загрузка...
Перескочить к меню

Саша (fb2)

- Саша 124 Кб, 13с. (скачать fb2) - Семен Соломонович Юшкевич

Настройки текста:




Саша

Сумерки быстро надвигались. Третья площадка нашей горы, вся освещённая, с позолоченной скалой, продержалась миг — побагровела, осветилась тёмно-красным огнём — посинела и потухла. Спускалась ночь. Голубятня потеряла очертания и казалась ящиком, домом, горой. По двору торопливо двигались люди. Слышался говор, кашель: то рабочие возвращались с фабрик, мастерских, с дока. Андрей вывел из конюшни кабриолет и, осторожно опустив оглобли на землю, пошёл за лошадью.

— Но, но, осади, — бормотал он громко, возясь у стойла.

Послышались глухие удары и звон уздечек. Тяжело ступая и выбивая искры подковами, шла "Жёлтая" и фыркала Андрею в спину.

— Но, но. — бормотал он, отстраняя её рукой и, повернувшись у кабриолета к лошади лицом, стал напирать на неё. "Жёлтая", нехотя и всё тяжело ступая задом, пошла в оглобли. Андрей стал запрягать. Спускалась ночь.

Я стоял в тёмном коридоре и, высунувшись из окна, с нетерпением следил за действиями Андрея. Мать, уже готовая к выходу, в пышном платье, которое чудесно шло к ней, весело торопила бабушку. Маша, стоя на коленях и лазая вокруг неё, оправляла складки, когда они ей казались не на месте, и беспрестанно что-то делала булавками, которые вынимала изо рта, где их было много.

— Готово ли, Маша? — спрашивала мать и, когда Маша отвечала: "сейчас, барыня", раскрывала веер и со скучающим видом обмахивалась им.

Во дворе между тем наступила тишина. Рабочие скрылись. Ласково ворчал Андрей. Лошадь фыркала. Поднималась луна и приятный светло-синий свет пал на гору.

— Ещё не готово, — с нетерпением шептал я. — Милая мама, поторопись, пожалуйста, мама, — просил я, точно мой шёпот мог передать ей и моё нетерпение.

Но вот показалась толстая тень и стала у входных дверей. Заворчала Белка.

— Готово, Андрей? — раздался голос матери.

— Готово, барыня моя… — ответил Андрей, подняв голову.

— Хорошо, мы сейчас, Андрей.

Я вздохнул от облегчения. Тотчас же, шурша платьем, с бабушкой под руку, показалась мать. Маша провожала их, и будто обе шли в дремучем лесу и могли о сучья порвать свои платья, — она и с боков и сзади и забегая вперёд, охраняла их.

— Выходят… — шепнул я Коле в открытую дверь.

— Тише! — погрозил он мне.

— В десять часов дети должны быть в постели, — донёсся ко мне голос матери.

— Ага, — подумал я радостно, — они вернутся очень поздно.

— Слушаю, барыня, — ответила Маша.

Стало тихо. Я ждал, выскользнув в беседку. Раздался важный отчётливый топот "Жёлтой", и Андрей, восседая на заднем сидении, показался у последнего окна и осадил.

— Пожалуйте, барыня, — почтительно проговорила Маша.

Лошадь забила копытами. Белка с лаем бросилась к воротам.

— Уехали! — крикнул я во весь голос, влетая к Коле, — уехали!

Я вскочил на кровать и дважды стал на голову, упираясь ногами о стену.

— Свободны, свободны! — всё кричал я, стоя на голове, и мне было смешно, что вижу комнату опрокинутой. — Маша, скорее чаю! — нам некогда.

— Маша, они уехали! — заорал Коля и, тщетно попытавшись, подобно мне, стать на голову, спрыгнул с кровати и понёсся по комнате.

Через несколько минут Маша внесла чай на подносе. Как далека она была теперь от меня. Целая неделя прошла с тех пор, как я просил у неё прощения, и добрые чувства, взволновавшие меня, давно уже успели затеряться среди будничной жизни, с её маленькими радостями и маленькими заботами. Отсутствие Сергея в эти дни помогло забвению, и Машенька опять превратилась для меня в Машу, в горничную, в безответную рабыню; и, требуя от неё услуг, я теперь делал это зло, как бы наказывая её за минуты моей слабости… Безучастным взглядом посмотрел я на её покорную фигуру и вдруг нарочно толкнул её, чтобы вывалить поднос со стаканами из рук. И когда стаканы со звоном ударились о пол, а она вскрикнула от ожога, я с торжеством выбежал в столовую, напевая:

— Машка, дурка, обожглась!

— Ну, идём, — выговорил Коля, погнавшись за мной. — Они сейчас должны прийти.

— Машка, дурка, обожглась, — повторил я со смехом.

Маша вышла из нашей комнаты и, не показывая нам вида, что ей больно, с беспокойством спросила:

— Куда вы уходите, паничи? Ведь мамаша сердиться будут.

— Не твоё дело, Машка, — бросил Коля, выбегая в коридор.

— Не твоё дело! — крикнул я в свою очередь, наскоро допивая чай.

Она молча вышла, а я, ужасно оживлённый, побежал за Колей. Возле конюшни я нагнал его и мы вместе пошли к голубятне, где было назначено свидание с Сергеем и Настенькой.

— Их ещё нет, — произнёс Коля, глядя на луну.

— Сейчас придут, — уверенно ответил я и постучал зубами от волнения.

В




Загрузка...

Вход в систему

Навигация

Поиск книг

 Популярные книги   Расширенный поиск книг

Последние комментарии

Последние публикации