сепарации мипоровой незначительно ухудшила электрические характеристики батарей при низких температурах окружающего воздуха;


ТанкТ-54 обр. 1951 г., оборудованный под установку минного трала ПТ-54.


Танк Т-54 обр. 1951 г. выпуска 1953 г., оборудованный под установку минного трала ПТ-54.


Конструкция нового стопора башни танка Т-54 обр. 1951 г.


Узел подвески переднего правого опорного катка танка Т-54 обр. 1951 г.


Конструкция входных и выходных жалюзи танка Т-54 обр. 1951 г. до и после изменения.


Топливная система двигателя танка Т-54 обр.1951 г.


Система смазки двигателя танка Т-54 обр. 1951 г.


Укладка ЗИП на танке Т-54 обр. 1951 г.


Изменения в установке ТПУ-47 заряжающего танка Т-54 обр.1951 г.


– установили защитные планки подбашенного листа цельнолитой конструкции с ребрами жесткости;

– ввели единую рукоятку взвода пулемета ДШК с повышенной конструктивной прочностью;

– внедрили запор крыши над радиатором улучшенной конструкции, обеспечивавший возможность закрывания запора без помощи болта;

– на корме башни ввели задний фонарь. Вместо задних дистанционных фонарей установили габаритные фонари ГСТ-49. Для удобства работы экипажа сиденье заряжающего сделали регулируемым по высоте {для ведения стрельбы из пулемета ДШК) и установили подножку для наводчика. В главном фрикционе стали использоваться 17 дисков трения (9 ведущих и 8 ведомых) вместо 15. Величину поджатия пружин, сжимавших пакет дисков, уменьшили на 1 мм, а в выключающем устройстве фрикциона установили новый шарикоподшипник с маслозащитной шайбой. Новый главный фрикцион в сборе был взаимозаменяем с главным фрикционом прежней конструкции. Кроме того, в коробке передач вместо латунных конусов стали применяться стальные конусы синхронизаторов;

– вместо гребневого стопора башни установили штыревой, обеспечивавший ее стопорение в двух положениях – пушкой вперед или назад. Введение более мощного стопора башни, удерживающего ее при напоре воздушной волны с давлением до 353 кПа (3,6 кгс/см² ), было обусловлено результатами воздействия ударной волны ядерного взрыва на танк Т-54, полученными во время испытаний. Закалка верхнего и нижнего погонов опоры башни осуществлялась ТВЧ (вместо ранее использовавшейся закалки кислородно-ацетиленовым пламенем);

– усилили крепление стеллажа под выстрелы в кормовой части башни, а также хомуты крепления выстрелов;

– резиновые прокладки, упоры люков, шланги системы охлаждения стали изготавливаться из морозостойкой резины;

– внедрили бакелитирование внутренней и наружной поверхностей воздухоочистителя и внутренней поверхности топливных баков;

– для удобства определения дальностей до цели на сетке прицела ТШ2-22 и в поле зрения прибора ТПК-1 стали наносить дальномерные линии, с помощью которых можно было замерить дальность до цели, высота которой равнялась 2,7 м;

– вместо пулезащитных планок в амбразуре прицела ТШ2-22 установили пулезащитное кольцо;

– применили закалку ТВЧ конусов синхронизаторов коробки передач;

– для исключения изгиба балансиров подвески первых опорных катков на бортах корпуса стали привариваться специальные ограничители.

С 1955 г. ввели:

– две смотровых призмы вместо трех в крышке люка командирской башенки. На всех призмах башенки устанавливались защитные стекла, обеспечивавшие увеличение обзорности и удобство пользования ими;

– инфракрасный прибор ночного видения ТВН-1 для механика-водителя с блоком питания, фильтром радиопомех и фарой с инфракрасным фильтром (с апреля).

Кроме того, у механика-водителя стали устанавливать смотровые приборы с литыми корпусами и укороченными призмами;

– прицел ТШ2А-22, у которого окулярная часть была отведена от оси головной части на 4° влево для удобства пользования;

– новый облегченный фрикцион вентилятора (без кожуха) в системе охлаждения двигателя;

– аккумуляторные батареи марки 6СТЭН-140М (ТТ) с использованием в активной массе отрицательных пластин гуминовой кислоты, которая повысила электрические характеристики батарей в условиях низких температур окружающего воздуха.


Танк Т-54 обр.1951 г. выпуска 1953г.


Установка защитного чехла на маску пушки и амбразуру спаренного пулемета танка Т-54 обр. 1951 г.


Установка чехла с защитным стеклом на амбразуру телескопического прицела танкаТ-54 обр.1951 г. Ноябрь 1952 г.


Установка чехла на курсовой пулемет танка Т-54 обр.1951 г. Ноябрь 1952 г.


Конструкция форсуночного подогревателя танка Т-54 обр.1951 г. до и после установки электропривода.


Как и Т-54 выпуска 1949-1951 гг., танки Т-54 производства 1951-1955 гг. при проведении капитального ремонта на заводах Министерства обороны, начиная с 1960 г., последовательно приводились к виду танка Т-54А, а затем и Т-54Б с установкой соответствующего оборудования и различных систем этих машин. Часть танков была приспособлена для навешивания танкового бульдозера БТУ или индивидуальных плавсредств ПСТ-54.

Продолжение следует



Танк Т-54 обр. 1951 г.






Танк Т-54 обр. 1947 г.


Танк Т-54 обр. 1949 г. с установленными дополнительными топливными бочками, 1958 г.


Фото A. Блинова



Оглавление

  • «Звезда» мирового океана
  • Хроники первых «тридцатьчетверок»
  • Из истории создания и боевого применения артиллерийских снарядов типа «картечь»
  • Механическая тяга
  • Автомобили для бездорожья
  • Вертолетная война. Вертолеты Ми-8
  • Отечественные бронированные машины 1945-1965 гг.

    Вход в систему

    Навигация

    Поиск книг

    Последние комментарии

    Загрузка...